Esa noche no fue casual

      Заметив приближающуюся фигуру, водитель вышел из машины, открыв пассажирскую дверь.       — Добрый день, Антон, — отозвался мужчина, слегка преклоняясь.       — Здравствуйте, но не стоит всё это делать, — ответил Антон, попутно ныряя внутрь салона. Дождавшись, когда водитель сядет, он продолжил: — Я и сам в состоянии открыть и закрыть дверь, — насупившись, как ёжик, закончил юноша.       — Не беспокойтесь на этот счёт, Антон, — ответил мужчина, заводя машину, — это моя работа, за которую я получаю соответствующую плату. Поэтому мне не сложно открыть и закрыть дверь. — Слегка улыбнулся мужчина, или это только так показалось Антону.       Эту реплику Антон оставил без ответа, отвернув голову в сторону окна, он прислонился к нему, рассматривая смеющийся пейзаж. Было ли это привычкой, выработанным рефлексом с раннего детства, но сколько себя помнил парень, он всего засыпал в машинах.       Юноша в целом был олицетворением сна, несмотря на тяжёлое и не имеющее особо приятных воспоминаний детство, Антон мог уснуть в любой позе, в любом месте.       С возрастом часть этого осталось неизменной, за исключением некого контроля над ситуацией, когда его подсознание, чувствуя, что окружающая его среда не причинит ему вреда, он с лёгкостью засыпал.

***

      Подъезжая к загородному дому, водитель через зеркало взглянул на пассажирское сиденье и заметил спящего ребёнка, больше он никак не может назвать этого человека, ребёнок, на которого смотришь и думаешь, что он понимает и знает, какой этот мир жестокий, не хуже любого второго. Интересно только, что его начальник хочет этого этого дитя.       Заехав на территорию дома, он остановился, не заезжая внутрь. Выйдя из машины, мужчина взглянул, как из входной двери вышло двое мужчин, о чем-то разговаривая, водитель направился в их сторону.       — Добрый вечер, Арсений Сергеевич, — мужчина перевел взгляд на стоящего рядом мужчину, — добрый вечер, Сергей Борисович.       — Приветствую, — отозвался Сергей, протягивая ему руку и улыбаясь, — давно не виделись.       — И правда, Сергей Борисович, последний раз было около месяца назад, если я не ошибаюсь, — улыбнулся в ответ мужчина, отвечая, на протянутую руку        — Здравствуй, — ответил Арсений, слегка хмурясь, — Семён, а где Антон?       — Ах да, Антон уснул во время дороги, я не стал его будить, сейчас он находится в салоне автомобиля.        — Что ж, раз так, на сегодня вы свободны, с машиной и с пассажиром я сам разберусь, а вы, Семён, ступайте домой, — распорядился Попов.       Поклонившись, Семён развернулся и отправился в дом для персонала.       — Ухты, неужто я увижу того самого Антона, которого сам Попов, считай, что похитил, — с иронией произнёс Матвеенко, — кому скажу, ни за что не поверят, может на камеру записать, а?       — Серёж, успокойся, я никого не похищал, он почти добровольно здесь находится, — проговорил мужчина, направляясь в сторону машины.       — Ага, ага, только ключевое слово здесь «почти», тут как ни крути, но мне кажется, ты ему угрожал, кто в здравом уме будет жить под одной крышей с тобой? — Посмеиваясь, говорил Серёжа, следуя за Арсением.       Попов на это ничего не ответил, лишь продолжил путь к машине, остановившись около двери, он косточкой пальца начал постукивать по стеклу, к которому прижался Антон, постучав так какое-то время, Шастун подал признаки жизни.                   …Тук… Тук… Тук…       Промычав что-то нечленораздельное, юноша приоткрыл сливающиеся глаза, столкнулся с голубыми, напротив, вздрогнул и отпрянул от окна, потирая глаза руками.       Находясь в некой прострации, юноша потянулся за ручку, открыл дверь, но Антон был бы не Антоном, если бы не запнулся об свою же ногу и, не успев выпрямиться, полетел к земле.

