Обескуражена тобой

Видеть мучения близкого человека - невыносимо. Особенно, когда ты не в силах как-либо повлиять на внешние обстоятельства, чтобы облегчить чужую боль. Чувство вины начинает съедать тебя заживо, хотя на деле ты понимаешь, что совершенно ничего не сделал, чтобы испытывать его. Тяжело быть эмпатичным человеком, которому не плевать на окружающих. 

***

Дженни удалось прочувствовать это на себе.  Из больницы их заставили уехать, когда пошли вторые сутки бездумного нахождения там. Лалиса то и дело заходила в палату, дабы взглянуть на понурое состояние матери и бледное лицо отца, после чего вновь выбегала оттуда в накатывающей истерике. Темноволосая заново прижимала её к себе, ощущая, как глаза начинают слезиться раз за разом. Её Лиса, её сильная и мужественная девочка, сейчас казалась как никогда побежденной. Ким было до безумия неприятно ощущать липкое чувство самого настоящего сожаления и ничего больше. Она лишь могла пообещать старшей, что будет рядом до её последнего вздоха.  Девушкам пришлось вернуться домой к светловолосой тайке. Честно, Лалиса тайно себе призналась, что если бы Ким не было рядом, она бы закончила всё здесь, на белоснежной плитке в своей ванной. Настолько атмосфера пустой квартиры давила, убивала весь уют и тепло. Однако, темноволосая сейчас была самым важным украшением этого безвкусно-минималистичного места.   Дженни с особой аккуратностью освободила сначала свою девушку, а после и себя от уличной одежды и повесила её в небольшой шкаф, в прихожей. Сил не было от слова совсем, было жуткое желание лечь спать. Но вначале она позаботится о том, чтобы Лисе стало хоть немного лучше, комфортнее. Кореянка коснулась включателя, тот тихо щелкнул и по всей квартире тут же загорелся тусклый, тепловато-желтый свет. Так было намного лучше.   - Милая, я заварю тебе ромашковый чай, хорошо? Переоденься пока и жди меня в гостиной, - негромко шепнула Дженни, словно боялась нарушить их молчанку.  Голос её сбивчивым эхом отдался от стен и наконец проник в сознание Манобан. Та неловко мотнула головой, будто бы отгоняла ненужные мысли, после чего лишь одарила младшую лёгким кивком. Через секунду, дверь в спальню за ней захлопнулась, а Дженни так и продолжала с тоской глядеть на деревянную поверхность.  Вскоре, все было готово для того, чтобы провести этот поздний вечер с максимальным, для данной ситуации, комфортом. Дженни зажгла несколько свечей, оставив их на небольшом столике подле дивана, принесла им горячий чай с любимым печеньем блондинки, и предусмотрительно позаботилась о наличии тёплых пледов. Такой трепет со стороны темноволосой вызвал у Лисы небольшую волну нежности, заставляя розоватые губы растянуться в полуулыбке. Ким готова проделать эту работу ещё раз, если увидит положительные изменения на лице своей любимой.  Дженни первая расположилась на белом диване, чуть ли не утопая в горе мягких подушек. Руки её с готовностью раскрылись, ждали, пока старшая решится поддаться на встречу её объятиям. Много времени не понадобилось, уставшая Лиса быстро упала прямиком в руки своей девушки, на что получила довольный вздох. Блондинка немного поерзала, дабы устроиться поудобнее, следом опуская свою голову на плечо Дженни. Жар чужого тела помогал согреться, чувствовать себя лучше. Родные руки дарили до мурашек приятные касания, Лиса успевала лишь переводить дыхание. Рядом с Ким всё плохое забывалось. Дженни была самым сильным оберегом, способным защитить её от любых невзгод. Она была её безопасностью, её домом. Неважно, молчали они или без умолку разговаривали на самые разные темы, Лиса знала - с Дженни было хорошо в любом случае.  Какое-то время они так и продолжали сидеть под ели слышное журчание свечей. Глаза Лисы начинали потихоньку закрываться, а поглаживания по голове лишь усиливали эффект сонного состояния. Ей так не хватало этой приятной усталости.   - Лиса, как ты сейчас? - раздался осторожный шепот.  Блондинка открыла глаза в одно мгновение, словно нехотя. Такой вопрос был слегка неожиданным, Дженни старалась быть совсем молчаливой последние два дня. Знала, что Лалису сейчас будоражит любая связь с происходящей ситуацией. Голова старшей чуть приподнялась, что дало ей возможность взглянуть в карие омуты своей девушки. В желтоватом свете их оттенок напоминал горячий шоколад или какао. Дженни ждала ответа. Слегка прикусив нижнюю губу, а после испустив не самый лёгкий вздох, Лиса вновь взглянула на девушку перед собой.   - Я не знаю, что я чувствую, Дженни. Всё как-то размыто. И больно, и пусто одновременно. Я не должна так думать, он же мой отец. Не могу сказать, что переживаю, просто.. это всё слишком. Голос тайки был с небольшой хрипцой из-за постоянных рыданий. Сейчас он звучал более интимно, серьезно. Никаких слез больше не осталось, эти мучительные дни ожидания забрали у Лисы все силы, а вместе с ними и какую-либо эмпатию.   В глазах темноволосой можно было разглядеть сожаление. Ей действительно было очень жаль, что всё это трогает именно её девочку. Манобан заслуживает умиротворения, как внутреннего, так и внешнего. Дженни легонько коснулась чужой руки, растирая мягкую кожу запястья большим пальцем. Она любила так делать, когда очень нервничает, чтобы отвлечь себя.   - Ты не обязана чувствовать что-то конкретное, Лиса. Ты не обязана переживать только потому, что он твой отец. Даже самые близкие люди делают нам больно и мы имеем право на них злиться.   - Я думала, что буду сильной. Я думала, что смогу справиться с этим, но с каждым годом это становилось сложнее. Ты не понимаешь, как это, когда каждый твой шаг под постоянным контролем. Он всё время ставил меня перед выбором, решал за меня. Честно, я ненавидела его за это, - уныло продолжает светловолосая.  Ким смотрит на Лису и видит ту маленькую запуганную девочку. Того подростка, у которого на уме была лишь учеба. Во время их первых отношений, Ким довольно часто злилась из-за этого на свою девушку. Из-за Лисы она пропускала всё веселье, ведь не могла оставить ту одну. Любила, очень. С годами все прояснилось, за выборами тайки стояли другие люди.   - Ты сделала правильный выбор, поставив себя на первое место. Твоя ценность не зависит от того, что он хочет от тебя, - произнесла девушка, поймав взгляд блондинки. - Он ошибался, Лиса. Просто не мог понять, что ты - это ты, личность, которая будет развиваться как хочет.  Лиза жмурит глаза, не в силах вымолвить и слова. Дженни права, как и всегда. Слова её оставляют дымку осознанности, трезвого мышления. Однако, от чего-то, голос Лисы все равно дрожит.   - Мне больно, Дженни. Больно, что я почти не чувствую печали от его нынешнего положения, - Дженни чувствовала, как старшая сжимает её руку все сильнее, но все внимание было на словах Лисы. - Я так долго строила стену вокруг себя. Я думала, что если буду закрытой, я буду защищена. Но теперь мне кажется, что эта стена не даёт мне дышать. Я потеряла себя.   - Иди ко мне.  Темноволосая заботливым движением накинула мягкий плед на плечи Лисы, после осторожно кладя хрупкое тело подле себя. Рука её осталась на угловатых плечах, прижимала ближе, словно боялась отпустить.   - Ты не потеряла себя, милая. Ты лишь искала любовь в том человеке, который не нуждался в ней. Сейчас ты самая яркая звездочка, что освещает собой путь для заблудших людей. Освещаешь его для меня. Твоя любовь - самая ценная награда, Лиса.   - Ты всегда знаешь, что сказать. Когда ты меня поддерживаешь, я начинаю верить, что всё не так безнадёжно. Ты самый настоящий дом, который у меня когда-либо был. Я не знаю, что бы я делала без тебя, - на выдохе говорит Манобан.   - А ты - мой дом, Лиса. Ты всегда была моим домом.  Лиса не могла сказать, что уже всё прощено, что боль исчезла. Но хотя бы в этот момент, рядом с Дженни, она ощущала, что её путь ещё не завершён, и что она может двигаться вперёд, шаг за шагом, с человеком, который был готов поддержать её, несмотря ни на что.

