Прошлое не властно.

Адриана и Роберт целовались на пороге дома. Иден Кастилио отошла от окна и взглянула на часы. Начало третьего ночи. Не произошло ничего неожиданного. Сама идея какого-либо ограничения для этих двоих с самого начала была обречена на провал. Здесь невозможно ни на что повлиять. Разве она сама поступила бы иначе на их месте? Определенно, нет. Послышался звук открывающейся двери. Адриана вошла в дом счастливая и улыбающаяся. — Мам… Уже поздно… Почему ты не спишь? — Я не пытаюсь следить за тобой. Обе знали, что это неправда. Но Адриана просто не могла сердиться. Вспоминая безумие, творящееся в номере Роберта еще какой-то час назад, как сильно недельная разлука подействовала на них обоих, с каким неистовством они занимались любовью, недовольство матери и ее попытки контроля казались чем-то неудобным, но несущественным, как мозоль на пятке. — Мы с Робертом совершенно забыли о времени. Думаю, ты еще помнишь, каково это быть влюбленной. Да, она это помнила. И за каким занятием ее дочь и Роберт забыли о времени, Иден тоже понимала. Судя по совершенно сухой одежде Адрианы и все еще влажным волосам, они с Робертом точно не устроили ночные купания в океане. — Я не такая старая, чтобы забыть. — Значит, ты перестанешь предвзято относиться к Роберту? Как и обещала. — Я не перестану волноваться за тебя. Тебе следует быть осторожнее… — Мы предохраняемся, если тебя это беспокоит. Хотя она и не это имела в виду, Иден от слов дочери стало спокойнее. Возможно, Адриана и была чересчур романтичной и по уши влюблена в Роберта, но при этом оставалась разумной девушкой. — Я не хочу, чтобы тебе причинили боль. — Но ты не проживешь мою жизнь за меня, мама. — Просто не принимай поспешных решений. Хорошо, милая? Вы с Робертом очень мало знаете друг друга. — Я знаю о Роберте все, что нужно. Тебе не кажется, мам, что все наши разговоры стали словно копия друг друга? Ты в чем-то обвиняешь Роберта, я его защищаю. И это начинает утомлять. — Меньше всего мне хочется быть помешанной мамашей… — Так не будь ей. Дай нам с Робертом самим во всем разобраться. Иден искренне хотела бы этого, но стоило ей столкнуться с Робертом, как внутри, словно сигнализация, срабатывала интуиция. Не верь, не верь, не верь ему. Неужели то же самое когда-то двигало и ее отцом, СиСи Кепвеллом? Осознание, что он лучше знает, каким должно быть счастье его детей?