Ритуал. Связь. Бардак...

*** Гарри чувствовал себя опьяненным, возвращаясь в Хогвартс, после того, как Том аппарировал его недалеко от школьных ворот. Все прошло лучше, чем он мог предполагать! Реддл посвятил ему намного больше времени, нежели он смел просить и выглядел таким же расстроенным, когда наступило время прощаться, как и сам Гарри. Они даже пропустили бой Биг-Бена, увлекшись разговорами и наслаждаясь обществом друг друга. Гарри не помнил, чтобы когда-то видел Реддла таким расслабленным и спокойным. Тот будто ненадолго снял перед ним свою маску и побыл обычным человеком, словно они… «Словно мы — семья. Семья, которая собралась вместе, чтобы отпраздновать важное событие», — размышлял он с робкой улыбкой. На самом деле, Гарри плохо понимал, какой должна быть семья, у него не было стоящего примера, но ему казалось что сегодняшний день был близок к его пониманию этого слова. «Люди, ну или хотя бы человек, рядом с которым ты чувствуешь спокойствие, безопасность и тепло, разве это не семья?» Гарри надеялся, что не напридумывал себе ничего, и что Том тоже смог это почувствовать. Это было приятное чувство. Что-то чего ему всегда не хватало. Уже начинало светать, а Гарри улыбался как идиот, прыгал по снегу и почти танцевал, направляясь к школе. Казалось, ничто не могло испортить ему настроение. Он не заметил этого сразу. Скрип снега почти сливался с его собственными шагами, да и Гарри был заметно рассеян. Но чужие шаги вдруг ускорились и перестали напоминать человеческие, а Поттер, с запозданием вспомнил, что Запретный лес был совсем рядом и далеко не все из обитавших там тварюшек были существами мирными, как бы Хагрид не утверждал обратное. Он начал бежать, раньше, чем закончил мысль. Обдумать все можно было позже, когда он окажется в безопасности за стенами древнего замка… конечно, если он сможет вовремя туда добраться. Неизвестное существо тоже начало бежать и физическое преимущество явно было не на стороне юноши. — Мордред! — прошипел Гарри, стараясь на ходу дотянуться к палочке в кармане. Он свернул в высокие кусты, надеясь, что в случае столкновения, те смогут послужить временным щитом и обеспечат ему возможность для маневра. Чего он не ожидал, так это наступить на обледеневшие ветки и кубарем покатиться вглубь зарослей. Матерясь, на чем свет стоит, Поттер, попытался подняться, но снова поскользнулся и улетел лицом прямо в большой куст с широкими, все еще зелеными, листьями. Но вместо того, чтобы удариться об ветки, он почувствовал что проваливается. Выяснилось, что куст скрывал глубокую яму… и Гарри падал прямо в нее. *** Приземлился Поттер, по его скромным ощущениям где-то на глубине двух метров под землей точнёхонько на свою геройскую задницу. — Ай, больно! — со стоном, он срочно попытался собраться себя в кучку. К счастью, не было похоже, что он что-то сломал. Гарри уперся руками в дно, которое, к его удивлению, оказалось не рыхлой холодной землей, а многое повидавшей каменной плиткой. — Что за?.. Наколдовав слабенький Люмос, он понял, что, кажется, оказался в одном из тайных проходов. «Ладно, ничего необычного. Хогвартс буквально нашпигован всякими тайными ходами… Хотя их и редко встретишь где-то на внешней территории…» — рассуждал он, рассматривая влажные стены. Где-то наверху послышалось шуршание и тихий скулеж, и Гарри, плюнув на осторожность, побежал вглубь тоннеля. «Если повезет, другой конец будет где-нибудь внутри замка», — утешал он сам себя. Проход не был ровным, больше напоминая пещеру, пол которой, по какой-то непонятной причине, решили уложить плиткой. Он то сужался, то расширялся, местами покрытый большим количеством мха или паутины. На пути Гарри встретилось две развилки, и оба раза он решил свернуть вправо, где тоннель казался шире и, по его мнению, имел больший шанс закончиться где-то в подземелье Хогвартса. Что же… он и правда вышел в подземелье… только не в то, которое хотел бы. — Блять… — прошептал Гарри, чувствуя как у него дергается глаз. Он стоял посреди места больше всего напоминающего