Прошлое не властно.

— Адриана, у тебя есть минутка поговорить? Иден заглянула в комнату дочери. Адриана стояла к ней спиной у открытого ящика стола, словно что-то доставая оттуда или, наоборот, убирая. При ее появлении дочь вздрогнула, а затем резко повернулась к ней. — Я не хотела мешать. — Ты не помешала… просто… Адриана вынула из ящика сверток в подарочной бумаге и показала матери. Она чувствовала себя немного глупо, как будто мать застала ее за чем-то неподобающим, хотя это не так. — Сегодня у Роберта день рождения. Я приготовила ему подарок, а теперь он ни к чему. Просто не знаю, что мне с ним делать. — Выкинь, верни в магазин, подари кому-нибудь другому. Или можешь отправить подарок на адрес Роберта в Лос-Анджелес или в Мадрид. Выбери любой вариант, который посчитаешь правильным. — Да, наверное, я сделаю что-нибудь из этого. Но не хочу принимать решение сегодня. Адриана засунула сверток в ящик стола и задвинула его. Если бы так же спрятать в дальний угол свои чувства к Роберту. — Ты что-то хотела, мам? — Да, милая, поговорить. И кое-что тебе отдать. Иден присела на постель дочери, взглядом приглашая Адриану сесть рядом. Она не представляла, как дочь отнесется к тому, что она собиралась ей сказать. Адриана сделала вид, что ее заинтересовали слова матери. На самом деле ей уже давно безразлично происходящее вокруг нее. Но учитывая, что в руках ее мама держала папку с какими-то документами, немного любопытства в Адриане все-таки проснулось. Девушка присела рядом с матерью. — В чем дело? — Ты знаешь, что Роберт сегодня покидает Санта-Барбару? — Снова? Скатертью дорожка. Но я ставлю на то, что он отсидится в Лос-Анджелесе, пока я не вернусь в университет, и опять начнет донимать меня. — В этот раз он точно возвращается в Мадрид. Поверь мне. — Откуда такая уверенность? — Я говорила с ним где-то час назад. — Даже если Роберт показал тебе билет до Мадрида, его слова ничего не стоят. А как хорошо он умеет врать, не мне тебе рассказывать, мам. И вообще, зачем ты с ним встречалась? — Хотела выяснить некоторые вещи. — Надеюсь, что выяснила. Но я не желаю ничего знать. Иден было тяжело смотреть на дочь, понимая, ее отрицание всего, что связано с Робертом, лишь доказательство, как сильны ее чувства к нему. Но не только поэтому. Роберт-младший тоже страдал. И мысли о том, что у них может никогда не появится шанса поговорить, разобраться в случившемся и попробовать начать сначала. Это сильно угнетало Иден. — Адри, я понимаю. И речь пойдет о другом. Я кое-что сделала. Вот держи. Мать протянула ей папку с документами. Адриана открыла ее и прочла надпись на титульном листе. «Право владения собственностью. Остров Лас-Сиренас. Республика Сан-Себастьян». На секунду девушка вообразила, ее мать переписала собственность на Сиренас в пользу Роберта и теперь сообщает ей об этом. Поэтому, и не пытаясь сдержать себя, крикнула: — После всего ты отдаешь Роберту Сиренас?! Ради Бога, что он наплел тебе… — Не Роберту, Адриана. Тебе. — Повтори? — Я попросила Джулию какое-то время назад составить необходимые бумаги. Здесь перечень всего, чем я владею на Сиренас. Как только ты поставишь на бумагах свою подпись, все это станет твоим. — Но почему? — Потому что ты одна больше всех пострадала в том, что произошло. И, если Роберт когда-нибудь снова решит заявить свои права на остров, для начала ему придется найти тебя, посмотреть в глаза. И вспомнить, сколько он совершил ошибок в погоне за наследством отца. — И чего в твоем поступке больше? Иронии или наказания? — Всего понемногу. — А если я решу передать остров Роберту? Не желая прикасаться к чему-либо относящемуся к нему, даже косвенно. — Хотя я и поклялась матери Роберта, что Сиренас никогда не окажется в руках ее сына, но, если таким будет твое решение, я приму его. Поэтому в папке есть и второй комплект документов, где получателем всех прав является Роберт. Адриана понимала, почему мама решила передать ей остров. Только не особо представляла, что ей следует делать. Ей предстояло еще два года учиться в университете, потом она намерена строить карьеру. Забота об острове, находящемся бог знает где, не входила в ее планы. — И решать мне? — Да, тебе, Адриана. — И что я должна делать, если подпишу бумаги? Я ведь не знаю, чем ты занималась на Сиренас. Только в общих чертах. — Если решишь оставить остров себе, я продолжу и дальше обо всем заботиться. Захочешь вникнуть в дела, я тебя всему научу. Можешь передать собственность на острове в безвозмездное пользование властям Сан-Себастьяна. А в случае… — Мне необходимо все хорошо обдумать. — У тебя сколько угодно времени, никакой спешки. А мне пора возвращаться на студию. Иначе мои помощники скоро уволятся из-за того, что я переложила на них все обязанности. Иден поднялась с кровати, собираясь уходить. Но сначала ласково погладила дочь по волосам. — У тебя все будет в порядке, когда Роберт уедет? — Я не знаю, будет ли у меня когда-нибудь все в порядке, независимо от того, в Испании Роберт или в Калифорнии. — Может, тебе все-таки стоит попрощаться с ним? — Ты толкаешь меня на встречу с Робертом? Что же он такого сказал тебе? — Он искренне сожалеет обо всех своих поступках. И хотел бы попросить у тебя прощения. — И ты ему поверила? — Да, Адри, поверила. Я не говорю о том, что вы снова будете вместе. Жизнь очень сложна, а будущее нам неизвестно. Просто не хочу, чтобы ты однажды пожалела. И еще кое-что, милая. Думаю, эта вещь, которую ты, возможно, захочешь оставить себе. Иден достала кольцо из кармана пиджака и протянула дочери. Вероятно, кольцо следовало оставить там, где она его нашла, или выбросить, например, в океан, но что-то подсказывало, есть другой путь. Адриана не верила своим глазам. В руке ее матери лежало то самое кольцо, которое Роберт подарил ей, делая предложение две недели назад. — Откуда оно у тебя? — Нашла под окном в кустах роз на следующее утро после того, как Роберт раскрыл себя. Не знаю, почему в итоге спрятала его, зачем сохранила. Тебе должно быть неприятно… — Все в порядке, правда. Адриана поспешно выхватила кольцо из рук матери. Сердце ее бешено колотилось. Почему-то кольцо, являющееся символом предательства Роберта, сейчас казалось ей символом надежды. — Не знаешь, во сколько улетает Роберт? — Кажется, он улетает в Лос-Анджелес вечерним десятичасовым рейсом. — Спасибо. Не смотри так на меня и не волнуйся. Я не собираюсь останавливать его отъезд. Наши отношения в прошлом, но, думаю, увидеться нам все-таки следует.