Решение, меняющее судьбы

      – Бесте, дорогая... Я знаю, что сейчас не совсем подходящее время, но... – набрав воздуха начал говорить он. Достал из кормана черных джинс коробочку и встал на колено, открыв ее. – Ты выйдешь за меня? – всех видящий эта картина повергла в шок или же некий ступор. Девушка стояла и ничего не могла сказать. Он прикрыла уста рукой и перевела взгляд на улыбающуюся мать. Аланур кивнула ей, увидев взгляд. Бесте еще немного помылась. – Махмуд... – дрожащим голосом проговорила, а скорее прошептала его имя. Он уже делал предложение, это было в парке, недалеко от Босфора, играла музыка, народ смотрел на них. Девушка тогда отказалась, так как только что была разведена и была не готова ко всему этому. Сейчас же все было по-другому. Она каждый раз, проводя время с Махмудом понимала, насколько дорог он ей, понимала, что очень любит его. И с каждым днем, все больше и больше. Все пресутвующие ожидали ответа девушки. Она чувствовала из пристальный взгляд, но это были родные люди, а не обычные прохожие. Но Бесте не могла ничего сказать. Ей было тяжело. Толи из-за волнения, толи из-за неожиданности. А может все вместе. – Да, Махмуд, да! – спустя минуту, которая для всех длилась вечность, ответила девушка. Мужчина надел ей на пальчик колечко и встав, поцеловал в лоб. Все захлопали в ладоши под счастливые возгласы. Аланур и Зия переглянулись, счастливо улыбаясь и радуясь за свою дочь. Не смотря на все проблемы, они решили отдаться счастливому моменту. Наконец-то в их доме произошло что-то радостное. Все стали обнимать Бесте, а Махмуду жали руку. – Я так рада за вас! – проговорила Аланур и еще раз крепко обняла свою дочь. Улыбки не сползали с лица ни с одного члена семьи. Зия подошел к Махмуду и пожал руку, похлопав по плечу. – Бесте, дочка... Я всегда хочу видеть тебя такой счастливой. Пусть хотя бы мои дочки будут счастливые. – слабо улыбнулась. – Не говори так, мама. Все будет хорошо. Придет день и ты тоже станешь самой счастливой. Может и еще раз матерью станешь. – тихо проговорила Бесте так, чтобы слышала только мать. Аланур ухмыльнулась и посмотрела на Зию, который разговаривал с будущем затем. – Нет, дочка. Матерью я точно не хочу и не планирую становиться. Но скоро будет новость, которая изменит наши жизни. Будь готова. Только никому. – прошептала тихо и подошла к мужу. Положила руку ему на плечо. – Зия, дай, я поговорю с Махмудом. – мужчина спокойно ушел к детям, а Аланур обратилась к будущему зятю. – Махмуд, ты очень ценный для нас человек. Много хорошего сделал нашей семье. Может если бы тогда ты не позвонил Бесте и не начал мои поиски собсвеноручно, то меня сейчас бы здесь не было. Скоро ты станешь нашей семьей. Я спрошу у тебя только одно: ты уверен в своих чувствах к Бесте? Точно никогда не обидешь ее? Не расстоишь? Я не хочу видеть слезы своей дочери. Не хочу, чтобы она пережила уход любимого человека. – с беспокойсвом в голосе говорила Аланур. Махмуд понимал, что женщина спросит это. Потому что она, не смотря ни на что любит своих детей и переживает. Любая хорошая мать бы переживала, выдавая свою дочь замуж. – Госпожа Аланур, мои чувства к Бесте, намного сильнее, чем я показываю Вам. И она это знает. Бесте для меня – это мой мир, мой воздух и мое сердце. Она моя жизнь. А жизнь у нас одна. Я люблю ее и сделаю все, что она и ее семья были счастливы. Все, что от меня может зависеть. – спокойно и твердо говорил мужчина, смотря на будущую тещу. Аланур заглянула в его глаза и прочитала все по ним. Он не врал. Его любовь к ее дочери и правда была очень велика, что успокоило мать. Аланур вернулась к детям и мужу. Все о чем-то разговаривали, мечтали. Говорили