***

Новый год был совсем на носу, поэтому компания ушла во временный отпуск в честь зимних праздников. Раньше такого никогда не случалось, поэтому сотрудники очень недоумевали такому решению своей начальницы. Однако, Лиса попыталась заверить их в том, что просто решила сделать небольшой подарок своим трудоголикам. Не могла же она признаться в том, что в данный момент не находится в том состоянии, чтобы выйти на работу. Вопросов больше не было, все с удовольствием ушли на заслуженный отдых, готовясь к главному празднику холодной зимы.  Прошёл всего день с того откровенного разговора, что случился между ними поздним вечером. Лиса на следующее утро позвонила своей матери и лечащему врачу, дабы узнать о каких-либо изменениях в состоянии своего отца. Ничего не менялось. Это одновременно заставляло её облегченно выдохнуть, а с другой стороны она начинала чувствовать беспокойство. Доктор вел разговоры о том, что мужчине требуется операция, которую они, к сожалению, смогут провести только после всех торжеств. И сколько бы денег, сколько бы сил Лиса не тратила на уговоры - выход был один. Оставалось ждать и надеяться, что до момента хирургического вмешательства мужчине не станет хуже.  В этот день к ним заехали Джису и Чеён. Девушки безумно волновались за свою лучшую подругу, поэтому хотели приехать лично, чтобы оказать всевозможную поддержку. Дженни была бесконечно рада их визиту, очень уж соскучилась. Думала, что и Лиса испытывает такие же чувства, но блондинка, оказывается, рассчитывала на тихий вечер в компании девушки. Отдаление от близких друзей - тревожный звоночек. Однако, делать было нечего, подруги оказались перед дверью в квартиру буквально через полчаса после звонка. Дженни была благодарна им за срочность, хотя старшей она в этом не призналась.  Кореянки стояли на пороге, чуть-чуть дрожа от сильного мороза на улице. В руках Джису Дженни успела разглядеть пакет с самыми разными сладостями, однако внимание привлекла Пак. Розе совсем недавно покрасила волосы в светло-розовый цвет, Дженни до сих пор не могла привыкнуть. Но стоит признать, что девушке очень идёт столь нежный оттенок. Сейчас в её руках красовался большой букет белых роз, которые очень сочетались с самой девушкой. Было понятно, что цветы были предназначены Лисе. Ким их осмотрела радушным взглядом, молча благодаря, и наконец дала войти в само жилье.   - Фух, ну и холодно же, - недовольно пробурчала старшая Ким, пока Дженни помогала ей снять тёплое пальто.   - Мы уже два дня не выходим на улицу, но визуально погода тоже кажется более метельной, - не смогла не согласиться Дженни.  После того, как верхняя одежда была снята и повешена, а обувь аккуратно поставлена на коврик, Розе направилась вглубь квартиры. Дженни намеревалась пойти прямиком за гостьей, но Джису ловко остановила её, нагнулась поближе к темноволосой, дабы слышала только она одна.    - Как она?  Обеим было понятно в чем заключался интерес.   - Паршиво, если честно, - грустно ответила кореянка.  Джису больше не задавала вопросов, её такой ответ вполне устроил. И так было предельно ясно, что Лиса сейчас точно не на пике позитива.  Девушки спешно последовали в гостиную, где их уже ждали Лиса и Розе, что сейчас были замечены в очень трогательной позе. Старые подруги стояли посреди комнаты, прижимаясь друг к другу изо всех сил. Рука Розе медленно перебирала светлые пряди волос другой девушки, пока та отчаянно хваталась за нужный момент близости. Обе Ким мгновенно обменялись взглядами, на губах сами собой появились лёгкие улыбки. Как бы Лиса не пыталась отрицать - она очень нуждалась в присутствии подруг.  Разговор четырех дев шел потихоньку, неспешно. Конечно, никто не собирался сходу заваливать тайку неудобными вопросами. Девушка сама всё поведает, когда будет готова. Сейчас диалог зашёл в сторону обсуждения праздников, что вызвало яркий блеск в глазах Чеён.   - Вы не представляете, как же долго я ждала новогодние праздники. У нас с Джису столько планов! - пролепетала девушка, сидя за круглым столом на кухне. - Прежде всего нам нужно съездить к нашим родителям, мы хотели навестить их перед Новым годом, поседеть в семейном кругу и..  Речь девушки была оборвана лёгким касанием со стороны Джису. Когда та кинула непонятливый взгляд на свою пару, старшая Ким взглядом указала на понурую Лису. Блондинка обеими руками держала кружку с горячим чаем, её задумчивый взгляд был направлен на всё ту же жидкость янтарного цвета. Было видно, каких усилий ей требовалось сдерживать эмоции. Розе мгновенно опомнилась, понимая, что упоминание родителей было явно лишним во всей этой истории.   - О боже, Лиса, прости меня! Я вовсе не хотела тебя задеть!   - Всё нормально, Рози, ты не виновата, что у меня есть проблемы с родителями, - грустно ухмыльнулась девушка, параллельно отхлебывая напиток.  Атмосфера за столом приобрела некую неловкость, которая очень ощущалась. Чеён продолжала метать виноватые взгляды в сторону Лисы и Дженни, пока остальные предпочитали молчать.   - Эй, ну чего вы? Все хорошо, правда, - Лиса отставила свою кружку и окинула взглядом каждую девушку. После недолгой паузы, она повернулась к Дженни, сталкиваясь глазами с любимой. - Знаете, я бы сейчас очень хотела вернуться в Париж.  Брови Ким невольно вздернулись от такого признания. Этого она точно не ожидала услышать. Лиса, которая заметила реакцию темноволосой, загадочно улыбнулась. Всё также продолжая смотреть на Ким, блондинка мечтательно добавила:   - Это место помогло мне заново влюбиться в Дженни.    Щеки темноволосый мгновенно покрылись лёгким румянцем. Дженни так шло смущаться, она становилась до ужаса прелестной. А Лиса очень любила делать это - смущать свою девушку. Джису и Розе облегчено выдохнули, легонько посмеиваясь над все ещё забавной влюбленной подругой. Удивительно, но стоило ей вспомнить про уютные улочки Парижа, как настроение поднялось и действительно захотелось побывать там вновь. Только вот будет правильным оставить тут всё и просто отправиться в другую страну? Ким, словно почувствовав, сомнения тайки, осторожно коснулась её руки.   - Ты ведь всегда знаешь, что мы в любой момент можем осуществить любое твое желание, - для убеждения, кореянка продолжила. - Это поможет тебе вдохнуть полной грудью, переосмыслить всё в более приятной обстановке.   - Я согласна с Дженни, Лиса. Тебе нужно поменять картинку перед глазами, - согласно закивала Розе, на что Джису лишь подбадривающе улыбнулась.   - Может вы и правы, я подумаю над этим.  Остаток вечера был очень благоприятным для всей четверки. Девушки много разговаривали, и теперь даже Лиса участвовала в этих диалогах. Дженни ещё много раз за вечер засматривалась на неё, думая о чем-то своем. Иногда Манобан ловила эти взгляды и тогда на её губах появлялась загадочная улыбка. Тайке стало легче, намного. Словно какая-то часть её груза осталась в этом дне, улетучилась вместе со сказанными словами. Блондинке всего лишь нужна была приятная компания, чтобы её сердце начало биться в правильном ритме. 

