Дело №21: ONE.

Лиам проснулся довольно рано. За окном вот-вот начинало вздыматься Солнце, а за столом спал Бутылка. Около пяти часов утра. Полный бодрости и энергии парень встал и, не без лишней доли приложенных усилий, аккуратно положив Брайса на кровать, он пошёл умываться. Проделав все утренние дела, которые тот так даво не делал, рюкзак подошёл к окну и открыл его. В душное помещение подул приятный ветерок. Лиам присмотрелся к сырым тропинкам и понял, что на траве лежит град, который ещё не успел оттаять, оттого сначала ему показалось, что это снег. Налив в стакан воды, тот залпом выпил её и решил посмотреть, что там написал Брайс, пока рюкзак пребывал в царстве Морфея. Неприятное ощущение прохлады на теле обджекта заставило его открыть глаза, чуть нервно выдыхая и уже приподнимаясь на локтях, в попытках понять когда он умудрился заснуть, и почему вообще позволил себе это сделать. Но недоброе множество часов без сна давали о себе знать, а именно потому сейчас Хансен не имел ни малейшего желания подниматься с кровати... Кровати? Разве он не заснул на столе? Данный фактор заставил его в момент сесть и обвести помещение взглядом. Лиам стоял около стола, что в какой-то степени разочаровало бутылку. Он было подумал что всё это - лишь очередной глупый сон, но нет... — Ты что там делаешь? - интересовался мужчина, приподнимая свою левую руку к лицу и рассматривая циферблат. Наконец он "прочёл" какие-то 5:23 на часах, отчего недовольно вздохнул, поднимаясь с кровати и неловко шатаясь. В глазах на какой-то краткий момент потемнело. М-да, с возрастом приходит и мудрость.. А в нашем случае - ощущение лютой старости. - Ох ебать... - промолвил он, в момент упираясь рукой о, слава богу, вовремя попавшуюся под неё стену около окна. — Отоспись, я-то вижу как тебе хреново... В какой-то степени он был прав, ведь это было видно. Как только содовая едва не упал, то рюкзак подорвался с места, но, благо, Хансен нашел для себя опору. Да уж, теперь-то он действительно переживал за детектива, ведь не каждый разрешал переночевать в своём доме. Выдохнув, тот промямлил: " Иначе ты прямо сейчас коньки отбросишь! Давай, уж я-то не маленький. Объяснять ничего не нужно. " Как бы мужчине не хотелось отрицать правоту Лиама, сделать это было тупо невозможно. Он и сам, будь его воля, просто лёг и спал бы суток 5 напролёт, но, увы, его начальство не позволяло ему это сделать. Твёрдый вдох, и вот он шагает к столу, обходя Плейсака и устремляя взор на папки бумаг, что всё это время смирно лежали на столе. В явных попытках найти нужную, он порой проговаривал какие-то оскорбления, явно нацеленные в сторону ни в чём не повинной бумажки. — Ага! - отозвался он с ярким довольством себе, пока протягивал лист рюкзаку. - На счёт твоего "Стоуна" мне найти ничего не удалось. Но! На счёт "Эйри" я нашёл-таки немного информации, и, спешу обрадовать, дело это давненько валяется в архивах нашего агентства. - говорил он с небольшой, но очень натянутой, долей энтузиазма в голосе пока направлялся к кухонному гарнитуру в попытках найти себе чашку. - Мне не составит никакого труда забрать его оттуда для изучения его биографии в мире криминала. А от этого уже будем отталкиваться и искать остальную информацию. — Первая зацепка! Да! — взвизгнул зеленоглазый от радости, после чего закрыл рот руками, взглянув на заспанного Брайса. Парень решил всё-таки рассказать об остальных участниках, но он только ждал того, чтоб бутылка проснулся и он мог поговорить с ним наравне. Предмет лениво кивает на его слова. Наконец-таки раздобыв себе чашку, он вынимает из шкафчика растворимый кофе и ставит чайник на плиту. Теперь он направлялся к постели дабы заправить её. Диалог Хансен явно никогда не желал начинать первым, в отличии от того же рюкзака. Потому, чаще всего, находясь в компаниях коллег на том или ином корпоративе он просто молчал, лишь изредка отвечая на вопросы того или иного работника, и то делая это ужасно кратко. — Но для этого, также, мне нужно будет допросить тебя более подробно, но только здесь, ведь в участке явно нет такого человека, который бы с радостью одолжил нам специальное помещение. - продолжал детектив свою вялую речь, пока, убирая упаковку обратно в шкафчик, ожидал пока чайник наконец вскипит, а пока он направлялся к постели дабы заправить её. - А хотя... - он понимал, что спросонья противоречил самому себе. - Брайдли мог бы помочь... А, нет, этот алкаш только и знает, что хуйнёй страдать. Забудь, что я сказал, короче. — Слушай... Я бы хотел рассказать о некоторых участниках. Они тоже как я оказались там не по своей воле... Сенти и Молди. Я знаю настоящее имя только у Сенти... Её вроде зовут Амелия... - начал тот свой рассказ, глядя на Брайса. - Хотя тебе, возможно, нужна та хрень, которая записывает наш разговор, верно..? - вдруг поинтересовался Лиам у Брайса, поднимая на того свой зеленый взгляд. Названные... Люди для бутылки ничего не значили, разве что заставляли детектива с ярым интересом приподнять одну бровь, чуть более заинтересованно осматривая Лиама. Неужели это были их имена? Если так, то этот "Эйри" лютый гений. На его нескромный вопрос он лишь в знак отрицания помотал головой, слыша как кнопка на чайнике в момент сменила свое положение с легким щелчком. — Во всяком случае у меня есть телефон, и записать разговор можно будет на него. - но вспоминая про названное имя, он лишь замер. Сердце дрогнуло. Какой-то период времени в своей жизни он был знаком с некой Амелией, но он сомневался в том, что это именно она. Но мало ли... - А фамилию этой Амелии ты помнишь? — Ах да... Ещё меня звали Бекпек... Ещё был помидор, которого буквально назвали Томато! - на секунду зеленоволосый затих, пытаясь вспомнить фамилию Амелии, но, ничего не обнаружив в закромах своей памяти, лишь отрицательно помотал головой. - Первое испытание состояло из того, что мы должны были удержаться на брёвнах, которые острой частью вонзались в траву. Я пытался помочь ему... Этот кол убил Томато! Но, через секунду он оказался рядом со мной! Маленький ребёнок, что даже говорить не умел, умер на моих глазах, а потом воскрес! — Странные имена. Они просто связаны с предметами-талисманами, которые изображены на ваших руках. Раз так, то эта Амелия была свечой, а вот на счет Молди... - заключил для себя мужчина, совершая первый глоток напитка. - Неважно. - он дернул свободной от чашки рукой, после чего направился к столу. Отодвинув от себя ноутбук и папки с бумагами, Хансен оставил на столе предмет с напитком и вновь устремил свой взгляд на рюкзак, словно бы ожидая продолжения его рассказа. Лиам помедлил, пытаясь вспомнить ещё испытания, после чего озвучил: — А, вот, помню, что ещё после того испытания у меня сломалась нога. Эйри сделал для меня гипс, что из себя представлял лишь две каких-то сухих доски, которые были обвязаны стеблями какого-то дерева... Возможно, что это были лианы, точно не помню... Осматривая уже полупустой от бумаг стол, детектив нервно опускает на него руки, и уже головой опираясь о них прикрывает глаза. Если бы не голос Лиама, то он бы точно уже давно спокойно дремал на нём. — Во время третьего испытания он переместил нас в имитацию бассейна с водой... Но, поскольку у меня был гипс, я утонул. - парень помедлил, рассуждая, мол: "А нужно ли продолжать..?" Его итак