на разные темы. Представляли свое будущее. Карлы сидела и смотрела на это все, а на глаза накатывались слезы. Слезы счастье, в которое она не могла поверить. Так долго она ждала хотя бы один радостный момент и этот день настал. Так просидели до вечера. Зия зашел в комнату, где уже на кровати под одеялом лежала его жена, что-то листая в телефоне. Он подошел к своей половине кровати и лег, подохвинувшись ближе к Аланур. Та сразу же заблокировала телефон и положила его на тумбу, что не понравилось мужчине. – Ты что-то скрываешь, Аланур? – спросил Карлы, а женщина с удивлением посмотрела на него. После легла ниже и начала смотреть в потолок, игнорируя вопрос. Просто не хотела отвечать. Зия повторил вопрос и она повернула голову. – Что я могу скрывать от тебя, дорогой? Телефон, это личное. А значит, я не обязана отчитываться о том, что я читаю, смотрю, кому пишу. – сказала она и окончательно повернулась к нему лицом. Мужчина закатил глаза. – Аланур, если у тебя какая-то проблема, то скажи мне. Ты не забывай, что я твой муж и имею права знать о том, что ты делаешь и смотришь. А если ты не хочешь говорить, значит не доверяешь. – на этот раз глаза закатила Аланур, а после посмотрела на него ухмыльнувшись. Но буквально через мгновение лицо изменилось в эмоциях. – Зия, все хорошо, правда. Я за Эфсун волнуюсь. Куда ее девать? Ее в интернат, а ребенка, когда родится в дом малютки? А потом она сможет его забрать только тогда, когда ей исполнится восемнадцать, она будет иметь свое жилье и среднюю зарплату. До этого может кто-нибудь взять малютку к себе. И тогда Эфсун никогда не воссоединится со своим ребенком. – грустно говорила она, а он задумался. Что же сделать? Как быть? – Аланур, мы решим эту проблему. Обязательно решим. Сейчас Эфсун находится в больнице. Ее никто не отдаст в интернат. Решим все после свадьбы Бесте и Махмуда. Нам две недели осталось, чтобы подготовится. – успокоил ее и прижал к себе. А она снова почувствовала боль в левой груди. Но не подала виду и легла на плечо мужа. – Хорошо. Обещай, что всегда будешь рядом... – проговорила она, прикрыв глаза. Зия обнял ее крепче и поцеловал в макушку. – Обещаю. Даю слово. – они стали медленно уходить в царство Морфея. Женщина чувствала его поддержку и это было главное. Аланур очень хотела довериться Зие, но пока что она не могла сделать. Но когда-нибудь, обязательно сможет. Проходили дни. Так прошло две недели. Подготовки к свадьбе шли полным ходом. Аланур в сопровождении Зии через день навещала Эфсун и узнавала о ее здоровье и здоровье малыша. За это время, малыш начал рости и набирать вес, как и девушка. Несчастная окрепла и стала сильнее. В больнице было хорошее питание, режим и талантливые врачи. Бесте волновалась по поводу предстоящей свадьбы. Она так долго ждала этого дня. Наконец-то он скоро наступит. Махмуд поддерживал ее и проводил с ней много времени. Девушка была тиха и взволнована. Это легкое переживание давало Бесте невероятную милоту и мужчине нравилось это. Зия очень сильно переживал за Аланур. Она была какой-то нервной и иногда психовала из-за мелочей. То у нее одежда на ней плохо сидит, то спать неудобно, то еще что-то. Боль в груди Аланур усиливалась с каждым днем. Сама левая грудь стала немного больше и была горяча, словно языки огня. Она начала мазать обезболивающей мазью, при этом понимая, что ей не поможет. Мало того, что она болит, опухла и горячая, так еще появилась сыпь. Но своему мужу она ничего не говорила. А ночью старалась спать, не поворачиваясь к нему или в комнату приходить тогда, когда он уже спал, а сама сидела на кухне и что-то читала или подолгу принимала ванну. Это