Последний контракт

Эту долбанную крышу давно пора было перестелить. От растрескавшегося рубероида, уложенного в доисторические времена, противно пахло креозотом, который перестали использовать еще после Второй Мировой. Черный и твердый на ощупь, он царапал живот, издавая мерзкий шелест от соприкосновения с джинсой. Почему-то именно этот звук нестерпимо бесил Миньярда, вынужденного замереть в ожидании, на много часов приникнув к прицелу. Ни громкая музыка, долбившая из припаркованных внизу тачек, ни орущие подростки, ни начинающийся дождь не вызывали такой дробящей кости тошноты и нетерпения, как это проклятое шуршание. А вот терпение ему просто необходимо. Еще сутки не прошли с получения им нового контракта на убийство Тимоти Хьюза, южноамериканского ловкача, считающего себя умнее других, а он уже окончательно издергался. В условиях контракта стояла одна ненавидимая Миньярдом оговорка: "Окончательная информация из рук заказчика". Эта размытая формулировка всегда сулила какое-то дерьмо и ставила под удар его репутацию, не говоря уже о возможной потере статуса анонимного агента. До сих пор прокатывало... Утром он прибыл на место встречи. Собственно, вот сюда: к старому заводу по производству металлоконструкций, который уже попросту не справлялся с нагрузкой и позакрывал почти все корпуса. По наблюдениям Эндрю, работал только литейный цех, по технологии имевший закольцованность процесса, и столовая для кучки зашуганных рабочих, готовых поедать всю ту мерзость, что воняла на полквартала. Его черный здоровенный "Кадиллак - Эскалада" припарковался во дворе рядом с раздвижными воротами. Миньярд проверил карманы, накинул на голову капюшон толстовки, чтобы скрыть выбритые виски и чересчур приметную платину волос, и медленно обошел периметр. Заказчиком оказался старик, передвигавшийся на инвалидном кресле. Двое взрослых сыновей, а может быть и просто родственников, почтительно выкатили его на середину двора и замерли по бокам. Восточное происхождение не вызывало сомнений. - Вы возьметесь за это дело? - тихим голосом спросил старик и начал что-то искать в нагрудном кармане пиджака. Один из сыновей помог ему, и на свет явился кусок металла с какими-то цифрами. - Черная метка, ебаный в рот, - произнес Миньярд, глядя в узкие глаза заказчика своими светлыми, сверкающими золотом глазами. - Это что за нах? - Это копия нашей семейной реликвии. Она должна быть у деда к полуночи. Иначе... - Знать ничего не хочу, - отрезал Эндрю. - В контракте стояло имя. Это просто. Что за семейное проклятие нависнет над вашим домом мне неинтересно. Где я буду искать эту блестяшку? Для таких дел есть другие конторы... - Нет! - дребезжащим тенорком выкрикнул вдруг старик и попытался выпрямиться. - Вы считаетесь лучшим! И вы храните секреты. Я могу доверить эту миссию только вам. - У вас рекомендации? - немного остыл Эндрю. - Да. Господин Ичиро Морияма направил нас к вам. - Кто? - опешил Миньярд, - вы где его откопали? Хотя ладно, вопрос снимается. Я, конечно, давно не имел дела с кланом, и, вообще, я не работаю с клиентурой - это, сука, прошлый век! - Пятьдесят миллионов долларов на любой указанный вами депозит, - величаво проговорил старик. Светлое золото вспыхнуло и погасло. Сумма. Он не сможет устоять: на реализацию его плана нужны серьезные деньги. А пятьдесят мультов - это почти столько, сколько надо. - Итак, - Эндрю вздохнул и оглядел старика испытующим взглядом, - подведем итог: цель Тимоти Хьюз и предмет из белого металла, который я должен передать... куда? - Поставьте машину за воротами