NGC 7727

Массивные железные двери закрываются, как только Минхо ступает на борт космического корабля. Он устало выдыхает и снимает шлем, прижимаясь спиной к холодной стене, которая сейчас как раз идеально подходит для охлаждения после резких перепадов температуры. Из-за вечной работы двигателя, кабина пилота периодически перегревается. Ещё стоит учитывать то, что приходится путешествовать по разным планетам и галактикам, которые не предусмотрены для жизни — как минимум для людей, а также надобность находиться в специальном костюме. Тяжелая и рисковая, но ответственная миссия защитников вселенной такова.  Минхо медленным шагом движется по длинному и узкому коридору, касаясь наручных часов. Одно нажатие и перед ним высвечивается небольшой экран с множеством бегущих строк, вкладок и сообщений, но он собирался только посмотреть время. Несмотря на то, что сейчас они странствуют по галактике, где царит вечная ночь, Минхо по привычке проверяет время, сверяясь с земным. Примерно полночь. Перед тем как устало завалиться на кровать, Минхо необходимо встретиться с Чаном — лидером их команды, чтобы отчитаться о выполненной миссии. Обычно это происходит со всеми остальными пилотами, но сегодня Минхо вернулся позднее обычного, и другие, вероятнее всего, спят.  Бесконечный коридор заканчивается у широких полупрозрачных дверей. Минхо подносит ладонь к сканеру, и в ту же секунду двери распахиваются перед ним, пропуская внутрь. В помещении темно, пространство освещается полной Луной, заглядывающей прямо в панорамные окна, а вокруг неё кружатся звезды. Яркие и маленькие, вспышками теряющиеся на черном полотне. Это обычное явление для тех, кто находится долгое время в космосе: наблюдение за взрывающимися светилами.  Чан стоит, сложив руки на груди, а сам любуется космическими красотами. На нём всё ещё черная рабочая водолазка, плотно обтягивающая тело и подчеркивающая крепкие мышцы. На диване раскинута куртка, а сам пилотский костюм валяется рядом. Возможно, он и сам недавно вернулся, но удивительно, что никак не предупредил или хотя бы не послал сообщение о прибытии обратно.  Минхо стоит в тишине пару минут и рассматривает его со спины, прежде чем двинуться в сторону Чана. Мужчина сразу понял, что к нему зашли, но разворачивается только в тот момент, когда слышит шаги всё ближе, по итогу ловя в свои объятия Минхо. Они так и не говорят ни слова, наслаждаясь присутствием друг друга, что случается достаточно редко из-за работы.  — Ты сегодня долго, — произносит Чан, коснувшись лица напротив. — А ты, я смотрю, ждал меня, — Минхо смотрит исподлобья, прижимаясь ближе к чужой груди, а руки закидывает на плечи. — Конечно, ты же знаешь, что мне нужно отправлять отчеты на Землю.  Они одаряют друг друга улыбками. Минхо мнется на месте, жует губу и ладонью ведет к шее Чана, пальцами касаясь затылка. Несильно сжимает, пропускает кудри через пальцы и чувствует, как Чан крепче обхватывает его талию, постепенно опуская ладони ниже. Он подхватывает Минхо под ягодицы и, помогая себе рукой, подкидывает ногу к себе на бедро, продолжая поглаживать через ткань костюма.  — Докладывай сегодняшнюю миссию, Минхо, — Чан достаточно строго говорит это рядом с ухом Минхо, губами захватывая мочку. Прикусывает, оттягивает и отстраняется, оставляя короткий поцелуй под самим ухом.  — Я… — Минхо запинается, прикрывая глаза. — Утром по нашему времени поступил сигнал о перемещениях на восьмой планете от нас, и я отправился туда проверить. Чан… — Дальше, — лидер поцелуями спускается к шее, прижимаясь губами. Он плавно приоткрывает рот и кусает кожу вновь, сразу же обводя укус языком. — Когда я прилетел туда, то никого не обнаружил, но на всякий случай поставил ещё несколько маячков, — Минхо рвано выдыхает, толкнувшись бедрами вперед, — чтобы…  — Чтобы что?  