не нравилось мужчине. Он пытался найти хоть какие-то улики к правде. Без разрешения, пока ее нету, лазил в ее телефоне и пытался найти что-то, что могло привести к истине. Смотрел, что она искала в интернете, читал ближайшие переписки, хотя знал, что так делать нельзя, корал себя за то, что вот так поступал, но другого варианта он найти не мог. Смотрел, кому она звонила в последнее время, но ничего. Ничего того, что могло поменять ход событий и привезти к правде жена Карлы не хранила в телефоне. Либо же просто все, что не хотела говорить, чистила. Вот настал день свадьбы. Бесте была в белом платье с вырезом. Оно не было пышным, но тоже было очень красивым. Махмуд в белом брючном костюме и черной рубашке. Остальные члены семьи надели нарядную одежну. Пока Аланур переодевалась в гардеробе, Зия переоделся в костюм в комнате. Жена долго не выходила и он подумал, что она не может справиться с застежкой на платье. – Любимая, тебе помочь? – крикнул он. Женщина смотрела на свое отражение, а именно на видный участок груди под лифчиком. Были видны красные, опухшие пятна, которые сильно чесались. Женщина подушечками пальцев погадала кожу грудь и зажмурилась глаза, перебивая желание содрать кожу, вместе с этой сыпью. Вопрос мужа она толком и не поняла. – Да! – все, что сказала. Через несколько секунд в гардеробе показался Зия и увидев его, Карлы тут же отскочила, прикрываясь красным платьем. – Что ты тут делаешь? Выйди! – крикнула она, но мужчина увидел маленький участок раздраженной кожи и подошел ближе. Аланур сильнее натянула ткань, скрыв все следы сыпи. Она начала отступать назад, когда ее муж подошел почти вплотную. – Любимая, ты что боишься меня? Что случилось? Почему ты так жмёшься? – спросил он и подошёл совсем вплотную, она упёрлась спиной в шкаф. Мужчине хотелось вырвать это платье из ее рук и наконец узнать всю правду. Но он не может делать резких движений, так как Аланур болиться этого всего. Женщина сильнее вжалась в стену и опустила голову. – Зия... – тихо и надрывисто прошептала она. Карлы почему-то сейчас снова почувствовала страх возле мужа. Она боялась, что не сейчас вырвет эту вещь, заломит руки и начнет допрашивать ,громко крича. Она подняла на него взгляд, но после робко опустить его назад, увидев его глаза наполненые злостью, от того, что она ничего не рассказала. – Я прошу тебя... Выйди... – тяжело задышала. Зия ничего не сказал. Он не стал причинять ей боль и дискомфорт своими допросами. Просто вышел. Но решил для себя, что так просто это не оставит. Его жена точно скажет, что происходит и почему она все скрывает. Сегодня вечером он добьется правды, пусть ей будет неудобно, некомфортно, противно или не захочет говорить. Мужчина сделает так, что она скажет все, как есть. И если она этого не зделает, то придется пойти на крайние меры: надавить. Все спустились в низ и стали принимать гостей. Их было не особо то и много. Сестры Махмуда и несколько подруг Бесте. Девушка была безмерно счастлива. Все улыбались, поздравляли молодоженов, желали долгой и счастливой совместной жизни. Только Аланур и Зия были в не настроении. Особо этого старались не показывать на людях. Все таки такое счастье для их дочери. Только вот невеста заметила недовольный взгляд отца на мать и то, как Аланур нервничает, перебирая пальцы. Девушка подумала, что родители поругались. Хотя криков сегодня не было слышно. Тогда что могло произойти? Задалась она этим вопросом. Бесте провела гостей в сад, где тоже все было украшена и стол тоже был уже накрыт домработницами. Супруги же так и остались стоять на достаточно большом расстоянии смотря друг на друга. Бесте попросила Махмуда занять