здоровенное — «Нет, серьезно, ЗДОРОВЕННОЕ!!!» — змеиное гнездо. А впереди виднелся тусклый свет прохода, который Гарри опознал как обратную сторону рта статуи Слизерина, из которого, во время его посещения Тайной комнаты на втором курсе, вылез василиск. «Кабздец…» — емко подытожил он, с подозрением осматривая гнездо полное змеиных выползков, какого-то пуха неизвестного происхождения и очень большого количества костей разных животных. Гарри передернуло, когда он заметил у левой стены скелет подозрительно напоминающий кентавра. К счастью, по крайней мере, ничего не шевелилось и не нашлось ничего, даже отдаленно похожего на вылупленные яйца огромной змеи. Только правая стена вызывала некоторое недоверие. Подозрительно вертикально ровная, в отличии от остальной части гнезда, и украшена красивой, но жуткой росписью в виде клубка змей всех возможных цветов и видов. Не в силах сдержаться, Гарри провел пальцами по выпуклой голове ближайшей темно-фиолетовой змеи. И тут же отдернул ее, поняв что рука прошла сквозь, а роспись — стала полупрозрачной. За тем, что он изначально принял за стену, виднелось еще одно большое — не меньше самого гнезда — подземное помещение. Большой зал был вымощен плиткой из серого и темно-зеленого мрамора в виде сложного геометрического узора. В стены были вмонтированы большие позолоченные подсвечники, все еще горящие таким же неземным зеленоватым огнем, как и в Тайной комнате, между ними расположились низкие стеллажи со старинными, выглядящими слишком ветхо, книгами, столы с темного дерева и пара, когда-то роскошных, кресел. А в центре, прямо там, где сходился узор плитки виднелся обычный каменный… колодец. «Колодец? Зачем здесь вообще колодец?» Гарри недоуменно моргнул, невольно ступая ближе, как ни странно, стена, пусть и полупрозрачная, его беспрепятственно пропустила. Все помещение было покрыто многовековым слоем пыли и каждый его шаг оставлял за собой след, но загадочный, не вписывающийся в окружение колодец, прочно удерживал на себе его взгляд. На свою беду, Гарри всегда был излишне любопытным. При ближайшем рассмотрении, колодец уже не был таким обычным, каким казался издалека. Вода внутри была кристально чистой, но как он не вглядывался разглядеть дно не смог. Камень, из которого был сделал колодец тоже, казался, особенным, гладким, глубокого черным цвета с голубым отливом и грубо высеченной надписью сверху на неизвестном языке. Языке, который Гарри каким-то образом все равно мог прочесть. « Это… письменный парселтанг?» Он не знал, что на змеином языке вообще можно писать. — «Узы Слизеринов — невозможно разорвать», — вот что гласила надпись. Что-то дрогнуло внутри Гарри, когда он прочитал эти слова вслух. «Ну уж нет, я убираюсь отсюда! Если хочет, пусть с наследием Слизерина, в гнезде василиска, разбирается Том, в конце концов это — его предок!» — припечатал гриффиндорец, и развернувшись на пятках, побежал к щели непосредственно ведущей в Тайную комнату. Она хотя бы была злом знакомым и он знал, где из нее выход! *** — Сириус Блэк, значит? — задумчиво проговорил Реддл, рассматривая, связанного по ногам и рукам, мужчину перед собой. Выглядел тот, мягко говоря, неприглядно, больше напоминая маггловского бездомного, чем мага из благородного и именитого Рода. Немытые волосы в колтунах, запущенная неопрятная борода, потное, вонючее тело и одежда выглядевшая так, словно он вылез из помойки, перед этим вывалявшись в болоте. «Мне даже сложно представить, что бы с ним сделала Вальбурга, увидев в таком виде, если была бы еще жива», — замыслился Реддл, еще со школы помнивший вздорный нрав этой женщины и ее огромную гордость за свой Род. — Темный Лорд! — прошипел Блэк, скаля гнилые зубы. «Фу, — скривился Том. — Уже ведь прошло больше двух лет с момента его побега из Азкабана, неужели нельзя было, хотя бы минимально, привести себя в порядок?» — Зачем вы следили за Гарри, мистер Блэк? Это, знаете ли, не очень вежливо, — совершенно безразлично спросил он, игнорируя злобные взгляды анимага и тщетные попытки