Прошлое не властно.

Нажав сброс вызова на мобильном, Иден Кастилио положила телефон на диван рядом с сумочкой. Она только что говорила с мужем и попросила его заехать в «Ориент-Экспресс», забрать заказанный ужин. Сегодня ей хотелось провести вечер тихо, в семейном кругу, чтобы попытаться создать иллюзию возвращения к нормальной жизни. В данный момент Роберт-младший уже должен находиться в самолете, летящем в Мадрид. А значит, хаос, который он принес своим появлением, постепенно должен стать частью прошлого. Поднявшись по лестнице и направляясь в спальню, Иден заметила, что дверь в комнату дочери распахнута, и решила заглянуть к Адриане. Интересно, как давно она дома? Часы, проведенные на студии, помогли ей отвлечься, хотя мысли о разговоре с Робертом и последующем с Адрианой не покидали ее головы, то и дело напоминая о себе. Вызывая совершенно противоречивые чувства. Иден то хотелось, чтобы между Робертом и Адри окончательно была поставлена точка, то надеялась, что они помирились и снова вместе. Теперь же можно больше не гадать, а напрямую узнать все от дочери. Когда она вошла в комнату, Адриана сидела на подоконнике у настежь открытого окна, держа в руках обручальное кольцо, задумчиво разглядывая его. — Ты не вернула Роберту кольцо? — Ты уже дома, мам? А я и не заметила. — Папа скоро привезет ужин. Надеюсь, ты хоть немного голодна, милая. Адриана отрицательно покачала головой. Есть ей не хотелось. Она снова и снова прокручивала в голове прощальный разговор с Робертом, их танец, и пыталась убедить себя, что поступила правильно. Не простив его, не оставшись, окончательно разорвав их отношения. Ее мать прошла вглубь комнаты и присела на кровать, и теперь их разделяли какие-то полметра. — Веришь или нет, Адри, я никогда на самом деле не хотела оказаться правой насчет Роберта. И его чувств к тебе. — По-твоему, глупо, что я не смогла вернуть ему кольцо? Что захотела оставить его себе, как напоминание о… Обо всем. — Не вижу ничего глупого. В конце концов, он подарил его тебе, и ты вправе распоряжаться им по собственному усмотрению. Как прошла ваша встреча? — Хочешь узнать насчет Сиренас, мама? Роберт не подписал бумаги. Отказался от острова. Иден Кастилио не испытала удивления от сказанного дочерью. Когда она сама говорила с Робертом, ей уже было абсолютно ясно, что Лас-Сиренас потерял для него всю свою привлекательность. — Но ты и так знала? Правда? — Предполагала. А ты что решила? Подпишешь свой экземпляр, или оставим все как есть? Адриана указала взглядом на тумбочку, и Иден только сейчас заметила, что там лежит ручка, рядом со скомканными документами. — Я, наверное, с ума сошла, мам. Вернулась домой сама не своя. И подписала. Можешь себе представить? Хотя и не понимаю, зачем. — Адриана, если ты не уверена в своем решении, бумаги можно порвать. Но, я думаю, спешить не стоит. Дай себе время все взвесить. — Ты знаешь, мне остров не нужен. Да и в качестве мести Роберту… — Милая, когда все немного уляжется, тебе захочется разобраться в прошлом. В моем и отца Роберта. Увидеть место, а не знать только рассказы. — Отправиться на Сиренас и в очередной раз напомнить себе, вот, что было важнее Роберту, чем наши отношения и мои чувства? Адриана зажала обручальное кольцо в ладони. Нет необходимости лететь на богом забытый островок в океане. Она и так не забудет, как и почему с ней поступил тот, кого она очень сильно любит… любила. — Возможно, ты иначе взглянешь… Адриана вздернула подбородок и упрямо посмотрела на нее, с неким вызовом. Иден не хотела новых противостояний с дочерью. Прекрасно помнила себя в ее возрасте, насколько была непреклонна в собственных суждениях, когда речь шла о любимом человеке. Вот только Адриана по характеру больше походила на отца и трудно переносила причиненные ей обиды. — А если бы я решила вернуться к Роберту? И сейчас он был бы здесь. В нашем доме? И мы просили твоего и папиного благословения? — Я бы приняла ваш выбор. Твой выбор. Поверь, я знаю, как больно расставаться с любимым. Или когда сердце и чувства хотят одного, а разум другого. — Я больше не люблю Роберта. — Нет, любишь, Адри. Поэтому и не вернула кольцо. Не как напоминание, как символ надежды. И бумаги подписала для того же, оставляя возможность для встречи с Робертом. — Папа точно был бы против, если бы мы снова сошлись. Адриана не хотела признавать правоту матери, поэтому решила уйти от темы. Импульсивно подписывая бумаги на владение Сиренас, воображение уже рисовало ей новую встречу с Робертом, который однажды пожалеет, что отказался от острова. И обязательно предпримет очередную попытку вернуть Сиренас. — В момент, когда ты для себя решишь, чего действительно хочешь, поверь мне, тебе будет безразлично, одобряю ли я или папа твой выбор. — Почему ты столь уверена? — Потому что ты моя дочь, Адриана. А я всегда следовала за чувствами и поступала, как мне хотелось. — Я не собираюсь цепляться за человека, который всеми своими поступками доказал, что я ничего для него не значу. Иден не понравился ни тон дочери, ни то, на что она намекала. У всего есть цена. И сейчас она платила свою. За то, что Адриана узнала правду о прошлом, разрушившую ее идеальную картинку их с Крузом брака. Но, вероятно, это к лучшему. Жить иллюзией кажется замечательным лишь до тех пор, пока она не растает. Строить жизнь и отношения без иллюзий гораздо сложнее. — В тебе говорит обида и боль, Адри. Я понимаю. И не говорю о слепом прощении. Просто иногда стоит дать второй шанс, если любишь кого-то достаточно сильно. — Проблема в том, мам, что меня Роберт никогда не любил. Сказав это, Адриана спрыгнула с подоконника, подошла к столу, отодвинула один из ящиков, бросила туда кольцо, а затем следом смахнула скомканные документы на владение Лас-Сиренас. У нее больше не было сил ни думать, ни говорить о Роберте. По крайней мере, не с матерью. — Папина машина подъехала. Пожалуй, я все-таки голодна и поужинаю с вами. Адриана резко задвинула ящик стола и направилась к выходу из комнаты. Иден вздохнула и с сожалением покачала головой. Очевидно, сердечные раны дочери слишком глубоки и еще не скоро затянутся. Возможно, время и расстояние то, что нужно им с Робертом, чтобы в конце концов вновь найти путь друг к другу.