немного гостей, а сама пошла в дом. Снова этоьнапрежение между матерью и отцом. Оно чувствовалось за километр. Девушка подошла к Аланур и дотронувшись до ее руки, увела в комнату. – Мама, что случилось? Вы с папой поругались? С чего вдруг такие взгляды опасные? – спросила она и посмотрела на мать. Карлы не знала, что и сказать. Врать дочери не очень хотелось, а говорить правду тем более. Когда Аланур стала вруньей? Нет, она не врет. Она пытается решить проблему самостоятельно, но при этом вредит своему же здоровью. – Нет, дочка. Мы не ругались. Просто волнуемся, все таки мы выдаем замуж нашу единственную общую дочь. – подошла к Бесте ближе и дотронулась ладонью до ее лица, после чего поцеловала в лоб. Девушка не поверила, но сделала вид. Хотя Аланур и правда волновалась по-поводу замужество дочери. И в принципе дочерей. Потому что боялась того, что история повториться. Но слава Аллаху, она хорошо узнала Мехмеда, а после Махмуда и теперь точно уверена, что ни один, ни другой не причинит физической боли ее дочерям, а наоборот будут защищать. Но при этом все равно беспокойство было в душе Карлы. Она чувствовала, что скоро что-то случиться, но что? Она не знала. Даже преплопожить не могла. В тюрьму вошёл человек в темном плаще. Проходя мимо камер, он искал нужные. Пробраться сюда было тяжело, но он смог. Найдя нужную комнату, он открыл дверь и увидел четырех человек мужского рода. Главный из них подошёл к нему и похлопал по плечу. Дальше побег. Мужчина в чёрном плаче провёл всех по безопасному пути, пока была смена охраны. Мужики выбрались на улицу и тут же принялись бежать. Добравшись до укромного места, они спрятались за кустами и стали обсуждать свой план. – Ты молодец! Спасибо, что помогает выбраться. – снова сказал хромой главарь человеку в плаще. – Теперь у меня для тебя есть еще одно задание... Ты привезёшь нам Бесте Йылдыз. Эта девка должна быть у меня. А немного после Аланур выкрадишь. Посмотрим, что на этот раз скажет эта женщина... – злорадостно улыбнулся товарищу и тот пошел выполнять своего рода приказ. Торжество шло замечательно. Все веселились, кушали, шутили. Потом танцевали и снова поздравляли молодоженов. Аланур смотрела на это все и умилялась счастью, которое наконец-то пришло их в дом. А вот беспокойство так и не ушла, даже спустя часы. Зия же стоял недалеко от жены, но подходить не осмелился. Сейчас он не хотел портить ей настроение. Но вечером обязательно произойдет какая-то ссора. Потому что она не захочет говорить правду и он это знает. Бесте ушла в дом, а после к воротам, потому что в дверь позвонили в звонок. Девушка подумала, что это еще кто-то приехал поздравить, но увидела мужчина в маске, видны были лишь серые глаза. Девушка посталась закрыть дверь ворот, но ничего не успела сделать. Хотела было уже кричать, как он хватил ее за руки, а после заклеил рот серым скотчем и запихнул в машину. Уже через три минуты Аланур спохватилась, что дочери нету. Она пошла в дом, чтобы узнать, где она. Может девушка ушла в уборную или же что-то взять из своей комнаты? Но не в комнате, не в уборной ее не было. Тогда Карлы стала заходить во все комнаты особняка. Но ни в одной не было даже следов недавнего нахождение здесь Бесте. Тогда Аланур запаниковала и заволновалась еще сильнее. Сердце начало колоть. Она ведь чувствала, что что-то случиться! Она ведь могла это все прелотварить? Или нет? Женщина выбежала во двор и громко закричала, перебивая музыку и голоса. – Бесте пропала! Ее нигде нет! – голос срывался на истерику. Тут же все затихли и музыка выключилась. Все прибывали в состоянии шока, а Махмуд и Зия тут же подбежали к женщине. – Как? Как это могло