Прошлое не властно.

Роберт налил себе новую порцию виски из бутылки. Обжигающая жидкость, разливаясь по организму, охмеляла, но не была способна изгнать всех его демонов. Что, собственно, он до сих пор делает в этом чертовом городе! Неужели серьезно рассчитывает, что Адриана успокоится и даст ему возможность объясниться? Вчера она высказалась четко и конкретно, что не желает больше видеть его. Возможно, даже уже покинула город, как и угрожала, лишь бы снова не встретиться с ним. Роберт чувствовал бесконечную пустоту внутри, которую ничто не способно было заполнить, в последнюю очередь виски, который он в себя вливал. Его великий план мести… какой же он глупец! Тщательно выстраивал свою ловушку, а в итоге сам же в нее и угодил. Да, миссис Кастилио не доверяла ему с первой их встречи, но как ловко обвела его вокруг пальца! Роберт все еще помнил взгляд чудесных аквамариновых глаз Адрианы, доставшихся ей от матери, когда она вышла посреди его речи, как хитро он все продумал, брошенных с превосходством Иден Кастилио. Полные слез, боли, отчаяния глаза Адрианы и нежелание верить правде, голой и неприглядной. Вот только правдой это было лишь наполовину. — Привет. Нальешь мне? Роберт удивленно уставился на Саманту Кепвелл. Она уселась рядом с ним и указала рукой на его бутылку с виски. Не думал он, что кто-то из Кепвеллов вообще заговорит с ним когда-нибудь, помимо Келли и Крейга. Выглядела Сэм настолько подавленной, что он жестом попросил у бармена еще один стакан и налил туда виски, бросив пару кубиков льда. — За что выпьем? — За пару изгоев, пытающихся скрыться от жизни. Саманта сделала большой глоток виски. Она не привыкла к столь крепким напиткам, поэтому сначала зажмурилась от обжигающего горло алкоголя, затем у нее перехватило дыхание. Саманта раскашлялась. Да, не самые приятные ощущения, но в любом случае напиться это лучшее, что она могла позволить себе в данный момент. — Уж ты точно не изгой, Сэм. — Правда? Почему же я себя так чувствую? — Я не тот, у кого это следует спрашивать. — Тогда давай не будем говорить, а просто пить. В подтверждение своих слов Саманта осушила стакан и налила себе новую порцию. В разговорах нет никакого смысла. Все ее надежды и мечты о будущем и любви разрушены, и, в отличие от Роберта, она была невинной жертвой ситуации, которая никак от нее не зависела. Видя, что Саманта допивает второй стакан и собирается налить еще один, Роберт решил немного притормозить ее. Хочет напиться? Имеет право. Но с таким рвением она быстрее всю ночь проведет в уборной, чем заглушит терзающую ее боль. — Ты видела Адриану? Говорила с ней? — Да, видела. Она все еще ненавидит тебя. Ты ожидал другого? Вместо ответа Роберт сделал глоток виски. Чего он мог ждать? Причинив боль девушке, которую любит. Не смог отказаться ради нее от глупой мести. Ему оставалось лишь заливать алкоголем собственную никчемность. А ведь Джейсон предупреждал. Если бы он хоть раз прислушался к другу, последовал его совету… — Как Джейсон? В смысле, как вы общаетесь теперь… — Разве он не рассказывал тебе? Вы же вроде друзья. — Джейсон не настроен сочувствовать мне. Да и своих проблем ему теперь хватает. — Тем не менее он был с самого начала в курсе твоих замыслов. — Да и пытался отговорить. — В суде это расценили бы как пособничество в преступлении. Саманта отсалютовала ему стаканом с виски, но так и не ответила на его вопрос, как складываются отношения между ней и Джейсоном после неожиданного обретения последним отца. Роберт понимал, почему она уклоняется от ответа. Если бы Саманта хотела обсудить, как ее возлюбленный оказался ее родственником, уж точно не пришла бы в бар, чтобы напиться. — Может тебе уже хватит, Сэм? — Если бы Адриана оказалась твоей кровной родственницей, я бы посмотрела на тебя. Не мешай мне развлекаться, Роберт. Роберт согласно кивнул, признавая правоту Саманты. Кто он такой, чтобы лезть в ее жизнь. Долив себе виски и тут же опустошив стакан, на секунду в его голове пронеслась безумная пьяная мысль, пойти и немедленно отыскать Адриану, снова попытаться поговорить с ней. Но он знал, что не сделает этого. Слишком решительно и враждебно Адриана была настроена в их последнюю встречу, и ему не хотелось проверять, выполнит ли она свои угрозы, уехав туда, где он не сможет ее найти. — У вас-то с Адри хотя бы есть мизерный шанс на будущее, а нам с Джейсоном так не повезло. — Какое будущее? Она никогда не простит меня после всего. Адриана уверена, что я никогда не любил ее. — Что за чушь! Все она прекрасно понимает. Что ты любишь ее, несмотря на этот, извини, тупой план мести. Кто в двадцать первом веке вообще придумывает столь сложные способы заполучить собственность? Ты не из бедных, мог бы просто купить у тети Иден этот твой остров. Она бы согласилась, поняв, что он дорог тебе как память об отце. Слова Саманты достигли цели. Роберт показался себе не просто подлецом и мерзавцем, но вдобавок очень недалеким человеком. Действительно, какие у него были основания считать, что Иден Кастилио не пойдет на уступки относительно острова? Злость, обида и зависть? Не лучшие советчики, он проверил на собственном опыте. — Даже оправдываться не стану. Выпьем? После очередной порции виски Саманта почувствовала, что уже достаточно пьяна, чтобы говорить первое, что взбредет ей в голову. Лишь бы не думать о Джейсоне. — Слушай, Роберт, я серьезно, если что. Твоя трагедия не такая и трагедия. Позлится на тебя Адри, ты заслужил. Но я знаю ее, видела, как развивались ваши отношения, как все было серьезно, как вы, в конце концов, смотрели друг на друга. Пройдет время, может, годы, у тебя появится шанс все исправить. — Скорее десятилетия. Есть еще ее семья. Саманта с силой сжала стакан. Вот они и дошли до темы семьи, теперь ставшей для нее болезненной. Она вспомнила собственное отчаяние, когда Джейсон рассказал, что Крейг, возможно, его отец. Перед ее глазами до сих пор стояла картина, как они сидели на полу кухни друг напротив друга, понимая, что впредь между ними образовалась огромная пропасть, и преодолеть они ее не в силах. Когда же Джейсон принес ей результат ДНК, который окончательно подтвердил приговор их отношениям, чувство полного опустошения овладело ей. Все, что она могла сказать тогда Джейсону, что любит его, хотя это уже не имело никакого значения. — Наша семья не вправе судить кого бы то ни было, даже тебя. Потому что в итоге всех интриг, интимных связей и прочих пороков, мужчина, которого я люблю больше жизни, оказался моим племянником. — Двоюродным. — Что это меняет? — С болью бросила Саманта, а затем замолчала и стала цедить очередную порцию виски в своем стакане. По залу разлилась нежная мелодия. Пьяные парочки потянулись в центр зала. Роберт огляделся вокруг, чувствуя приступ удушья. Почему именно эта песня?