могут сдать в дурку, а если рассказать и про радио, то, возможно, Брайс сразу же позвонит санитарам чтоб забрали мальчика, у которого с головой проблемы. Очередной протяжный вдох с стороны содовой, и вот он приподнимает голову и вновь кидает взор на рюкзак, пока тот продолжает свой рассказ, порой муторно приподнимая глаза к потолку в явных попытках что-то вспомнить. — Так, погоди... - наконец решил прервать Лиама Хансен, пока лениво усаживался на стуле. - Ты утонул, в плане... Ты же живой. - вот сейчас на сердце мужчины опустилась невесомая, но ужасно ощутимая, паника. Неужели это он псих и разговаривает с призраком..? Но он ведь чувствовал все его прикосновения... - Я что..? Нет, подожди. — Только не пойми меня неправильно, я вправду утонул, я видел темноту..! Потом я оказался в каком-то пространстве... Напротив меня было два кресла, стол и на нём стояло радио... На одном из кресел сидел светловолосый парень. Я подошёл и сел рядом, после чего опять оказался на той поляне. Поднимаясь со стула детектив сделал пару шагов назад, с ярым ужасом в глазах глядя на Лиама в попытках сообразить, кто же из них сейчас ведёт себя как реальный неадекват. Нервный его смешок тихим эхом отразился в комнате. Он заставил себя опереться руками о столешницу. — Прекращай выдумывать, прошу тебя. Ты - живой. Как ты мог утонуть? Или ты сейчас скажешь мне, что этот ваш Эйри, ну или же какой-то там волшебный прибор, помог тебе вернуться к жизни? Я не поверю. — Я очнулся уже без гипса, и моя нога вновь была здорова. Возможно, это что-то на подобии комнаты, где люди могут регенерироваться, а Эйри чуть ли не Бог, который, каким-то странным образом, может возвращать нас к жизни, только я не знаю как... Очередной нервный, но уже более спокойный вздох со стороны содовой застал его же мысли врасплох. Вроде он поверил Лиаму, но с другой стороны ему всё это казалось дешёвым сюжетом из старого голливудского фильма с жанром "фэнтези". Опускаясь на стул, он заставил себя сделать очередной глоток уже чуть подостывшего напитка, пока сам вынимал из под стопки бумаг свой гаджет и заставлял его включиться. Ему стало запредельно интересно, кто же ещё находился в том странном месте, куда попадал и рюкзак. — Ты назвал его зубной пастой... Я посмотрю дела по исчезновению человека с таким предметом-талисманом. Но не обещаю, что сумею найти хоть что-то касательно этого. - отозвался детектив, пока сам интенсивно набирал что-то в какой-то странной ленте поисковика. Пальцы его интенсивно бегали по клавиатуре, заставляя буквы появляться на строке, а после, зажав одну из клавиш мыши, он заставил браузер заработать, выискивая похожие результаты... Но вот пара секунд и он уже имеет перед собой три файла с делами имеющими разные имена пропавших людей, чей предмет-талисман представлял из себя именно тюбик зубной пасты. Брайс откинулся на спинку стула и, поворачивая ноутбук экраном в сторону Лиама, как бы предоставил ему возможность подойти и посмотреть, нет ли там похожего лица. Паренек взглянул на монитор ноутбука и кивнул, беспорядочно промямлив: " Да-да, я видел именно его! " — После чего добавил, немного помедлив: — Послушай... А что если мне попробовать нарисовать людей, что находились со мной? Возможно, это и поможет делу, да? Рюкзак, конечно, понимал, что художник из него так себе, но, пока образы некоторых участников не выходили из головы, он готов был их нарисовать, или же, хотя бы, попытаться это сделать. — Ну нарисуй... Отдам твои каракули одному челику, он-то уж точно нам поможет. Он чувак прошаренный. - говорил детектив, оставляя на столе чашку с напитком, пока сам он лениво поднимался, направляясь к небольшому шкафу, откуда он вынул пару вещей. — Ничего не трогай. - после этих слов содовая скрылся в ванной, явно дав понять, что человек он любящий порядок. Оставшись наедине с собой, он наконец смог бы разобраться во всём что происходит, лишний раз прогнать всё происходящее в голове и расставить все точки над немым "и", пока сам стоял под струёй горячей воды. Перед глазами лишний раз всё плыло, заставляя мужчину опереться одной из рук о стоящую пред ним стену, порой лениво что-то шепча самому себе. Этот парень, судя по всему, побывал в каком-то другом... Измерении? Всё может быть. Он также упоминал про людей из другого мира, что, вероятнее, просто какая-то глупость. Но вот, этот глупец стоит перед ним и продолжает рассказывать всё это с таким энтузиазмом, словно бы это такая очевидная правда! Он также говорит про невидимый голос с именем "Эйри", который умеет воскрешать погибших! Просто бред..! Поняв, что он остался наедине с собой, парень быстро попытался нарисовать те образы, что с такой любовью хранил у себя в голове. Ещё раз взглянув на потолок, дабы вспомнить побольше деталей, тот принялся аккуратно выводить линии, и вот, на рисунке уже красовались Молди с Сенти. Подписав их, паренёк снова взглянул на потолок, с этажа выше вновь слышались странные голоса. Видимо, не только им не спалось в такой морозный день. И вот, окутанный мыслями, рюкзак вдруг заметил, что дрожит. Вынырнув из размышлений, тот понял, что совсем забыл закрыть окно. Встав из-за стола, паренек потянулся к окну и вскоре защёлкнул его, наслаждаясь лучами солнца. Оранжево-жёлтые они поблёскивали на кусочках уже тающего льда. « Как же прекрасен рассвет... И почему я раньше этого не замечал? » Какие-то 10 минут и снова Брайс ходит по периметрам квартиры, порой ощущая этот весомый холод внутри помещения. Всё ещё порой кидая взгляд в сторону стола с ноутбуком, а после оглядывая часы, время на которых уже близилось к 6, заставило бутылку вновь недовольно выдохнуть. — Голодный? - поинтересовался он, пока оборачивался в сторону рюкзака и изучал его положение взглядом. Явно сейчас паренек не выглядел на все 100, но явно лучше, чем сам Хансен. Этого он отрицать явно не стал бы... Не дожидаясь толкового ответа от Лиама он всё же заставил себя вынуть чистую со вчерашнего вечера сковородку, из холодильника вынуть пару яиц и оставить их подле конфорок плиты. Оранжевый, а после и золотой, оттенок рассвета падал на столешницу и кровать, пробиваясь сквозь жалюзи на раме окна. Еле заметным огоньком они отбрасывали мало заметные блики на чашке, что всё ещё стояла рядом с ноутбуком. Лиам, из-за распирающего любопытства, решил изучить ещё несколько статей о пропавших. Увы, другие ему были не очень-то и знакомы, но вот вдруг он вдруг увидел журнал. Объявление было дано давно, правда нашлась она довольно быстро, в отличие от самого Плейсака. Он вспомнил её. Энергичная и всегда готовая идти наперекор, она так же быстро исчезла из его жизни, уступая места таким же сломленным участникам как и он сам. — Она... Я помню её! Она тоже со мной была! — Выдавил парень из себя эти слова, оглядываясь на Брайса, и поворачивая к тому монитор. Старший лениво подошел к столу, осмотрев молодую девушку что была изображена на фотографии при объявлении о пропаже. Дано оно было ровным счетом тогда же, когда и объявление о пропаже Лиама - 7 месяцев назад. Осмотрев девушку и про себя подметив то, что она была симпатичной, детектив лишь кивает на слова Плейсака. — Ладно. Я поищу информацию и о ней... Ах да! На счет того француза. - речь явно шла о парне - зубной пасте. - Его дело я добыть не смогу, ибо оно зафиксировано аж в