Прошлое не властно.

Еда в кафетерии студии оставляла желать лучшего, но голова Иден Кастилио была слишком занята мыслями о Куинне, все-таки оказавшимся отчимом Роберта-младшего, чтобы замечать это. Задумчиво перебирая вилкой пасту в своей тарелке, она негодовала из-за случившейся несправедливости. Почему Роберт мертв, а его братец катается как сыр в масле? Да еще и племянника воспитал по собственному образу и подобию, превратив в человека, одержимого жаждой мести. Как Господь мог допустить подобное? Отхлебнув кофе, Иден тяжело вздохнула. Действуют ли Куинн и Роберт-младший заодно? В чем заключается их план? И почему Куинн решил обвинить ее в смерти брата? Или все-таки Роберт-младший сам пришел к столь ложному выводу? Знает ли вообще, что именно любимый отчим виновен в смерти его родного отца? Пусть Куинн сам не стрелял в брата… Чашка с кофе дрогнула в ее руке, и темная жидкость разлилась на скатерть. Да, Куинн не стрелял, а вот она… нет-нет. Роберта убила Флейм. Это была именно Флейм. — Мам, у тебя все хорошо? Адриана стояла у столика и обеспокоенно смотрела на нее. Иден поставила чашку на блюдце, схватила салфетку и стала чересчур усиленно промакивать разлитый кофе, хотя он уже почти полностью впитался в скатерть. — Конечно. Все в порядке, милая. Присоединяйся. Давай вместе позавтракаем? — С удовольствием. Но пасту, мне кажется, лучше не брать? Или у тебя просто нет аппетита? Адриана присела напротив матери. Что-то в ее поведении было не так. Она явно нервничала из-за чего-то. Неужели они с Робертом снова поссорились? А ведь мама, наоборот, обещала наладить с ним отношения. — Много работы. От меня ведь люди зависят, но некоторые хотят совершенно разного. Не всегда выходит лавировать. Телевизионный сезон приближается с неумолимой скоростью, а у нас есть проекты, съемки которых еще не начались, хотя они уже стоят в сетке вещания. — Если нужна помощь, я готова. — Спасибо, родная. Подошла официантка, чтобы принять заказ. Адриана выбрала овощное соте, запеченное куриное филе, апельсиновый сок и воду с лимоном. — У тебя было время взглянуть на мой репортаж? Если нет, ничего страшного. — Конечно, я его посмотрела, Адри. Вышло очень профессионально. Но я и не сомневалась, что так и будет. Запускаем его в эфир сегодня с вечерними новостями. У Адрианы засияли глаза, что заполнило ее материнское сердце теплотой и любовью. Видеть, как твой ребенок счастлив, осуществляет свои мечты, взрослеет на твоих глазах. Разве нужно что-то еще, чтобы быть уверенным — жизнь прожита не зря? И что бы там ни замыслил Роберт, они все преодолеют и выйдут победителями. Иден улыбнулась дочери. — Поверить не могу, что это не сон. — У тебя большое будущее впереди, Адриана. В кадре или за ним. Думаю, я приму твое предложение о помощи. Но, готовься, у тебя станет меньше свободного времени. — Меня этим не испугать, мам. Только не забывай, через месяц я возвращаюсь в Лос-Анджелес. Вернулась официантка с ее заказом. Пока тарелки и стаканы расставлялись на столике, Адриана решала, стоит ли прокомментировать, что ее мать будет рада, если у нее станет меньше свободного времени, особенно на свидания с Робертом. Или все специально подстроено, и на студии нет никакого аврала? Неужели мама таким образом хочет отдалить их с Робертом друг от друга? — Как дела у Роберта? — А я думала, мне придется первой заговаривать о нем. — Я понимаю, Адри, что тебя очень интересует, сумели ли мы наладить с ним отношения. — Роберт не портил отношений с тобой. Это ты, мама, была с ним чересчур строга и предвзята. Можно было прямо сейчас выложить все карты на стол и рассказать дочери о реальном Роберте и его поступках, которые пока скрыты от Адрианы. О картине и браслете, хотя бы об их вчерашнем разговоре. Что Роберт-младший буквально выгнал ее из своего номера, потому что она догадалась, что им движет ревность к отцу. Что он прекрасно знал о прошлом от своего отчима-дяди и соответственно неслучайно оказался в «Калифорнийском Университете», и что их знакомство было спланировано им заранее. Но без доказательств, до тех пор, пока Куинн с женой не окажутся в Санта-Барбаре, это будут всего лишь ее слова против слов Роберта. Слишком рискованно и наивно полагать, что Адриана примет сторону семьи, даже если в душе у нее и поселятся сомнения относительно ее парня. — Я пытаюсь все исправить. Но это сложно. — Попросить прощения и признать собственную неправоту? Не вижу в этом ничего сложного. — Роберт все еще настороженно относится ко мне. — Ты должна понимать, мама, причины этого. — Я заговорила о Роберте не затем, чтобы снова ссориться. Адриана почувствовала себя неловко и принялась за еду, чтобы скрыть это. Мама ведь действительно просто спросила, как у Роберта дела, и чего она сразу распалилась? Ее мать и парень должны найти общий язык, а для этого следует быть посредником между ними, а не поводом лишний раз