Сколько живёт любовь?

                               Высокий за́мок со шпилями возвышался над головой, пока Чонгук лежал на горячем песке, доставая из недр новую горсть песка.       — Ещё! — проныл голос с другой стороны, — Я не достаю! — и Тэхён со всех сил протягивал руку, не ощущая пальцами руку мужа, — Ещё копай! — и лечь бы поближе, да некуда – там же ограда, а за ней башня на башне, с часовенками и ступеньками по всему периметру.       Кто-то прошёл мимо них, глядя на это великолепие, а самые любопытные зрители уже снимали на видео, как двое супругов достраивают огромный замок из песка на берегу моря. Где-то чайки закричали, мимо проехал велосипедист, а следом за ним две одинаковые собаки. Поодаль, на шезлонге, возлежал альфа, наблюдая за строением самого красивого за́мка, как прораб, контролирующий сам процесс.       Телефон в его кармане завибрировал и он посмотрел на экран.       — Пойдём уже домой! — крикнул он, но его никто не услышал...       Так и немудрено!       Вот уже, как третий день, семья Чон проводят время на пляже, недалеко от дома четы Ким. Лето в этом году тёплое, пусть и самое начало, но уже солнышко припекает, только этим, похоже, всё равно!       Загорелые, весёлые, крикливые...       Они появляются в этом доме, как цунами, снося мир и покой, внося при этом много шума и красок в этот тихий уголок и старинный дом друзей. Вообще-то сейчас на пляже их трое, а так обычно их вваливается аж пять человек и две громкоголосые псинки, но кажется, что целая гвардия появляется, толпясь по комнатам, разговаривая громко и наперебой, но именно это и является причиной их общей радости... И даже для Юнги здесь находится забота – курить трубку в огромном кресле качалке под навесом с закрытыми глазами и испытывать супруга на прочность, когда они с Намджуном и Чонгуком открывают новую бутылку наливки, под закатывание глаз Сонхи и цыканье Тэхёна. Дом наполняется жизнью, когда сюда съезжаются все, со своими семьями, превращая тихий уголок в общежитие. И даже неповоротливый Джин, поднимая трубку телефона, оглашает громко и пафосно,       — Хелоу, общежитие слушает!       Именно эта фраза вводит в неподдельный восторг его подросшего крестника Чимина! Да-да, именно Чимин, он ведь не маленький ребёнок, как никак в школу пошёл, а там знаете ли, лялечек нет!       — Ну идёмте уже, а..? — Намджун смотрит на время, — Скоро обед будет! — знает, чем завлечь этих троих, и в какой-то момент Чонгук поворачивается и его рука соскальзывает, и всё сооружение падает вниз, под общий вопль всех присутствующих!!!       — Папа-а!!! — Чимин хватается за голову, глядя на рухнувший за́мок, превращая это произведение искусства в огромную груду песка, — Ну как так?!? — на личике омежки вся боль отражается, — Три дня, па-ап..! Три-и-и!? — и он показывает три пальца и снова хватается за голову, хныча во всё горло.       — Новый построим, — отвечает альфа, а сам смотрит на мужа, как тот улыбается, а потом омега заходится громким смехом, глядя на растерянного супруга.       — Конечно, дорогой, — Тэхён падает на песок, раскидывая руки в стороны, предаваясь тёплому солнышку, — Такой ты уже не сделаешь, — но ему совсем не жаль...       И он, приподнявшись на локте, с удовольствием смотрит, как альфа топчется по песку, выравнивая новую территорию для нового за́мка. Его муж для него кажется самым красивым, он же видит, как на него глазеют омеги, слюнями захлёбываясь, пока Тэхён по ночам изводит его, измочаливает, выпивая всего, без остатка...       — Пойдёмте домой, а?! — снова Намджун их зовёт, уже не надеясь, что его кто-то услышит, — Вечером придём сюда! — ему уже порядком надоело лежать под этим навесом и на этом шезлонге, — Не, ну жрать же хочется, ну!! — и, так и не услышав согласие, он встаёт и плетётся по песку, когда их обгоняет эта взбалмошная семья, и теперь он идёт последний, пока эти уже убежали далеко вперёд.       — От сумасшедшие, — смеётся им вслед Намджун и направляется домой, где их ждут, где всегда пахнет едой и во дворе растут розы.       И ромашки и пионы, и флоксы... А ещё те жуткие альстромерии, от которых он чихает, как слон, но которые так любит СунХи...       — Господин, — он только зашёл во двор, как к нему скоренько подошёл немолодой омега, неся в руках поднос с лимонадом, — Как Вы провели время, господин? — Намджун смотрит, как СунХи склоняет голову набок, точно также, как и его супруг.       — Прекрасно, СунХи, прекрасная погода сегодня, — он залпом выпивает предложенный напиток, — Тебе нужно оставить всё и сходить с нами на пляж...       Но Намджун знает, что этого не случится никогда. И он просто принял тот факт, что СунХи не помнит ничего, и не вспомнит, и так для него лучше. Он просто живёт... В их спокойной семье живёт, находясь где-то в своём мире, неподвласном другим ума́м. Он так и не оправился от того шока, испытанного им ранее, но сейчас... Сейчас он в любящей семье, а для Джина это самое главное.             — Что-то случилось? — Намджун заглядывает в беспокойные глаза омеги, когда омега вдруг затих и вжал голову в плечи, — Тебя кто-то обидел? — и в груди альфы защемило, когда он увидел слёзы, — СунХи..? — Намджун обнял своего робкого тестя за плечи, ожидая ответа.       — Я не помню... — омега вытер слёзы, — Мне господин Джин-и говорил, но я забыл, в какие горшки нужно посадить семена льна, а куда помидоры... — и альфа выдохнул, улыбаясь и прижимая к себе пугливого тестя.       — Пойдём, — и он, ласково обняв того за плечи, повёл к дому, — Я позову Джина, а ты иди покушай, хорошо? — и СунХи, скромно кивнув головой, пошёл на кухню, где во всю уже кипело и жарилось, парилось и пеклось, — Дорого́й! — позвал Намджун супруга и из комнаты вышел омега, едва передвигаясь, неся перед собой большой живот, — Как мои мальчики? — он наклоняется, целуя животик мужа, — Они не дрались, пока меня не было дома? — и сразу готовится к новой тираде мужа, выслушивая, что близнецы, как никогда, буйные.       — Они меня скоро разорвут! — начал он свой ежедневный отсчёт и Намджун закатил глаза – это надолго... — Я пи́сать хожу каждые пять минут, а пи́сать-то мне и нечем! — возмущался Джин, тыкая пальцем в свой живот, — Это всё они виноваты! — и омега так часто кивает головой, пока Намджун едва сдерживает себя, чтобы не рассмеяться, — Ага, вот тебе смешно, да..? — и он бы начал снова вопить, что он самый несчастный беременный на свете, но...       — Милый... — альфа поцеловал мужа, прерывая получасовой отсчёт, — Тебя папа ждёт, — и он улыбается, когда Джин, хлопая глазами, переключается на другую планету, возвращаясь на землю, — Он опять горшки попутал, — и с улыбкой смотрит, как Джин, переваливаясь смешным пингвином, пошёл на улицу.             Уже спустя час, под большим навесом, в тени старой берёзы, словно под кружевом, расположилась большая семья на ужин, весело о чём-то судача. В доме играл старый патефон и его звуки расходились по всем углам, превращая их жилище в некую сказку на новый лад...             Мимо их дома редко проезжали машины. Ни уличные огни, ни городские, не затмевали собою звёздное небо. Весь Млечный путь был на ладони, пока они сидели и смотрели в небо, а теплый ветер шуршал в кронах берёзы и пряный запах трав из трубки Юнги добавлял некоего шарма.