Париже. А туда я точно не полечу. - недовольно отозвался детектив, вновь направляясь к плите. Ответ от Лиама он так и не получил, потому вполне решительно принялся готовить порцию и для него. Медленно начинало светать и город, явно нехотя и очень лениво, просыпался. Гудели на дорогах машины, шумели соседи, порой вполне себе громко проходя мимо входной двери, а иногда под окном напевали птицы. Продолжая сидеть на стуле, Лиам выдаёт: — Кстати, после некоторых испытаний, Эйри пропал на семь месяцев. А потом со спокойной душой вернулся и просто вышвырнул меня из ONE! - да, так оно и было, и, раз зелёный решил рассказать обо всём, то и этим должен поделиться. Он поспешно добавил, вспомнив немало важную деталь - А ещё, прежде чем он пропал, мы слышали звук разбитого стекла, а потом и его стоны... Я до сих пор не знаю, что с ним случилось, но, надеюсь, что он получил по заслугам! - сразу же было ясно, что парень не очень-то и любил Эйри, особенно, когда сказал, что тот получил по заслугам. Странно, что же послужило такому расколу..? Здравое мышление на той полянке вытеснили всеобщая подавленность и нежелание бороться ради этого конкурса. Да, у Лиама были серьёзные проблемы с кукухой. — Ага.. То есть окончания шоу ты не дождался... - отозвался Брайс, скорее говоря это как мысли вслух. Параллельно на сковородке уже тихо шкворчало масло, заставляя парня недовольно жмуриться от порой летящих в него его капель, пока он сам разбивал скорлупу яиц. - Значит оно всё ещё идёт, верно? - обратился он к рюкзаку, глянув в его сторону и прикрывая посуду крышкой, параллельно выбрасывая скорлупу в небольшое мусорное ведро под раковиной. Всё это заставляло мысли просто переплетаться между собой. Каждая новая сбивала предыдущую, вызывая еле уловимую головную боль. — Какое-то странное у этого Эйри шоу... Ты, к слову, не упоминал, а какой там был приз? Или я упустил этот момент? - отозвался мужчина, с таким же нудным выражением лица поворачиваясь к парню всем корпусом. - Уточни-ка эту деталь, пожалуйста, ещё раз... Лиам задумался, мол, а вправду, какой же приз? Сам Эйри об этом говорил когда-то давно, поэтому парень рылся в кладовой воспоминаний, пытаясь вспомнить всё. Уставившись в пол о поспешил ответить: — Он, вроде, говорил, что приз - это исполнение любого желания, и знаешь... Я вправду могу поверить в то, что он исполняет желания, особенно после того, как он воскресил меня. — Удивлю тебя, но даже я уже начинаю верить во всю эту ахинею. - бутылка плавно перевёл взгляд на сковородку, где уже готовая яичница плавно шкворчала под крышкой. Выключая плиту, он ставит посудину на другую конфорку, дабы еда подостыла. - Или это на меня так дурно влияет утреннее время и кофе..? - усмехался он, заставляя себя вновь повернуться к парню всем корпусом, пока спиной он опирался о кухонный гарнитур. Мельком кинув взгляд в сторону часов, робко висевших над столом поодаль от старой фотографии, детектив подошел к столу и уселся на стул, пока сам укладывал руки на столешнице. — Что ещё ты помнишь? Раз уж мы завели диалог сейчас, то стоило бы сразу же выяснить все детали... - отозвался мужчина, сложив руки друг на друга, а на них расположив уже голову. — Так... Как я уже говорил, перед тем, как Эйри пропал, он хотел исключить меня, но потом просто пропал... Я всё думал над этим, но никак не мог понять, что у него такого произошло... Ну не может же он пропасть на семь месяцев из-за того, что разбил что-то! Хотя, честно сказать, то мы все выдвигали теории, но так и не нашли ответ... Хах, кстати, кроме вышеперечисленных людей, там, вроде бы, находились: буквально вырезанная строка текста, как в ворде... Папка, которая, кажется, был одним из тех помощников в старых компьютерах... О, точно! Ещё был Круг. Он славный парень, который иногда приходил ко мне, мы беседовали с ним о всяком разном, и, представляешь, он тоже участвовал в каком-то шоу! Кроме них, ещё были атом, то есть, чувак, это буквально мелкая точка, что держала траву, и имела голос, представляешь! Ещё я забыл отметить Сабвей сит, который, увы, был без ног, и парню приходилось ходить на руках... Креми и Эирлайн фуд были лучшими друзьями, и, казалось, словно они дружили с самого детства! Ох, забыл отметить Бэйси и Трей, они обе работали в школе. - парень говорил это с лёгкой улыбкой и его взгляд был слегка затуманен. Видимо, что перечисленные участники были ему действительно дороги. Ну, так, конечно! Только они поддерживали его, а потому он успел по-настоящему сродниться с ними за данный промежуток времени, и он действительно волновался за них. Примечая некий "азарт" в глазах парня на период всего его рассказа, Хансен словно утонул в своих воспоминаниях. Привязанность Лиама к тем людям была очень даже объяснима и понятна даже для такого, как Брайс, но одно он не мог понять... Он был знаком со всеми какие-то 7 месяцев. Не знал их два года, несколько лет, а какие-то несколько месяцев или даже дней! Его эта мысль просто поразила, заставляя нервно перебирать пальцами, что теперь были скреплены замком и всё ещё смирно лежали на столешнице. Поднимая взгляд он вспоминал свою... Сестру. Кого ещё, кроме Стеллы, он так любил большую часть своей жизни? Но вновь он вспоминал Амелию, о которой говорил ему Лиам. Это не была та самая Амелия, но её фотопортрет, который сделал рюкзак, вновь наводил Хансена на не очень приятные воспоминания с их последней встречи... Никого он, наверное, не любил также как её в какой-то период времени... Твёрдый вздох и вот он понимает, что прослушал половину всех слов, которые говорил ему Лиам. Нервно осматриваясь он убедился в том, что не спит, и в момент направился обратно к плите, дабы разложить готовый завтрак по тарелкам. Лишь еле различимое"мгм" раздалось со стороны Хансена после того, как рюкзак закончил говорить и погрузился в свои мысли. — Брайс. Я бы хотел спросить на счёт Амелии... Ты был с ней знаком? - поинтересовался парень, глядя на бутылку и проясняя взгляд, показывая что вернулся в реальный мир. Да, ему вправду был интересен тот факт, что Брайс контактировал со свечкой. Тишина, нарушаемая стуком секундной стрелки часов, не думала утекать из помещения с минуту. Видимо, тот вправду знаком с Сенти, и, похоже, был с ней не в очень тёплых отношениях, раз так тщательно подбирал слова. Лиам понимал, что подобная привязанность плохо сказывается, ибо как только его исключили, то парень поспешил туда, где можно было выплакать всё, что накопилось. Он усмехнулся, поняв то, что он уже успел, в дружеском смысле, полюбить эту сварливую и неразговорчивую бутылку содовой. Да, парни были различны, но оба являлись заложниками обстоятельств, не очень хороших, но теперь тесно связывающих этих персон. Минутная стрелка глухо ударила по разуму детектива. Казалось, что прошло больше 10-ти минут пока он так молча, опираясь руками о небольшую столешницу кухонного гарнитура, стоял на месте и слышал собственный стук сердца. Воспоминания так и ударили в мозг, заставляя его погрузиться в это окровавленное временем море с головой. Легкий выдох с каким-то нервным смешком, и вот он снова глядел на зеленоглазого с привычным холодом в этих бледно-зеленых глазах. — Да, я знал одну такую. - начал он без особой радости в голосе. Скорее он словно проглатывал какую-то глухую боль, что сейчас так и держала