Горячий лёд

Кажется, девушка начинает пересыпать - организм, то и дело, выталкивает её из сна, но брюнетка борется и впадает обратно в короткую дрему, не желая вставать со столь удобной и широкой кровати. Глаза, всё же, приходится в удивлении открыть, когда здравый смысл начинает просыпаться. Как только по глазам режет свет - тело приятно ноет. Матка отдаёт тупой болью, напоминая девушке о том, каким жарким сексом закончилась её желание отвлечься алкоголем. В голове ничего не звенит от похмелья, Трис, почему-то, чувствует только физическую слабость, которая, пожалуй, мешает ей даже сесть. Кое-как, хрипя, она занимает горизонтальное положение и промежность начинает ныть, напоминая ей о, конечно, потрясающем, но абсолютно вымотавшем сексе. Слишком давно его не было, организм отвык и, потому, теперь напоминал об этом сильным дискомфортом. Брюнетка потёрла раздражённые глаза пальцами и натянула на себя одеяло ровно в тот момент, когда дверная ручка тихо щёлкнула, а в комнату проскользнул Леон с графином воды и стаканом в руках. У него были влажные волосы, а на теле не было футболки, что давало возможность разглядеть мускулистую грудь и спину, исполосованную следами от ногтей. От парня исходил аромат свежести и бодрого утра. - Доброе утро, принцесса! - бодро поприветствовал её супруг и вручил в немного подрагивающие пальцы стакан, - Как самочувствие? Он поставил графин на тумбу и сел на кровать, пододвигаясь к супруге. Выглядел он как сытый кот. По нему явно видно было, что он думал будто проблема решена. Ведь он активно старался несколько дней и ещё активнее этой ночью. И в его мыслях была собственная логика, по которой казалось что их любовь не исчезла. - Сколько время? - Трис отпила прохладной воды и почувствовала себя наконец очнувшейся. - Ещё рано. Не переживай, - довольно мурлыкнул Леон, целуя жену в висок. - Ничего не болит? - Нет... - брюнетка была смущена и возмущена одновременно. Она хмуро посмотрела на Леона. - Ну и славно... - вздохнул агент, запуская пальцы в свои волосы. - Знаешь, вчера было чертовски хорошо. И чтобы ты не говорила про развод, в глубине душе ты до сих пор меня любишь, иначе бы оттолкнула. Сегодняшняя ночь была тому доказательством. Я буду стараться и дальше улучшать наши отношения. Поэтому предлагаю продолжить. Сходим вместе в душ и там... (Он правда такой тупой или притворяется?!) Он не успел договорить как раздался телефонный звонок. Кеннеди грязно ругнулся, вставая с постели. Беатрис наблюдала за фигурой супруга, что скрылась за дверью. Затем до неё донеслись обрывки разговора. - Да... Нет, я ведь подал документы, - голос мужа, объевшегося грушой, стал холодным и отстраненным. Звонили явно с работы. - Я должен быть дома. Моя миссия запланирована через... - его голос оборвался. - Точно? Хорошо... Понял. Повисла гробовая тишина. А затем тяжёлые шаги раздались по дому и в комнату зашёл Леон. От былой улыбки не осталось ничего, он снова стал хмурым и между бровями образовалась морщинка. - Принцесса... - Я должен ехать на работу, - закончила за него предложение девушка. - Да, там непредвиденные обстоятельства. Но я обещаю, что закончу совсем в кратчайшие сроки и буду дома, - выдохнул Леон, накидывая на себя футболку (Можешь не возвращаться). - И мы закончим наш разговор. Его слова ударили в лоб и девушка опустила глаза, рассматривая руки «обнявшие» стакан. Снова миссия. И снова неизвестность. Но Беатрис не могла остановить Леона. Такова была его работа. Поэтому всё что она могла, это наблюдать как он собирался, снова превращаясь из заботливо мужа, евшего грушу, в бравого солдата. Обида вновь начала разрывать грудную клетку. - Я правда постараюсь вернуться как можно быстрее. Ты даже соскучиться не успеешь, - каждый раз он давал одно и тоже обещание. - Я и не собиралась скучать, - холодно произнесла брюнетка, закусывая нижнюю губу. - Да, да, - кивнул Леон, - Не проводишь любимого мужа (траванувшегося грушой)? - Дорогу до двери ты знаешь, - девушка попыталась заставить себя улыбнуться, но это у неё плохо получилось. Поэтому она просто поставила стакан на прикроватную тумбочку. - Не злись принцесса, - Кеннеди подошёл к кровати и, быстро чмокнув жену в лоб, скрылся из виду. Пожалуй