Прошлое не властно.

— Здесь мы можем спокойно продолжить разговор, без посторонних. Что конкретно интересовало бывшего инспектора? Роберт окинул любопытным взглядом Джейсона, стоящего рядом, ища на его лице признаки того, о чем беспокоилась Адриана, одновременно наблюдая за входом в «Оазис». Ему не хотелось, чтобы их с другом конфиденциальный разговор кто-то подслушал. Сейчас Джейсон меньше всего походил на человека, готового сорваться и в любой момент вернуться к наркотикам. — В основном твои родители, отчим. И, кажется, насколько я тебе предан. Во втором я не уверен. Выражался он весьма завуалированно. — Неужели надеялся перетянуть тебя на свою сторону, Джей? Ты, конечно, не поддался бы. В голосе Роберта было больше веселья, чем озабоченности, но Джейсон не разделял настроя друга. Иногда вопросы задают не для того, чтобы получить на них ответ, а понять, лжешь ты или нет, потому что правда интересующемуся давно известна. — Если бы я сделал это, жить мне стало бы гораздо легче. — Ты от тоски, Джейсон, умрешь, если в твоей жизни не будет никакой драмы. — Не думаю, что я в этом далеко ушел от тебя, приятель. — Разница между нами в том, что как только я добьюсь своего, переступлю прошлое, забыв о нем. Наконец начну создавать будущее, о котором мечтаю. Ты же найдешь новый способ страдать. А если не найдешь, вернешься к любимому варианту. Мазохистскому общению с родней. — Может, вместо того, чтобы меня анализировать, Бобби, ты допустишь на минуту, что мистеру Кастилио известно, что твой отчим это твой дядя, брат-близнец твоего отца? Иначе с чего он решил меня о нем расспросить. А затем неожиданно предложил нам с тобой и Саманте с Адрианой отправиться на некий остров, известный под названием Лас-Сиренас. Провести там пару деньков. Веселое настроение Роберта как рукой сняло. Значит, Кепвеллы в своем расследовании зашли дальше, чем он мог предположить. Сведения об их с Джейсоном поездке на Лас-Сиренас раскопала, конечно же, миссис Кастилио — полноправная хозяйка острова. Узнать о том, что тот, кто в настоящем времени носит имя Роберт Куинн Барр, в недавнем прошлом был Куинном Армитаджем, задача более сложная, но вполне реальная. В конце концов, никто не отменял услуг частных детективов, к тому же у самих Кепвеллов были весьма обширные связи, впрочем, как и у бывшего инспектора Кастилио. — Относительно нашей поездки на Сиренас выкрутиться труда не составит. Главное, говорить одну и ту же версию. Мы пробыли там недолго, кто владеет островом понятия не имеем. А вот насчет папы… — Только, Бобби… — Что, Джейсон? — Я не сообразил сказать отцу Адрианы, что уже был на Сиренас. Это нам не на пользу. — Не страшно. Если что, скажешь, что просто не запомнил названия острова, на котором мы с тобой побывали. Кепвеллы ничего не смогут нам предъявить. — Но твой отчим, если им известно, кто он… Вся твоя история рассыпается в прах, и становится ясно, что ты лгал все это время. Что мы оба лгали. Джейсон, скривив губы, покачал головой. Показывая тем самым, что сейчас они с приятелем не в выгодном положении. — Не следует заранее поддаваться панике. Думаю, мне стоит перекинуться парой слов с миссис Кастилио, обсудить сложность образа Призрака Оперы, невзначай заговорить о моих родителях, отчиме. Посмотреть на ее реакцию. — А если этим добьешься противоположного эффекта? Вдруг она припрет тебя к стенке? — Было бы у Иден Кастилио что-то стоящее, действительно разоблачающие сведения, она не медлила бы с возможностью предъявить их мне. В любом случае… Да, Джейсон, я согласен, великолепный праздник. Я ничего подобного никогда не видел в Мадриде. Сначала Джейсон не понял, почему Роберт резко сменил тему и повысил тон. Но раздавшееся за спиной: «надеюсь, не помешал» — сказанное Крейгом Хантом, тут же все расставило на места. — Что вы, Крейг. Мы тут с Джеем дышим воздухом и обмениваемся мнениями о празднике. Впечатляющее событие. — Рад, что вам нравится. — Да уж, изумительное наслаждение. Крейг усмехнулся. Фраза Джейсона прозвучала так, словно маскарад вызывал у него больше отрицательные эмоции, чем положительные. Но парень ведь в жизни особо ничего не видел, и, возможно, у него негативная реакция с непривычки. Оттого, что он не знает, как правильно вести себя в подобной обстановке. Крейг вспомнил свои первые вечеринки, которые Тонелл закатывал в казино. Изысканная еда, известные исполнители, возглавляющие музыкальные чарты, красивые и доступные женщины, море выпивки. Да, именно алкоголь позволял ему слиться в безудержном веселье с толпой малознакомых тогда людей. Только посоветовать Джейсону напиться не сошло бы за мудрый совет взрослого человека. Да и Саманта не сказала бы ему за это спасибо. Расстраивать кузину Крейгу не хотелось. — Вы