***

И Лиса, на удивление, действительно решила задуматься над этим. До Нового года оставалось всего несколько дней, они с Дженни вполне достойны отметить этот праздник красиво. Год выдался безумно тяжелым, хотелось встретить следующий этап в жизни более позитивно, а главное - вместе. Единственное, что её здесь останавливало - родители. Первоначальный шок от ситуации спал, Лиса стала рассуждать с более трезвой головой. Однако, её сжигало чувство вины за то, что если они с Ким уедут счастливо праздновать Новый год, её семья останется здесь, каждый день хватаясь за нити надежды.  Возможно, Манобан поступила неправильно, эгоистично, но её сердце выбрало Дженни. Девушку, которая была рядом, в чьей любви она не сомневалась не на секунду. Оно предпочло порадовать девушку, провести их первый Новый год вдвоём за столько лет разлуки. В момент принятия решения, Манобан была на связи со своим личным секретарем. Миён не была железной, ей тоже хотелось отдыхать, поэтому она заставляла Лису скорее принимать решение, чтобы успеть всё подготовить к их совместному путешествию. Всё ещё полная сомнений, Лалиса решилась на отчаянный шаг - звонок матери. Дженни принимала ванну, поэтому совсем не слышала о том, что происходит в их спальне. Это сыграло на руку.  Блондинка осторожно листала свои контакты, пока её мозг лихорадочно вспоминал когда-то знакомые цифры чужого номера. В груди больно защемило от подписи контакта «Мама». Наверное, девушка просидела смирно, молча смотря в одну точку, до того момента, пока экран её телефона не завибрировал от чьего-то сообщения. Лалиса немного боязно сглотнула, словно собиралась разговаривать насчёт важного контракта. Однако, этот разговор был ещё важнее, это разговор с мамой.   - Ало, Лиса? - в трубке послышался неуверенный голос. Женщина говорила совсем негромко, словно запуганная чем-то. Также проскакивало неверие, смешанное с радостью. Она была рада звонку дочери.   - Мам, привет, - с некой неловкостью произнесла блондинка. Взгляд её метался по белым простыням заправленной постели, - Как папа?  - Ничего нового, - со вздохом ответила та, - Никаких изменений нет, будем надеяться на результаты операции. Дату уже назначили, осталось лишь пережить новогодние праздники. Лиса, я.. Расскажи, как ты поживаешь? Какова твоя жизнь сейчас?  На этом вопросе тайка впала в ступор. Для Лисы было настолько непривычно слышать этот вопрос из уст родной матери, что по телу невольно пробежал неприятный холодок. Разве она должна чувствовать такое болезненное отторжение?   - Всё нормально, не жалуюсь. Я достаточно зарабатываю, чтобы обеспечить себе хорошие жизненные условия, - слова может и были брошены достаточно холодно, но за ними просто скрывалось недоверие.   - Лиса, прости меня, что лезу в твою личную жизнь, но. Та девушка, что приехала вместе с тобой с больницу, кто это? Твоя подруга или..   - Это моя девушка.  Вот так вот просто. В ней больше не было того страха потерять одобрение родителей, теперь ей безразлично их мнение. Пусть продолжают считать, что их дочь непутевая лесбиянка, которая не пошла у них на поводу.   - Она моя бывшая одноклассница, мы с ней встречались ещё в школьные годы, но потом расстались. Теперь мы снова вместе, - закончила девушка.   - Я даже и не знала, что в школе ты встречалась с девушкой, - была слышна обида в голосе матери, однако, на что она рассчитывала? - Лиса, ты должна знать, что я рада за тебя. Если ты счастлива с этим человеком, то пусть будет так.   - Спасибо, - единственное, что смогла выдавить блондинка. На большое она пока не способна, не сейчас. - Слушай, я не буду ходить вокруг да около и скажу прямо. Я собираюсь сделать Дженни сюрприз и полететь праздновать новый год в Париже. Я лишь позвонила спросить твое..  Тут она запнулась. Зачем она вообще звонила, чтобы что? Спросить разрешения? Одобрения? Ей оно вообще не сдалось. Тогда почему совесть так беспощадно рвет её на кусочки, умоляя узнать мнение женщины по этому поводу? Лиса тяжело вздохнула. Как же тяжко было мыслить, когда внутри все разрывалось в клочья, а собственные желания стали жертвой непонятных чувств.   - Лиса, конечно летите! - голос мамы вдруг неожиданно наполнился радостью и энергией, что заставило светловолосую удивлено вскинуть брови. - Я справлюсь одна, ты заслужила отдых и провести время со своей второй половинкой. Не беспокойся за нас, всё будет хорошо.   - Спасибо, мамочка.  И вот это «спасибо» было сказано действительно искренне. От всего сердца, которое почему-то стало биться с большей силой, а на лице застыла счастливая улыбка. Разговор с мамой был закончен на этом, однако, осадок от него остался более позитивный, чем того ожидала Лалиса. Они с Дженни едут в Париж. 

