Ромашки и сталь

***

Папина «Волга» уже привычно была припаркована у дома, а в окнах горел свет. Дом в темноте казался как никогда мрачным, а из всего симпатичного —только вишня у окна. Василиса на миг остановилась, провожая Рому взглядом, а затем глубоко вздохнула. Этот день — сущий кошмар. –И как я вообще во всё это вляпалась. - пробубнила себе под нос девочка. Ей не хотелось идти домой. Видеть Никиту. Куда он только влез. Разочарованно выдохнув, она постучала в дверь.

***

Дверь открыл папа. Он выглядел уставшим, как и сама Василиса. В гостиной как всегда вкусно пахло едой. Отец отошёл, и уселся обратно на диван. Всё было слишком уныло, или, сказать точнее, вернулось на круги своя. Так было практически всегда, и это очень напрягало девочку. Василиса сняла большую деревянную ложку с крючка на стене, и поддела ею мятные кеды. Булгакова лениво подметила, что затоптала все шнурки. Она протопала в гостиную. На плите стояла привычная красная кастрюля в горошек, а родным не было дела до девочки. Все занимались лишь своими делами. Она лениво прошла в ванную с намерением помыть руки. Старый выключатель с маленьким рычажком на удивление был опущен вниз. Свет был включен. Из-за двери показался Никита. Он неопределённо уставился на сестру, пытаясь пройти. Неожиданно Василиса загородила его пути отступления. Внутри вспыхнула ярость. Она подтолкнула его обратно в комнату и закрыла дверь. –Ты чего учудил сегодня, олень. - яростно прошептала Василиса. Его смятение резко пропало, уступив место наглой гримасе. –А ты чего это полезла, «Мать Тереза». - совершенно не раскаиваясь, выбросил он. –Ах ты наглец, думаешь тебе это с рук сойдёт? - Василиса раскалилась до предела. –Ты хоть знаешь, что этот толстяк тебя в покое не оставит, знаешь?! –Отстань. –Отстань? Мне же это послышалось?! - на пределе гаркнула на него сестра. –Не твоё дело, и я вообще не просил спасать меня. - вполголоса ответил Никита. –Ах вот значит как, не моё значит. Да твой котелок пустой варит вообще?! Ты понимаешь, он тебя прибьёт. И меня прибьёт. Боже, какой ты идиот. –Твои гопники всё равно всё разрулили, чего ругаться то? От такого высказывания, и его невероятной наглости, Вася аж проглотила слова в горле. –А ты думаешь, что «мои гопники» всегда жопу твою спасать будут, а? Научись постоять за себя, мне хоть капельку спокойнее будет. Василиса тяжело выдохнула, оставив брата в ванной. Руки уже опустились. Никита ошарашено наблюдал за сестрой. Она что, волновалась за него? «Этот день уже ничего не спасёт» - подумалось Васе. Руки она так и не помыла. Отца в гостиной уже не было, но свет горел. Видимо, ушёл наверх. Булгакова неспешно подошла к старому холодильнику. Потрёпанная дверца резко открылась. Внутри стояло много банок: вот и бабушкины огурцы, и вишнёвый компот, и маленькая баночка закрученных грибов. Сразу вспомнилось, как она собирала эти грибы с папой. Даже приятные воспоминания никак не отзывались у неё в душе. Схватив сгущёнку в баночке, она спешно вылила её на ломтик хлеба. Следом из холодильника достала молоко в картонной коробочке. Теперь предстояло подняться по лестнице в свою комнату с тарелкой и стаканом молока в руках. Она наконец поставила еду на стол, и решила пойти проверить сестру. За дверью послышался весёлый голос. Даже слишком весёлый. Подняв бровь, Василиса пошла на звук. Мама с кем-то оживлённо разговаривает, но слова не разобрать. Вася наконец подтолкнула дверь вперёд, но та противно скрипнула. Аня сидела на кровати спиной к двери. На тумбе стоял телефон. –Это точно. - хихикнула мама. Звук за спиной её привлёк, и она обернулась, вопросительно взглянув на дочь. –О, Василиса, не хочешь с Алёной поговорить?! Брови девочки удивлённо поднялись, а сердце забилось быстрее. Ей было очень интересно, как там её подруга. –Хочу конечно! - по-детски счастливо воскликнула она. От её прежнего настроения не осталось и следа. –Держи. - мама аккуратно передала трубку Васе. Та быстро её выхватила. Сердце бешено билось от возбуждения.

