Глава 33
7 февраля 2025 г., 19:00
Кисаме так и не ответил на мой вопрос. Я пыталась вытянуть из него ответ еще две недели, пока он заботился обо мне, но он и глазом не повел. Раздражает. Но это показало, насколько он предан. Так что я поверила ему, когда он сказал, что никому не расскажет о том, что случилось и где я нахожусь.
Хотя он все же упомянул, что Ооноки хочет, чтобы я как-нибудь навестила его. Шикаку меня убьет, если узнает об этом. Единственный способ встретиться с Цучикаге — сделать это до возвращения в Коноху. А значит, мне придется путешествовать одной. С Корнем на хвосте.
Я уже устала.
— Что с лицом? — спросил Кисаме.
Я оторвала взгляд от своей миски с мангу и увидела, что он стоит, опираясь на одну из кухонных стоек. На его талии был завязан синий фартук.
— Ты выглядишь таким хозяйственным, — слова вылетели раньше, чем я успела подумать, что говорю. Он закатил глаза. — Я просто думала о том, какой же раздражающей будет дорога в Иву.
— У тебя не должно быть с ними проблем, — пожал он плечами.
— Там вообще нет воды! А я не умею пользоваться земляными техниками!
— А что же тогда, черт возьми, за огромная рука из самой настоящей земли?
— Это печать! — замахала я все еще забинтованной рукой. Бинты уже можно было снять, но моя ладонь теперь стала слишком чувствительной. Скоро мне придется найти какие-нибудь перчатки вместо этих бинтов.
— Это называется фууиндзюцу, — невозмутимо заметил он.
— Заткнись, — сказала я и снова уткнулась в миску. Я зачерпнула немного мангу и проигнорировала его, пока он заканчивал мыть посуду. За маской крутого убийцы, элитного ниндзя ранга S, скрывался настоящий добряк.
— Эй, как думаешь, Самехада позволит мне ее потрогать? — спросила я, когда он поставил последнюю тарелку на сушилку.
— Ты хочешь украсть мой меч? — Он скрестил руки на груди и, прислонившись к раковине, взглянул на меня.
— Нет! У меня и так своих мечей хватает, между прочим. Но Самехада просто потрясающая.
Я оперлась подбородком на ладони, мечтательно думая о мече. Он же огромный! И у него есть собственная система чакры — это безумие. А еще он сделан из чешуи, что делает его еще круче.
— Осторожнее, а то ананасоголовый начнет ревновать, — поддразнил Кисаме.
У меня отвисла челюсть.
— Только не ты!
— Акулы — те еще сплетницы, — ухмыльнулся он, уходя из комнаты. — Подожди здесь!
Я фыркнула и продолжила доедать свой завтрак.
Сегодня Кисаме собирался покинуть остров. Он слишком долго находился вдали от своей верной, не собирающейся предать его или разрушить мир организации.
Не знаю, почему я хочу, чтобы он ушел из нее, но хочу. Каждый раз, когда я думаю об Акацуки, у меня в груди появляется тяжелое чувство, от которого никак не могу избавиться. А за то время, что Кисаме был здесь, он стал мне другом.
За последние недели я многое узнала о Кири и ее связях с Узушиогакуре. Оказывается, когда Узу подарили Кири Самехаду, последняя обеспечила защиту главе Узу и ее семье. Именно поэтому Кисаме все это время следил за мной. Оказывается, он следил за мной и Наруто с самого детства.
Некоторые принадлежности для фууиндзюцу, которые мне подарили в детстве, были вовсе не от Джирайи.
— Ладно, — сказал Кисаме, вернувшись в комнату. На нем снова был черный плащ с красными облаками. Последние несколько недель он носил синие штаны и рубашки с короткими рукавами. Такой наряд шел ему куда больше, чем этот дурацкий плащ. — Если будешь так на него смотреть, то подожжешь.
— Я не умею применять огненные техники, — сказала я.
— Так же, как и земляные?
— У меня пока нет печати для огня, жду возвращения в Коноху, даттэбанэ, — я скрестила руки на груди, а его губы дернулись в намеке на улыбку.
— Я как раз хотел сказать, что Самехада согласилась, чтобы ты ее потрогала.
— Правда?
— Но сначала я хочу взглянуть на твои мечи, пока я здесь.
— Ладно, — кивнула я, вставая со стула.