в одиннадцать вечера. Хан заберет... - Вы в курсе, что должны перевести половину суммы контракта в качестве аванса? - Разумеется. Ваш официальный счет пополнен. Можете проверить. Миньярд помолчал, прикидывая степень помешательства клиентов, а потом просто развернулся и пошел к машине, бросив на ходу: - В половине одиннадцатого. Сведения о Тимоти Хьюзе пришли на его ноут мгновенно. Все, что ему, по сути, следовало знать, уместилось в две строки: "торговец дурью, считающий себя наркобароном, высокомерен, жаден, экономит на охране, десять лет сотрудничества с триадой, провел несколько сомнительных сделок, чем привлек внимание ФБР, оказавшееся прямо у порога Мин Чанга - нынешней главы "Зеленого Дракона". Триада принимала кардинальные меры решительно и безотлагательно. Первый же звонок из Центрального офиса, где Мин Чанг имел своих людей, и уже готов контракт на устранение... Сложностей у Эндрю Миньярда не возникло. Хьюз считал себя неуязвимым, и умудрился назначить какую-то очередную сделку прямо на заброшенном заводе, да еще и в бывшем офисе технического директора, расположенном как раз на расстоянии выстрела. Эндрю видел его в бинокль... Мужик явно собрался жить вечно: врубил киношку на компе, расселся в директорском кожаном кресле и сложил ноги на стол. Удобств в раздолбанном кабинете, конечно, не наблюдалось. Видимо хозяева потихоньку вывозили оборудование, оставив или забыв компьютер, да кое-какую мебель. О компьютере Эндрю, на их месте, уж точно печалиться бы не стал: такого барахла он не видел со времен учебы в университете. Собрав винтовку в считанные секунды, Миньярд занял позицию. Его волновал не дождь. Не шелест этого гребанного рубероида и не шум с улицы. Маленькой злой мышью, грызущей солнечное сплетение, беспокоили предстоящие поиски кусочка металла - то ли ключ-карты, то ли образца для скрытых технологий...Каких-нибудь полупроводников, мать их... Хьюз покрутился на кресле и ответил на телефонный звонок. Видимо, пошла жара, потому что он резко подорвался и заходил по комнате, попадая в поле зрения Эндрю. Будет нежелательно, если сейчас подъедут гости. И совсем нежелательно, и даже совсем дерьмово, если их цель та же, что и роскошного блондина с миллионными счетами и профессиональным глазомером. Эндрю сгруппировался. Выдохнул. Экономно вдохнул, уже не ощущая противных запахов. Тонкий, но сильный палец нежно лег на курок. Вдох-выдох, вдох-выдох...целая жизнь. Его уже нет. Нет его красоты, о которой последнее время слышит постоянно, нет его мечты. Есть контракт. И смерть. Глушитель сожрал звук выстрела, казалось, что Хьюз провел самую короткую на свете репетицию пируэта. С дурацким выражением на лице он рухнул под окно, которое даже не удосужился закрыть, хотя бы из чувства безопасности. Бесшумной тенью, не доверяя самому себе, Миньярд, с уже разобранной винтовкой, спустился с крыши. Уложил кейс в багажник машины, огляделся и короткими перебежками направился к противоположному корпусу завода. Металлическая пластинка могла быть где угодно. Тратить время на поиски не хотелось. Причина для этого была самая веская: вдалеке послышался шум двигателей. Но делать нечего... Огромные полуразрушенные лестницы без перил встретили его в совершенно темном помещении первого этажа. Красота: ни света, ни опоры. Он двинулся наверх, вынимая из-за пояса аккуратный "глок" - стандартную модель для отпугивания привидений и гопников. Пока ни тех, ни других не наблюдалось, и на том спасибо. "Странный ты тип, Тимми!" - шепнул Эндрю. "Что у тебя в голове?! Додумался же выкрасть китайскую железяку...