***

Поскольку планы теперь были прочны как китайская стена, Манобан была спокойна хотя бы за это. Празднование будет таким, каким его планировала блондинка изначально. Не в уютном домике, конечно, однако - грех было жаловаться, когда летишь в столицу моды. Светловолосая тактично промолчала, когда Ким решила поинтересоваться у неё насчёт её приподнятого настроения. И промолчала даже тогда, когда Дженни спросила о её долгом разговоре с Миён. Лиса хотела сделать сюрприз, поэтому решила молчать до последнего. Было забавно наблюдать за тем, как Дженни прелестно хмурит идеальные бровки, смотря на Лису с подозрением из раза в раз. И казалось, что о их поездке знают уже все, кроме самой кореянки. Даже их подруги были осведомлены и во всю обсуждали предстоящий отпуск парочки.  Самое сложное было забронировать любимый отель Лалисы. Как оказалось, все номера были давным давно забронированы. Видимо многим хотелось отпраздновать Новый год с достоинством. Деньги бы здесь в любом случае не помогли, ведь все, кто снимают номера в этом отеле при деньгах. Здесь нужно было надавить другим, а именно - личностью. Конечно же, когда отель узнал о том, кто именно хочет забронировать у них номер, они позабыли о всех остальных постояльцах. Это ведь сама Лалиса Манобан, их любимая клиентка, тем более не одна, а в компании одной девушки, с которой их так любят сводить сми.  Если вновь говорить об их с Дженни упоминаниях в медиа пространстве, можно было предположить, что все уже давно считают их парой. Все новостные каналы, статьи, журналы - все хором кричат о тайных отношениях начальницы и модели. Никаких подтверждений девушки не давали и в ближайшее время давать не хотели, однако мир тесен, и в этом отпуске их обязательно накроет новой порцией внимания. Они больше не скрывались от камер, не прятались в холле отеля. Темноволосая все также жалась поближе к тайке, когда видела большое количество камер, однако взгляд её был уверенным, стойким. Лиса могла лишь гордиться своей дамой.  Остальные моменты, касаемо поездки, решились просто. Частный самолёт был готов к новым полетам, какая-то часть охраны и водитель также были оповещены. Манобан была в приятном предвкушении торжества, очень уж хотелось увидеть живые эмоции Дженни.  Вылет был назначен на поздний вечер. Лалиса специально не подготавливала вещи, не собирала чемоданы. Во-первых - чтобы не портить сюрприз. Ну а во-вторых, девушка посчитала, что им вполне не помешает устроить масштабный шопинг в лучших бутиках Парижа. Если была возможность побаловать свою девушку - Лиса ею воспользуется. Приходило осознание, что их с Дженни отношения выпали не на самый лёгкий период в жизни, а потому не было мыслей о подарках и романтике. Нужно было скорее исправлять это.  Ничего не подозревающая Ким сидела на кухне, в расслабленной позе помешивая свой горячий какао. На девушке была футболка старшей, а на голове красовался небрежный пучок. Такая домашняя, уютная Дженни заставляла Лису усомниться во всем плане, бросить всё и просто заобнимать любимую под просмотр какого-нибудь фильма. Однако, Манобан пришлось находить в себе силы, чтобы побеспокоить темноволосую. Машина с водителем уже ожидала их внизу, надо было поторапливаться.   - Дженни, нам нужно кое куда поехать прямо сейчас, - глухо произнесла блондинка, которая подошла к своей девушке неожиданно близко и приобняла ту за талию со спины.   - Куда? В больницу?   - Нет, нет, кое что другое. Просто доверься мне, ладно?  Ким немного помедлила, но всё же развернулась лицом к своей девушке. Лиса глядела на неё так предано, с ноткой невероятного восхищения и.. любви. Этот взгляд хотелось отпечатать глубоко в своем сознании и прокручивать каждый раз, когда Дженни хоть на секунду усомниться в их искренней любви. Прошло несколько секунд, после чего Ким уверенно кивнула.   - С тобой я готова хоть на край света. 

