Сундук с несказками

– Ах, как же хорошо, что ты меня погулять вытащила! – радуется Марина. Какие картины чудесные, какие свистульки смешные, какое мороженое в вафельных стаканчиках вкусное! А теплоходы гудят так торжественно и печально, прощаются с нами – да? В парке мы напрыгались на батуте, съели по мороженке и долго крутились возле художников и мастеров, что продают туристам с теплоходов плоды своих трудов – акварельные виду города и всевозможные сувениры. – Меньше дома сиди, чаще гуляй – ещё и надоест, – бубню я себе под нос. – Такая красота надоесть не может! – спорит Марина. – Ты про картины или про что? – уточняю я. – Да про всё! Смотри, теплоход вплывает прямо в закат. Вот почему такое не нарисует никто? – Возьми да сама нарисуй, – предлагаю я. – И возьму, и нарисую. Закат сам как картина. Как кино целое. Там будто костёр. И танцовщица с рыжими волосами. И скоморох в красном колпаке, и смешной медведь. Ух, какое всё! Приду домой и буду рисовать, рисовать, рисовать. Только мне надо побольше рыжих красок. – А давай завтра снова пойдём, – уговариваю я. С Мариной самая обыкновенная прогулка превращается в сказочное приключение. Но на следующий день моя подруга сидит во дворе верхом на большом клетчатом чемодане. Ждёт такси. Оказывается, билеты на самолёт давно уже куплены. Марина и её семья будут теперь жить в другом городе. В далёком-далёком, где, наверное, нет таких красочных закатов над Волгой. ...Проходит без малого тридцать лет. Я получаю приглашение на персональную выставку известной художницы. Едва войдя в зал,зачарованно замираю у самого большого (и самого рыжего!) полотна. На нём танцовщица с медведем и скоморохом хороводят вокруг костра, опускается в глубокую воду раскалённый шар солнца и плывёт к нему теплоход, а в уголке две девочки в ситцевых платьях держатся за руки