же не против моей компании? Тоже захотелось подышать свежим воздухом, а на террасе яблоку негде упасть. — Нам скрывать с Джейсоном нечего. — И в мыслях не было. Эх, сейчас я бы с удовольствием покурил. Но жена не одобряет, а я стараюсь быть примерным мужем. Крейгу хотелось верить, что Роберт и Джейсон в самом деле ничего не скрывают и оказались за пределами «Оазиса» наедине, чтобы передохнуть от большого скопления людей. Джейсон вызывал у него симпатию по разным причинам. Отчасти из-за Саманты, отчасти из-за в некотором роде схожего прошлого. Роберт же. Его крестник, сын Бобби. Младенец, которого он нянчил время от времени, когда Натали была занята личными делами, а Роберт не выпускал телефонную трубку из рук, ведя очередные переговоры, не в состоянии одновременно присматривать за сынишкой. Подобное случалось не часто, но Крейг получал истинное удовольствие от этих редких мгновений общения с Робертом-младшим тогда, двадцать лет назад. — И часто вы устраиваете подобные банкеты? — Пару раз в год. Светская обязанность, Роберт. Если ты не совмещаешь благотворительную деятельность и выставление напоказ своего богатства, рано или поздно останешься за бортом и растеряешь все связи. Как говорит моя мама, нет ничего хуже, чем оказаться изгоем в высшем обществе. — И вы серьезно в это верите, Крейг? На лице Джейсона читалось, насколько откровенно глупым он это считает. Подобные ценности и приоритеты. И только сейчас Крейг окончательно понял, как трудно ему будет вписаться в мир Саманты. — В любом обществе существуют свои правила. Хочешь чего-то добиться, умей подстраиваться. — Уверен, вы, Крейг, наслаждаетесь каждым мгновением. Голос Роберта-младшего, невероятно похожий на голос отца, его прищуренный взгляд с зелеными чертиками в глазах — на мгновение перенесли Крейга в прошлое. Легко было представить Бобби, произносящего эти слова и точно так же смотрящего на него. — Я всегда брал от жизни все, что она предлагала. И куда вас это привело? В мафию, а затем в тюрьму? У Роберта так и чесался язык произнести эти слова вслух, но он промолчал. Крейг Хант тот, кто должен оказаться на его стороне. Его чувство вины, что не вспоминал о крестнике целых двадцать лет, идеальный способ им манипулировать. — Значит, вы сами хотели вписаться в мир вашей жены? Это не вышло само собой, естественным образом? — Я, Джейсон, многое сделал, чтобы быть достойным Келли. Хотя весы чаще склонялись не в мою сторону. И ошибок наделал уйму. Но стремление к богатству и известности, да, это сидело во мне с самого детства. Я понимаю, как тебе трудно… но главное, что Саманта любит тебя. Поверь мне. Джейсон задумался. Наверное, стремление добиться того, чего у тебя нет, нормальное желание любого человека, если он чего-то лишен. Крейг Хант яркий пример этого. Но вот сам он? Думал ли о богатстве когда-нибудь? Стремился ли к нему? В доме деда и бабки он не знал нужды. В еде, одежде, крыше над головой. Как все другие дети ходил в школу, на городские праздники, дружил с соседскими мальчишками и одноклассниками. Да, ему не покупали игрушек и часто наказывали, постоянно твердили, что он ничего не добьется в этой жизни. Поэтому ему хотелось сбежать из ненавистного дома и городка. И деньги им всегда рассматривались лишь с этой позиции, как возможность обеспечить побег. Потом в его жизнь пришли наркотики, остальное стало неважным. Они сгладили все противоречия и стали главным в его жизни. Под кокаином или героином он становился клёвым парнем, который всем нравился. Последующие ломка и депрессия заставляли его лишь увеличивать дозу. Смерть Мелиссы и тюрьма все перевернули. Он стал стремиться завязать и выйти на свободу. А добившись этого, хотел удержать достигнутый результат, не сорваться. Джейсон и сам не мог ответить себе на вопрос, почему богатство и успех никогда не были для него в приоритете. Возможно, все дело в словах, сопровождающих каждый день его детства. Ты паршивая овца, от которой никогда не будет толку. Такой же никчемный, как и твоя мать. — Не переживайте, Крейг. Джейсон лишь с виду вечно во всем сомневающийся и неуверенный. Внутри он крепкий орешек, который знает, как бороться и добиваться того, чего хочет. Крейг оглядел закадычных друзей, заметил, как они переглянулись с легкими улыбками на лицах, говорящими, как они хорошо знают друг друга. И его душу заполнило чувство ностальгии по былым временам. Когда они с Робертом были молоды, полны сил и планов на будущее. Также с улыбками могли дать четкую характеристику друг другу, были снисходительны к недостаткам и восхищались достоинствами. Но все это было так давно, что, казалось, случилось вовсе не с ними. Крейг надеялся, что дружбу этих ребят ждет иное будущее, отличное от их с Бобби.