его язык, лишь напоминая о данном издавно обещании. - Не скажу, что расстались мы на прелестной ноте, но и зол я на неё никогда не был ведь... - и сейчас сердце словно замерло, а после так бешено и быстро застучал в груди. Как же стыдно признавать эти слова. - Я любил её. Взор был направлен на столешницу, где сейчас перед ним стояли две тарелки, а на них спокойно расположился завтрак, приготовленный какие-то две минуты назад. Аккуратно он берет их и оставляет на другом столе, где перед одной из них замирает на стуле, оставляя такой пустой взгляд на небольшом стаканчике, внутри которого расположились столовые приборы. — Знакомы были давно. Прилично дружили. Вместе росли, развивались и шли дальше. Последнее, что я слышал о ней так это то, что она стала заниматься йогой и так увлеклась, что даже стала подрабатывать инструктором. Не знаю, что ты хочешь узнать от меня исходя из этой информации, но я не уверен в том, что мы говорим об одной и той же Амелии. - вновь он усмехается, пока взглядом обводит портрет, что все еще лежал на столе. — Да, точно! На одном из первых испытаний она упоминала, что подрабатывает инструктором по йоге! Кажется, мы говорим об одной и той же персоне! — радостно пролепетал Лиам. Вот она, зацепка! Но вдруг он остановился, поняв, что нихерово так заставил Брайса переживать какое-то негативное чувство... Что это было за ощущение явной тоски, немой боли, прослеживающееся в голосе? Значит, детектив вправду любил её. Он дорожил каждым моментом, что был проведён с той. Рюкзак потупил взгляд, ему передался этот еле видный негатив. Сразу стало понятно, и, почему-то, стыдно от того, что он задал вопрос, задев содовую за живое. Да, хоть рюкзак никогда и не испытывал подобного чувства, как любовь, он прекрасно понимал, что потом будет больно. Больно от того, что тот, с кем вас связывали тёплые воспоминания, просто уходит из жизни, бросая вас на произвол судьбы. Вам плохо, слёзы льются из глаз, а рот бормочет еле слышное "не уходи... Прошу..." Но ничего не происходит. Остаётся только неприятный осадок. Мозг начинает максимально сильно реагировать на нейтрализацию воспоминаний об этом человеке, и постепенно всё забывается. Но то самое расставание... Последние улыбки и радостный смех... Это то, из-за чего слёзы начинают литься из глаз, а мозг начинает яро протестовать, говоря постоянное: "НЕ СМЕЙ РЫДАТЬ!". И вновь происходит подавление эмоций. Видимо, это то, что привело Брайса к тому, какой он сейчас... — Ты скучаешь по ней, не так ли? Отразили тихий вопрос стены квартиры. Взгляд Лиама был устремлён на завтрак, хотя он прекрасно мог увидеть реакцию друга на столь дерзкий вопрос. В ответ тишина. Какие-то секунды растягивались в минуты, а те словно в часы. Почти 10 лет прошло с последней их встречи, но её детектив помнит так, словно бы всё произошедшее случилось только вчера... Вечер. Вокзал. 25 декабря. Все так и сверкало в преддверии новогодних праздников. Отовсюду слышен теплый смех чужих людей. Этот мороз бил по коже лица, заставляя порой нервно прятать его в шерстяном шарфу, что смирно прозябал на шее... Он видел её. Одетую в светлое пальто ванильного цвета, и своими голубыми глазами осматривающую каждую деталь одежды собеседника, она смеялась. Видел эту тёплую и искреннюю улыбку на её лице, которую она отдавала с яркой усмешкой, но... Всё это она дарила не ему. — Да. - наконец выдавил из себя мужчина, заставляя стены чуть ли не дрогнуть от настолько холодного тона его голоса, которым он ещё никому не смел отвечать. Он не злился на неё за тот вечер, но так противно было думать о том, что случилось. И с тех пор его сердце словно уменьшилось. Заперло себя в тёмной клетке, и никому не доверяло тот заветный, золотой ключ, что помог бы новому человеку открыть путь к нему. Наконец он заставил себя поесть. Молча он сидел все 10 минут, не заставляя себя даже взгляда поднять на своего собеседника. Хотелось забыть об этом разговоре. Уйти от темы и больше не поднимать её наедине. Он не умел говорить о своих чувствах и не хотел этого делать. Этот непривычный холод, в голосе словно обжёг Лиама. Теперь он точно понял, что задел Брайса за живое. Как бы это ни помогло следствию, увы, чувства других он ставил гораздо выше собственных целей. Парень, пока ел, укорял себя. Яичница потеряла свой вкус, да и после такого разговора парень не очень-то и хотел есть. Но, всё же, справившись с завтраком, он встал из-за стола и промямлил: — Прости, я.... Я не хотел тебя задевать... Если что-то подобное случится, то сразу говори... Я правда не хотел... - да, парнишке было вправду жаль, и в мозу у того постоянно повторялось, словно заевшая пластинка: "Какой же я даун!" Обладатель серо-зеленых глаз лишь робко, но так нервно, усмехнулся в ответ, пока сам поднимался из-за стола и направлялся к раковине, дабы сразу же помыть и убрать посуду. Проходя мимо Плейсака он забрал тарелку из его рук, заставляя себя чуть слышно выдохнуть. Слова его он проигнорировал. Когда-то давно перед ним уже извинялись и по сотню раз. Он всегда прощал, только делал это молча.

***

Наконец посуда была чиста и убрана, а сам содовая молчаливо собирал все бумаги со стола, про себя успевая анализировать всё, что рассказал ему Лиам какие-то 10 минут назад. Оставляя небольшой, и уже знакомый для зеленоволосого, портфель на стуле, Брайс направился было в сторону ванной, да вдруг его сбили с мысли лёгким стуком в дверь. Гостей бутылка не любил. Особенно незваных. Паренек, рассматривая узоры на потолке, рассиживался на кровати, как вдруг в дверь постучали. Его взгляд сразу же устремился в сторону входа в квартиру с немым вопросом, мол, кто это припёрся, да ещё так рано? Но вот детектив прошёл к двери и заставил себя открыть её, предоставляя взору высокого мужчину с еле заметной щетиной на щеках и подбородке, что своими почти чёрными глазами осматривал своего, явно, приятеля сверху-вниз. Увидев гостя, парень крикнул неуверенное, но так напрашиваемое слово, ведь, как никак, воспитанность нужно было показать, не смотря на свой внешний вид. Выглянув из-за спины детектива, тем самым заставляя обратить на себя внимание, он пролепетал: — Привет..? В момент незнакомого мужчину сбили с мысли, заставляя оставить рукопожатия и объятья своего друга и глянуть на зеленоволосого парнишу за его спиной. В особенности его смутил какой-то помятый облик обоих парней... Явное негодование и множество вопросов возникли у него в голове, это можно было понять лишь по тому, как он после посмотрел на Брайса. — Нет. - отозвался детектив, явно понимая, к чему клонит его приятель. Пожимая плечами мужчина наконец смог пройти внутрь, параллельно окидывая взглядом уже знакомое для себя помещение и примечая что его товарищ явно куда-то собрался. — Что случилось, Брайдли? Обычно тебя хрен поднимешь в час-то дня, а тут даже 7 нету, а ты уже на ногах. Вау! - с явной иронией и сарказмом интересовался содовая, пряча руки в карманы брюк. Мужчина тепло посмеялся, демонстрируя свой, вполне схожий с Брайсом, басистый тон голоса. — У меня для тебя есть вполне себе приятные новости, которые точно поднимут твоё, и без того постоянно ужасное, настроение! - смеялся Брайдли, кивая взглядом в сторону портфеля. — Вау, давай же, попробуй удивить меня! - усмехался уже Брайс, заставляя своего друга