Одарённые карты

      Даже Куромаку вздрогнул от этакого «пейзажа». Отец был тут, но весь бледный и будто бы окоченелый. Из горла до сих пор бежала чëрная жидкость, которая медленно стекала на белоснежную травку и словно прожигала еë. Пустые глаза отражали в себе небо, на которое начали набегать густые тучи.       Мëртвая тишина, прерываемая лишь дыханием юношей. Спустя несколько мгновений Данте шепнул:       — Чем-то напоминает побочный эффект от убийства чëрной магией…       — Магии не бывает. Особенно чëрной, — возразил Куромаку, но в душе чувствовал, что, возможно, новый знакомый и прав.       Снова тишина. Только напряженная. Каждый из них чувствовал затылком чей-то пристальный взгляд. Лес следит за ними.       — Мы не хотим Вам навредить, — внезапно заговорил Данте. — Извините, что потревожили и сорвали Вам покой.       — Прошу прощения? — трефовый наследник с недоумением посмотрел на спутника.       — Лес недоволен тем, что мы вмешались в его покой. Тут мы всего лишь гости.       На это Куромаку закатил глаза. Вдруг Данте, одернув знакомого за надплечье, вымолвил:       — Обернись.       А дело вот в чем: в темноте виднелись два белых светящихся круга. До юношей донёсся тихий звук: то ли рычание, то ли шипение. По траве начал стелиться плотный чëрный дым.       — Плохо дело, — протянул Данте. Хоть юноша и старался сохранять спокойствие, нотки тревоги проступали наружу.       Туман становился гуще. Но трефовый не понимал, почему спокойный бубновый выглядел таким напряжённым.       Резко Данте схватил спутника за плечо и одëрнул к себе. После этого они побежали вниз, по склону. Трава, чернеющая от тумана, вырастала в несколько раз и всячески пыталась схватить юношей.       — Сиди тут, я скоро, — сказал Данте, расположив Куромаку в норке, дал кулон со словами: — Чтобы тебя Лес отсюда не выгнал — держи.       И вышел из норки, попутно доставая из-под кимоно цзянь и уже обороняясь от внезапных сорняков. «Это непохоже на гнев Леса. Тут замешано что-то другое!» — догадался бубновый.       Но что?.. Краем глаза наследник увидел странную тень возле норки. «Хитро. Но ты хитрее этого человека, если сумел разгадать подвох», — подумал Данте. Уворачиваясь от «сорняков», он направился вслед за тенью, в сторону норки.

***

      Куромаку огляделся по сторонам. Совсем недавно вокруг были каменистые стенки… Потом в глазах вновь потемнело. И вот Куромаку среди пустоты. Пустоты, в которой ничего нет — ни времени, ни пространства. Ничего.       — Интересно. Вот как выглядит подсознание в состоянии комы, — заключил трефовый.       — Кома? Это же вообще пожизненная кома! — раздался из ниоткуда голос, последовавший за хриплым смехом.       Несмотря на внешнее спокойствие, внутри у наследника всë похолодело.       — Кто это?!       В ответ лишь эхо. «Главное — сохранять спокойствие! Это всего-навсего сон!» — выдохнул Куромаку. Всë время он чувствует, что кто-то трогает его за надплечье, но рядом никого нет. Странно.       Всë внутри будто сжалось. Лëгкие словно наполнены водой. Не хватает облегчающего вдоха…       В глаза резко ударил зелёный цвет, и трефовый наследник очнулся. Теперь всë было знакомым — и стены норки, и шелест листьев Леса, и Данте.       — С тобой всë хорошо? — поинтересовался он.       — Это была кома? Сколько времени прошло?!       Куромаку был готов схватить спутника за горловину одежды и трясти его, но понимал: это излишне.       — Скорее, это воздействие на тебя посредством магии, — ответил бубновый.       — Это понятно, но сколько часов я был без сознания?       — Приблизительно пятнадцать минут.       После этих слов трефовый облегчённо вздохнул.