Кисаме протянул мне Самехаду, и я осторожно коснулась обмотанного бинтами клинка. Под моими пальцами меч словно ожил, его чакра завибрировала от возбуждения. Я не сдержала радостного смешка, когда Самехада, казалось, прыгнула ко мне. Кисаме тяжело вздохнул, а я лишь улыбнулась ему, погладив меч в последний раз.
— Спасибо, — сначала сказала я Самехаде, а затем подняла взгляд на Кисаме. — И тебе спасибо, что заботился обо мне.
— Да-да. Тащи свои мечи и встретимся снаружи.
Я хмыкнула, но все же послушалась. Прошла за ним по коридору к входной двери. Мой рюкзак все это время лежал нетронутым в генкане. Я надела сандалии и начала рыться в своих вещах, пока не нашла свиток с мечами от Би-сенсея и еще один с дополнительным оружием.
Я спустилась на пляж, где снова сняла сандалии — ненавижу, когда в них набивается песок.
Кисаме выполнял ката с такой легкостью, будто это было для него так же естественно, как и дышать. А, может, так оно и было. Я взглянула на воду и заметила акульи плавники, которые подплыли ближе, чем обычно. Наверное, они тоже рады его видеть. Я почувствовала себя виноватой за то, что забыла о призывных существах, но старалась подавить это чувство. Мне нужно было восстанавливаться. Я не могла одновременно следить за всеми призывными и взаимодействовать с ними, когда сама едва держалась.
И все же я скучала по коротким беседам с разными существами, прогуливаясь по острову. Возможно, займусь этим на следующей неделе, когда Кисаме уйдет.
Он посмотрел на меня краем глаза, и я поспешила подойти к нему. Как только я положила свитки на землю, чтобы достать мечи, Кисаме отошел к причалу и оставил там Самехаду, а затем вернулся ко мне.
Сначала я достала Супервибрирующие Мечи Стихии Молнии. Кисаме приподнял брови, когда я приняла стойку, которой меня научил Би-сенсей в первый день наших тренировок. Я фыркнула на его реакцию и с трудом убрала мечи, стараясь не пораниться.
— Я еще не могу ими пользоваться, не хочу обжечься молнией.
— Хоть капля здравого смысла есть в твоей голове.
— Ты такой злой, — надулась я, убирая мечи обратно в свиток.
Он усмехнулся.
Я закатила глаза и вернулась к свитку с дополнительным оружием. Достала танто и протянула ему. Он кивнул, рассматривая его.
— Ладно, а что ты используешь на самом деле? — спросил он, возвращая мне танто.
— Все это, даттэбанэ!
— Но это явно не твой основной меч, — заметил Кисаме, скрещивая руки.
Я вздохнула и потянулась рукой за спину. Ощупала печать, пока не почувствовала рукоять Рюдзина. Крепко схватилась за нее и вытащила меч.
Кисаме поднял бровь.
— Ты не сможешь достать его с рюкзаком на спине.
— Я обычно не ношу рюкзак, у меня есть печати вообще-то.
— Все же лучше носи рюкзак, чтобы люди не догадались, что у тебя печати, дурочка.
— А что, по-твоему, я делала, когда ты нашел меня, даттэбанэ?
Кисаме присел передо мной и взглянул мне в глаза.
— Во время того боя ты не смогла вытащить меч. Эта печать хороша для запасного оружия, например, для танто, но твоему главному клинку нужно место получше. Ты явно чувствуешь себя комфортнее всего с этим мечом.
— Но на эту печать ушло столько времени!
— Сделай еще одну, — пожал плечами Кисаме. — Во второй раз должно быть проще.
— У меня на теле уже есть три перманентные печати, а мне всего тринадцать!
— Для Узумаки это нормально, соплячка. У тебя хотя бы есть печать хранения?
— Да.
— На внутренней стороне запястья? — Я кивнула. — Отлично. Она выглядит как татуировка, так что никто не поймет сразу, что это печать.
— Да знаю я! Я сделала ее еще в Конохе.
— А когда будешь возвращаться? — спросил он, пока я показывала ему Рюдзин.
— Не знаю. Я пока не готова.
— Будь осторожна, когда вернешься, — сказал он, наконец поднимаясь. — И не отходи далеко от воды. Забавно было наблюдать, как ты падала, учась ходить по воде.
— Ты и тогда за мной следил?! — вскрикнула я, убирая Рюдзин обратно в печать.
Глаза Кисаме расширились, и он исчез в мгновение ока.
— Я убью тебя, акулья башка, и скормлю твоим же призывам!
— Dios mío, — раздался голос Кайри.