произойти? Ты везде смотрела? Может она где-то в доме? – спросил Зия, пока жених побежал искать в доме. Аланур отрицательно покачала головой и тут же слезы хлынули наружу. Пульс отдавал в виски. Сердце, казалось выпрыгнет из груди от волнения и переживания. – Нет! Я все смотрела! Уборную, комнаты, даже кладовую! Ее нигде нету! Зия, кто это мог сделать? Она ведь только недавно была тут! – мужчина не стал больше ничего слушать. Он не стал успокаивать жену, потому что на это они потеряют время. Карлы просто не хочет, чтобы он опоздал, как и в прошлый раз. Аланур ничего не смогла сделать, она обессиленно села на первый попавшийся стул и уткнулась в свои ладони. Встревоженный отец выбежал из дома и подошел к воротам, которые были приоткрыты. Выйдя по ограду, он осмотрелся, но никаких следов на первый взгляд не нашел. Но посмотрев под ноги, увидел рядом с правой ногой белую заколку дочери и поднял ее. Теперь точно понятно, что ее украли. Вернувшись в дом, он отыскал Махмуда, который уже перевернул весь дом ища Бесте, будто маленькую, затерянную любимую вещь. Но ничего. Зия показал заколку и они вышли во двор. Все приходили в огромном волнении. Аланур просто сидела и плакала, не представляя, где находится сейчас ее дочь. – Гости, расходимся по домам! Мы сейчас же найнем поиски Бесте! Если что-то будет известно, тут же сообщим. Давайте, давайте! – пять минут и дом опустел. Остались лишь родные. Мехмед успокаивал жену и одновременно тещу. Пока Махмуд и Зия думали, кто и куда может ее отвезти. За это время приехала полиция, которую вызвал Мехмед. Но все знали, что толку от нее совсем нету. Полиция начала поиски и снова подключили всех во всем Стамбуле. Махмуд и Зия решили, что нету толку сидеть и поехали искать безо всяких улик и всего остального. Невесту швырнули на пол какой-то темной пыльной комнате и тогу привязали руки к батареи. Девушка попыталась вырваться, но ничего не получалось. Этого и следовало ожидать. Все вышли, но после в гомнату вошел высокий хромой мужик. Бесте тут же узнала его и прижалась ближе к батареи. Он подошел ближе и резким движениеем наполовину отклеил серый скотч ото рта. Девушка вскрикнула из-за боли. – Ферхат! Что тебе нужно от меня?! Что ты хочешь сделать? – пыталась выглядить сильной, но она не такая, как ее мать. Йылдыз лишь ухмыльнулся и дотронулся большим пальцем до ее лица, после чего невеста почувствовала отвращение. – Мне от тебя ничего не надо. Мне нужна твоя боевая мать! А для матери самое страшное, это муки ее детей. Тем более такой любимой и нагулянной, как ты. Ты будешь страдать и ее материнское сердце тоже будет страдать. А об утрате ребенка я вообще молчу. Сейчас сиди спокойно, ни то подпадают не только ты с Аланур, но и вся ваша семья. – достал из кармана пистолет и пригрозил им. Бесте тут же заплакала и облокотилась о холодную батарею. Да, конечно. Не так она представляла свою свадьбу. – Господин Зия, скажите адрес дома бывшего мужа Госпожи Аланур. Мы поедем туда. – сначала Зия удивился, но потом подумал, что Махмуд мыслит разумно. Ведь если Волкан тогда сбежал из тюрьмы, то и этот сможет. Назвав адрес, они помчали туда. Войдя в дом Зия увидел, что ничего не изменилось с того момента как они ушли отсюда. На полу лежал тот же пистолет, а недалеко от него лужица крови от раны на ноге Ферхата. Обыскали дом, но ничего толкового не было. А по-поводу похищения Бесте тем более. На телефон Аланур пришло сообщение от скрытого пользователя. Женщина нашла в себе силы и прочитала его. «Твоя дочь у меня, Аланур. И если ты никому ничего не скажешь и придешь на нужное место в нужное время, одна и без телефона, то Бесте останется жить» – было