***

Дабы Дженни точно не о чем не догадалась, хотя бы до приезда в аэропорт, Лиса завязала ей глаза черной повязкой по приходу в машину. Ким ещё больше удивилась такому раскладу, однако на душе появилось что-то очень тёплое, согревающее. Девушка с трепетом ожидала то, что приготовила для неё её возлюбленная. Старшая же всю дорогу сжимала ладонь своей темноволосой дамы, словно пытаясь успокоить бушующее в ней нетерпение. Дженни крепко держала её руку в ответ, давала Лисе ту уверенность, в которой она очень нуждалась. Тем временем авто на скоростях мчалось по вечернему городу, изредка натыкаясь на какие-то неровности на дороге. Чем ближе была точка назначения, тем сложнее было блондинке усидеть на месте. И вот высокое внушающее здание предстало взору одной из девушек. Лалиса не знала, как лучше поступить: снять маску прямо сейчас или в самом самолёте? Выбор пал на первый вариант, так как со вторым могут быть проблемы прохождения контроля. Для начала светловолосая со всей бережностью помогла своей девушке покинуть машину, после водитель поспешил попрощаться со своей начальницей, узнав перед этим ненужно ли что-то ещё. Теперь Лиса и Дженни остались наедине, настало их время.  Тонкие пальцы тянутся к плотной ткани на глазах Дженни и стягивают ненужный материал. Темноволосая заинтересовано смотрит по сторонам и судорожно моргает, привыкая к яркому свету фонарей. На лице читается неверие и непонимание, девушка поспешила повернуться к блондинке, задавая немой вопрос. Манобан ярко улыбается, радуется, что теперь может открыться полностью.   - Я хотела сделать тебе сюрприз, раскрыть все позже, но я больше не могу ждать, - старшая подходит ближе к объекту воздыхания и вновь берет её руку в свою. Нежно заглянув в глаза, губы снова трогает улыбка. - Мы летим в Париж, как мы обе и желали.   - О боже мой, Лиса! Ты серьезно?  Эмоции на лице кореянки меняются со скоростью света, выражая всё возможное счастье. Она быстрым движением прижимается к телу своей девушки, сжимая ту в своих объятиях. Ким и подумать не могла о том, что брошенная ненароком фраза за посиделками с подругами окажется правдой. Видимо, ей стоит перестать недооценивать свою избранницу.    - Как ты все так быстро организовала?    - Это моя маленькая тайна, - загадочно шепнула блондинка. - Нам нужно спешить, полет не ждет.  Далее шла уже обыкновенная рутина. Паспортный контроль, сдача багажа, проверка ручной клади и поход в duty-free. Только вот багажа у них не было, поэтому и сдавать было нечего. Только сейчас Дженни опомнилась, что у них совсем нету никаких вещей. Забеспокоившись, она решила поделиться этим с Лисой, однако та лишь непосредственно пожала плечами и заверила её, что так и планировалось изначально. Темноволосая на это лишь вдохнула, но полностью доверилась своей девушке. Если всё идёт по плану блондинки - значит так надо.  Недолго им пришлось сидеть в зоне ожидания, самолёт был заранее подготовлен. Темноволосая никогда этого не говорила вслух, однако ей очень нравилось летать на частном самолёте Лисы. Ей в принципе всегда нравилось летать, независимо от других обстоятельств, но все же летать с таким комфортом было гораздо приятнее. Видимо, кореянка была нагло разбалована своей же избранницей. Даже сейчас, войдя внутрь, Дженни смогла довольно улыбнуться и выдохнуть. Она очень скучала по этому. Полет предстоял долгий, поэтому она могла им вдоволь насладиться. 

***

 - Все в порядке? Ты выглядишь очень задумчивой, - ненароком поинтересовалась Дженни, когда Лиса в очередной раз нервно взглянула в экран телефона.  Больше половины пути было позади. Дженни смогла поспать всего час из всего времени, а остальное время была рядом с Лисой. Тогда то она и заметила, что светловолосая ведёт себя немного нетипично. Девушка то и дело застывала моментами, отводила взгляд в сторону и о чем-то напряжено думала. Об этом говорила нервно закусаная губа, частые моргания и лёгкие постукивания пальцем. Ещё, она часто проверяла свой телефон, словно ждала какой-то новости или сообщения. Темноволосая знатно напряглась, не зная, что и думать. Конечно, делать какие-то выводы на основе своих наблюдений она не станет. Легче действительно поинтересоваться у самой тайки, ведь девушки в самом начале отношений договорились о искреннем доверии.  Блондинка в очередной раз тыкнула по экрану гаджета, после чего все же посмотрела на Дженни, которая не отводила от неё настороженного взгляда. Лиса как-то неоднозначно хмыкнула, а затем сразу поспешила скрыть это за улыбкой.   - Всё хорошо, просто переживаю из-за отца, боюсь получить плохие новости от мамы, - произнесла она с какой-то совершенной безразличностью. Или может Дженни просто показалось.   - Ты всегда можешь со мной поговорить об этом, лисенок. Я очень переживаю за твое состояние, - несмотря на всю ситуацию, темноволосая продолжала говорить от всего сердца, надеясь, что Лиса тоже это чувствует.  И она чувствовала.  Светловолосая неожиданно потянулась к лицу девушки напротив, аккуратно коснувшись прохладными пальцами подбородка той. Глаза тайки со странным блеском бегали по излюбленному лику, словно она смотрела в первый раз. Дженни была прекрасна, невероятна. Если бы Лалиса была художником, то запечатлила бы свою девушку на сотне, а то и тысяче, картин. Взгляд Манобан в одну секунду остановился на желанных губах. В голове невольно вспылили воспоминания их первой ночи. Как темноволосая извивалась под её чуткими касаниями, как умоляла дать ей больше. Как кончила с её именем на устах. Наваждение быстро завладело ею, однако она постаралась скрыть это, даруя Дженни долгожданный поцелуй. Пальцы её по-прежнему сжимали чужой подбородок, в то время как вторая рука поспешила зарыться в тёмные локоны. Поцелуй выходил смазанным, чувственным, он был ярким выражением их связи. Губы блондинки осторожно сминали чужие, получая ответную отдачу. Дженни в свою очередь притянула Лису ближе, давала понять, что хочет большего. Язык темноволосой без всякого стеснения проник в рот блондинки, углубляя и без того жаркий поцелуй. Было сладко, Лалиса до сих пор чувствовала нотки клубничного сиропа, с которым так любит пить кофе Дженни. Им не хватало этой заполненности со стороны друг друга, не хватало касаний. Хотелось вновь ощутить то желание, которое они испытывают друг к другу, но тщательно скрывают.  Вдруг, со стороны телефона Лисы послышался звук уведомления. Блондинка вдруг резко встревожилась, мгновенно отстранившись от любимой. Последнее, что кинула Лиса, перед тем как уйти в другую часть самолета, чтобы поговорить с кем-то по телефону: «прости, дорогая, продолжим после».  

***

Дженни чувствовала, как каждая клеточка внутри неё заполняется тягучим напряжением. После посадки ничего не изменилось. Лалиса продолжала что-то скрывать в своем телефоне, постоянно с кем-то переписываясь. Это пугало точно также как и раздражало. Поведение блондинки было максимально подозрительным, это наталкивало на самые неприятные сценарии. Как бы Ким не старалась, игнорировать такое поведение со стороны девушки было всё сложнее. В отель они заселились поздним утром. Сил совершенно не было, Дженни мечтала лишь о том, как бы поскорее принять горячий душ и завалиться в мягкую кровать. Впереди был целый день, поэтому если дать себе поспать несколько часов - ничего не измениться. Лиса эту идею также поддержала, поэтому уже через час обе девушки нежились в постеле, наслаждаясь тишиной гостиничного номера. За окном крупными хлопьями кружился белоснежный снег, в этом году зима в Париже была особенно красивой. Она словно знала, насколько девушки нуждаются в чем-то приятном, хорошем.   - Новый год уже завтра, даже не верится, - неожиданно тихо произнесла кореянка, не отводя задумчивого взгляда от окна.  Лиса заинтересованно взглянула на темноволосую, явно ожидая какого-то продолжения и оно поступило:   - Время прошло так быстро, этот год многое поменял в моей жизни. Дни стали такими насыщенными, интересными, словно это всё происходит не со мной, - наконец она столкнулась с родными глазами напротив, добавляя ещё более тихо, почти еле слышно. - Кто знает, как бы сложилась моя жизнь, если бы я не подала заявку в твое агентство.   - Ты жалеешь?   - Ни капли, - уверенно ответила Ким.  И вот, блондинка прижала её покрепче к себе, кутая в тёплое одеяло, закрывая от всего мира. В голове всё ещё есть сомнительные мысли, однако они меркнут на фоне нежной Лисы. Дженни чувствует, как веки с тяжестью закрываются, постепенно вводя её в сонное состояние. Последнее, что она почувствовала перед тем, как погрузиться в царство Морфея - лёгкий поцелуй в висок.