сцепиться друг с другом. — Вам удалось поговорить? — Да, милая, но, думаю, предстоит еще не один разговор, чтобы все уладить. Роберт очень упрям. — Похож на своего отца? Это ты хотела сказать, мама? — Да, Адри. Ты меня поймала. — С отцом Роберта ты ведь нашла общий язык, даже больше… намного больше. — Издеваешься, дочка? — Нет, смеюсь над тобой. Если Роберт так похож на родного отца, ты должна знать какой-то действенный способ найти общий язык с его сыном. Как-то же вы с ним общались, с отцом Роберта, когда он стал встречаться с тетей Келли. Иден отхлебнула кофе. Объяснять дочери, что они с Робертом-старшим редко виделись после того, как в их отношениях все точки были расставлены над «и», ей не хотелось. Тем более упоминать, как неприятно было видеть его рядом с Келли. Все это теперь в прошлом. В далеком-далеком прошлом. — Да, ты права, милая. Дай нам обоим немного времени. — Хорошо, мам. Иден, не замечая вкуса соуса и сыра, буквально проглотила свою пасту. Запив ее уже остывшим кофе. — Надеюсь, что я и отец Роберта встречались, никак не повлияло на ваши отношения. — Как только первый шок прошел, все стало, как прежде. Нас немного смущало, что мы могли расти как сводные брат и сестра, если бы все сложилось иначе. А еще смерть его отца… Мне кажется, Роберт еще переживает. Кто-то намеренно лишил его отца жизни. А еще Лас-Сиренас… что его получила ты. — Я предложила Роберту отдать ему остров, но он отказался. — Мама, просто сделай это! Для Роберта остров очень важен, даже если он отрицает. — Попробую позже снова поговорить с ним. Но все-таки странно, он был на Сиренас… Почему Роберт не поинтересовался, кому сейчас принадлежит остров? Он должен был разговаривать с местными, видеть таблички с именем отца. Неужели ему не было любопытно, кто все это сделал? Адриана отложила вилку в сторону, в мгновение потеряв аппетит. Серьезно? Снова намеки, что Роберт что-то скрывает и его приезд в Америку часть какого-то плана? Почему мама не прекратит все портить своими подозрениями? — Он впервые оказался в месте, где рос его отец. Где до сих пор живут люди, знавшие его. Он не приехал на Сиренас, чтобы что-то расследовать. Или кого-то допрашивать. — Я не пытаюсь его в чем-то обвинить. Просто хочу понять, почему ему были неинтересны те вещи, которые были бы интересны большинству людей в подобных обстоятельствах. Я знакома практически со всеми жителями Сиренас лично, и кто-то должен был упомянуть мое имя в разговоре с ним. Пусть он и не задавал вопросов сам. — Даже если твое имя всплывало, он мог забыть об этом или не придать значения. Голос Адрианы прозвучал не совсем уверенно. Иден приняла это за хороший знак. Можно слепо любить кого-то, но логика — вещь упрямая. А рассказ Роберта, что он, проведя почти сутки на Лас-Сиренас, пропустил мимо ушей и глаз, что островом владеет женщина по имени Иден Кастилио, не выдерживал элементарной критики. И очевидно был откровенной ложью. — Лучше нам не продолжать обсуждать это. — Да нет уж, мам, договаривай до конца все, что хочешь сказать. — Почему ты не допускаешь мысли, что при знакомстве с тобой Роберт уже знал, чья ты дочь? — Снова коварные планы Роберта? Если ты не доверяешь окружающим тебя людям, это не значит, что и остальные так делают. — Речь не о коварных планах Роберта, а о том, почему он скрывает, что, оказавшись на Сиренас, не мог не узнать, что остров принадлежит мне. И при знакомстве с тобой не мог не задаться вопросом, имеешь ли ты ко мне какое-то отношение. — Мы не единственные Кастилио во вселенной! — Но почему-то из всех городов Америки он выбрал Лос-Анджелес, а из всех колледжей именно «Калифорнийский Университет». — Роберт не знал, кто я при нашей первой встрече. Не мог знать. Адриана бросила салфетку на тарелку и встала из-за стола. Вот тебе и мирный завтрак с матерью. Чего она добивается? Поссорить их с Робертом? Вызвать ее недоверие к нему? Ничего не выйдет. Роберт никогда ее не обманывал. Он прошел тяжелый путь, потерял отца, сам едва не умер от рака. Ее мать не имеет права в чем-либо его обвинять. Роберт не заслужил предвзятого отношения к себе. — Он знал, как бы сложно тебе ни было это признавать. Роберт тебя обманывает, Адриана. Однажды ты это поймешь. — Не надо выдавать собственные фантазии за действительность, мама. И не удивляйся, что сегодня я не буду ночевать дома. До встречи… Когда Адриана ушла, Иден устало облокотила голову на руку. Разговор вышел действительно трудным. И, возможно, вообще не стоило его затевать. Но, сидеть сложа руки и ждать от Роберта нового удара, она не могла. Адриане пора взрослеть и увидеть мир дальше привычного и уютного окружения. Как только она разоблачит хотя бы одну ложь своего парня, это в целом пошатнет ее доверие к нему. А дальше уже Роберт обязательно запаникует и начнет оступаться. К моменту, когда в городе появится Куинн, половина дела уже будет сделана.