Я посмотрела на чайку, сидящую на одном из столбиков причала.
— Поможешь мне?
Кайри взъерошила перья и перелетела мне на плечо. Раньше она никогда не участвовала в моих шалостях.
Это будет потрясающе.
***
Мне удалось обсыпать его наряд Акацуки блестками, пока Кисаме не обращал на меня внимания. Призванные существа отвлекали его, а я методично засыпала красные облака синими блестками. Раз уж ему все равно придется носить этот плащ, пусть хоть как-то будет связан с океаном. Откидываясь на подушки, я улыбнулась при этом воспоминании. Харуто принес свиток, его глаза были суровы. Я сразу поняла, что ничего хорошего в нем нет. Но попыталась еще немного задержаться в приятных воспоминаниях. Спустя несколько минут Харуто исчез с моего окна — скорее всего, отправился рассказывать остальным о том, что узнал в Конохе. Я тихо вздохнула, глядя на свиток в руках. Обычный, ничем не примечательный красный свиток. Я почувствовала чакру Джирайи, пронизывающую его, и на одном конце заметила печать крови. Ничего хорошего это точно не сулит. Я снова поерзала на подушках. Даже после того, как Кисаме ушел, я продолжала отдыхать. Только недавно начала возвращаться к катам и растяжке. Ни бега, ни тренировок с оружием, ни танцев. Все, что мне нужно для развития. Но я не смогу прогрессировать, если окончательно угроблю себя, усугубив еще не до конца зажившую травму. Я прикусила большой палец и провела им по печати. Она легко развеялась, и я осторожно развернула свиток. Привет, головастик! Прости, что не писал тебе несколько недель, но я был занят тренировками с твоим братцем. Мы не только тренировались, но меня затянули и на командные ужины, а потом — на ужины с кланом Нара. Вот серьезно, как ты вообще справлялась с расписанием этого гаки? Я не удержалась и расхохоталась над страданиями Джирайи. Мне-то никогда не приходилось ходить на командные ужины, но даже представить себе, что я должна была бы регулярно есть за одним столом с Наруто и Саске после стольких лет… Нет уж. Мне хватило академии. И ты не поверишь — у этого сопляка уже есть парень! Что? У Наруто есть парень? Он же генин всего… сколько, полгода? Хотя, наверное, поверишь. Сын Шикаку был зол, что проиграл спор о том, через сколько времени Наруто и Саске сойдутся. Я широко улыбнулась. — Ой-ой, — раздалось со стороны окна. Я повернулась к Ицуки, который уже запрыгнул ко мне на кровать и внимательно смотрел на меня. — Что за взгляд? — Я выиграла бесплатный ужин у Шикамару. — О, твое первое свидание! — Это не свидание, даттэбанэ! Его писклявый смех заполнил комнату, но я просто вернулась к чтению свитка, решив его проигнорировать. Слушай, малыш, я даже не знаю, как сказать… Плохо. Очень плохо. Сенсей мертв. Он использовал Поглощающую Печать Мертвого Демона, чтобы запечатать руки Орочимару. Я зажмурилась и глубоко вдохнула. Я знала, что случится что-то ужасное. Что это должно было произойти. Джиджи знал. Но я не ожидала, что это произойдет так скоро. Коноху атаковали шиноби из Отогакуре и Сунагакуре. — Отогакуре? — вслух переспросила я. — И Суна? Я думала, мы союзники. — В этом мире это мало что значит, mija, — сказала Ичика, заходя в комнату. Она устроилась у изножья кровати, прижимаясь к моим ногам. — Я знаю, но все же, — вздохнула я, перебирая свиток в руках. — Я даже никогда раньше не слышала об Отогакуре. — Наверное, это новое селение, — предположил Ицуки. — Мне это не нравится, — покачала я головой. — Возможно, это даже хорошо, больше конкуренции для крупных деревень, — заметила Ичика, прежде чем принялась вылизывать лапу. — Может быть, если бы в этом не был замешан Орочимару. Но он определенно замешан. Как думаете, он мог приложить руку к основанию деревни? Он же всегда мечтал стать каге. — Вполне возможно, — кивнул Ицуки. Впервые в жизни этот обычно беззаботный обезьян выглядел таким задумчивым, подпирая голову лапой. В другой ситуации я бы, наверное, посмеялась над