***

Набравшись сил, немного поспав, а после собравшись, Лиса и Дженни отправились на одну из самых приятных частей поездки, по мнению блондинки, - шоппинг. Поскольку вещей у них с собой не было, Манобан посчитала это отличным шансом обновить гардероб. Дженни была в восторге от этой идеи, чувствуя себя маленьким ребёнком, попавшим в самую настоящую сказку. Если бы в детстве ей сказали, что она проведет преддверие Нового года со своей любимой, в столице моды, где у неё будет возможность опустошать полки брендовых магазинов - она бы не поверила. Всё это звучало и выглядело как иллюзия, будто Лалиса может в любой момент испариться, словно их счастье кто-то может вновь отобрать. Но Дженни больше небезнадежна, она готова бороться за своё место под солнцем рядом с Манобан.  Лиса продолжала нервно отвечать на чужие звонки, иногда отходя в сторону, однако старалась делать это не слишком навязчиво. Ким еле сдерживала себя, дабы не устроить ей опрос прямо посреди какого-нибудь бутика. Манобан виновато пожимала плечами, но судя по всему не собиралась ничего объяснять. Ладно, Дженни готова подождать ещё немного.  Первым делом девушки посетили самую популярную улицу в Париже, заполненную брендовыми магазинами: «Rue Saint Honoré». Она была сердцем всего высшего общества города, которое так любило здесь закупаться. Глаза темноволосой разбегались, кореянка не могла поверить в то, что находится здесь. Лалиса, явно побывавшая тут не один раз, лишь с легкой ухмылкой наблюдала за своей девушкой. Дженни явно желала разорваться на части, чтобы побывать в каждом магазине одновременно, однако Лиса решила взять всё в свои руки.   - Может быть начнем с «Chanel»? Очень символично, если вспомнить, кем ты являешься для этой фирмы, - с насмешкой произнесла Манобан, наблюдая за эмоциями на лице младшей.   - Много одежды не бывает, нужно заполнить гардероб недостающими вещами из последней коллекции.  Ким ловко ухватилась за запястье своей возлюбленной и потянула её в нужную сторону, быстро ориентируясь среди толпы людей. Хотелось успеть всё и сразу, поэтому приступать нужно было незамедлительно.  К концу их продуктивной прогулки, обе девушки шли с кучей наполненных пакетов с одеждой. Создавалось впечатление, словно они ограбили несколько магазинов. На самом деле в этой куче также были подарки для родных и друзей, которых сейчас не было рядом. Дженни даже успела позвонить матери, дабы похвастаться сегодняшним днём. Женщина хоть и продолжала относиться к Лисе с опаской, но не могла не улыбаться, когда слышала радостный голос дочери, который теперь был наполнен жизнью. Глупо было отрицать, что эти девушки оказывают гигантское влияние на жизни друг друга.  По приезду в отель, Дженни вновь направилась в душ. Кое как она смогла отбиться от любимых рук блондинки, которые так и желали прижать её к ближайшей поверхности, дабы бесконечно касаться. Темноволосую даже пугало, насколько сильно она хотела того же, однако что-то мешало ей поддаться Лисе в данный момент. Эти звонки всё же очень напрягали её. Манобан, кажется, не понимала, что именно было не так, однако слишком настаивать не стала. Только за Ким закрылась дверь и послышался звук воды, как Лалисе вновь позвонили. Блондинка с опаской посмотрела на дверь в ванную, где сейчас находилась Дженни, а после с раздражением взяла трубку.   - Сколько ещё раз вы позвоните мне, чтобы мы окончательно закончили подготовку? - уже не скрывая своей злости произнесла тайка. - Мне нужно, чтобы всё было просто идеально.  С той стороны послышался женский, неуверенный голос, который с некой боязнью произнес:   - Конечно, Мисс! Буквально последнее уточнение, какого именно цвета розы симпатизируют вашей даме?   - Красные.   - Поняла вас! Хорошего вечера!  Лалиса быстро сбросила звонок, откинув телефон на другой конец кровати. Как же сложно было организовывать такие вещи, особенно в тайне от своей девушки. Дженни и так кидала на неё подозрительные взгляды, а эти недотепы не могут уточнить все детали в одном разговоре, названивая на протяжении всего дня. Тайка была в бешенстве и кое как могла сдерживать внутреннее волнение по поводу того, что собирается сделать. Завтра, в Новый год, их жизнь кардинально изменится.  

