Прошлое не властно.

— Надолго ты к нам на этот раз? — Убирая на поднос тарелки с остатками еды, спросила Шарлотта. Для раннего утра она выглядела превосходно. Свежее лицо без малейшего макияжа, рыжие непослушные волосы, сплетенные в тугую косу, атласный халат, едва доходящий до середины бедер и оставляющий мало простора для воображения. — Пару дней, возможно. Пока я еще не решил. — Так и знала, что твои отношения с принцессой Кепвелл долго не продлятся, и ты примчишься сюда, зализывать раны. — Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, Лотта. — Неужели? Шарлотта отставила поднос и подошла к стопке журналов, лежащих на прикроватной тумбочке. Порылась в них несколько секунд, достала тот, что искала, пролистала его и, открыв на нужной странице, протянула ему. Джейсон нехотя взял журнал из рук девушки. На глянцевых страницах была размещена статья о приеме Кепвеллов в честь Дня Независимости. Тот самый бал-маскарад. На главном развороте журнала находились два больших снимка. Роберта и Адрианы и его с Самантой. Подпись гласила: «Дойдет ли дело до свадьбы?» — Разве это ты, Джейсон? Шарлотта тыкнула пальцем прямо в него на снимке, словно намеревалась раздавить невидимого ему таракана, случайно оказавшегося между страниц. — Просто вечеринка семьи моей девушки. Ничего особенного. — Тот Джейсон, которого я знаю, никогда не продался бы за смокинг, дорогие ботинки и прочий хлам. — Я не продавался. — Это не твой круг и не твоя жизнь. Как тебе не противно? Это же мир полный фальши! Я и Фил… Мы всегда принимали тебя таким, какой ты есть. — Я вам очень благодарен. Обоим. — Вспомни, Джейсон, когда ты вышел из колонии, когда дед и бабка не пустили тебя на порог своего дома… Когда ты готов был сорваться… Не только Фил помог тебе… Я тоже. — Я все прекрасно помню, Шарлотта. Да, он действительно все помнил. Не употреблять в колонии было проще, чем на свободе. Он почти каждый день был готов сорваться. Беседы с Филом приносили пользу, но Шарлотта… каждый раз, когда тяга к наркотикам становилась невыносимой, они занимались любовью. Безумно, ненасытно, теряя счет времени. Заменяя одну зависимость другой. — Тогда забудь о дочери губернатора. Останься здесь. Останься со мной. Она не сделает тебя счастливым. А я сделаю. Сказав это, Шарлотта бросила журнал на пол и потянулась к поясу на халате. Секунда и он оказался на полу рядом с журналом. Теперь девушка стояла перед ним совершенно нагая. — Это ни к чему, Лотта. — Я слишком хорошо знаю тебя. Вижу, что тебе снова нужна моя помощь. Шарлотта вплотную подошла к нему и приникла к его губам. Джейсон мягко взял ее за плечи и отстранил от себя. — Я люблю тебя, но не так, как тебе хотелось бы. Мне жаль. — Саманта Кепвелл испортит тебе жизнь. Она взяла его за руки и положила ладони себе на грудь. Касаться ее нежной кожи было приятно, но те времена, когда он терял голову от Шарлотты, остались в далеком прошлом. — Я люблю ее. Прости, Лотти, что причиняю тебе этим боль. — Ты на пути в бездну, Джейсон. Только пока сам этого не осознаешь. Нахмурившись, Шарлотта подняла халат и завернулась в него, крепко затянув пояс. Затем схватила поднос и буквально вылетела из номера. Джейсон с сожалением смотрел ей вслед. А затем переключил внимание на журнал на полу, открытый на фотографии, на которой он был запечатлен вместе с Самантой. Тот парень рядом с ней прекрасно вписался в ее мир. Но был ли это действительно он? Машина вместо мотоцикла, дорогой костюм вместо дешевой футболки и джинс. Человек, которого можно назвать отцом. Только на другой чаше весов Саманта и их будущее. И Джейсона убивало, что он действительно выбирает при очевидном выборе в пользу Сэм. Он отшвырнул ногой журнал в дальний угол комнаты, затем разулся и лег на кровать. Закрыв глаза, постарался трезво оценить происходящее сейчас. Без всей этой злости, боли и вины. Двадцать три года ему прекрасно жилось без отца. Нет, может и не прекрасно, да и не только без отца и без матери тоже, но он научился выживать. Преодолевать сложные периоды. Выкарабкиваться с самого дна. Встреча с Самантой стала подарком судьбы, когда ему наконец удалось осознать, жизнь его не пуста и бессмысленна, и даже такого, как он, возможно любить. И какие бы перспективы не открывало, что Крейг Хант может оказаться его отцом, главное, чего он лишится из-за этого — Саманты. Как же все было проще, когда он употреблял наркотики. Никаких сомнений, терзаний. Едва они появлялись, доза сразу же приносила облегчение, а прочее теряло всякий смысл. Только им проделан слишком долгий и тяжелый путь, чтобы сейчас с него сворачивать. Очередное испытание, которое он обязан стойко вынести, и никаких легких решений. На сегодня вообще никаких решений, а завтра, возможно, он найдет в себе силы посмотреть правде в глаза. Тому, что всегда знал. Саманте будет лучше без него, пусть она сама никогда не согласится с этим.