Однажды под небом Ирландии

…Он открывает глаза. В комнате тихо. За окном курится туман. Вокруг — неизменный бардак: журналы, посох в углу… На языке горчит словно после приема лекарственных трав. Пино вспоминает, как Дандан приводит кого-то в дом, ругается с отцом, а этот кто-то тормошит самого Пино, осматривает, переворачивает… как делала мама, когда он болел. Пока однажды мир духов не забрал её… Ещё вспоминает Бадб, её глаза — желтоватые, с кошачьими зрачками. Странные, полные горечи и отчаяния, и чего-то глубинного, обращённого к Пино… И как она, никогда прежде не говорившая с посторонними, говорит вдруг с Дандан: «Он мой! Мне отдали его ещё мальчишкой!» Фрагменты складываются в единую картину. Дандан спит рядом, накинув сверху его парку. Он протягивает руку, отбрасывает капюшон. Дандан просыпается. Лицо у неё бледное и усталое. Губы — непривычно розовые. — И даже не испугалась? Неужели взяла — и рискнула собой? Почему? — Всё потому, что я, — Дандан улыбается, — сама доброта. — Вылитая Дева Мария. — Пино хмыкает. — А где ты так расцарапаться умудрилась? А, идиотка? — Вот ведь говнюк! — вспыхивает Дандан. — Да я ради тебя… Он не даёт ей договорить. Он её целует. И снова в комнату заглядывает отец. — Опять за своё? — ворчит он. — Мудак, — бросает Пино. — Что? — Ничего. Дандан хохочет: — Какой, однако, агрессивный флирт у богини. Интересно, и вас когда-то она пыталась так «подцепить»? — Что? — до смешного беспомощный, переспрашивает отец. — Ничего, — отвечает Дандан, и они с Пино снова смеются.