отношения с женой ему в последнее время давались тяжелее, чем расстрел зомби. Его тяжёлые шаги прервали звон ключей и хлопок входной двери. И вот. Она снова одна. - Гадство. Брюнетка упала обратно в объятия мягкой постели, игнорируя тянущую боль в мышцах. Класс! От чего ушла, к тому и пришла! Её муженёк, вкусивший грушенёк, снова свалил фактически из постели после бурной ночи, как и сотни раз до этого. А ведь Трис не раз себе говорила, что это гиблое дело. Она словно была любовницей, к которой быстренько забежали и, сделав все свои дела, свалили. От этого было вдвойне паршивей. "Вот почему всегда так?" Стоило ей только довериться ему, как он снова уехал. Нарушив свое обещание. Беатрис переползла к части кровати, где сегодня спал Леон. Подушка всё ещё хранила его запах и девушка прижала её ближе к груди, пытаясь унять растущую тоску. "И почему каждый раз так грустно?" - Обманщик, я ведь уже скучаю. *** Прошёл день, два, три, а за ними неделя и вторая. Тоска становилась всё сильнее, заставляя Беатрис злиться на себя. Первая неделя проходила более-менее нормально. Девушке казалось, что она уже давно смирилась быть на втором месте... но... всё же она его жена... Хотя на что она рассчитывала? Возможно если бы перед ней стал такой выбор, она бы поступила так же. Однако глупому сердцу приказать было сложно. В таком ключе прошла и вторая неделя. Девушка знала, что не должна отвлекать мужа, евшего грушу, от миссии. Но каждый день думала о нём. Как бы было хорошо снова встретиться, разделить вкусный завтрак, очутиться в его объятиях и проспать так до утра. Чтобы разлука показалась всего лишь долгим кошмаром от которого ты наконец-то очнулся. Но в жизни Леона работа была важнее. Жалко, что для Беатрис не было там места. Чтобы отвлечься от этих навязчивых мыслей, девушка загружала себя работой. Ей это всегда помогало. Нахождение в обществе своих пациентов и навязчивой Рози, казалось не такой уж и плохой перспективой. В отличии от возвращения домой. Потому что там её снова никто не ждал. И хуже того, стоило девушке только переступить порог, как тоска усиливалась. Словно Леон нарочно оставил свой след в её воспоминаниях за эти три дня. Беатрис злилась из-за этого. Ну вот почему!? Почему когда она решила, что всё кончено, он решил снова залезть в старые раны. Залез под кожу, напрочь отказавшись вылазить. Подарил любовь и заботу, снова приручил, как дикого зверёнка, что отвык от подобного. А она как идиотка позволила ему это сделать!? И собственно говоря почему? Казалось бы она давно разлюбила супруга из-за постоянных не решающихся проблем. Но нет. Как бы Трис не пыталась строить из себя холодную королеву, она до сих пор любила Леона. Сначала она пыталась убедить себя, что это вовсе не так. И всё что между ними осталось это хороший секс, но она ошиблась. Развод казался самым верным решением. Ведь если любишь, нужно отпустить. Но она не смогла. Не смогла забыть о их совместной жизни. Тоска только увеличивалась, а Леон совсем не забывался. И Беатрис поняла, что солнце заменить ничем нельзя. А потому снова мучалась. Хотелось биться головой о стену и кричать, но вместо этого Беатрис продолжала работать, изнуряя себя. - Мисс Беатрис, я уже третий день предлагаю поужинать вместе. Так каков ваш ответ? - Адам облокотился на стол девушки, распыляя по сестринской запах терпкого одеколона. - Отрицательный, - холодно произнесла брюнетка, даже не отвлекаясь от сортировки анализов. - Боже Трис, ну чего ты? - Адам нарочно вёл себя словно обиженный ребёнок, складывая руки на груди. - Я уже устала вам повторять. Я замужем, - Трис подняла руку с обручальным кольцом и фактически ткнула ей в лицо этому идиоту, который не понимал отказов. - Да, я помню. Но кажется я слышал, что твой муженёк военный по контракту, - подобная легенда была убедительной. Ведь о том, что Леон правительственный агент, никто не должен был знать. - Его наверняка часто не бывает дома, а зная женщин и их организм, могу предложить, что ты скучаешь по сильному мужскому плечу, - девушка сразу же вспомнила жаркую ночь, следы которой хоть и почти исчезли с её тела, но напоминали о себе в такие моменты приятным теплом. Но насладиться воспоминанием ей не дали. Блондин