Амелия.

Адам с трудом держался в седле. Он и раньше знал, что в некоторых ситуациях бывает неуклюжим, но чтобы настолько. Он сердито взирал на племянницу, которая с легкостью управлялась с молодой и норовистой кобылой. -Зачем я вообще за это взялся? – Спросил Адам вслух. Амелия засмеялась. -Потому что ты наследник. – Заявила она совершенно серьезным, взрослым тоном, какой у нее частенько проскальзывал и вызывал у Адама полное недоумение, поскольку он терялся в догадках о его происхождении. -Не вижу связи. – Огрызнулся эмпат. Девочка снова залилась веселым смехом. -Это потому, что ты не воспитывался дедушкой. Он говорил, что настоящий Барелл должен уметь все. Ездить верхом, разбираться в счетах, рисовать, петь и танцевать, а еще фехтовать и стрелять. Но мне последнее не разрешили освоить. – С искренним сожалением заявила девочка. – А еще ты должен быть в курсе последний событий в стране и мире и уметь поддержать беседу. Ну и этикет. Девочка подъехала к нему вплотную и доверительным тоном сообщила. -Дедушка говорит, что однажды мы все можем оказаться на обеде с Королевой. Потому должны уметь себя прилично вести за столом. Ну и не только за столом. – Она снова рассмеялась . Адам почувствовал себя неуклюжим идиотом. Его собственная кобыла была из самых смирных и неизменно вызывала улыбку у Гарро, когда он о ней вспоминал. -О, она одна из самых спокойных существ на земле. – Уверял он. – Иногда у меня появляется впечатление, что она в прошлой жизни была улиткой или черепахой. – Добавлял он с улыбкой. Адам погладил животное по шее и постарался не слишком сильно натягивать поводья. Это была не первая его конная прогулка, и он всеми силами старался сделать все, чтобы она не стала для него последней. Уроки верховой езды были частью обучения Адама, как главы семьи Бареллов. Он с самого первого раза не очень их любил. И дело было не в страхе перед животным, а скорее в неприязни самого факта того, что его что-то заставляют делать против его воли. Но разве не сам он несколько месяцев назад согласился с доводами Дипштайна и буквально погряз в различных уроках и дополнительных занятиях. «Это помогает забыть». Мелькнуло у него в голове тогда, когда он впервые здраво обдумывал это решение. -Ты там умер что ли? – Послышался возмущенный голосок Амелии. Она уже отъехала на своей гнедой кобыле на несколько метров вперед и была готова отправиться на запланированную прогулку. Кобыла тоже нетерпеливо перебирала ногами, гарцуя под седлом юной наездницы. Адам поднял взгляд на племянницу. «Как она легко держится в седле. Такая маленькая, но уже такая сильная и волевая.» Его это открытие очень удивило. Девочка тем временем пришпорила лошадь и с радостным визгом понеслась прочь по проселочной дороге, направляясь к лесу. Поле, через которое шла дорога, уже полностью освободилось от снега и теперь пестрело свежими всходами. Адам точно не знал, чем именно его засевали. Что он вообще знал о своих новых владениях? Но искры этой первой зелени завораживали его, будто побуждая к началу новой жизни. Его кобыла, такая же гнедая, как и кобыла девочки, медленно плелась по дороге. Ее тоже завораживали первые всходы, но совсем иначе. Она то и дело поглядывала в их сторону, норовя свернуть и увезти своего седока вглубь поля. Адам чуть натянул поводья, и животное оставило попытки к самоволке. Амелия, сидя на своей кобыле, уже махала ему рукой. Она добралась до лесной опушки и не хотела углубляться в лес без сопровождения. «Она очень умна и осторожна. Не по годам.» Адам в который раз поймал себя на этой мысли. Девочка была действительно умной и очень опере жала сверстников в развитии. Адам это понимал, но пока никак не мог сообразить, что же с этим делать. Когда он заговорил об этом с адвокатом, тот предложил показать девочку психологу. Адам пока что размышлял над этим предложением, не уверенный в том, как именно отреагирует на него Амелия. Лес еще дышал холодом уходящей зимы, но кое-где виднелись проталины. Лошади осторожно переступали через все еще заледеневшие рытвины на дороге. Адам поглядывал на племянницу, которая тоже о чем-то размышляла. С того момента, как они въехали в лес, она не произнесла ни слова. Ее личико выглядело очень задумчивым и отрешенным. Адам, все это время смотревший на нее искоса, гадал, о чем она может думать. -Последний раз, когда я тут была, мама катала меня. Я сидела на лошади перед ней, а она обнимала меня. Нет, я после этого много ездила верхом, но, в основном, в манеже. Нас ведь учат верховой езде в школе. Это считается таким же важным, как математика и литература. – Неожиданно заговорила девочка, остановив свою кобылу возле небольшой поляны, мимо которой шла дорога. -Кажется, это было так давно… - Тихо добавила она, когда Адам остановил свою лошадь рядом. -Ты часто бывала здесь? Девочка отрицательно покачала головой вместо ответа. Дальше эмпат не решился ее расспрашивать. Он взглянул на поляну с того места, где они остановились. Мягкие лучи весеннего солнца ласково окутывали кроны деревьев, только начавших просыпаться после зимнего сна. У их корней еще лежал снег, но почки уже набухли, готовые вот-вот выпустить первые мягкие и нерешительные листочки. На самой поляне в прогалинах виднелась