пнуть или вцепится в него зубами. После того, как он насильно вернул Блэка в человеческий вид и смог определить личность преследователя, Том сомневался, что тот хотел причинить Гарри вред, но… «Он явно психически нестабилен и может нести угрозу даже не ставя себе такой задачи». Глаза брыкающегося мужчины расширились и тот закричал: — Ты! Это был ты! Тот, с кем встречался Гарри и чье лицо я так и не смог рассмотреть! Что ты с ним сделал, ублюдок?! — Я? — Реддл невпечатленно выгнул бровь. — Ничего. Я думал, ты видел, как он возвращался обратно в Хогвартс. И к твоему сведению, если Гарри поранился, убегая от твоей собачьей формы, ты еще об этом пожалеешь. — Что? Блэк нахмурился, путаясь в том, как должен реагировать на странную угрозу прозвучавшую из уст того-кого-нельзя-называть. Том тяжело вздохнул. «Мерлин, как же тяжко разговаривать с психами и идиотами, в особенности если эти две характеристики сходятся в одном лице». *** Гарри нерешительно выглянул изо рта статуи. Было высоко, но к счастью конструкция фигуры Слизерина располагала к скалолазанию. Он несколько раз чуть не свалился, но все таки спустился на пол знакомого зала в относительной целостности. Чего нельзя было сказать о его одежде, после внепланового марафона и валяния в кустах и снегу. Гарри вздохнул. «Может эльфы еще смогут как-то это исправить?» — с надеждой вспомнил он о своих ушастых друзьях. Ему не хотелось терять одежду подаренную Томом. Наконец заметив тушу дохлого василиска посреди зала, Гарри поспешно зажал нос пальцами. Только вот… труп змеи должен был разлагаться и вонять или даже полностью сгнить после трех лет лежания без дела, но… тот не разлагался и едва ли имел хоть какой-то сильный запах. Просто тело, с засохшей кровью от смертельной раны. Словно василиска убили лишь вчера. — Это какая-то особенность василиска как магического существа? — высказал вслух, единственное пришедшее в голову предположение, Гарри. Не в силе побороть свое любопытство, он медленно ступил ближе. Змей не подавал никаких признаков жизни, и вблизи, Гарри осознал, что ошибся и некоторые изменения все же были. Василиск не гнил и не разлагался, но он будто бы усох и… «Что это такое?» Он прищурился, эффект от зелья уже сильно ослаб к этому моменту.   На голове василиска, в центре короны из роговых отростков, образовался странный комок. «Словно из его головы вырос… драгоценный камень? Но… он выглядит… хрупким?» Тот переливался всеми оттенками зеленого и синего, и с каждой секундой все больше напоминал причудливый сапфир с кривыми гранями, а местами — так вообще без них. «Существуют ли в магмире драгоценные камни возникающие из трупов животных?» Это был резонный вопрос, но он не мог отделаться от мысли, что это никакой не камень. Гарри моргнул. На секунду ему показалось, что он почувствовал пульсацию в камне. Не совсем понимая что делает, гриффиндорец протянул руку к голове мертвого василиска. Камень оказался теплым и… тот действительно пульсировал, отбивая ритм схожий с биением сердца самого Гарри. Раньше, чем он успел осознать это, из его тела вырвался слабый импульс магии исчезая внутри странной драгоценности. Гарри выругался и в страхе отдернул руку, но… ничего не произошло. «Какого Мордреда, меня вообще потянуло его потрогать?! В магмире нельзя ничего трогать, предназначения чего ты не знаешь! И это ведь не впервые за сегодня! Я что, все-таки ударился головой, когда упал раньше?!» — ругал сам себя гриффиндорец, уже зная, что сказал бы на его безрассудное поведение Том. Он почти выдохнул, когда даже спустя несколько минут так ничего и не произошло. «Слишком быстро обрадовался», — почти с истерикой подумал Гарри, когда труп василиска вдруг начал быстро осыпаться прахом, а камень треснул и… взорвался. Вскрикнув, он прижался к полу, чтобы избежать осколков, но те просто исчезли сгустками теней, даже не достигнув земли. — Что за?.. — Гарри запнулся, так и не договорив. Подняв голову, он встретился с двумя, почти идентичными его собственным по цвету, глазами с вертикальным зрачком.