и у кого! Хорошо. А кому ты планировал ее толкнуть?" Эндрю прислушался и замер у окна рядом с телом незадачливого Хьюза. Во двор заехала неприметная "Тойота". Двери открылись, и под проливной дождь вышли мокнуть двое. Водитель остался сидеть на месте. Ладно. Погнали... Ловкие пальцы обшарили все имеющиеся карманы на теле убитого. Пластинка нашлась во внутреннем, между карточкой "Виза" и правами. Дебил. Он просто слился со стеной, вжавшись в нее своим аккуратным телом, задрапированном в черное. Капюшон на голове по-прежнему добросовестно прятал сверкающие волосы. Эндрю, замерев, наблюдал, как два здоровенных лба, чуть не столкнувшись плечами, ринулись к телу. "Лошары, блядь!" - чуть не вслух произнес Миньярд и по стеночке выскользнул наружу. Если водителя оставили следить за периметром, то его можно было смело списывать со счетов: на темную фигуру, крадущуюся вдоль забора, он даже не обратил внимания. Заказчики были пунктуальны. Не успел Миньярд сесть в машину и посмотреть на часы, как дверь открылась, и один из сопровождающих старика - Хан, молча протянул руку с бесстрастным взглядом острых, как лезвия, глаз. Эндрю вложил в эту руку пластинку. Дверь захлопнулась. Пискнуло сообщение, и он открыл ноутбук. "Контракт выполнен. Сумма переведена в полном объеме, организация благодарит за содействие." Он уже хотел ехать в отель, до того ему надоела эта дождливая ночь, как целых два сигнала заставили его досадливо посмотреть на монитор. Два контракта, один с правом выбора. Эндрю знал, что его уровень позволяет ему капризничать, и в некоторых случаях, когда клиенту без разницы, организация идет на уступки. Иногда он начинал чувствовать себя таксистом, берущим пассажира из ближайшей точки. Дожил, бля... Ну и что там? Так..."Зеленый дракон"...не выполнил условий, прячет шифр. Твою мать. Ебанулись, что ли?! Только что сам рептилоид приползал с заданием, а теперь его же и устранить? Нет. Эндрю покачал головой, срывая капюшон и высвобождая роскошную шевелюру. Право выбора, говорите. Будет вам право выбора. Идите нахуй, короче... Ладно, а второй у нас про что? Миньярд пробежал глазами короткую строчку и включил Милану - личного помощника, которую никогда в глаза не видел. Металлический, хорошо поставленный голос заговорил: - Здравствуйте, господин Миньярд. Ваше следующее задание устранить непростого субъекта. Прямой наследник Аларика Хэтфорда. Британец. Двадцать пять лет. Холост. Основная страна проживания - Соединенные Штаты, Южная Каролина. Владелец клуба "Эйфория" - это наиболее возможное из всех доступных мест для прямого контакта, но потребуется клубная карта. Учитывая ваше прошлое, карту лучше приобрести на подставное лицо. Подступы к клубу ограничены, домов с удобным просмотром нет. Придется проникнуть внутрь, что осложняется вашим прежним знакомством с жертвой. Проявите смекалку, Эндрю. Стоимость контракта восемьдесят миллионов. Имя жертвы - Натаниэль Абрам Веснински. Наверное воспоминания - это капли дождя...Он не успел отгородиться от них поднятым стеклом, и они хлынули в салон сплошным потоком горечи и ненависти к самому себе. После окончания терапии Эндрю Миньярд бросил экси. Он терпеть не мог этот дурацкий спорт и, вообще, всю суету, требующую от него взаимодействия с людьми. Он ненавидел людей. Кого-то в большей, кого-то в меньшей степени. Главной целью в его жизни стал поиск уединения - глобального, вечного, однозначного. Чтобы ни одна живая душа не могла сунуть нос в его дела! Двадцать лет. Эндрю приоткрыл окно, сунул в рот сигарету