написано там. Сердце снова кольнуло, только уже с большей силой. Женщина решила, что хотя бы в этот раз, она не будет действовать одна. Тут же набрала мужу. Пошли гудки и он ответил. – Зия! Быстрее приезжайте домой! Мне пришло сообщение, мы сможем ее найти! Быстрее! – прокричала в трубку и брасила телефон. Мужчины тут же помчались домой. Аланур старалась успокоиться, но ничего не получалось. Уже выпила почти плавнику таблеток успокоительного, но толку нуль. Аслы тоже постоянно плакала, в принцепи, как и Мина, которая уже очень полюбила свою семью, а тем более Бесте. Махмуд и Зия приехали за считанные минуты. Мужчины вошли в дом и Аланур показала им сообщение от анонима. Они сказали ответить на сообщение и сказать, чтобы женщина сделала так, как он этого просит. У Махмуда и Зии созрел неплохой план в голове, когда те ехали домой. Ферхат выслал место. Мужчинам надо было знать координаты дома или место, в котором будут держать Аланур и Бесте. Так как телефон нельзя было брать с собой по условиям, то они не смогут найти их местонахождение по геолокациям. А следить за машиной слишком рискованно. Поэтому Зия достал что-то типа маленького чипа и прицепил на изнанку платья жены. После подключил его к своему телефону. Аланур села в свою машину и поехала на место нахваначения, пока мужчины следили за ней с телефона. Аланур стояла и ждала Ферхата. Тот появился только минут через десять. Ничего не сказав, он скрутил и связал ее руки, а после запихнул в машину. Женщина как бы сопротивлялась, чтобы не вызвать подозрения. Как только точка на телефоне Зии, показывающая координаты Аланур, начала двигаться, мужчины тронулись с места и тут же поехали за точкой. Ехали очень медленно и находились почти в семи километров друг от друга. За машиной Махмуда ехала еще машина полиции, в которой за рулем сидел Метин. Аланур завели в дом, держа под руки. Кто-то из банды подошел к ней и схватил руками за лицо. Сжав щеки и начал что-то говорить по-поводу того, что она должна была выполнять все указания, но женщина особо этого не слушала. Было все равно! После её повели в какую-то комнату. Когда открыли дверь, она увидела дочь и слезы снвга потекли по щекам. Ее швырнули к дочери и Аланур подползла ближе. Связанные в запястьях руки, она закинула на голосу дочери и крепко прижала к себе, забыв про боль в груди. – Бесте! Доченька, любимая! Они же ничего с тобой не сделали? – испуганная девушка покачала головой и сильнее прижалась к матери. Руки Бесте так и были привязаны к батареи, а рот заклеен. Карлы стала целовать лицо дочери, чувствуя на губах соленоватый вкус ее слез. – Любимая моя... Доченька... – шептала Аланур, все крепче прижимая ее к себе. – Как я успугалась, дочка! Все будет хорошо. Они тебя не тронут... – Бесте ничего не отвечала, а лишь плакала. Как же она была рада чувствовать маму рядом с тобой. Эту идиллию прервал Ферхат, который оторвал Карлы от дочери и поставил на ноги. Женщина стала сопротивляться, вырываясь и рвясь к дочери, пока тот не вытащил из кармана свой пистолет, направив на девушку. Бесте с мольбой в глазах смотрела на мать. Мужчина спустил оружие с предохранителя и поставил указательный палец на курок. – Нет! Убей меня, но не трогай мою дочь! Не трогай дочь! Пожалуйста! – перестала вырываться и крепко сжала руку бывшего мужа, в которой он держал пистолет. Тогда он опустил пистолет и снова поставил на предохранитель. Толкнул Аланур в глубь комнаты и та стала двигаться к стене. Мужчина приближался. Бесте плакала на взрыв и пыталась развязать руки, но ничего не получалось. Женщина приблизилась к стенке, понимая, что бежать некуда. Сейчас она снова выбрала навредить