нахмуриться. Парнишка решил ничего не говорить, смотря на то, как Брайс раскрывается в совершенно другом ключе, не как холодный детектив, а как саркастичный и добрый друг, чьи шутки иногда кажутся правдой. Атмосфера сразу же сменилась на более дружелюбную и тёплую, рюкзак довольно вздохнул, понимая, что их с Брайсом дуо, пока что, прекратило своё существование, и он мог по-настоящему отдохнуть, пока детективы о чём-то говорят. — Я... - Брайдли решил сделать неприемлемо долгую фазу молчания, дабы набрать обороты ожидания. - Женюсь! - смеялся он, замирая посередине квартиры и, словно бы находясь на сцене, расставлял руки в разные стороны с немой долей грации в своих словах. — Вау. - отозвался бутылка без единой нотки радости в голосе. - Уже третий раз подряд, чувак! - он прошел мимо него, невольно ухмыляясь и чувствуя на себе этот недовольный, но ни в коем случае не разгневанный, взгляд его друга. - И на ком же? Детектив прекрасно понимал, что для Лиама этот диалог ничего толкового и не значит, ведь с Брайдли он и не знаком. Но, в любом случае, приход этого парня помог им отразить напряжённую атмосферу, пока оба находились наедине и питали этот колкий воздух, что рвал их сердца напополам, пока сами предметы не находили лишних слов для нового диалога. — На той девушке из кафе. Помнишь её? - отозвался мужчина. Его предметом-талисманом была старая ложка, понять это можно было по характерной отметине на его оголенном левом запястье руки. - Она просто прекрасна. - мечтательно язвила ложка, прикрывая глаза и в какой-то эйфории своих воображений томно вздыхая. - И её имя... — Маргарет. - отозвались оба парня разом. Да только пока Сильва произносил это имя с яркой и мечтательной окраской, приподнимая одну из рук и аккуратно вырисовывая указательным пальцем какие-то узоры в воздухе, Брайс шептал это имя с безразличием в голосе, пока продолжал складывать бумаги в портфель. Лиам внимательно разглядывал двух друзей. Теперь Брайс стал более открытым, а в голосе был виден явный оттенок жизни. Паренек продолжал внимательно разглядывать новопришедшего. Он приятно выглядел и напоминал, скорее, того самого дядю, с которым можно пошутить и вообще приятно провести время. Продолжая тихо сидеть, он всё более и более примечал факт того, что оба детектива вправду приходились друзьями, и их связывало множество историй. « Интересно, а как там Оуэн? » — Вдруг проскочила мысль у Лиама. А вправду, как он там? Парень не задумывался об этом до этого момента. Возможно, он и скучает по Лиаму, ждёт. Но, хотя, если считать, что оба находились в не очень тесных отношениях, то, возможно, гвоздь просто погрустил неделю, и благополучно забыл. Но было ли это правдой..? — Да... Красавица Марго. - отозвался мечтательно названный недавно Брайдли, пока замирал у оконной рамы и заставлял себя открыть жалюзи, что лишь мелкими полосками отражало огненный солнечный свет на полу, кровати и тумбочке. - Её улыбка, фигура, глаза, походка, голос.. Всё это просто прекрасно. - продолжал мечтать "Ромэо", как вдруг его будто переклинило. Заставив себя посмотреть на своего приятеля, он переменился в лице с радостного, на какое-то задумчиво-грустное... — Брайс, приятель, прости. Я совсем забыл. - он неловко повёл взглядом в сторону, виновато усмехаясь и при том плавно убирая одну из рук за шею. - В общем... Ты вчера так поздно написал мне, и я не смог тебе ответить, уж извини. В чём же, всё-таки, дело? - как же быстро он менял тему. И, судя по реакции детектива, он к этому давно привык, ведь и не смел злиться на прибывшего друга. Наконец он смог перейти к делу. Заставляя своего приятеля сесть на стул, он подошёл к парнишке и, схватив его за запястье, поставил зелёноволосого перед Брайдли, что с явным недопониманием следил за действиями своего коллеги. - Брайдли, знакомься, это Лиам Плейсак. На данном этапе это наш пострадавший, главный свидетель и понятой. Всё, что он тебе скажет - это правда. Прошу тебя выслушать и его и меня до конца. - бутылка переводит взгляд на названного парня, пока сам убирает руки в карманы брюк. - Лиам, ты знаешь что делать. — Ох, да-да... В общем, если вкратце, то меня выудили из привычной жизни, заставляя бороться за какой-то приз с другими людьми! Эйри - главный зачинщик данного "конкурса" под названием ONE. Его мы и не видели в лицо. Он нагло заставлял нас бороться меж собой! - эмоции так и лились из рюкзака, пока тот рассказывал обо всём, иногда неосознанно жестикулируя. Переведя дух, он продолжил: — Я... Я даже умер в одном испытании, буквально! Но, правда, Эйри меня воскресил. Этот парень... Он чёртов асоциальный маньяк! Если бы я только нашёл его, то мигом бы убил, честное слово, он лишил меня всего! Дом, работа, друзья, у меня теперь ничего нет, я мёртв для этого мира! - заключил парень. В момент он вынул из кармана бумагу с объявлением, на котором располагалась его фотография, и данные о его пропаже. Сунув объявление в руки Брайдли, он смолчал, смотря на него и ожидая реакции. Да, не каждый бы трезво отреагировал на подобное, и, скорее, посчитали сумасшедшим, либо же писателем-фантастом. Всё время, что парнишка говорил, мужчина молчаливо сидел на стуле, своими черными глазами осматривая тело нового знакомого и во все оба уха питал сказанную им информацию. Твёрдый его вздох перед тем, как в его руки сунули бумагу с объявлением, и вот он нервно усмехается, а затем и вовсе старается не залиться смехом. Да только от этих мыслей его отвлекает речь уже от Брайса... — Слушай, чувак, ты можешь в это не верить, но я скажу тебе, что всё, о чём он тебе сейчас рассказал, это ёбаная правда. - говорил бутылка в довольно привычном, холодном и очень серьёзно настроенном тоне своего голоса, как при первой их встрече с Лиамом. - Всё это не сон, не выдумка, и он не псих. Нет. Это правда. И это меня пугает. Очередной выдох со стороны ложки, что чуть нервно повёл взглядом на своего приятеля, а после опустил его на объявление, что сейчас покоилось в его руках, он задумался. Эта бумага не подделка, и всё, что было написано - тоже. Резко Хансен берёт в руки два листка, на которых были изображены портреты двух девушек, а точнее - Молди и Журнал. — Это - одни из участников. И писал я тебе в три часа ночи именно по этому поводу... - Брайдли хотел было что-то уточнить, но его прервали сразу же после его нервного смешка. - Мне нужна твоя помощь, приятель. Нам нужны их имена, данные и адреса. Прошу тебя... - да только... Сильва обратил внимание на ещё один портрет, посвящённый Сенти. Он взял его в руки и тут же глянул на Брайса. Бутылка молчаливо и еле заметно кивнул ему, заставляя мужчину сильнее задуматься о происходящем. Он тоже знал её. — А также, вышеописанный Эйри почему-то пропал на семь грёбаных месяцев! Ох, сколько же мы натерпелись за те дни на этой планете! Честно сказать, то мы все там свихнулись за прошедшее время, и вдруг этот ебанат заявляется и просто-напросто исключает меня! Итак, мы собрали бинго: я мёртв здесь, и сейчас пытаюсь доказать, что не псих! - последние слова тот уже чуть ли не кричал, расставив руки из-за негативных эмоций. Да, парень был на взводе, и сейчас в его взгляде виднелась эта ненависть и желание рассказать больше. Он замолк, глотая воздух через рот, да уж, видимо, эта ненависть готова была вырваться в любую секунду. Он слишком долго