и с удовольствием выпустил дым в шипящий от дождя город. Итак, двадцать... Команда "Лисы"... Чушь, конечно. Он и не помнил толком, как кого и звали. Кевин Дэй. Этого придурка он не забудет. Пришлось встать на его защиту, чтобы не сломался окончательно. Ну и нахрена? Получил только головную боль и вечные требования помощи. Ники. С этим все понятно. Жалкий, глуповатый... Но не бросишь же: родственник, все-таки. Рене? Нормальная девчонка, или нет... Спал он с ней, что ли? Не помнит. Под таблетками с кем только не переспишь. Вообще, вряд ли. Кажется, она была не очень хороша собой. Странно, как путаются лица во времени. Прошло всего шесть лет... Элисон? Проблемная, злая сука при деньгах. Дала бы только или очень богатому, или совершенному психу, каким он и являлся. Только ему не хотелось. Ему ни с кем не хотелось после той встречи в Колумбии. Дэн и Мэтт... Этих он почти уважал. И упоминал их вот так сразу вдвоем. И Ваймак... Еще Ваймак - тренер с понимающими глазами и добрым сердцем. Иногда ему страшно не хватает разговоров с этим одиноким в сущности мужиком. Аарон. Эндрю вздохнул, прикрывая глаза. Его братишка, хлебнувший дерьма лишь немногим меньше его самого. Когда он уезжал, брат замутил с какой-то кошмарной девицей из группы поддержки. Ей Богу, Эндрю считал, что у Миньярдов должен быть более изысканный вкус. Она - эта чертова Кейтлин - так ее звали, конкретно напоминала лишайную кошку, которую следует усыпить из одного только милосердия. Он уехал. Диплом получал с ужимками и прыжками: то сдавал по сто предметов одновременно, то пропадал и доучивался вкривь и вкось...Экономист, пиздец. Пригодилось, конечно, чтобы играть на бирже и пополнять счета, когда надоедало пахать на дядю... Но прежде чем он окончательно поставил точку, состоялось это кармическое знакомство. В тот вечер "Лисы" пили в Колумбии. Правильнее сказать, напивались. Эндрю надрался в первый же час, отделавшись от свидетелей своего скотства, как можно скорее. Роланд, правда, никак не отставал, все зазывал его к себе в комнату отдыха... Забыл, мудила, что за бесцеремонное распускание рук можно и в челюсть выхватить. Опершись на перила над танцполом, Эндрю смотрел на танцующих, пытаясь различить людей среди демонов. Об этой беде он и поведал присоседившемуся парню, который тоже пил, не останавливаясь. - Я в говно, - сообщил он Миньярду и предупреждающе указал на бутылку, - там, правда, еще есть...И как ты хочешь их отличить? - Я хуй его знаю, - заплетающимся языком проговорил Эндрю, который уже был просто в хлам, но голова почему-то еще работала, разумеется, с поправкой на допуск существования демонов. - Окей, - покладисто согласился парень, - давай посмотрим. Он внимательно вгляделся в извивающиеся фигуры и выдал: - Вон тот чувак точно демон! - указал он на полноватого мужика, обнимающегося с какой-то девицей с лосинах и коротком топе. - Почему? - Эндрю попробовал сфокусировать на нем взгляд, но ничего кроме кружения рыжего и синего не разглядел. - Потому что он только что сосался вон с тем парнем в шляпе! - объявил его собеседник. - Кругом одна ложь! - Да, - кивнул Миньярд. - Ты кто? - Я Нат, - парень протянул ему руку с красивым кожаным браслетом и посмотрел в глаза. Эндрю пожал руку, понимая, что теперь уже пьян окончательно: синие глаза Ната превысили допустимую дозу алкоголя. - Я Эндрю. А ты не демон, случайно? - Не знаю. Один раз мне сказали, что Дьявол. - Ух ты, кто тебе такое сказал? - Один тип, что претендовал на наследство, которое потом досталось мне. - А-а, ну тогда конечно! Что ему