себе. Ну, а что она еще могла сделать? Она же не могла отдать в жертву своего ребенка! Руки Ферхата легли на талию Карлы и крепко сжали. Аланур тут же стало плохо от того, что он слишком близок. Дыхание участилось, а в глазах страх и мольба отпустить, как семнадцать лет назад. Аланур снова попыталась вырваться, но он прижал ее своей большой рукой за горло к стене, начиная душить. Женщина смотрела на дочь, которая пыталась кричать, но вместо этого лишь мычала, захлебываясь в слезах. Карлы толкнула его и на этот раз получилось. Ринулась к дочери, но резко почувствовала его руку на своем запястье. Ферхат успел быстро снять пистолет с предохранителя и выстрелил в Аланур. Бесте, сквозь скотч закричала от ужаса. Женщина почувсвовала резкую и сильную боль. Посмотрела вниз и увидела кровь. Бывший муж развезал ей руки и бросил в ноги ее дочери. Карлы приложила свою руку к месту ранения. А именно к нижней части живота, почти у большого таза. Так же мужчина отвязал руки Бесте от батареи, но не развязал и покинул комнату. Девушка связанными руками, аккуратно положила голову матери на свои колени. Крови было достаточно, потому что на полу образовалась уже не маленькая лужица. Слезы дочери падали на грудь матери. Аланур немного отпустила руку, которая держала рану и посмотрела на нее. Увидела лишь кровь. Много крови. Бесте хотела сделать хоть что-то но руки были связаны в прямом смысле. – Дочка... – тихо и хрипло проговорила Аланур. – Я люблю тебя... Обещаю, что все будет хорошо... – дыхание с каждым словом становилось тяжелее. Девушка посмотрела в глаза матери. Махмуд и Зия уже ехали чуть ли не на самой большой скорости, не пропуская никого. Карлы чувствовал неладное. Сердце сильно колоко. Наконец-то показались нужные координаты увидели небольшую какую-то хижину. Полицейские первые вошли в дом, а после на кухню, скрутив довольных беглецов. Мужчины же ринулись в комнату и открыв дверь, на мгновение замерли. Картина, которую они увидели поразила их. Зия бросился к жене и дочери. Махмуд поступил точно так же. Он к новоипеченной жене и теще. Развезал руки Бесте и аккуратно отклеил рот. Зия взял Аланур за свободную руку и крепко сжал. Увидев жену в крови, его разум полутнился. Он прижал ее голову к себе и начал гладить по голове, ожидая, хоть какой-то помощи. – Я снова не успел. Ты снова пострадала, любимая... Прошу, только живи, Аланур. Я без тебя не смогу. Пожалуйста. – тихо шептал ей он. Женщина будто почувствовала силы и сжала руку мужа, открыв свои бездонные глаза. – Не вени себя... Я не оставлю тебя одного... Не оставлю... – тихо говорила она, слабо улыбаясь. Бесте кинулась к матери, как только почувствовала свободу. Она начала гладить волосы волосы матери. А слезы девушки падали ей на лицо. Какая же сильная тревоги была у каждого. – Мама! Прошу тебя, мамочка! Ты только не закрывай глаза! Прошу тебя, дыши! – Бесте не знала куда себя деть. Она крепко прижалась к новоиспеченному мужу и зарыдала. Махмуд старался ее успокоить и при этом подумать, что сделать. Скорая долго, а везти в больницу самим опасно. Но сейчас они только теряют время. В комнату зашел Метин услышав крики и тут же сказал ехать в больницу. Зия поднял любимую на руки и уложил на заднее сидение и сам сел там, держа ее голову на своих коленях. Бесте села впереди, а Махмуд за руль. Дорога до больницы была достаточно долгой, так как надо было перевозить женщину очень аккуратно. Зия все время что-то говорил Аланур, чтобы она не закрывала глаза и слушала его речь, отвлекаясь от боли. Самое главное, чтобы глаза не закрылись, ни то это может привести к коме. Доехав, они тут же понесли Аланур в больницу. После её