не был никем услышан. Мысли детектива были сбиты лишь только рюкзак вновь стал говорить. Не рассказывать, а именно говорить. Брайс понимал этого парня. Если быть точнее - почему сейчас он ведёт себя именно так. Чуть больше половины года он провел взаперти с другими людьми, в совершенно непонятном для него месте. Он был зол и слишком долго молчал, чтобы так просто отпустить все то, что случилось. — Видишь? Мне нужно также достать то дело об... - его перебили. — ОХ, ДА! И ЭТО ЛИШЬ МАЛАЯ ЧАСТЬ ВСЕГО, ЧТО БЫЛО НА ТОЙ ЧЁРТОВОЙ ПЛАНЕТЕ! МЫ БЫЛИ ИЗОЛИРОВАНЫ ОТ ВСЕГО МИРА КАКИМ-ТО МАНЬЯКОМ, ЧТО СЛЕДИЛ ЗА КАЖДЫМ НАШИМ ДВИЖЕНИЕМ И УБИВАЛ! ДА-ДА, УБИВАЛ! ПОТОМУ, ЧТО КАК ВАМ ТАКОЕ, ЧТО ОН БУКВАЛЬНО ПРОТКНУЛ МАЛЕНЬКОГО РЕБЁНКА ЗАОСТРЁННЫМ КОЛЫШКОМ! Я БУКВАЛЬНО СЛОМАЛ НОГУ, А ЭТОТ ЭЙРИ ПРОСТО ВЗЯЛ И НАЛОЖИЛ ГИПС ИЗ КАКОГО-ТО ДЕРЬМА! Крик зелёноволосого парня, что был нацелен скорее в пустоту, чем на кого-то из детективов, сейчас заставлял стены дрожать, а двоих парней в немом ужасе уставить взгляды на Плейсака. Эмоции взяли над ним верх, но никто из присутствующих и думать не мог о том, чтобы осудить его за то, что он делает. О чём он говорит. Хансен едва-ли не чувствовал то, что чувствовал рюкзак сквозь нависшую на троих парней атмосферу, которая глухим потоком укрывала их тела этой тёмной материей обиды и жаждой мести.. — Лиам успокойся... - позвал его Брайс. Но его не услышали. Вновь рюкзак стал говорить. Он кричал. Кричал из-за боли, из-за ненависти, из-за справедливости, которой в том месте словно не существовало. Тот ведущий должен быть наказан, и это понимал не только Лиам. — СУКА, ДА ЕЩЁ И ЧЕРЕЗ ПАРУ ИСПЫТАНИЙ Я УМЕР ИЗ-ЗА ЭТОГО! КРОМЕ ЭТОГО, НАМ ДАВАЛИСЬ КАКИЕ-ТО ТУПЫЕ ИМЕНА С ЗАПРЕТОМ НА ИСПОЛЬЗОВАНИЕ НАШИХ НАСТОЯЩИХ! ДА ЕСЛИ Я ЕГО НАЙДУ, ТО ЗАСТАВЛЮ НА КОЛЕНЯХ ИЗВИНЯТЬСЯ ПЕРЕДО МНОЙ И ОСТАЛЬНЫМИ УЧАСТНИКАМИ! - ненависть и отвращение к конкурсу так и пёрли из такого, казалось при первой встрече, тихого парня, что, на первый взгляд, показалось бы необычным, и, в какой-то степени, пугающим. — Лиам! - наконец мужчина заставил себя крикнуть на парнишку, совершая в его сторону пару шагов и хватая того за плечи. Он хотел лишь вывести его из транса ненависти и опустить контроль эмоций над его разумом и речью. - Хватит. Строгий взгляд серо-зеленых глаз устремился в красные от злости зрачки Лиама, в попытках совершить хоть какой-то немой контакт с предметом без лишних действий. Зеленоглазый сразу же замолк, как их взгляды пересеклись. Испустив выдох и медленно прикрыв глаза, он немного поднял голову. Он сорвался. Сейчас он был готов зарыдать из-за того, что было раннее. В квартире повисла тишина, нарушаемая прерывистыми глотками воздуха со стороны парня, что со всей силы сжимал кулаки, возможно даже уже представляя сладкую месть, как он будет глумиться над Эйри и пытать. Тот еле слышно прошептал, не смея, и даже не хотя высвободиться из хватки содовой: — Прости... - и вновь он просил прощения! Господи, да кто бы с ним дружил, если он слово чрез слово только и извиняется? Глупенький рюкзак не понимал что, иногда простых слов недостаточно. Он был готов провалиться под землю со стыда! Но, тем не мнение, смотря на детектива снизу вверх, уже более опустошённым взглядом, он ожидал его действий. Вдруг он понял, что прямо сейчас разрыдается как последняя сука, и со всей силы прижался к Брайсу, обнимая того за спину. Благо, пока слёзы не полились. Но, правда, он уже дрожал, будучи готовым зарыдать от любого слова и действия вообще. Неожиданные прикосновения заставили содовую дрогнуть. В любом другом случае он бы злосчастно вырывался из чужих объятий, но сейчас он ощущал всё это совершенно по другому... Секунды растянулись в минуты, а сердце так бешено билось в груди, заставляя предмет чуть более нервно задышать, пока он сам не знал куда ему смотреть. Взгляд впился в стену. Куча эмоций переполняли детектива, создавая какую-то невероятную паутину, из которой он вряд-ли бы смог выбраться сейчас. Он не знал что ему делать... Редко когда содовая дарил людям поддержку, а сейчас его обнимает едва знакомый ему парень. Что же за напасть такая..? И вот сейчас он замер на месте, слегка расставляя руки в стороны и находясь не в состоянии принять объятия рюкзака. Это был страх. И без того ситуация убивала всех троих парней, что сейчас находились в этом помещении... — Я... Я так ненавижу то место... Ненавижу... Ненавижу Эйри... — бормотал парень, всё сильнее прижимаясь к Брайсу и закрывая глаза. Тепло и биение сердца другого человека заставили парня уже излить слёзы. Казалось бы, поддержки оказано нихуя, но, тем не менее, парень поднял голову и положил её на плечо содовой, содрогаясь из-за плача и глотая воздух. Он правда плакал. Слёзы горячим градом лились из глаз, заставляя парня подниматься на цыпочки и сильнее сжимать в объятиях ошарашенного детектива. Мысли спутывались в какой-то клубок из ниток, ноги стали ватными и теперь он просто смотрел в стену. Объятия успокаивали его, и теперь парни просто молча стояли. Зеленый настраивал дыхание и заставлял себя более не изливать слёзы. Но он знал что вновь не сдержит обещание. Аккуратное движение и вот зелёноволосый сумел ощутить чужие руки на своей спине, что не так решительно водили по ней в попытках успокоить разбушевавшегося парня. Столько лет содовая не чувствовал себя... Вот так. Так, как он чувствовал себя сейчас. Какое-то еле ощутимое тепло и полное чувство свободы эмоций... Когда он смог бы так искренне еще обнять кого-то? Никогда более. В какой-то момент он понимал, что всё это лишь временно. Какие-то несколько минут, или может даже секунд, и вновь он отпустит его. Всё будет как раньше. Ложка же замер где-то позади. Он и сам словно провалился в какую-то пучину бытия, совершенно забыв о том, где он находится. Мысли перемешались и каким-то невидимым комом поглотили его разум, совершенно не разрешая видеть то, что же сейчас происходило пред ним. Вот ложка опускает взгляд на портрет девушки в своих руках, ведь он не знал, что ему стоит говорить. Тёмно-оранжевая рубашка, что сейчас сидела на верхней части тела детектива, промокла от слёз парнишки, что несколько секунд назад беспрерывным градом падали на его плечо, заставляя содовую ощущать секундное тепло, а после лишь неприятный мороз. Скорее от осознания того, что прямо сейчас этот зелёноволосый парень рыдает в его плечо. Так не хотелось отпускать его хрупкое, пускай и незнакомое, тело. Но он не смел забывать и о своей гордости, потому вынужден был отстраниться от этих объятий. Опуская взгляд на Плейсака, он заставил себя слабо и, впервые, так искренне улыбнуться этому парню. Одна рука пала на плечо парня, все еще смело держа с ним немой контакт. — Всё? - усмехнулся он, пока со всей душевной отдачей глядел в покрасневшие от слёз, но по-прежнему такие добрые и живые, глаза парня. — А..? Д-да, всё... - немного помедлив просипел парень, пристыженно опуская взгляд и вытирая тыльной стороной руки слёзы. И почему это он решил выплакаться именно Брайсу? На месте содовой мог бы быть любой другой человек, но... От Хансена исходило такое маленькое и еле различимое тепло и понимание. Словно от матери, которая в любой момент в детстве готова помочь и успокоить... Неужели Лиаму вправду было приятно общество этой сварливой бутылки? Похоже на то. На