Прошлое не властно.

— Пришли проверить, не прихватил ли я с собой полотенца и шампунь? Роберт отступил в сторону, пропуская Иден Кастилио в номер, хотя с большим удовольствием захлопнул дверь прямо перед ее носом. Да, им было что сказать друг другу, но в какой в этом смысл, если все предельно очевидно. Он негодяй и обманщик, а она святая. — Или боитесь, что я передумаю выселяться? В городе есть отели, не принадлежащие… — Тебе совсем не стыдно, да? После всего, что ты натворил? Иден прошла в номер Роберта и мельком огляделась вокруг. Было бы неплохо, если бы он переселился в какой-нибудь придорожный мотель на выезде из города. Но ему даже на это не хватило совести, переехать из отеля «Кепвелл», чтобы не мелькать у них перед глазами, пусть он и находится в городе последние часы. — Я только себе сделал хуже. — Неужели?! Бедненький… А как же моя дочь?! Ты хотя бы раз задумывался о чувствах Адрианы?! — Только о ней и думаю. — Ложь! Ты думаешь лишь о себе. Иден испытывала отвращение, находясь здесь и говоря с Робертом-младшим. Но иначе нельзя. Она обязана выяснить все до конца. Почему сын Роберта оказался мерзавцем? Почему посмел подло поступить с ее дочерью? Иден Кастилио в упор смотрела на него. Роберту не хотелось отводить взгляд, но не вышло. Она ведь во всем права. Он думал лишь о себе, а Адриане отводилась роль второстепенная. Она должна была любить его и ненавидеть мать. Роберт наконец осознал, насколько был глуп. — Если вам все известно, почему вы здесь? — Лучше я, чем мой муж. — У вашего мужа была возможность преподать мне урок. Он ей не воспользовался. — Я убедила его не пачкать об тебя свои руки. Иден прекрасно понимала, это всего лишь отсрочка. Если Роберт решит и дальше оставаться в Санта-Барбаре, рано или поздно они пересекутся с Крузом. И последствия их встречи сложно предугадать. — Вы же не ждете от меня благодарности? — Не жду. Хотелось бы, чтобы твое намерение покинуть город не изменилось. — Иными словами, мне следует убраться. — Ты сам во всем виноват, Роберт. Роберт явно хотел что-то возразить, но быстро передумал. Он провел рукой по волосам, размышляя о чем-то. Иден захотелось встряхнуть его, влепить пощечину и задать переполняющие ее вопросы. Почему он не поступил иначе? Почему не выбрал иной путь? Зачем вмешал Адриану в свои дела? И теперь он отомщен, когда страдают все, сам он в том числе? — Вы-то довольны, что оказались правы. Раскусили меня с самого начала. — Между собственной правотой и счастьем дочери я всегда выберу последнее. Роберт пристально посмотрел на Иден Кастилио. Нет, она не лгала. Ей хотелось ошибиться в нем, чтобы Адриане не пришлось страдать из-за того, что тот, кого она полюбила, оказался лжецом и манипулятором. — Как Адриана? — Попробуй представить, Роберт. — Если бы я мог объясниться с ней. — Даже не думай попытаться с ней встретиться. Адриане плохо. Ты разбил ее сердце, уничтожил ее чувства. Надеюсь, ты наслаждаешься результатом. — Я не собираюсь оправдывать себя. — Неужели месть не оказалась сладка? Ах да, ты же так и не получил Сиренас! И я не отдам его тебе. Ты, Роберт, недостоин наследия своего отца. Иден было больно произносить эти слова, представлять, что почувствовал бы Роберт, узнай, кем стал его сын. Отражением Куинна. Вот она жизненная несправедливость во всей своей красе. — Мне не нужен остров. Больше нет. — Неужели? Тогда для чего было… — Без Адрианы в остальном смысла нет. — Только не надо делать вид, что когда-то любил мою дочь. Роберт почувствовал ком в горле. Конечно, кто же теперь поверит в его любовь к Адриане. После услышанного она сама уверена, что все было ложью. И ненавидит его вполне заслуженно. Если можно было увидеться с Адрианой хотя бы на минуту, сказать ей, что любит и никогда не лгал о чувствах к ней. — Все еще люблю. — Какой же ты циник, Роберт! — Не верьте, Иден. Ваше дело. — И Адриана не позволит тебе снова себя обмануть. Пусть сама она верила, что Роберт любит Адриану, но ему знать об этом необязательно. Он не заслуживал знать. Иден считала, что поступает правильно. — Значит, нам и говорить не о чем. — О нет. Мне нужна правда. — Правда? Вы и так все знаете. Отец любил вас. Из-за этого развалился брак моих родителей. Вы стали причиной его приезда в Санта-Барбару. В итоге он погиб, успев завещать вам Сиренас. — Ты пропустил, что в мафии Роберт тоже оказался из-за меня. Но я не убивала его, как бы тебе ни хотелось в это верить. — Все в его жизни всегда вертелось вокруг вас. Роберт и сам не понимал, почему говорит то, что говорит, хотя уже и не думает, что его правда о прошлом имеет хоть какое-то отношение к действительности. — И из-за ревности ты решил отомстить мне? — Что бы я ни решил в прошлом, сейчас это не важно. — Не хочешь говорить, я понимаю. — Мне жаль, что из-за моих ошибочных выводов и неверных решений пострадала Адриана. Мне искренне жаль. Больше я вас ни в чем не виню. И не собираюсь надолго оставаться в Санта-Барбаре. — Надеюсь, это правда. Иден действительно надеялась. Раскаяние читалось на лице Роберта. Она даже испытала к нему что-то вроде сочувствия. Маленький, испуганный, запутавшийся ребенок. Вот кем сейчас казался ей Роберт. — Абсолютная. У вас есть еще вопросы? — Только один. Оно того стоило? Месть? Остров? — Не стоило. — С этим тебе придется жить до конца жизни. Иден Кастилио развернулась и покинула его номер. Роберт присел на кровать и опустил голову, сильно сжав ее руками. Он ощущал себя, словно находился посреди руин. Мертвых и обугленных. И все это он разрушил собственными руками. И некого винить, все маски сброшены.