еще оставалось... Допив остатки виски из бутылки Ната, они спустились на танцпол. Было ли это несвойственное им действие продиктовано необходимым разоблачением демонов в непосредственной близости к ним, или просто понесло в драйв, только в минуты просветления, Эндрю постоянно чувствовал теплые руки на своих плечах и слышал нежный шепот: - Не уходи, Эндрю, неужели тебе не нравится эта музыка? - Нравится, - честно отвечал он и обнимал его в ответ. Такой силы и страсти он ни в ком еще не встречал. Трезветь он начал на воздухе, куда потащил с собой Ната покурить. Дым сливался в облако, и Нат дул в него, пытаясь создать призрачные фигурки на фоне ночного неба. - Слон! - орал он, подпрыгивая, как мальчишка, - Эндрю! Видишь?! - Не-а! Это жаба, как подруга моего брата, - уверенно заявлял Эндрю, а Нат хохотал, как сумасшедший: - Ты че! Она же такая страшная! Нельзя с такими встречаться! - А я о чем?! - возмущался Миньярд и тоже ржал на всю улицу, держась за сильную руку. В темноте, под звуки какой-то медленной композиции они посмотрели друг на друга. Улыбки растаяли на растерянных лицах. - Ты красивый, - тихо произнес Нат и погладил его по волосам. - Ты тоже. Я видел тебя раньше? - Эндрю начал прозревать понемногу. - Видел, если играешь в экси. Я в "Воронах", но хочу бросить все к ебеням. У меня и без этого детского сада дел хватает. - Играю, - в тон ему проговорил Миньярд. - Я в "Лисах". - Эндрю?... Так-так! Вот это я надрался! Миньярд? - Блядь, как мне это надоело! - Звезда! - Натаниэль просто обнял его, понятия не имея о предвзятом отношении Эндрю к прикосновениям, но тот даже не дернулся и прижался на миг к теплой шее виском. - Нат - это Натаниэль, да? - вздохнул Эндрю, - Натаниэль Веснински - знаменитый нападающий... Как же это тебе не хочется продолжать карьеру? - удивился он вполне искренне. - Да ну ее! - легкомысленно отмахнулся Нат, - хочу увидеть мир! - Кто же тебе мешает? Играй, путешествуй...Ты богат, если я все правильно понял... - А притворялся пьяным, - улыбнулись пухлые губы так близко. - Я и есть пьяный, - вздохнул Эндрю. Он больше не видел Натаниэля, потому что на следующий день в его жизни произошли серьезные изменения. " Лисы", надравшиеся к концу вечера до поросячьего визга, кое-как добрались до предложенного им для ночлега дома Ники. Эндрю же, наоборот, казался трезвее других и постоянно оглядывался на клуб, чтобы еще раз увидеть синие глаза и нежную улыбку. Случайная встреча. Почему именно Нат произвел такое впечатление, Миньярд и сказать бы не смог. Только когда на пороге дома Ники на следующее утро возник Роланд, Эндрю просто не мог поверить, что допускал хоть какие-то отношения с этим человеком - чужим ему и совершенно ненужным. Роланд мялся, как девочка, и не входил. Сначала Эндрю принял его неуверенность за какую-то личную драму: он знал за собой жестокость и беспринципность. Вполне мог послать вчера бармена по матери и ни на секунду не пожалеть. Их связь тянулась уже некоторое время, и, если для Миньярда, в конечном счете, это была лишь физическая разрядка, то Роланд последнее время сделался навязчив. Каплей, переполнившей чашу терпения Эндрю, стал букет лиловых орхидей, доставленный в роскошной упаковке прямо в спальню общаги. Засунуть цветы в задницу попутавшему берега любовнику было большим искушением, но вот Колумбия находилась далековато, поэтому Миньярд просто всучил букет Эбби, чем вызвал у нее нехилый такой паралич, затронувший мозг. Потому что доктор явилась на очередное обследование в облегающем красном платье и с распущенными