***

–Ало? - неуверенно произнесла Алёна. Полчаса назад она счастливая носилась по комнате. Девочка никогда бы не подумала, что подобная новость может настолько выбить из колеи. В ней уже цвело приятное предвкушение. Алёне уже было не важно, как сложиться жизнь в посёлке, главное — с Василисой. –Да, Алёнка, это ты? - радостно воскликнули на другом конце провода. По телу разлилось тепло, когда Белинская услышала знакомый задорный голос. Правда, с тенью печали? Или усталости. –Да-да, Василёк. Как дела? - поинтересовалась Алёна. В трубке устало вздохнули, словно в настроении девочки что-то поменялось. Алёна только сейчас заметила, что голос подруги звучал устало. –Знаешь, Алён, на самом деле не очень. –Ты чего это? –Знаешь, долгая история. –Всё равно же расскажешь. - бодро сказала Алёна. Такое поведение было ей... Несвойственно, что странно. Она ведь чётко слышала, что у Булгаковой что-то случилось. В сердце защемило, а волнение за подругу возросло. В голове начали крутиться странные волнующие вопросы. Пока она рассматривала в голове всевозможные варианты, Вася уже второй раз повторила свой вопрос. –Какая-то ты подозрительная. Что-то не так? –Ладно, Василёк, не буду томить. Скоро расскажешь мне лично, я приезжаю послезавтра. Предложение не далось ей с трудом, как это бывает обычно. Всё было так легко. Это была радость. В трубке повисло молчание. Оно не было неловким, Алёна точно знала, что последует дальше. Рука от нетерпения сжимала, мяла резиночку. Ту самую резиночку, которую она носила на руке. Такая же была у Булгаковой. Спустя мгновение раздался полный счастья писк. Послышался успокаивающий голос тёти Ани. Василиса уже, сгорая от нетерпения, задавала кучу вопросов. Алёна едва различило, чуть самодовольно хмыкнула. В животе разлилось приятное тепло от светлых чувств. Может, так ощущается жизнь? –Жди меня, Васён. Короткий «дзынь» раздался прямо у уха. Девочка положила трубку. В комнате стало невыносимо тихо. Осталось лишь послевкусие мимолётного счастья и какая-то слишком пугающая тишина. Окна были наглухо зашторены, неярко горела лишь настольная лампа. Старый коричневый телефон стоял у мамы в комнате, на тумбе. Нос снова различил терпкий запах сигарет, заползающий в лёгкие. Алёна быстро встала и подошла к окну, чтобы выпустить ненавистный запах. Запах, который преследует её всегда и везде. Особенно в кошмарах и мыслях, полных едкой ненависти. Сзади послышались шаркающие шаги, девочка резко обернулась. –Чё, не нравится? - насмешливо и презрительно выкинул слова Арсений, стоящий с дымящейся в руке сигаретой. Алёна никогда не любила отчима. Он никогда не любил её, лишь делал хуже. С его приходом жизнь девочки стала невыносимой. Когда-то она была открытой, жизнерадостной. Часто эти картинки всплывали в её сознании. Такой она была, но стала взрослеть. Тогда уже в ней начали зарождаться сомнения. Её розовые очки упали, разбившись вдребезги и кажется, она поранилась одним осколком. Может, несколькими. Характер начал ломаться, жизнь пошла по наклонной, а Арсений лишь помог этому. Он был похож на тех страшный дядь из бабушкиных рассказов, которые «могут украсть непослушного ребёночка». Он вечно курил. И презирал её, насмехался. Ломал с трудом построенную самооценку, и в общем жизнь, даже не подозревая об этом. Даже если бы и знал, ему глубоко плевать. Может даже он вёл себя хуже. Ни один день не обходился без его едких, ядовитых замечаний, полных ненависти ко всему миру. Алёна равнодушно посмотрела на него и вышла. Девочка сжала кулаки, впиваясь ногтями в мягкие ладони. «–Жди меня.»