ватных ногах парень поплёлся в ванную комнату, и, закрыв дверь, начал умываться, заставляя самого себя успокоиться. Содовая молчаливо провожал его своим, уже куда чем более, теплым взглядом, пока сам он прятал свои руки в карманах брюк. Холодная вода словно обожгла лицо парня, и он, вновь смахнув с глаз слёзы, пустил руку в зелёные волосы на голове, и, опираясь одной рукой на раковину, взглянул в зеркало. Да уж, он выглядел максимально уёбищно. Мало того, что буквально пару минут плакал, так ещё и сильнее стал похож на бездомного. Он закрыл кран с водой и молча стоял, пялясь на своё отражение и не в силах принять себя таким, каким он был в отражении. « Почему мне рядом с Брайсом было так тепло..? Мы же буквально пару часов знакомы, тогда откуда эта невесть почему взявшаяся привязанность? » - замерла мысль у того в голове. И вправду, почему ему было так комфортно рядом с Хансеном? Точного ответа он дать не мог. Что-то тянуло парня к этому человеку, и он не мог понять что... По крайней мере, пока он не мог найти на это ответ. В секунду мужчина вспомнил о том, что в помещении находился также Сильва. Он в момент отводит свой взгляд в сторону сероволосого приятеля, что в каком-то шоке глядел на Хансена. — Что? - в каком-то недопонимании поинтересовался у него детектив, пока сам ложка лишь пожимал плечами, заставляя себя же выйти из немого транса. — Да так... Ничего. - отозвался он не совсем решительно, пока оба парня отводили друг от друга взгляд и вновь приглашали тишину в их личный чат. — Слушай, Брайс. - наконец заговорил мужчина, привлекая к себе внимание серо-зелёных глаз коллеги. - А он тебе не парень-ли? - сквозь какую-то насмешливую улыбку интересовался детектив, пока осматривал своего приятеля этим ехидным взглядом в ожидании реакции Хансена. - А то аж вижу как между вашими взглядами эти нотки страсти прыгают. Какой-то смущённо-озлобленный взгляд суженных в панике глаз устремился на щетинистого мужчину, заставляя того едва-ли не смеяться. — Ты свихнулся!? - возмущался бутылка содовой, жестикулируя свое недовольство резким взмахом рук в стороны. - Нет конечно! Придурок. - промямлил он последнее оскорбление, отворачиваясь от приятеля и нервно направляясь в сторону кухонного гарнитура. — Ну ладно, прости-прости! - сквозь смех говорил Брайдли, пока внимательно осматривал своего, ни на шутку разозлившегося, приятеля. Замерев у гарнитура, бутылка в какой-то игривой ненависти заставил себя нацеленно кинул в сторону сероглазого старую деревянную кружку. Но, к сожалению, не попал. - Я же извинился, идиот! - вновь смеялся мужчина, выпуская-таки из рук портрет голубоволосой девушки, что с кривовато-тёплым взглядом смотрела в пустоту. В какой-то степени этот старик был даже прав. Стоп, ха-ха, неужели Брайс наконец-таки дал своей клетке проломиться под навесом тёплых чувств, и вновь открыть дверь в свою душу для... Чужого для себя человека? Нет. Он ещё искренне сомневался в том, кем же для него является этот свалившийся с неба на его голову паренёк. Но с другой же стороны в первые минуты знакомства он уже ощущал этот невидимый поток совместимости. Воспоминания, черты характера и даже какие-то привычки их связывали. Знакомы они были лишь сутки, а складывалось отчётливое впечатление того, что они давние приятели. Любой бы мимо них проходящий мог сказать о них именно так: вечно недовольный мизантроп и открытый, ранимый оптимист. — Иди нахуй. - отозвался уже Хансен сквозь лёгкий смех, ведь и сам теперь воспринимал данную ситуацию как какую-то очередную их глупую шутку. Да, эти двое могли оскорблять друг друга бесконечно, но всегда они принимали это как комплименты. Очень странный, но их личный, юмор. - Бабник сраный... — Да ладно тебе! Вы довольно мило смотритесь вместе!- — Я знаю этого парня всего-лишь 16 часов! Даже суток нет, долбаёб! - крикнул на него бутылка содовой, вновь усмехаясь. - Я что похож на пособие шлюхи-педофила? Брайдли задумчиво осмотрел Хансена, даже подставив одну из рук к подбородку. — Вполне. - но в ответ на свой смех получил лишь очередной прилетевший в его сторону предмет, но теперь это было старой книгой. Рюкзак прекрасно слышал разговор двух лучших друзей. Боже, Брайса вправду считают педофилом? Да это же просто смешно! Помимо этого, парни знакомы слишком мало, но, опять же, зелёного что-то тянуло к бутылке, только непонятно что. Что-то такое, что ощущалось как сладкий привкус во рту и трепетание где-то в груди... Господи, да неужели он влюбился? « Пфф, что? Да никогда. Он просто хороший человек... И у него сложноватый характер... Но, всё же Брайс классный, правда. » - и тут он услышал как что-то со всей силы ударяется о стену, заставляя парня вздрогнуть. Пулей выскочив из ванной, он увидел ржущего, и чуть ли не плачущего от смеха Брайдли и опять недовольного, но сдерживающего смех, и почему-то румяного, Брайса. Да уж, в этот миг всё остановилось, и, казалось, из-за смеха Сильва мог упасть на пол. Предметом тем и оказалась книга, которую детектив всё же осмелился бросить в своего приятеля что есть силы. После того, как Сильва утихомирился и соизволил выйти из "укрытия" в виде столешницы, он заставил себя опустить взгляд куда-то в пол, пока смахивал наступившие на глаза слезинки. Хансен в свою очередь, услыхав лёгкий ропот открытой двери, устремил своё внимание в сторону вышедшего из комнатки рюкзака. Может его привлёк стук книги о стену? Вполне вероятно. — Извини за лишний шум, Лиам. - отозвался детектив, приметив, что сейчас Плейсак выглядел чуть лучше нежели пару минут назад. - Надеюсь, что тебе полегчало. - новая доза тёплой и приятной улыбки наползла на его лицо, заставляя мужчину чуть замяться со словами. Но вот он припоминает, для чего же Брайдли вообще приехал сюда. Поднимая с пола упавшие со стола листки с портретами, обджект подходит к мужчине, что был выше него ростом, и смотрелось это даже как-то забавно, протягивая их сероволосому мужчине. Получив в ответ лишь его слабый кивок и слабую, но вполне уверенную и целеустремлённую улыбку, он взглянул в сторону окна, где уже вовсю сияло Солнце. — Я услышал тебя, приятель. Постараюсь сделать всё, что смогу. - кивал ложка, направляясь к выходу из квартиры. Брайс не поленился и проводил своего друга. В последний раз пожимая его руку, он провожает его взглядом и лишь затем закрывает за ушедшим дверь. Останавливаясь у стола, он заставляет себя поднять с пола ту самую деревянную чашку, что должна была стать оружием против его друга, но, увы, меткостью Хансен не славился. Вот он снова кидает взор на зеленоволосого парнишку, пока сам убирает со стула давно подготовленный к походу портфель. Да, как оказалось теперь он был не нужен. В планах на день теперь красовались лишь два пункта: найти дело Эйри, изучить его и поставить теории. И второе - это заехать в магазин. На счёт места жительства Лиама... Скорее всего Хансенсу придётся потесниться несколько дней, может даже недель. Но его это, сейчас, не особо смущало или даже напрягало. — Так... Куда мы направимся первым делом? — Спросил Лиам, смотря на Брайса прояснившимся взглядом, и, шмыгнув носом, спрятал руки в карман тёмно-зелёной толстовки. Теперь оба стояли около лифта и ждали пока тот приедет и откроется пред ними. Взглянув в окно, он вновь обратил взгляд на детектива, ожидая реакции того.