его важным видом, но вместо этого снова уткнулась в свиток. Твой брат, его команда и я в порядке. Твоя старая команда Анбу тоже, насколько я знаю. Какаши загремел в больницу с истощением чакры, но, кроме него, никто из твоей группки и одноклассников по академии не пострадал. Мои плечи расслабились. Я медленно повела ими, разгоняя напряжение в мышцах. Все в порядке, кроме… Джиджи. Самого главного элемента. Больно, терять его больно. Но он знал, что так может случиться. Он ожидал этого. Как бы мне хотелось, чтобы этого вообще не произошло. Часть деревни разрушена, но твоя квартира уцелела… Ну, насколько она вообще могла уцелеть при таких обстоятельствах. С тех пор как ты ушла, Наруто чаще ночует в клановых поместьях Учиха и Нара, чем у себя. Я попыталась игнорировать неприятное щемящее чувство в груди. У меня не было выбора — я должна была уйти. Джиджи буквально вышвырнул меня в окно. Но сама мысль о том, что мой брат мечется между домами, лишь бы не оставаться одному, причиняла мне куда больше боли. Наруто заслуживает иметь место, которое он может назвать домом. Где он всегда будет в безопасности. Может, когда я разберусь с Данзо, поместье Учиха сможет стать таким местом для него. Даже если не со мной. Ему удалось уговорить джинчуурики Однохвостого не уничтожать всю деревню. Печать у него была просто отвратительная, словно ее специально сделали такой. Парень и его брат с сестрой ушли из деревни еще до того, как я успел добраться до него и исправить ее. Не знаю, когда я смогу выбраться в Суну, но, если у тебя будет время, заглянешь? — Только ты, Джирайя, мог накинуть мне еще работы, — пробормотала я. И еще кое-что. Кто бы сомневался, что есть еще кое-что. Меня попросили найти и вернуть Цунаде в деревню. Можешь встретиться с нами по пути? Мы выходим из Конохи через три дня. Я знаю, ты не можешь вернуться, но, может, встретимся где-то на нейтральной территории? Жабы видели Цуну-химэ у границы Страны Огня и Югакуре. Может, вы сможете поговорить, принцесса в изгнании с принцессой в изгнании? — Это будет сущий кошмар, — вздохнула я, перечитывая его слова. Но у меня есть шанс увидеть Наруто и Джирайю, когда они будут ближе к Узушио. И, может быть, я смогу предупредить Цунаде о Данзо и Корне, прежде чем она окажется в Конохе. Я не та, кто сможет ее убедить. Это сделает Наруто. Но я могу помочь ей подготовиться. — Что будет сущим кошмаром? — спросила Ичика, всматриваясь в мое лицо. — Мы отправляемся в путешествие. — Мы? — переспросила она. — Джирайя сказал, что, возможно, мы с Цунаде сможем поговорить как принцесса в изгнании с принцессой в изгнании. Ицуки разразился хохотом. — Зачем тебе говорить с Цунаде? — спросил он, едва отдышавшись. — Она одна из тех, кого Джиджи видел в качестве будущего Пятого. — То есть… — начал Ицуки. — Ох, Кику-чан… — мягко произнесла Ичика. Она переместилась с края кровати, чтобы обнять меня. Я легко прижалась к ней и снова взглянула на свиток. Не беспокойся насчет ответа, если решишь присоединиться — ты уж точно заявишь о себе. — Скажи мне, что ты подшутишь над ним, — лениво заметила Ичика, глядя на свиток. — Ты кому это говоришь? — посмотрела я на нее. В ответ она оскалилась, и ее ухмылка была пугающе хищной. Как бы ты ни поступила, береги себя, головастик. Надеюсь, у тебя все в порядке.С любовью, Джирайя
P.S. Кстати, я оставил тебе запоздалый подарок на тринадцатилетие. Раз уж рядом нет глав кланов, которые могут надрать мне зад за это, можно сказать, что я просто чуть-чуть поторопился. Я подарил это Какаши в его возрасте, так что проблем быть не должно. — Что за хрень он подарил мне, из-за чего главы кланов могли бы надрать ему зад? — пробормотала я, глядя на маленькую печать хранения под постскриптумом. Я коснулась ее рукой… и мгновенно почувствовала, как мои щеки заливает краска. В следующее мгновение я с силой швырнула ярко-оранжевую книгу через всю комнату. Придурок-отшельник.