***

Утро было на удивление солнечным. Вчерашний день у девочки прошёл слишком быстро. За окном бушевал ветер и легонько трепал тонкие веточки деревьев. Было невыносимо жарко и душно, воздух ощущался практически тяжёлым. Василиса растянулась на кровати, выгибая спину. Вчера она с Бяшей пугала, а точнее сказать, дразнила соседских собак, пиная камушки в ворота. Кажется, в такие моменты она была как никогда счастлива. Бяша стал её другом и помог адаптироваться в этом месте, рассказал про всё и всех. Снизу пахло яичницей с поджаренной колбасой и томатом из банки. Мама готовила. На столе стояли кружки с какао, на дне которых осел порошок. Никита, усевшись на своё вчерашнее место, размеренно хлебал из стакана. Василиса, приземлившись на стул, сразу же подскочила от неприятных ощущений. Сразу не было понятно, что случилось, но теперь её любимые шорты стали мокрыми. Никита чуть не подавился, пытаясь скрыть улыбку. Видимо, не вышло, и уже через секунду он смеялся на весь дом. –Тебе напомнить кое-что? - почти прошипела девочка. –Василиса обоссалась! - не унимался он. –Никита, перестань смеяться. Ну с кем не бывает, вляпалась. Надо смотреть куда садишься - сказала мама, не отрываясь от готовки. –Ух, ну я тебе сейчас дам! - зло процедила сквозь зубы уже разгневанная Вася, поднимаясь со стула. Подобравшись к брату, она со всей силы шлёпнула его по затылку. Удар эхом отдавался от стен. Девочка угрюмо направилась к себе в комнату, слушая недовольный голос мамы и гневные выкрики брата. Злость пробирала до самых костей. Из тех вещей что она вчера успела разобрать, Василиса достала чёрную футболку и джинсовую юбку. В коридоре висело старое длинное зеркало, оставшееся от прошлых владельцев. Василиса потопала туда. «Надо же на себя глянуть.» В углу зеркала застряла чья-то старая фотка. Бумага пожелтела, а её кончик помялся. По периметру разошлись мелкие трещинки. Что-то побудило её снова оглядеть всё, и Василиса невольно вздрогнула, осознавая, что этот дом — всё-таки нечто чужое, и родным он не станет никогда. Отогнав от себя ненужные мысли, девочка поспешила на улицу. Она спешно шагала по деревянным ступенькам скрипучей лестницы. Снизу слышалась бодрая болтовня мамы. «Кажется, сегодня она правда счастлива.» Преодолев спуск, Василиса поспешила к выходу и быстро натянула любимые кеды. Ключи висели на крючке у двери. –Надо же, даже солнышко вышло. - подметила мама, стоя спиной к Васе у плиты. –Куда ты, Вась? - продолжала Аня. Наверное, у женщины всё-таки есть суперспособность. Или же у неё глаза на спине. Может, обострённый слух? –Я гулять, мам. –Чтобы к обеду дома была, Алёну пойдём встречать. Мир на секунду замедлился. Как же она могла забыть? Мысленно, девочка уже во всю корила себя, за то, что это вообще могло вылететь из головы. Мелькали сотни разных вопросов «как так?». Она правда ужасная подруга. Наверняка, Алёна много думала об этом и, может, волновалась. Василиса сильно закусила губу. «Надо сказать Бяше, что не смогу пойти гулять.» –Чё с ней? - вклинился в разговор Никита. –Да пошёл ты. - процедила девочка. Затем повернулась к маме: –Хорошо. Затем развернулась и стремительно покинула комнату. Выйдя из дома, она обречённо выдохнула. Ноги не хотели двигаться, а вина сжирала её изнутри. Василиса до боли закусила губу, и всё-таки решила идти к Бяше. У той лавочки мальчик был не один. Издалека виднелись пять силуэтов. Василиса нахмурилась. Что-то не так, гуляла она обычно только с Бяшей или Антоном. Или Ромой. Конечно, ей все равно пришлось бы знакомиться с кем-то ещё, но сейчас точно не было на то настроения. Рядом с её новыми знакомыми стояли ещё два мальчика. Один, уперев руки в бока, что-то определённо нагло высказывал Роме, а тот стоял, сведя брови к переносице. Мысленно, Вася крайне удивилась несвойственной выносливости Пятифана. У второго мальчика руки в карманах шорт, и стоял тот расслаблено, разговаривая с Бяшей. Василиса подходила всё ближе, и с расстоянием ей больше казалось, что назревает драка. Первым её заметил Бяша, и приветственно замахал рукой. Всё внимание обратилось к Василисе. Девочка начала оглядывать компанию и пожала протянутую руку другу. –Привет, Василис. - робко махнул Антон, будто это давалось ему с трудом. Девочка улыбнулась и поздоровалась в ответ. Затем обратила внимание на Рому. Тот стоял чуть поодаль, сунув руку в карман. Он лишь мельком глянул и сдержано кивнул, даже не повёв бровью. –Надо вас познакомить, на. - чуть отошёл Бяша, открывая обзор на парней. Василиса кивнула, и сразу обратила внимание на мальчика со светло-каштановыми волосами. Взгляд был наглый, и будто уже собирался дерзить, даже не познакомившись. Василиса