Гравитации сработала.

      Зажмурив глаза и приготовившись к падению, но неприятных ощущений не последовало, приоткрыв глаза, он оглядел обстановку вокруг и обнаружил себя пойманным Арсением поперёк талии и прижатым к нему.       — Ух-ты, солнышко полетело, смотри аккуратнее, всё человечество не сможет прожить без солнца, погибнет ведь, — с улыбкой ответил мужчина, не торопясь отпускать юношу из своих объятий       — Извините, — хриплым голосом ответил Антон, — опустите, — пыхтя и пытаясь освободиться из хватки мужчины, попросил мальчишка       — Не хочу, — ответил Арсений, положив свою голову на макушку мальчишки.       На фоне раздался смех Матвеенко, который со стороны наблюдал за этой странной картиной.       — Привет, Я Сергей Борисович Матвеенко, коллега, а также лучший друг Арсений, — не прекращая смеяться, проговорил Сергей, — можешь звать меня Серёжей.       — Здрасте, — сопя отозвался Антон, пытаясь убрать руку мужчины, — меня зовут Антон, заберите, пожалуйста, своего друга, — с каким-то странным голосом попросил Антон, он не может сказать, что ему это противно, но любой контакт с мужским полом доставлял некий страх. Хоть на мгновение ему и показалось, что эти импровизированные объятия заставляют что-то трепетать, но убеждение и страхи, с которыми он прожил большую часть своей жизни, берут над собой верх.       Антон сам не понял, в какой момент это произошло, но уголки глаз начало щипать, он почувствовал некую безысходность.       — Эй, — позвал Арсений, услышав странные нотки в голосе Антона, отпустив того, он развернулся его к себе лицом, рассматривая со сложным выражением лица. — Тош, солнце, ты чего? Это из-за того, что я обнял тебя, тебе больно? Где болит? Прости, прости, — заторопил мужчина, не понимая, что происходит.       Такого разворота событий не ожидал никто, ни Арсений, ни Серёжа, который по чистой случайности оказался там, ни сам Антон, в нем что-то сломалось, и неизвестно, подлежит ли это восстановлению.       Слёзы начали скатываться по щекам, а сам Антон беззвучно начал содрогаться, он не мог объяснить, что сейчас происходит, за эти три дня произошло слишком многое, и какая-то часть юноши уже не могла сопротивляться и контролировать, все то, что копилось за это время. Он старался делать вид, что все нормально, что все хорошо, но ведь ничего не нормально, ничего не хорошо.       Пару дней назад его жестоко износиловали, не сумев все это стерпеть, он решает попрощаться с этой жизнью, какой-то мужчина, возомнив себя матерью Терезой, забирает к себе, обставляет всеми благами, вроде ничего не требует взамен, для очков в свою карму? Или может этот человек похуже Данила, кто мать его знает, а что останется Антону? Продолжать терпеть? Он не хочет, он устал, он правда хочет верить, что этот мужчина ему ничем не угрожает.       Последний каплей во всем этом становится объятье, они как удавка затянули петлю, став точкой невозврата, невозможность выбраться, осознание того, что он слабый ни на что не способный человек, маленькая пылинка по сравнению со всем этим.

Это сломало его.

      Приподняв голову, Антон взглянул в взволнованные голубые глаза напротив, звуки, что происходили вокруг, стали эхом доноситься до его сознания, а океаны размываться и тухнуть.       Считанные секунды, и тело совсем еще ребёнка обмякло в руках мужчины.       — Твою мать, — воскликнул Арсений, — сука, Серёж, срочно позвони Стасу, — проговорил Арсений, подхватывая лёгкое тело на руки.       — Я тебя понял, — отозвался Матвеенко, параллельно набирая номер общего знакомого, хмуро смотря на Арсения.       — Не смотри на меня так, я и сам не знаю, в чем дело, поэтому разберёмся сначала с этим, а потом уже поговорим об остальном, — раздражённо отозвался Попов, идя в сторону дома