Раньше я думала, что знаю, что нам нужно Предполагала, что у нас все всегда будет хорошо.

Саманта, проследив за его взглядом, неверно его истолковала. — Хочешь потанцевать? — Нет, Сэм, хочу убраться отсюда. Давай я вызову такси и отвезу тебя домой. — Я хочу остаться. А домой я точно не хочу. — Тогда я выйду подышать. Роберт резко встал и направился к выходу.

Это только любовь. Но любовь должна сделать нас сильнее.

Как бы она ни была пьяна, оставаться одной в баре с сомнительной публикой ей почему-то не хотелось, а ведь, идя сюда, это ее совсем не смущало. Саманта попыталась встать, но поняла, что не контролирует собственное тело. — Роберт… Роберт обернулся. Увидев, что Сэм вцепилась в барную стойку, пытаясь сохранить равновесие, развернулся и пошел обратно. Черт возьми! Необходимо отвезти ее домой или в отель. Вряд ли у Кепвеллов будут рады видеть его, вдобавок с пьяной в стельку Самантой, но не мог же он оставить ее здесь одну в почти беспомощном состоянии. — Давай я помогу тебе. Саманта с облегчением облокотилась на Роберта. Что бы кто о нем не думал, в действительности он неплохой парень, просто немного запутался и наделал ошибок. — Спасибо. Кажется, я не рассчитала собственных сил. — Пойдем, я выведу тебя на воздух. Может там ты немного протрезвеешь.

Какой вызов, честность Борьба, чтобы научиться говорить Кто бы мог подумать, что притворяться было легче.

Они медленно зашагали к выходу из бара. Роберт прилагал огромные усилия, чтобы игнорировать слова песни, раздающиеся отовсюду. Как давно это было? Когда он впервые танцевал с Адрианой? Как глуп и наивен был тогда. И вот круг замкнулся, оставляя его наедине с ошибками, которые невозможно исправить.

…любовь. Все это часть меня. Слезы в моей сердце. Только любовь. Вечность, надеясь узнать только любовь.