приподняла подбородок, одарив взором, отвечающим на его ухмылку. Про себя она хмыкнула. Бяша поспешил его представить. –Это Артём, на. - указал Бяша на того парня. —А это Василиса. - он выгнул бровь и, улыбнувшись, протянул Васе руку. Рукопожатие получилось каким-то приятным и аккуратным. Он манерно заговорил: –Не часто у нас новенькие. Какое имя у тебя. Красивое. - парень смотрел ей прямо в глаза, будто прожигая дыру. Он вёл себя подчёркнуто, будто снизошёл с небес на землю. Вася сощурила глаза. «Выскочка какой-то» –Да, ты прав. - оглядев его, ответила Булгакова. Он вопросительно приподнял бровь, словно ожидал в ответ поток лести к своей персоне. Девочка едва не закатила глаза, но сдержалась. В ответ она лишь самодовольно ухмыльнулась. Будто он не заслуживает её внимания, решила использовать его же тактику. Они сверлили друг друга взглядами, словно общались мысленно. Артём сощурился, говоря взглядом: «—Мы с тобой ещё не закончили». Василиса перевела своё внимание на второго. Он спокойно вразвалочку подошёл к девочке и, словно не заметил их безмолвную войну, тоже протянул руку: –Захар. - нейтрально представился мальчик. Рукопожатие получилось сдержанным и крепким. Ей стало приятно. От него веяло надёжностью, но не опасностью, и был он почти на голову выше. Василиса улыбнулась и снова оглядела всю компанию. Черты Ромы уже приобрели опасную острость. Он был зол, смотря на Артёма, сжал и разжал кулак, словно готовясь к удару. Второй всё так же с вызовом смотрел на Пятифана, точно не переживал за себя от слова совсем. Всё произошло быстро, девочка даже не поняла, в чем дело. Рома за секунду достал что-то из своего кармана и направил Арсению в грудь. Нож-бабочка. Василиса замерла, с ужасом выпучив глаза. «Господи, что здесь твориться». Её будто током ударило. Может, от него стоит держаться подальше? Она переглянулась с таким же взволнованным Антоном. Он быстро поправил сползающие очки. Бяша не растерялся и быстро подошёл к Роме, положив ладонь ему на плечо, но тот лишь сбросил руку. –Чё, шавка, брыкаться вздумал? Падаль. - Рома сплюнул на землю, резко убрав ножик. Его глаза опасно сверкнули, предвещая скорую расправу. –Да уж, против такого аргумента не попрёшь. Прекращай, Ром. - отозвался Захар. —Мы уходим. –Ещё увидимся, Василиса. -нагло улыбнувшись напоследок, сказал оттаскиваемый Захаром чуть ли не за шкирку, Артём. –Индюк напыщенный. - фыркнув, пробормотала им вслед Вася. Она гневно свела брови и обернулась на ребят. Те стояли, как ни в чём ни бывало. В ответ на её бурчание Бяша прыснул, а Антон благоразумно скрыл улыбку покашливанием в кулак. —Это что ещё за фокусы? Рома, откуда у тебя ножик? - возмущённо сказала Василиса. Мальчик поднял на неё свой взгляд и язвительно ответил: —А ты мне чё, мамка? Дела свои решаем. - обратив внимание на пристальный взгляд Васи, продолжил: —На войне все средства хороши. Вася уже во все глаза смотрела на мальчика. Возможно, стоило оставить эту тему, и не ввязываться. —Прав он, на. - вклинился Бяша. —Ну не так же его надо наказывать. - пробубнил Антон. Вася с ним явно согласилась, даже не зная всей ситуации. В голове мелькали разные вопросы и сомнения. —Ладно, проехали, на. Ты как, Вася? —Да вот шла сказать кое-что. - девочка сделала паузу, размышляя. —Скоро подруга моя приедет. Вы не против познакомиться? Новость видно поразила присутствующих. Бяша поднял брови и с радостью замахал головой. —Несколько лет никто не приезжал, на. А тут сразу две новенькие. —Я не против. - робко сказал Антон. —Ей сколько? —Четырнадцать ей, она хорошая. Сегодня иду встречать. - Василиса посмотрела на Рому, словно ища в его глазах одобрение. Эмоции прочитать было невозможно, он лишь терпеливо оглядывал траву под ногами. Словно вся его натура твердила: «Не буду я общаться с девчонкой.» Василиса хмыкнула, сложив руки на груди. —Значит так, Васька, завтра здесь ждём вас в обед, на. Знакомиться будем. - довольно сказал Бяша. Вася лучезарно улыбнулась, поправляя волосы. —Хорошо, Бяшик. - Парень звонко захохотал. Антон улыбнулся а Рома всё так же смотрел вдаль и играл жевалками. Бяша глянул на Васю. —Повторяй за мной, на. Бяша вытянул вперёд кулак. Василиса повторила за ним, и легонько стукнул. Мальчик улыбнулся, не скрывая передних зубов, заразив Василису своей радостью. Вася подошла к Антону и так же попрощалась, ударив кулаком, на что он скромно улыбнулся. Девочка подошла к Роме. Сосредоточив на ней свой взгляд, он, не отрываясь, дал ей кулак. Василиса весело хихикнула и, махнув рукой, в темпе пошла домой. Никто так и не понял, как лихо стучит её сердце. Рома, нахмурившись, смотрел ей вслед и уголки его губ легонько поднялись.