***

Дженни просыпается от лёгкого, едва ощутимого света, проникающего через шторы. Ощущение странное - Лалисы рядом нет. Кореянка с трудом разлепляет веки, смазано моргая и стараясь прийти в себя. На подушке у возлюбленной она находит записку, в которой написано всего две строчки: время и место. Брови темноволосой забавно приподнимаются, явно выдавая её удивление. Эта ситуация напомнила ей предыдущую поездку в Париж, где Лиса также исчезла на весь день, а после ждала её в ресторане. Трепет в груди заставил её задвигаться быстрее, чем обычно, поспешно вставая с кровати. Сегодня явно будет их день.  Она садится перед зеркалом, в котором отражается её лицо - свежий, но всё ещё сонный взгляд. Вздыхая, Дженни берёт расческу, и начинает постепенно распутывать каждую прядь. Далее, рука потянулась к утюжку для волос, который был заботливо принесен кем-то из персонала отеля. Она делает лёгкие движения, создавая мягкие, струящиеся волны, которые впоследствии закрепляет спреем, оставляя лёгкую, почти неуловимую текстуру. Каждая прядь отходит от её лица в идеальном порядке, но не теряет естественности. Затем Дженни переходит к макияжу. Легкий слой базы делает её кожу безупречной, словно сияющий фарфор. Взгляд остаётся сосредоточенным, как будто она на мгновение погружается в себя, каждое прикосновение кисти кажется осознанным. Она наносит тени на глаза - нейтральные, но с едва заметным золотым оттенком, который, как нежный свет, подчеркивает её глаза и делает их глубже, выразительнее. Лёгкие стрелки акцентируют внимание на её взгляде, а чёрная тушь делает ресницы длинными и густыми, придавая взгляду загадочную интенсивность. Она завершает макияж лёгким румянцем и прозрачным блеском для губ.  Теперь Дженни стоит перед своим новым гардеробом, её пальцы слегка дрожат, когда она берёт чёрное платье от Chanel. Это платье - не просто одежда, это часть её истории, её вкуса, её индивидуальности. Оно идеально сидит, облегая её фигуру, подчёркивая её плавные линии и грациозность. Тонкая ткань струится вниз, и платье, несмотря на свою строгость, сохраняет изысканную лёгкость. Чёрный цвет кажется в этот момент не просто выбором, а символом: стильно, сдержанно, но с некой внутренней глубиной. Когда Дженни смотрит на себя в зеркало - её глаза сияют. В её образе гармония: утончённость, простота и скрытая страсть. Она готова. Вся её душа наполнена предчувствием чего-то интересного. Последнее, что делает девушка, перед тем, как покинуть номер, берет с собой подарок, который был заботливо упакован и перевязан милым бантиком. Времени до встречи было достаточно, на улице уже начинало темнеть, потому девушка накинула свою белую шубу и захлопнула за собой дверь. 

***

С самого утра Лиса была охвачена волнением, которое с каждым часом лишь усиливалось. Париж, в котором она находилась, казался ей одновременно знакомым и чужим. Она шла по улицам, наслаждаясь видами, но мысли её были только о предстоящем вечере. День был холодным, зимним, но это не мешало ей чувствовать жар в груди, который не стихал ни на мгновение. Лиса проснулась рано. Она поехала в несколько магазинов, чтобы подобрать ещё несколько деталей для сюрприза. Во время каждого похода, Лиса чувствовала лёгкую нервозность. Каждый выбор казался важным, а каждая деталь - решающей. Она несколько раз откладывала букет, думая, что могла бы выбрать другой, более красивый или перевыбирала основной подарок, который являлся вишенкой этого вечера.  После утренних покупок Лиса поспешила в отель, не в тот, в котором они жили вместе с Дженни, конечно. В её руках были букет и пакеты с маленькими аксессуарами для оформления. Весь день она провела в компании флориста, декоратора и официантов, контролируя каждую деталь. Она зашла в ресторан и увидела, как они начинают готовить столик. Каждое движение её было сконцентрировано, всё её внимание было направлено на то, чтобы создать атмосферу, которая будет отражать её чувства. Когда ресторан был почти готов, Лиса ушла в свой номер, чтобы переодеться. Стоя перед зеркалом, она вдруг осознала, как сильно она нервничает. В её голове прокручивались десятки мыслей, но в голове был один единственный вопрос: «А если она скажет «нет»?». Этот момент не выходил из её мыслей, и она несколько раз пыталась успокоиться, однако тревога не хотела покидать её тело.  После того как она выбрала наряд, с которым чувствовала себя уверенно - красное элегантное платье, подчеркивающее её фигуру, и простые, но изысканные украшения - она вернулась в ресторан, чтобы убедиться, что всё готово. Всё вокруг было почти завершено. Каждый элемент был на своём месте, но Лиса чувствовала, как её сердце начинает биться быстрее с каждой секундой.  Ресторан, в котором Лиса решила сделать предложение Дженни, находился на высоком этаже роскошного отеля, в самом сердце Парижа, с панорамными окнами, открывающими завораживающий вид на город-огней. Это место было не просто рестораном, а настоящим произведением искусства, с атмосферой, пропитанной величием и роскошью. Здание высилось над улицами, а весь город словно лежал у её ног - вид на Эйфелеву башню, светящиеся мосты через Сену и крыши старинных парижских домов. Весь интерьер был выполнен в сдержанных, но роскошных тонах — тёплый золотой, кремовый, бежевый. Лёгкий мраморный пол отражал свет, а стены украшали мягкие, приглушённые картины и зеркала в античном стиле. Ресторан был полностью пуст, сегодня он принадлежал всего двум персонам. Особенный столик был приготовлен для Лисы и Дженни. Это был столик у окна, окружённый лепестками роз, которые были аккуратно рассыпаны по столу и на полу, создавая атмосферу любви и романтики. Нежное мерцание свечей на столе и лёгкое отражение их света в бокалах создавали ощущение невесомости, будто время замедлилось и весь мир перестал существовать. В воздухе витала любовь: мягкая музыка, которая играла где-то вдали, не навязчиво, но создавая нужный фон. Вино, выбранное для ужина, было идеально подобрано, его аромат был деликатным и тонким, а вкус - гладким и бархатистым. Манобан была в предвкушении. Для них с Дженни это не просто Новый год - это день, который каждая из них запомнит навсегда. Оставалось лишь дождаться вторую виновницу торжества, которая вот-вот должна была прибыть к нужному месту. 