Минхо не продолжает и, опираясь обеими руками на плечи Чана, мягко подпрыгивает на ноге, закидывая и её на пояс мужчины, а сам крепко обнимает его. Чан не медлит, сменяя положение рук, чтобы поддерживать Минхо под бедрами. Минхо выгибается в спине и наклоняется к лицу Чана, припадая к губам. Он целует грубовато, проталкивая язык, цепляет чужой и сплетает их. Чан протяжно стонет прямо в поцелуй, как и ловит нежные стоны Минхо, обхватывая его нижнюю губу. Тянет, прижимается вновь, смачно выцеловывая Минхо, который даже не собирается останавливаться, пока руками блуждает по телу Чана. Чан поднимает одну руку выше, небрежно водит по спине Минхо в поисках змейки на костюме. Минхо смеется в губы Чана и отодвигается, чтобы остановить его. Чан как-то растеряно смотрит на него, сводя брови на переносице, а Минхо молча кивает в сторону дивана.  — Детка, я всё ещё жду, когда ты закончишь. — Это может немного подождать, — кошачья ухмылка расцветает на его лице, и он спрыгивает на пол.  Дойдя до дивана, они не ограничиваются поцелуями — только мимолетными и быстрыми. Минхо настолько шустрый, что в ходе нежностей успевает слегка расстегнуть свой костюм, потому что когда Чан касается его плеч, приятная на ощупь ткань немного съезжает. Чан решает спустить ещё ниже, оголяя ключицы, но не успевает и примкнуть губами. Минхо тут же толкает его на диван, залезая сверху. Ноги раскидывает по бокам и томно, с затяжкой проезжается задницей на его паху. Когда Минхо так изящно двигается перед ним, на нём, у Чана немного сносит крышу. Он ощущает себя той самой взорвавшейся звездой посреди глубокого космоса. Его сердце точно также коллапсирует от любого касания или поцелуя, взгляда — ну потому что это Минхо, черт возьми. Его отважный пилот, правая рука и элементарно любовь всей жизни.  Улавливая ещё один поцелуй мягких губ Минхо, Чан ловит себя на мысли, что обязательно купит для Минхо звезду и назовет в честь него, но лучше всего было бы — целую галактику. В то время как Минхо для Чана — Вселенная и больше. Друг для друга.  — Captain Bang, — игриво шепчет Минхо, прикладывая ладонь к его щеке.  — Не называй меня так, когда мы вдвоем, котёнок, — Чан гладит его по оголенной спине, проводя ребром ладони меж лопаток. Минхо выгибается ему на встречу, упираясь ладонями в грудь, и легко прикусывает за подбородок.  — Но ты же мой капитан, Крис.  — Я ужасный капитан, раз позволяю тебе творить такое, — Чан проводит кончиками пальцев по низу живота Минхо, вызывая у него бурную реакцию. Ткань костюма плотно прилегает к телу, настолько, что даже касания через неё хорошо ощутимы.  — Да, это правда, ты ужасен, раз позволяешь вытворять с собой всё, что захочу. Чан усмехается и поддается вперед, ближе к Минхо, и ласково щекочет шею кончиком носа. Он движется вниз по линии шеи, оставляя множество поцелуев, а дойдя до ключиц, наконец кусает. Чан проводит по ним языком, выдыхает на влажный след, отчего Минхо начинает ерзать на нем, цепляясь за плечи. Вместе с этим Минхо ощущает и возбуждение Чана, а от осознания внизу живота приятно колет.  Чан раздевает Минхо постепенно, освобождая руки, а верхнюю часть одежды спускает до живота, припадая к его груди. Он растирает соски меж пальцев и неожиданно припадает губами к одному из них, захватывая в зубы. Давит на него языком, аккуратно оттягивает и обводит, повторяя то же самое и со вторым. Минхо в этот момент прогибается в спине, и Чан от солнечного сплетения проводит влажную дорожку обратно к шее, перемещая руки на бедра.  Минхо вжимается ягодицами в пах Чана, застонав в унисон с ним. Он размеренно двигает тазом, задевая стояк, и Чан от удовольствия закатывает глаза, откидывая голову назад. Минхо не ускоряется, специально покачиваясь вперед-назад мучительно долго, что даже на долю секунды теряется. Но обратно возвращает прикосновение Чана к его члену, который тот оглаживает и большим пальцем надавливает на головку. Естественная смазка размазывается по одежде, образовывая пятна. Минхо до безумия хочет снять с себя всё, но ему так хорошо сейчас, что это отходит уже на второй план.  — Котёнок, — Чан возвращается в исходное положение, останавливая Минхо. — Привстань, я быстро.  