Прошлое не властно.

— Ты действительно даже не догадывался? Келли крепко сжала руку Крейга. Она не представляла, что он чувствует, узнав подобную новость, но, что хуже, собственные чувства пугали ее еще сильнее. «Возможно, у меня есть взрослый ребенок». Фраза мужа застряла у нее в голове. Келли оказалась не готова к столь непредсказуемому повороту. — Абсолютно. Я никогда не был безответственен в подобных вопросах. После приюта и всего остального, последнее, чего мне хотелось, иметь детей. Так было до тех пор, пока я не встретил тебя. — Я не знаю, что сказать. — Что тут скажешь. У меня есть ребенок. — Может быть, есть. Голос Келли прозвучал немного резко, с явным неверием в подобную вероятность. Крейг посмотрел на жену, ища доказательства внезапно промелькнувшей в его голове мысли. Так и есть. Келли не в восторге от его предполагаемого отцовства. Ничего удивительного. С чего, собственно, ей радоваться чему-то подобному? Он-то сам разве рад? — Натали уверена, что Бетани родила ребенка… моего ребенка. — Нет никаких доказательств. Она могла потерять ребенка или вообще не быть беременной, или он вовсе не был твоим, Крейг. Келли повторила в точности то, что он недавно сам сказал Натали. И ему действительно хотелось верить в любую из этих вероятностей. Но часть, какая-та небольшая часть его души, отчего-то желала, чтобы ребенок все-таки существовал. Пусть разум как только мог отрицал это. — Знаю, ситуация не из приятных. — Я просто пытаюсь уберечь тебя от ложных надежд. Прошло больше двадцати лет. Келли не понимала, как она должна вести себя. Притворяться, что появление у Крейга взрослого сына или дочери не является проблемой, претило ей. Но открыто заявить свою отрицательную позицию было бы нечестно по отношению к мужу. Потому что, если все окажется именно так, как сказала Натали, и у Крейга есть ребенок, она не хотела оказаться с мужем по разные стороны баррикад. — Бессмыслица. Мои отношения с Бетани мало чем отличались от отношений с другими женщинами. Она была милой, веселой и тщеславной. Мы не были пределами мечтаний друг для друга. Бетани собиралась удачно выйти замуж и точно осознавала, что я для брака не гожусь. — Думаешь, из-за этого она решила не сообщать тебе о своей беременности? — Сначала она думала, что беременна от другого. В любом случае все, что Бетани могла получить от меня в то время, это деньги на аборт. Лицо Келли дрогнуло на мгновение. Крейг постарался выдержать ее удивленно-растерянный взгляд. Для нее не могло стать сюрпризом, кем он был до знакомства с ней. Ни Бетани, ни любая другая женщина, кроме нее, не была в состоянии заставить его желать семью и всего прочего, что с этим связано. — Иногда я забываю, каким ты был когда-то. — И был бы до сих пор, если бы не ты, милая. Крейг крепко обнял Келли и прижал к себе, ища в ней спасение от прошлого, от того, что теперь так сильно терзало его. Рядом с ней он не чувствовал себя настолько потерянным и опустошенным, как сразу после разговора с Натали. Сотни самых скверных мыслей роились в его голове, одна хуже другой. Он хотел знать правду и обязательно все выяснит, вот только как это отразится на них с Келли? — Не думай, что я монстр, заставляющий своих любовниц избавляться от случайно зачатых детей. Я никогда не забывал об осторожности, потому что никогда не пожелал бы собственному ребенку такой же судьбы, как у меня. — Но твоя судьба не такая ужасная… — Потому что я встретил тебя, Келли. С тобой моя жизнь обрела смысл, но, если Натали права, значит, мой самый жуткий кошмар все же сбылся. На лице Крейга отразилась боль. Келли сильнее сжала его руку и прильнула к плечу. История с Бетани и ребенком, которого эта женщина могла родить от Крейга, пока была темной и требовала доказательств, но ее муж уже сейчас воображал себе самое худшее из возможных вариантов. Что его сын или дочь оказались на улице, в приюте или еще где-то, и были лишены родительского тепла. Это расстраивало Келли. Но не только. Если чего-то она не хотела испытать в своей жизни, так это оказаться на месте матери или Иден — принимать других детей собственного мужа. Она любила Чипа, Ченнинга-младшего и Грэга, своего сводного брата, но для нее было ценно, что она единственная любовь Крейга и единственная мать его детей. И вдруг это оказалось мыльным пузырем, который мог лопнуть в любую минуту. — Нельзя ничего утверждать, мы не знаем, как все было на самом деле. — Я хочу найти ребёнка, Келли. Или узнать, что его никогда не существовало. Мне необходимо это. Крейг словно спрашивал ее разрешения, и ей стало от этого некомфортно, даже больше, очень неприятно. Она не могла сказать «нет», но именно этого ей в действительности и хотелось, чтобы он не начинал копаться в прошлом и что-то выяснять. Какая ирония — подумала Келли. Когда речь шла о его матери и выяснилось, что это Августа Локридж, она всеми силами пыталась убедить мужа, что он должен знать свои корни. И вот сейчас речь шла о том, что у него, возможно, есть ребенок, взрослый сын или дочь, но последнее, чего ей хотелось бы, чтобы это оказалось правдой. — Знаю, милый. — И ты не… — Если ребенок существует, и есть шанс отыскать его, мы попробуем найти его. Это важно для тебя, а значит, и для меня. Разве не в этом суть брака? Мы поддерживаем друг друга, и вместе переживаем все плохое и все хорошее. — Я люблю тебя, милая. Но ты не должна делать вид, что тебя устраивает… — Крейг, я пока и сама не знаю, что именно чувствую. Все слишком неожиданно, нужно время во всем разобраться. Келли понимала, что лжет, но как она могла сказать мужу, что не желает ничего знать о его ребенке от другой женщины в момент, когда он сам еще не отошел от шока. — В любом случае, если все окажется правдой, я постараюсь, чтобы это не повлияло на нас. А теперь Крейг врал себе, но Келли не собиралась говорить ему об этом. Потому что он и сам прекрасно осознавал, если ребенок Бетани существует и окажется также его ребенком, их жизнь навсегда изменится. И ни он, ни она ничего не смогут с этим поделать. — Что ты собираешься делать? — Полечу в Оклахому и попробую найти родителей Бетани. Выясню, живут ли они по прежнему адресу, известно ли им что-нибудь о дочери и ее беременности. — Похоже на план. — Нет смысла откладывать. Лучше как можно быстрее развеять все сомнения. Крейг поцеловал Келли в макушку. Он не был настолько наивен, чтобы верить, что она на самом деле спокойно отнеслась к его возможному отцовству, как бы ни старалась этого не показывать. Принять подобное нелегко, но он просто не мог игнорировать то, что узнал от Натали. Зная правду, легче понять, что с ней делать, а не сводить себя с ума, предполагая худшее. Они с Келли уже многое пережили, со стольким справились. Вместе. В горе и в радости. До самого конца.