***

Дженни сидела в такси, чувствуя, как пульс учащается с каждым километром, приближая её к ресторану. В её груди бурлила смесь волнения и радости. Новый год - это всегда особенный момент, но сегодня он был особенным вдвойне, потому что она ехала к девушке, с которой всё стало настолько важным и настоящим. Её мысли бежали вперемешку: воспоминания о том, как они познакомились, моменты, когда она поняла, что не может жить без неё, их воссоединение. А сейчас, здесь, с каждым поворотом, она ощущала, как растёт ожидание.  На секунду Дженни представила, как она войдёт в ресторан, как они взглянут друг на друга, и всё остальное станет неважным. Улыбка девушки, её взгляд, который всегда заставлял сердце биться чаще. Мысленно она уже видела их вечер: возможно, танцы, долгие разговоры, смех, и, конечно, момент, когда они загадают желания под бой курантов, держась за руки. Но в то же время было немного тревожно. Дженни не могла точно понять, что её ждёт, но чувствовала, что это будет что-то невероятное. В её воображении мелькали яркие моменты: свечи на столе, красное вино, жаркие прикосновения и самые искренние слова, которые она никогда не осмеливалась сказать вслух.  По приезду, темноволосая покинула автомобиль, перед этим попрощавшись с водителем. Каждый шаг приближал её к нужному месту, к девушке, которая также сгорала от нетерпения встречи, как и она сама. Дженни прислушивалась к стуку собственных каблуков, которые сейчас слишком уж мешали быстрому шагу. Зайдя в лифт и нажав на нужный этаж, кореянка бросила свой взгляд на наручные часы. До Нового года оставалось жалких сорок минут. Глаза девушки прикрылись лишь на секунду, пока она медленно переводила дыхание. От чего же так волнительно? У них с Лисой было не так много свиданий, особенно в последнее время. Жизненные обстоятельства мешали их романтике, однако все трудности их лишь сблизили. Тихий писк заставил её распахнуть глаза, уставившись на открытые двери лифта. Рука невольно потянулась к волосам и одним лёгким движением откинула их назад. Время пришло.  Неудивительно, что в месте с такой безупречной репутацией, Дженни встретил специальный человек, который вызвался проводить её к нужному месту. Темноволосая следовала по пятам за невысоким мужчиной, пока перед ними не оказались высокие двери, которые были с тонкостью расписаны золотистыми узорами. Официант снисходительно отошел в сторону, после чего взялся на ручку, дабы пропустить главную гостью внутрь.   Стоило младшей войти внутрь, как с её губ сорвался вздох полный восхищения. Зрачки невольно расширились от увиденной картины, настолько Дженни была поражена проделанной работой. В том, как идеально все выглядело, в том, как свет от свечей с точностью падал лишь на нужные детали интерьера - всё это было исключительно из-за перфекционизма Лисы. Ким знала это как никто другой. Накрыт был лишь один столик возле окна, с видом на весь город. На нём красовались бокалы с любимым вином темноволосой, а также самые изысканные закуски, которые выглядели как произведение искусства. Но выделялось не это. Гигантский букет красных роз, запах которых можно было ощущать по периметру всего помещения. Те самые, которые так обожала Дженни. Манобан продумала всё до мелочей, и это заставило Ким чувствовать невероятный трепет. 

***

Прошло полчаса с того момента, как Ким заняла свое место прямо напротив своей возлюбленной. Лиса внимательно наблюдала за её реакцией, чувствуя, как её сердце бьётся быстрее от волнения. Дженни же была поглощена атмосферой, наслаждаясь каждой секундой и неспешно потягивая напиток из своего бокала. Всё вокруг казалось таким идеальным, таким красивым и живым, что она почти не могла поверить в происходящее.  - Мне не верится, что мы празднуем Новый год вместе, в Париже, - произнесла Дженни, делая очередной глоток вина, - Это всё кажется таким невероятным, я даже и мечтать о таком не могла, Лиса.  Рука блондинки аккуратно опустилась на запястье кореянки, начиная с нежностью поглаживать тонкую кожу. В какой-то момент их руки сцепились, словно им хотелось прочувствовать этот момент на уровне касаний. Это было слияние двух сердец, клятва, которую можно было распознать без слов.   - Дженни, ты невероятно прекрасна.  На щеках темноволосой в одно мгновение стал виден румянец, который так сильно ей шел. Лалиса невольно засмотрелась на столь смущенную, в данный момент, девушку. Хотелось видеть её такой каждую секунду своей жизни. Однако, Манобан начала всё это совсем по другой причине. Одним лёгким движением девушка осторожно положила руку возлюбленной на стол, сама при этом поднимаясь на ноги. Дженни взглянула на неё с неприкрытым волнением, невольно закусив нижнюю губу. По лицу старшей было сложно сказать, к чему именно та готовиться, однако ей от чего-то было совсем тяжко. До Нового года оставалось менее пяти минут.  Неожиданно, Лалиса медленно опустилась на одно колено. В этот момент Дженни увидела в её глазах всё: нежность, страх, волнение, но самое главное — искреннюю любовь, готовую охватить её всю. Тишина вокруг была настолько глубокая, казалось, что даже Париж на мгновение замер, чтобы дать этим двум женщинам быть сейчас вместе. Все они были частью чего-то огромного и красивого, не имеющего времени или места - только любви. Прежде чем заговорить, она долго смотрела на Дженни, не верила.  - Дженни, ты знаешь, для меня Париж всегда был городом, где сбываются мечты. И я понимаю, что каждая моя мечта сбылась с того момента, как ты вошла в мою жизнь. Я хочу, чтобы ты была рядом всегда, каждый день. Ты - та, с кем я хочу делить все моменты жизни. Уже на этом моменте, глаза Дженни стали заполняться неконтролируемыми слезами, которые начинали неприятно пощипывать слизистую. Одна рука невольно прикрыла рот, слово она боялась издать хоть какой-либо звук прежде чем Лиса закончит свою речь. Блондинка же настойчиво продолжила, не на секунду не отводя взгляда от родных глаз напротив.   - Я хочу, чтобы ты стала лишь моей. Чтобы лишь я могла тебя касаться, лишь я могла слышать твой голос ранним утром и поздним вечером. И пусть весь мир подождет, пока я рядом с тобой. Я люблю тебя, Дженни. Так сильно люблю. Дженни почувствовала, как что-то щемяще сладкое заполнило её грудь. Как её сердце тоже начинает пылать от этих слов. Лалиса на секунду отвернулась, лишь чтобы достать маленькую, красную коробочку, в которой находилось то самое кольцо, на которое ушли все её нервные клетки. Она открыла её, и в ту же секунду её рука слегка затрепетала от волнения. Камень на кольце сверкал, отражая огоньки свечей и мягкий свет ресторана. Бесконечные звонки, сообщения, незнакомые голоса в трубках - лишь бы этот вечер состоялся. Лишь сейчас Дженни стала понятна вся картина происходящего.  Лиса продолжала, сдерживая волнение:  - Ты женишься на мне?  Дженни застыла. Её сердце на мгновение пропустило удар. Она смотрела на кольцо, потом на Лису, не в силах сдержать слёзы счастья. Она не могла поверить, что этот момент действительно наступил. Всё было настолько неожиданно, однако при этом так естественно. Она чувствовала, что это именно тот момент, который она ждала всю свою жизнь. Именно тот момент, ради которого была их разлука, которая вновь воссоединила их. Все слёзы, все срывы и недопонимания - всё позади. Впереди их ждёт светлое совместное будущее, в котором есть место лишь для них двоих.   - Да, - выдохнула она, еле сдерживая эмоции. - Да, конечно! Лиса облегчённо выдохнула, а затем, не удержавшись, поднесла руку Дженни к своим губам, целуя её со всей возможной нежностью. Кольцо идеально смотрелось на изящном пальце своей хозяйки, словно ему там самое место. Долгие объятия, нескончаемые поцелуи и море самых искренних эмоций.  Это был момент, который навсегда останется в памяти девушек как начало новой главы в их общей жизни.