Минхо приподнимается, наблюдая за Чаном. Мужчина расстегивает ремень штанов, спуская их ниже. Минутная неловкость путающейся одежды в ногах, и Чан отбрасывает её в сторону, похлопав себе по бедрам. — Эй, Минхо…  У Минхо образовались немного другие планы. Он хищно оглядывает Чана, спускаясь на пол, и устраивается между его ног. Весь растрепанный и зацелованный, нежный и сладкий. Чан не в силах отвести от него взгляд, запускает ладонь в волосы и тянет назад, заставляя посмотреть на себя. Минхо вздергивает бровями, облизнув губы, устанавливает с Чаном зрительный контакт, а у обоих глаза горят.  Луна за окном так и не прячется, мельком подглядывает, продолжая растекаться повсюду, плавно переходя на разгоряченные тела. Чан тяжело дышит, Минхо рассматривает часто вздымающуюся грудь, и Чан переводит взгляд на окно для мимолетной передышки.  Минхо задирает гольф Чана, целуя низ живота, постепенно спускается ниже. Носом утыкается в лобковую кость, поморщившись от щекочущих коротких паховых волосков, и ловко выпускает член из белья. Обхватывает ладонью, примыкая губами к головке, а пальцем точечно стимулирует уздечку. Он слышит обрывистые стоны Чана и довольно лыбится, ведь знает, что Чан слишком чувствительный. И знает, что Чану нравится, даже если Минхо оттягивает наслаждение, издеваясь. Чан раздвигает ноги шире, чтобы дать Минхо больше места. Минхо налегает животом на край дивана, полностью облокачиваясь и придерживая член за основание, обхватывает губами головку, вбирая в себя. Он прикрывает глаза, а ресницы все также трепещут, и Чан закусывает губу, в упор смотря на него. Подмахивает бедрами, проталкивая член глубже, и Минхо вжимается ногтями в кожу, оставляя лунные отметины.  — Минхо, baby, — Чан бормочет всё подряд, прикрывая ладонью глаза, и откидывается обратно на спинку дивана.  Минхо насаживается почти до самого основания и поднимает голову, постепенно выпуская член обратно, пачкает губы и подбородок в собственной слюне. Он делает глубокий вдох, собираясь примкнуть вновь, но Чан останавливает его. Заботливо вытирает пальцем рот и наклоняется, чтобы ухватить под мышками, и заставляет подняться с пола, чтобы утянуть обратно к себе.  Минхо располагается у него на коленях, бедрами зацепив стояк, и у Чана вырывается тихое: «Блять», — сопровождающееся шлепком по ляжке Минхо.  — Двигайся, детка.  Минхо начинает двигаться, создавая трение между ними о член Чана своим, колеблясь бедрами быстрее, и не сдерживает громких стонов, которые поцелуями иногда заглушает Чан. Он хватает пальцами Минхо за подбородок, завлекая в более глубокий поцелуй, и Минхо раскрывает рот, ахая прямо в губы, когда ощущает, что вот-вот кончит.  Чан надрачивает себе рукой, пока Минхо опускает костюм еще ниже, освобождаясь из него и белья, и у Чана появляется возможность обхватить два члена вместе, чтобы довести до полной разрядки.  Минхо вздрагивает, изливаясь на чужой торс, и обмякает, ложась на Чана. Чан кончает следом, пачкая Минхо, и хрипло выдыхает, сцепляя руки у Минхо за спиной. Тот носом утыкается в сгиб шеи, жмется ближе, несмотря на то, что они оба сейчас обляпаны спермой друг друга. 

***

У Чана в каюте прохладно, особенно после горячего душа. На фоне шумят работающие приборы, потому что у Чана есть привычка — не отключать всё, но он оправдывает это тем, что ему всегда нужно быть на связи. В любой момент могут вызвать или послать множество сообщений. Правда, сейчас ему, если что, будет не до этого, когда Минхо посапывает рядом, по-собственнически закинув одну ногу на бедро. Руками он обнимает Чана, положив голову на грудь, а Чан беспрерывно гладит его по спине, ведет подушечками пальцев по позвонкам, доходя до затылка. Запускает пятерню во влажные волосы, массирует кожу головы и целует в макушку. Чан снова засматривается в окно, думая о чем-то своём. Там мощные всплески звездообразований, вокруг которых кружатся газопылевые дорожки, образовывая спиральные рукава. Чан про себя отмечает, что вероятно именно столкновение двух галактик привело к этому, запуская процесс в виде создания такого необычайного, одновременно фантастического вида.  — Чан? — Минхо приоткрывает глаза, взглянув на него. — О чём думаешь? — М? — Чан тепло улыбается, целуя сонливого Минхо в лоб. — О звёздах. — Не надоело? — Ты мне никогда не надоешь, Минхо.