История одной любви (Ваганыч и Луцай)

Народ собирался, приносил бухло, сиги, еду и всякие другие ништяки. Хозяйка квартиры заявила, что родаков не будет пару недель, так что кто не хочет палиться перед своими может оставаться на ночь, а на следующих выхах можно ещё повторить. Началось всё с пива, и песен под гитару. Но потом перешли на более крепкие напитки чего там только не было вино, водка, вискарь. Гитаристы перестали попадать по струнам и гитару убрали от греха подальше. Курили теперь не только на балконе пепельницы организовались в каждой комнате и на кухне. Все пили и курили как не в себя. Музыка орала на всю катушку, но соседи не приходили, хотя может быть и приходили, но их никто не слышал. На кухне двое парней вели философские разговоры за жизнь. К ним на перекур иногда заглядывали люди из соседней комнаты, которые уставали танцевать. А во второй комнате закрылась парочка и пока не торопилась возвращаться в коллектив. Луцай сидел в углу и смотрел как все отрываются, точнее, как отплясывает Игорь. На Игоре были тельняшка, с поверх одетой черной футболкой и черные джинсы. Алексей представлял, как он срывает с Ваганыча эту одежду и кидает его на ту широкую кровать. Как раздевается сам и достает из джинсов ремень. Накидывает ремень Игорю на шею и начинает душить, заставляет взять в рот, а затем грубо входит в него и трахает … Народ потихоньку расходился. Парочка тоже выползла из соседней комнаты – парень с девушкой попрощались со всеми и ушли. Ваганыч тоже выдохся. Лёг на кровать и провалился в сон. Хозяйка квартиры сказала Луцаю, что она не будет спать на одной кровати с мужиком и чтобы он ложился к Игорю, если собирается сегодня поспать и ушла в другую комнату. Лёха подошел к кровати. Ваганыч спал на боку отвернувшись к стене. Алексей забрался на кровать, подполз к нему заглянул в лицо. Какой же он милаха, - подумал Луцай, - достал свой телефон и сделал пару фотографий. Потом он убрал телефон в карман, обнял Игоря и уснул.