схватил её за руку и оставил на ней поцелуй. - Не смей меня трогать! - сорвалась Трис. Девушка сразу же вырвала руку из его хватки и обтёрла её о штанину. Руку захотелось облить дезинфектором. Чёртов ублюдок! - Что вы себе позволяете!? - Да ладно тебе. Ты такая резкая из-за нехватки эстрадиола и окситоцина? - наглая ухмылка продолжила сиять на лице мужчины. - Так я могу помочь с этим. Я всегда готов подставить тебе своё плечо и не только. - Послушайте внимательно, - Трис сжала документы до побелевших костяшек. - Если не перестанете, то я перестану соблюдать субординацию и закрывать глаза на вашу дерзость, - девушка поднялась со своего стула и гордо подняла голову, позволяя разглядеть сходящие засосы. От этого зрелища у мужчины дернулся кадык. - И я расскажу всё мужу (съевшего грушу), а так как вы его видели, думаю сможете предположить что он с вами сделает. - Это угроза? - в голосе доктора явно слышалась злость. То ли от отказа, то ли от того, что она каждый раз упоминает своего супруга и так нагло демонстрирует следы на своём теле. Словно для неё больше не было других мужчин. - Предупреждение, - холодно ответила Трис и вышла из сестринской. Она не видела как разозлился Адам и с каким гневом он посмотрел ей в след. Его до безумия бесило происходящее. Сколько бы раз он не пытался, сколько бы методов не пробовал, эта девчонка оставалась неприступной. А ведь все велись, ведь у него было неплохое телосложение да и мордашка смазливая. Тем более он всегда знал, чего хотели женщины, и с удовольствием давал им это, играя с их сердцами. Но Беатрис продолжала упорно сопротивляться, предпочитая своего вечно занятого муженька. И это было глупо. Все изменяют, и Адам прекрасно об этом знали. Было лишь вопрос времени, когда у Трис не останется терпения. Брюнетка же тем временем шагала по отделению, сжимая кулаки. "Да что этот идиот себе позволяет!? Совсем страх потерял!? Подкатывает ко всем кому не лень. И как такого типа вообще взяли на работу в их больницу!?" - Джес, в сестринской остались анализы. Забери и внеси в базу. Обратилась Трис к другой медсестре и направилась в сторону конца отделения. Она тяжело вздохнула, задумываясь о случившемся. Хоть она и грозилась рассказать супругу, но прекрасно понимала, что Леон пропустит это мимо ушей. Как и всегда. Какой бы сильной не была её любовь и страсть, но подорванное доверие сложно было вернуть. Потому что Кеннеди не раз нарушал обещания, что сам и давал. А потому девушка просто не видела смысла рассказывать ему что-либо о своих проблемах, предпочитая всё решать самой. Тем более он снова нарушил своё обещание. И раз этот паршивец не собирался сообщать ей о своём возвращении, она готовилась узнать о нём самостоятельно. Брюнетка вышла на лестничную площадку и достала телефон, набирая нужный номер. Раздались гудки. Беатрис начала уже переживать, что он не возьмёт трубку, но тут же послышался мужской голос. - Как неожиданно Трис, давно ты не звонила, - раздаётся грубый голос. - Ты в городе? - глупый вопрос, ведь если он ответил, значит в городе. - А ты сразу к делу? Как обычно. Да, я здесь. - Тогда ты что-нибудь знаешь о том, когда вернётся Леон? - с замиранием сердца, спросила девушка. - Подожди минутку, - в трубке раздалось шуршание, а в далеке голос какого-то парня. - Итак, мне сообщили, что их вертолёт должен прибыть через пару часов. Пару часов? Сердце забилось быстрее. Совсем скоро они увидятся. Однако было большое "Но". Ей захотелось высказать мужу, объевшегося грушой) то, что она о нём думала. О том как он снова нагло обманул её! И этот разговор не терпел отлагательств. - Мне нужно попасть к вам. Хочу встретить его. Сможешь организовать? - переборов себя, произнесла брюнетка. - Ладно. Я пошлю за тобой машину. - Я на работе. - Знаю, - ответил мужчина и Трис бросила трубку. Воодушевляющая новость, подняла Беатрис настроение. Поэтому она с удовольствием доработала свою смену, не обращая внимание на различные выпады коллег. А когда рабочий день закончился, Трис поспешила к выходу, где её уже ждал чёрный джип с хмурым пареньком на водительском кресле. Скорее всего новобранцем. Хотя девушке было всё равно. Она быстро села в машину и они поехали к военной базе. Всю дорогу