***

Лёгкое движение руки, наклон машины и вот они оказались на парковке. Наконец-таки они выходят из автомобиля, что до этого был оставлен на ручном тормозе и при том мотор был заглушен. Теперь Брайс открывал дверь, пропуская вперёд Лиама, и лишь после вновь останавливаясь у стойки регистрации. Знакомая для детектива девушка тепло ему улыбнулась, при том успевая оценивающе осмотреть стоявшего позади Хансена парня, и протягивая бутылке пропускной успела приблизиться к нему лицом едва-ли не вплотную, строя глазки. Недовольный и чуть смущённый детектив выхватил из её рук пропускной, и, в момент подхватив Лиама под руку, направился в сторону лестничной площадки. Пропускной позволил двоим парням пройти контроль у железной, но вполне себе новой, двери, ведущей в подсобку небольшого здания агентства. Внутри помещения было не так уж и темно, как обычно это предоставлялось в детективных фильмах. Множество желтоватых ламп окутывали большие железные ящики, пару столов и даже старый диван своим блеклым, но прилично-ярким, светом, делая помещение вполне себе хорошо обозреваемым для глаз предметов. Лиам так и шёл за Брайсом, неосознанно продолжая держаться за его руку, и оглядывая коридор, который освящался почти всеми лампами, ибо, как обычно, среди всех одна-две работали неисправно, либо вообще сломаны, но у ремонтников так и не доходили руки их сделать. «Так... Если мы сейчас идём искать дело Эйри, то это очень классно... Никогда не бывал в агентствах, тем более-никогда не видел как составляются данные документы» - думал парень идя чуть позади содовой и даже не думая отпускать руку детектива. Брайс вполне себе смело прошелся к одному из столов, на котором расположился обыкновенный и даже старый компьютер. Вводя в довольно интересной поисковой системе имя предмета, он заставил прибор запустить поисковой процесс, выискивая нужное имя среди данных, что были вбиты в базу компьютера. И наконец нужное дело было перед ними. Фотография в виде размытого мужчины лет 30-ти красовалась на первой странице, демонстрируя пол подозреваемого, его рост, вес, место проживания и тип преступления. — Он? - поинтересовался Брайс, но вдруг махнул рукой, вспоминая, что Плейсак и в глаза никогда этого парня не видел. Он поднялся из-за стола, просмотрев перед тем на экране монитора какие-то цифры, и куда-то ушёл, оставляя зелёный предмет наедине со своими мыслями. Бутылка заставил себя разъединить их ладони, пока сам останавливался у линии ящиков с номером на боку, что гласила: "56", и внимательно пробегался по буквам, что были расположены над каждым отделением ящика. Наконец взору попадается буква "Э", заставляя мужчину присесть и уже более внимательно осмотреть ящик, что был закрыт. Недовольный выдох старшего заставлял понять, что что-то идёт не так. Поднимаясь, он вернулся ко столу, надеясь найти в ящиках его тумбочек хоть что-то похожее на ключ или отмычку. Между детективом и пострадавшим сохранялась тишина, но она не удушала и не заставляла Лиама чувствовать себя хреново. Наоборот. В этой тишине скрывался какой-то странный шарм, общая тайна, которую нужно было разгадать, но никто и даже не думал об этом. Его взгляд внимательно блуждал по ящикам. В помещении сохранялось тепло и стойкий запах старой бумаги. По-видимому, сюда редко кто заглядывал. Пройдя чуть дальше, Лиам увидел стол, который пустовал. На нём уже образовалась пыль, а часы, застывшие ровно на 12, слегка украшали его. Несколько выцвевших журналов и чашка с каким-то старым и заплесневелым напитком. Парень обернулся на щёлкающий звук и увидел довольную мордаху Брайса, который был несказанно рад тому, что ящик, наконец, открылся. Вынимая из ящика найденную только что папку бумаг, на желтовато-серой части которой красовалось небольшое досье с номером дела и именем задержанного, содовая подозвал к себе зелёноволосого парня и направился к столу, где ранее сидел у компьютера. Оставляя папку на поверхности Брайс внимательно прочитал досье, а точнее дату, когда это дело было заведено. — 14 марта 2012 года... - отозвался он в немом шоке. Все эти 10 лет он и думать не мог о том, что где-то там есть такой преступник как Эйри, что почти равен ему по возрастной категории. - Пиздец, сколько этому челу лет, что он вытворяет такую херню..? - говорил мужчина словно для себя, пока пролистывал дело и вчитывался в каждый пункт. Некоторые буквы уже давно не были видны на старой бумаге, что и не удивительно. — Ну, что там? - недовольно пискнул Лиам, пытаясь заглянуть через плечо детектива, и, чуть не упав, зеленоволосый остановился. "Имя: Эйри, псевдоним. Настоящее имя неизвестно. Возраст: 29 лет. Семейное положение: Женат. Рост: 187 см. Вес: 75 кг. Предмет-талисман: подвесной фонарь. Осуждён за убийство Дейзи Хокинс от 25-го февраля в 9:54 утра. На трупе были найдены следы насильственной смерти, порезы и нанесённые топором значительные увечья. " — Ого... Да этот парень и вправду псих. - усмехался Брайс, продолжая чтение вслух... "При допросе лицо добровольно постановило, что убийство было совершено в порыве негативных эмоций. Психическое состояние подозреваемого не было выявлено. На лечении в псих. больницах не наблюдался. Решение суда постановило дать виновнику 12 лет тюрьмы..." "..." Листа не хватало. Он был оборван, чего с самого начала детектив и не заметил. Недовольно осматривая дело с ещё нескольких сторон и убеждаясь в том, что информация была утеряна, он вновь берётся за компьютер, надеясь найти анкету данного персонажа и внимательно изучить её. — Да уж, он хуев псих! - после чего парнишка тоже мысленно прочитал оставшуюся часть. Холодок пробежал по телу и зрачки от шока сузились. Теперь это было правдой. Этот маньяк устроил тупые игры, чтобы просто поглумиться над ними! Рюкзак воскликнул - Теперь мне ясно, почему он заставлял нас бороться! Ему просто нравилось над нами издеваться! - после чего он отшёл, словно хотя что-то добавить. И вправду, на выдохе он продолжил - Ещё бы выяснить где он живёт и всё, верно? — Верно... - отозвался детектив в каком-то лёгком шёпоте, ведь его внимание сейчас было сосредоточено на том, чтобы найти нужную информацию. Вновь он опустил взгляд на дело, и пролистнув его ещё раз сумел обнаружить небольшое фото мужчины рядом с которым стояла девушка лет 25-ти, может постарше. Он протянул фото Лиаму, дабы парень наконец узрел лицо виновника своих страданий. Это был мужчина с вполне себе приятным, пускай и каким-то пустым, выражением лица. Глаза серо-синего цвета смотрели на девушку, что так тепло ему улыбалась, а вполне себе сильные руки обводили её тело в лёгких объятьях. Бледно-голубого оттенка волосы с короткой и аккуратной стрижкой красовались на его голове, а медного оттенка костюм дополнял его невидимую личность... — Нашёл! - отозвался внезапно Брайс, легонько ударяя рукой по поверхности стола, пока сам он вчитывался в информацию на мониторе. - Хочу тебя обрадовать, жил он не так уж и далеко отсюда. Минут 20 езды... И ещё одно. - теперь тон голоса его вернулся в загадочный оттенок, заставляя атмосферу вокруг двоих парней накалиться. - Он мёртв, Лиам. Всё внутри зеленоволосого перевернулось. Он поднял шокировано-удивлённый взгляд на друга, выдавив: — Но... Но как..? Он же... Нет... Он жив! Я точно помню его голос! Я помню как этот подонок говорил каждое слово! - да. Именно голос. Ведь он и понятия не имел как выглядел виновник, и, опустив взгляд на фотографию, лишь выдохнул - Я... Я никогда не видел его. Он никогда не показывал себя... Между теми вновь повисло молчание. Хоть и рюкзак глядел на виновника первый раз, он даже и подумать не мог, что это именно он. Этот Эйри просто не мог. Тот, что на фотографии, скорее, похож на того самого дальнего родственника, который приезжал раз в год и так же быстро уезжал, и связывало с ним только это, ну, и застолье. Более ничего. Выдыхая, детектив заставил себя повернуться в сторону рюкзака, параллельно оценивая его состояние сейчас. Сказать честно - выглядел он жутко помятым даже после того, как несколько раз умылся перед их отъездом. Поднимаясь с места он взял в руки папку с документами и ещё раз осмотрел материал дела, стараясь не упускать каждую деталь текста. — Слушай, Лиам... - начал он, захлопнув папку и откинув её на стол, пока сам он замирал напротив зелёноволосого парня и внимательно смотрел в его глаза. - Я тебе верю, слышишь? Ты слышал его. Допустим что он жив и эта информация может быть поддельной. Давай мы с тобой сгоняем до его дома? Может у него кто из родственников там есть. Оценим ситуацию и уже оттуда будем делать какие-то выводы. Окей? - укладывая руки поверх плеч Плейсака, детектив всё ещё смотрел на него. - Во всяком случае нам более нечего терять, разве нет? - улыбался он. — Ха-ха, это точно! - подметил парнишка и тихо засмеялся, после чего улыбнулся, отводя взгляд и вновь прижимаясь к содовой. Парень прошептал - Господи, спасибо, что поверил мне, я очень рад! Спасибо за всё! - радость трепетала в груди парня и теперь, сильнее прижимаясь к детективу и обвивая руки вокруг спины того, он получал тепло и неподдельную живую радость, которая наполняла сердце измученного парнишки жизнью. — Оу, ам... - нервный смешок со стороны мужчины и его смущённый, или даже недовольный, взгляд устремляется на зелёноволосого парня, что так смело позволил себе обнять детектива уже второй раз за день! - Да не за что. Я ведь ничего не сделал... Серьёзно... - теперь точно он мог сказать себе: приятель, ты правда ощущаешь это. Просто признай, Брайс.