💜💚💜

            Извилистые дороги уходили вдаль, а тёмные холмы поднимались вокруг них со всех сторон. В лунном свете местность представляла собой сказочную долину, протянувшуюся на далёкие километры.             Они стояли и смотрели туда, где горизонт смежался меж небом и землёй, пока ветер играл с их волосами. Свежий воздух, приятная температура и эта темнота, окружающая их... Звёздная и безмятежная ночь... И его тёплое тело за спиной, пока сильные руки обнимали хрупкого омегу.       Потом будут мягкие подушки, робкий свет дрожащей свечи и несколько капель воска, стекающего вниз, пока они ещё смогут отображать их тусклые тени на стене... И томные вдохи до самого рассвета, пока они будут тонуть в любви...       Тэхён чувствовал, как улыбка расплывается на лице, даже несмотря на слёзы. И ему кажется, что он бы смог пройти всё снова, только бы стоять вот так, как сейчас, и молчать. Просто молчать о многом... И ему всё кажется сном... Сказкой, которую они для себя придумали.       Сильные руки обнимают его крепче, и Тэхён содрогается зябко, когда альфа целует его в шею, туда, где в переплетении его метка сокрылась. И он понимает, что это их реальность, а всё, что вокруг них – совсем не мираж, нет... И рядом стоит тот, о ком Тэхён даже и мечтать боялся, не говоря уже про другое.       Он ощущает любовь...       Всем своим естеством ощущает, и не только ту любовь, что вокруг них вита́ет, но и ту, что внутри него...       Он скажет ему завтра...       Обязательно скажет, что вот уже пару недель, как он носит под своим сердечком плод их любви, но это будет завтра... Он не будет торопиться, пусть время покажет и позволит наслаждаться каждой минутой их жизни.       Тэхён поднял руку, и за нею вслед поднялась и мужская рука, придерживая снизу, и ему показалось, что он может коснуться Млечного пути, забирая в свою ладошку звёздочку, загадывая желание...       А какое оно, желание..?       Пусть это будет их секретом...

🤫🤫🤫

Так сколько в итоге живёт любовь?

Я не знаю...

Думаю, что это только вопрос удачи.

И если вы встретите нужного человека, ваша Любовь будет длиться вечность...

Фредерик Бегбедер.