первая зелень травы, кое-где она перемежалась искорками первоцветов. -Смотри, что это там? – Удивленно пискнула девочка, указывая куда-то в сторону. Адам проследил за ее взглядом и заметил яркое желтое пятно – первый крокус. Он и не догадывался, что здесь они тоже есть. Окружавшее их волшебство возрождения природы служило ярким напоминанием о том, что жизнь не окончена. Адам это и так понимал, что, казалось, нужно было попасть в самое сердце природы, чтобы осознать это со всей безоговорочной ясностью. -Теперь все будет хорошо. – Прошептал он едва слышно. Звонки из Академии становились все настойчивее день ото дня. Адам не знал, что говорить этим людям. Он уже побеседовал с Дипштайном, попросив его уладить вопрос с его затянувшимся отпуском. Но адвокат посоветовал все же вернуться к учебе. Адам был с ним решительно не согласен. Он чувствовал, что просто обязан посвятить себя Амелии именно сейчас. Девочка тоже наотрез отказалась возвращаться в школу в этом учебном году. Он ее отлично понимал. Природа, которая так неохотно пробуждалась вокруг них, грела их измученные души и еще сильнее возбуждала нежелание с нею расставаться. -Адам, вы ведете себя, как ребенок, честное слово! – Сказал в сердцах клерк при их очередном телефонном разговоре. -Вы решили вести отшельнический образ жизни? Решили поставить крест на своем образовании и образовании вашей племянницы? Если нет, вам лучше вернуться в Академию и дать девочке доучиться, отправив ее в школу. -Так ли много она пропустит, если не вернется туда на эти полтора месяца? – Спросил вместо ответа Адам. -Она пропустит экзамены! -Пришлите тесты к нам. Она пройдет их согласно правилам под моим чутким руководством. -У вас там заговор, похоже. – Сдался, наконец, адвокат. – И как вам удалось так быстро найти с девочкой общий язык? До сих пор она доверяла только избранным. А тут являетесь вы, и Амелию будто подменяют. Она становится с каждым днем все более неуправляемой, а вы только и делаете, что потакаете ей. Это неправильно. Подумайте над этим, Адам. Адам только кивал телефонной трубке, усмехаясь и косясь на стоявшую рядом с ним девочку. Амелия заговорщически улыбалась ему, ничего не говоря и ничем не выдавая своего присутствия. Ей уже исполнилось десять, но выглядела она лет на двенадцать. Впрочем, понять точный возраст этого довольно высокого ребенка с недетской улыбкой было очень сложно. Она была выше своих сверстниц уже на добрую голову. А уж по поведению и рассуждениям превосходила их в несколько раз. Девочка старалась ни с кем не общаться, кроме Адама и узкого круга приближенных к их семье. Но в последние месяцы она частенько делала галантные исключения для некоторых людей, которые ей по каким-то причинам нравились. -Что он сказал? Он не будет нам мешать? – Спросила она, когда Адам закончил разговор с адвокатом. Она присела на подлокотник его кресла и смотрела ему прямо в глаза, сидя в полоборота. «Должно быть, ей не очень удобно.» Подумал Адам, когда она примостилась с ним рядом. Но теперь он заметил, что девочка не испытывает ни малейшего дискомфорта от странной позы. «Гибкость. Крис, ты, как всегда был прав.» -Нет, он сказал, что мы вольны поступать так, как считаем нужным. Но тебе придется выполнить тесты, которые он пришлет на следующей неделе. Только после моего обещания, что ты это сделаешь, он смягчился и позволил нам решать самим. -Ты же уже взрослый. Почему он тебе диктует? – Амелия удивленно вскинула бровь, чем очень позабавила Адама. Ее слова тоже вызвали в нем улыбку. -Ты же все прекрасно знаешь? Я должен быть «лицом семьи», а это значит, что у меня нет права на ошибку. Я не могу позволить себе наплевать на образование, как свое, так и твое. И потом… - Адам сделал паузу, вспомнив об огромном количестве дополнительных занятий, которые были ему навязаны в связи с его новой ролью и статусом. – Ты же помнишь, что я просто обязан стать снобом. Амелия рассмеялась, спрыгивая с подлокотника. Она закружилась по комнате. Ее легкое платье с мелким цветочным рисунком развевалось вокруг ее стройной фигурки. -Начни со своего акцента! – Посоветовала она. Адам сам не понял, как его лицо залила краска. Ему казалось, что за годы, проведенные в Колледже и в обществе Брайта, он успел избавиться от своего характерного акцента и говорил на чистом английском, но оказалось, что это не так. Или же она просто подтрунивала над ним? Могло быть все. -Он так заметен? – Нерешительно поинтересовался Адам, когда смог справиться со смущением. Девочка остановилась, серьезно глядя на него своими огромными светлыми глазами. -Да, но только для тех, кто знает толк в снобах. – Отозвалась она и тут же улыбнулась. – Не переживай так сильно. Это ничего не значит. Простые люди все равно его не заметят. Адам дернулся, как от удара. Только сейчас он понял, насколько он далек от того идеала, которым должен был быть глава семьи Бареллов. -Черт, ты все же права. – Тихо проговорил он после нескольких минут размышления и внутренних терзаний. Амелия на цыпочках подошла к креслу, в котором сидел ее дядя, и мягко положила ладони ему на плечи. -Прости. Я не хотела тебя расстроить. – Тихо проговорила она, глядя ему в глаза. Адам улыбнулся мягко ей в ответ, но ничего не сказал.