***

Домик бабушки Алёны оброс зеленью, но выглядел он не совсем ещё плохо. Семья Булгаковых собралась там, чтобы встретить Алёну, её маму и отчима. Мама уже сходила проведать бабушку Алёны, Матрёну Степановну. Той было совсем плохо. Василисе было крайне жаль бабушку, но сейчас она едва ли могла думать об этом. Все её мысли занимало возбуждение. Она в нетерпении мерила шагами расстояние от одного угла забора, до другого. Папа стоял, прислонившись плечом к калитке. Мама вышла из дома и тоже стала ждать. Василиса посчитала дни в этом посёлке. Они не виделись всего пять дней, но казалось, что прошла уже целая вечность. Как раз в это время на горизонте появилось нечёткое пятно. Оно всё приближалось, и Вася уже могла разглядеть очертания машины. Сердце забилось сильнее, и девочка счастливо улыбнулась. Она мысленно поторапливала машину. Чёрная девятка остановилась прямо у забора. Задняя дверь открылась, и Алёна встала на землю. Василиса резко сорвалась с места и побежала к подруге. Белинская безошибочно нашла взглядом девочку и раскинула руки в сторону, принимая её. Вася влетела в Алёну, едва не завалив обоих. Объятья оказались самыми мягкими в её жизни. Она вдыхала такой родной запах и будто не была уверена в том, что это всё по-настоящему. Василиса думала, что потеряла её. Но вот она — такая живая, родная. Перед ней. Алёна широко улыбалась.

***