***
— Ты такой тупой, извращенный отшельник! — жалобный голос Наруто прорезал густую чащу деревьев. — Это худшее место для привала, ты же знаешь! И вообще, зачем нам останавливаться? Я могу идти дальше! — Я знаю, что твой рот точно может идти дальше, гаки! — отозвался Джирайя. Приблизившись к ним, я с трудом сдержалась, чтобы не расхохотаться при виде выражения лица Наруто. Он выглядел настолько возмущенным словами Джирайи, что даже не заметил меня. Хотя сам Джирайя наверняка заметил — его голова чуть дернулась в мою сторону. Я сосредоточилась на своих цепях, и вскоре они бесшумно и плавно вырвались из моего тела. Прикрепив к ним несколько блестящих бомбочек, я запустила их вперед. Наруто успел отпрыгнуть назад, но для Джирайи было уже поздно. Он оказался с ног до головы усыпан оранжевыми блестками. По лесу разнесся беззаботный смех Наруто, и я присоединилась к нему, втягивая цепи обратно. Неловко спрыгнув с ветки, на которой пряталась, я приземлилась на небольшую поляну рядом с ними. Я схватилась за живот, видя чистый ужас на лице Джирайи. К нашему с Наруто смеху присоединилась и Ичика, спрыгнув с другой ветки напротив. — Когда я говорил, что ты дашь о себе знать, я не это имел в виду! — возмутился Джирайя. От этого стало только смешнее. Я оперлась на Ичику, по щекам текли слезы, пока я смотрела на Джирайю. Его белые волосы теперь были покрыты слоем оранжевых блесток. Глядя на нас с Наруто, отчаянно пытающихся отдышаться, он едва заметно улыбнулся. — Рад тебя видеть, гаки. — Я тоже, старик. — Эй, кого это ты стариком назвала? — фыркнул он, уперев руки в бока. — Ну, те… Я не успела договорить — меня внезапно стиснули в объятиях так сильно, что воздуха в легких почти не осталось. Ну, не буквально, но почти. — Что ты здесь делаешь? Ты это подстроила? Ты возвращаешься с нами домой? Ты выучила какие-нибудь крутые техники? — Наруто! — пискнула я, тщетно пытаясь ослабить его стальную хватку. Но, несмотря на это, я сама обняла его, наслаждаясь теплом, которое он дарил, пусть даже и душил меня в процессе. — Джирайя попросил меня присоединиться к вам, — сказала я, когда он наконец чуть ослабил объятия. — Правда? — в его глазах засветилась надежда. — Правда, — подтвердил Джирайя, выряхивая блестки из волос. — А что касается остальных вопросов, то шутка эта? Да, я ее подстроила, и это было прекрасно. Домой? Нет, я вернусь туда, где тренируюсь, мне еще рано заканчивать. А насчет техник — да! Я выучила несколько! О, и у меня есть для тебя свиток! — Свиток? — Наруто отстранился, с любопытством глядя на меня. Я положила руку на внутреннюю сторону левого запястья и извлекла оттуда свиток. Тот самый, что нам оставили мама и папа в Узушиогакуре. — У тебя есть безопасное место, куда его спрятать? — Да! — Наруто засиял, принимая свиток. Он задрал рукав куртки, и я увидела на внутренней стороне его запястья тот же самый символ, что был запечатлен и на моей коже. — Наруто? — тихо спросила я, когда он спрятал свиток в печать. — Я скучал по тебе, — пожал он плечами. — Ну… я типа, возможно, немного повторял все твои тренировки, которые ты проходила с Джиджи? Я пристально посмотрела на брата. Щеки у него моментально залились румянцем. Он неловко почесал затылок, и я не смогла сдержаться. Я прыгнула вперед и сжала его в объятиях так же крепко, как он меня раньше. Я даже не сразу осознала, что рыдаю, пока не услышала, как Наруто запаниковал. — П-прости, что м-меня не б-было дома, нии-сан, — выдавила я, уткнувшись в его плечо. — Я так с-сильно по т-тебе скучала. Наруто крепче прижал меня к себе. — Я тоже скучал, имоуто. — Ладно, головастики, — вмешался Джирайя, когда мы с Наруто наконец успокоились. — Если поторопимся, успеем добраться до следующего городка и снять комнату до наступления темноты. — Хорошо, — кивнула я, отстраняясь от брата. Я вытерла глаза, ощущая, как грубая ткань новых перчаток царапает щеки. — Эй, а что в свитке? — спросил Наруто, пока мы поднимались на ноги. — Записи и техники от мамы и папы. Глаза Наруто расширились, и он тут же начал подпрыгивать на месте. — Я точно смогу поскорее закончить Расенган, вот увидишь!