увезли. Зия и Бесте были перепачканы кровь, но это мало кого волновало. Девушка подошла к отцу и уперлась в его плечо, снова заплакав. Она не могла просто успокоиться, боясь, что сегодня может потерять мать. – Дочка, успокойся. Аланур сильная, она обещала нам, что не оставит одних. Аланур будет с нами. Мы будем молиться... Все будет хорошо. – сам не знал кого успокаивал этими словами, себя или дочь. Волнение было настолько сильным, что голова закружилась и он почувствовал, как земля уходит из по ног. Бесте тут же пришла в себя. – Махмуд! Отцу плохо! – стоявший недалеко зять поддержал тестя и усадил на диванчик. Мужчина тяжело дышал и не мог прийти в нормальное состояние еще долго. Врач подошел только через часа два. Только тогда состояние Зии стало лучше. – Мы Госпоже вынуди пулю, промыли и зашили рану. Делали все под обезболивающим. Если бы делали под общем наркозом, было бы раскованно. Она могла бы впасть в кому надолго. Сейчас Госпоже Аланур намного лучше. Он не спит, можете к ней зайти. – все объяснил и хотел было уйди, как Карлы остановил его. – Доктор, я могу забрать жену домой? Она не любит больницы. Я буду ухаживать за ней, как того требует лечение. Я всегда рядом с ней. Я все равно буду сидеть здесь все время. – умолял Зия, а врач лишь кивнул и подойдя к регистрации, выдал бумаги, которые нужна подписать. После всего, что требовалось сделать, они все прошли в палату, так где Аланур лежала на кровати, а рядом сидела медсестра и разговаривала с ней, чтобы та не уснула раньше времени. Мужчина выгнал всех и подошел к жене. Чел на край, поцеловав ее руку. – Я снова не успел, Аланур. Тебе снова причинили боль... – оставил поцелуй на лбу. – Больше он не побеспокоит нас. Ферхат вместе с бандой будут сидеть под присмотром Метина, как Волкан и Сехер теперь. Прости меня... – Зия, мой любимый... Все хорошо. Мне правда легче. Я, как кошка. У меня видимо девять жизней. И заживает все, как на собаке. – присела, повчувствав боль. Мужчина поднял ее на руки и понес в машину, чтобы быстрее уехать от этого кошмара. Дорога была спокойной. Аланур откинула спинку сидения и спокойно ехала в позе полусидя-полулёжа. Зия держал ее руки, а Махмуд и Бесте сели сзади, не смотря на то, что это машина Махмуда. В дом Аланур занесли на руках и стразу стали допрашивать, что случилось. Всем все в крации рассказали и женщину понесли на второй этаж. Уложив жену на кровать, он ушел переодеться, а одежду бросил в стирку. Подошел к любимой и лег рядом. – Аланур, как ты? Покажи... – задрал немного больничное платье, в котором привез ее домой и увидел новый шрам. Оставил поцелуй возле него и наклеил большой пластырь, который ему дал врач. Достал из шкафа ее ночнушку, чтобы сразу переодеть. Сняв больничное платье, он расстегнул бюстгалтер и увидел опухшую левую грудь, покрытую сыпью. Аланур тут же вспомнила, что болит, но прикрывать уже не было смысла. Она растерялась и начала прятать глаза. Мужчина провёл рукой. – Откуда сыпь? Что у тебя с грудью, любимая? – спросил он, а женщина взяла из его рук ночнушку и прикрылась ей. Она упорно молчала, а он в упор смотрел на нее. – Зия... Почти три недели назад, я почувствоала боль в груди. После она начала тяжелеть. Я стала обеаболивщей мазью мазать, но появилась только сыпь эта. – мужчина внимательно выслушал ее речь, которая довалась тяжело и немного надовил в некоторых местах. Она сморщилась. – У тебя какое-то новообразование. Она горячая и там есть какой-то комок. Одевайся пока, а завтра поедем к маммологу. – второго проговорил он, надевая на нее ночнушку. – Зия, я не хочу. Пожалуйста, только не врачи... – начала сопротивляться она, что злило мужчину.