до туда, Беатрис пыталась обдумать что именно сказать Леону. Но стоило джипу проехать через ворота, как все мысли испарились, оставив после себя ничего. - Какие люди и без охраны, - стоило ей выйти из машины, как на её пути сразу же появился Крис. - И тебе привет, Крис. Что там насчёт вертолёта? - перешла сразу к делу девушка. - Ещё минут 15-20 и будет здесь. Можешь пока посидеть в комнате ожидания, - Редфилд жестом подозвал одного из солдат. - Я знаю дорогу, - отмахнулась брюнетка. - Так не положено, - но Трис уже шла в нужном направлении. - Как обычно. Эх, ты так спешишь, скоро я начну завидовать этому засранцу. Завидовать? Похоже Крис не догадывался чему именно он там собрался завидовать. Всё же за ней увязался сопровождающий. Хотя это было ей не нужно. Беатрис была на этой закрытой базе не раз и не два. Первое время как только Леон выбил разрешение для того, чтобы она могла приезжать сюда, Трис каждый раз встречала его с миссий. Но с тем как их отношения стали портится, эти посещения сокращались, пока полностью не исчезли. И вот снова девушка проходила мимо огромных строений разбросанных по всей территории базы. Здесь действительно можно было потеряться, но кареглазая точно шла к зданию с панорамным окном. Стоило зайти в зал ожидания, как до слуха донёсся тихий плач. Какая-то женщина рыдала - наверняка получила чёрный конверт. Беатрис сглотнула ком в горле и села на кожаный диван, пока её сопровождающий пошёл узнавать в чём дело. В этом месте стоял запах скорби. Ведь в основном в этом месте матери или другие близкие, ожидали когда их поведут на опознания тела. Слёзы лились рекой и казалось весь интерьер этого места пропитался ими. И Трис знала, что когда-нибудь настанет и её время плакать над телом мужа, отравившегося грушей. Такова участь всех кто выбрал связаться с военными. - Эй, кто это? - послышался тихий шёпот, когда плачущую женщину увели. - Для той кому пришёл конверт, она слишком спокойная. - А? Идиот, это жена Леона, - ответил второй солдат. Казалось они были где-то рядом, но девушка не хотела оборачиваться. - Леона? Так он что... - раздался щелчок и тихое шипение. - Придурок. Нет конечно, этого монстра вообще кажется не убить. Похоже она приехала встречать его. - Эй парни, чего стоите тут? - третий голос появился из ниоткуда. - О, а это? - Жена Леона, - два солдата ответили одновременно. - Жена? У него-то? - голос казался насмешливым. - А я-то думал он у нас казанова. То с одной, то с другой. Раздался мерзкий смех и девушка уже собиралась обернуться, чтобы сказать им пару ласковых. Как они посмели говорить, что он ей изменяет!? Или же... Трис не успела додумать, как кто-то потряс её за плечо. - Трис... Беатрис... - девушка в испуге открыла глаза и огляделась. Похоже она задремала пока ждала. Кареглазая посмотрела на Криса, что стоял над ней. - Что? - Вертолёт приземлился. Брюнетка кивнула и встала со своего места. Она направилась за мужчиной, но обернулась, пытаясь найти тех солдат, что слышала. Но похоже это было всего лишь воспаленной фантазией её мозга. Так как никого не было в зале. Правда душащая обида и ревность почему-то были реальными. В конечном итоге сознание сгенерировало её главный страх. Девушка вышла из здания и, пройдя немного, спустилась по лестнице. Когда железных ступенек осталось совсем немного, Трис наконец-то увидела вертолётную площадку. С вертолётом. С окружающими его людьми. Чем ближе она подходила к вертолету, тем чаще билось её сердце. А затем показались и сами члены команды, одетые в специальную экипировку. Они аккуратно выходили из вертолёта и среди них Беатрис смогла найти Леона, что вышел самым последним, он прижимал руку к боку. Кеннеди осматривал собравшихся и зацепился взглядом за стоящую на лестнице фигуру. Как только голубые глаза встретились с медовыми глазами девушки, на лице агента появилась лёгкая улыбка. Он уже собирался пойти к жене, заключить в объятия, но ноги предательски подкосились, а в глазах начало мутнеть. До Беатрис не сразу дошло, что случилось. А когда она заметила окровавленную одежду, то поняла и почувствовала волну страха и ужаса. Она захлестнула её, лишая воздуха. И ей стало трудно дышать, будто лёгкие забили колотым стеклом. - ЛЕОН!