волосами. Элисон давилась от зависти; Ники верещал на весь универ. А тренер бесстрастно пощупал его лоб тыльной стороной ладони и величественно изрек: - Даже Эндрю Миньярд умеет быть человеком. Кажется.. - на всякий случай, добавил он потом. Эндрю, скрестив на груди руки и пошатываясь от похмелья, буровил взглядом мнущегося Роланда. Ему так не хотелось говорить с кем бы то ни было... - Эндрю, тебя хочет видеть один важный тип, - почти шепотом поведал, наконец, Роланд. - Кто? - устало спросил встрепанный Миньярд, - я вчера всего лишь бухал. - Да он ничего не знает о вчерашней попойке. Ему нужен ты по какому-то другому вопросу. Эндрю, - Роланд умоляюще посмотрел на него, - мы можем поговорить? Еще год назад Роланд относился к Эндрю с симпатией и не более. Побаивался немного, конечно, и спокойно принимал все причуды мелкого засранца. Но когда во внешности Эндрю начали происходить перемены, Роланд проникся восхищением. Эндрю вырос. Немного. Совсем-совсем немного. Какой-то гормональный скачок вырвал его хрупкое тело из плена уже сложившегося образа и за какие-то три месяца превратил мелкого низенького паренька в невысокого юношу, с удивительно гармонично развитыми мышцами и красивым лицом. Прелести Миньярду добавляли белоснежные волосы, и в контраст - огромные темные ресницы, томно прикрывающие карие глаза с золотистой поволокой. Аарон, возмущенный такой несправедливостью, поскольку его природа решила обойти, потащил брата в клинику, где в отделении молекулярной диагностики заставил сдать все анализы. Вывод был очевиден: Эндрю без химии и должен был так взрослеть, только несколько раньше. Приняв дебильное решение сесть на гормональную терапию, Аарон отпустил Эндрю, получив на прощание в глаз, разумеется... А как же иначе?! Никто, даже родной брат не имеет права делать из Эндрю клоуна. Через год матушка-природа сжалилась и над Аароном: - Метр шестьдесят семь. И отсоси! - выдал он в трубку после медосмотра и отключился. - Шизик, - спокойно отреагировал Эндрю, уже привыкший к комплиментам и втайне продолжавший совершенствоваться в зале. Итак, если не безответное чувство привело Роланда... Что же тогда? - Мне что, переться куда-то? - спросил Эндрю, растирая голову руками. - Да. Он - этот тип, будет ждать тебя в "Олбани". Там дресс-код; лучше надень костюм. - Че не смокинг? - возмутился Миньярд. - И не матерись при нем, - тихонько добавил Роланд, уже готовый ретироваться под холодным взглядом светлеющих в раздражении глаз.. - Ну охуеть просто! - Эндрю! - Ладно. Когда? - Сегодня в девять. Метрдотель проводил Эндрю к стоящему в нише столику, практически скрытому от глаз. Светло-синие скатерти спадали безупречными складками, почти доставая до самого начищенного до блеска паркета. Никакого линолеума... В свете свечей сверкал хрусталь, и руки официантов порхали, почти не раздражая. Мужчина средних лет в безукоризненном сером костюме, белой сорочке и темно-сером галстуке вежливо приветствовал Эндрю, пожав ему руку. Это прикосновение было так же выверено до мелочей: не вялое, не избыточно крепкое, чтобы продемонстрировать власть или статус, а ровно такое - безлико-нейтральное. - Вы Эндрю Миньярд, верно? - на всякий случай уточнил мужчина и представился, - меня зовут Джон Риддли, и я хотел бы предложить вам работу. - Что, кого-то убить? - усмехнулся Эндрю. На этот раз он выполнил условия встречи, облачившись в темно-синий костюм с белоснежной рубашкой и синим же галстуком, с деликатным принтом. - Вы правы, - огорошил его Риддли, - именно убить. И не один раз. - Зачем? - вздохнул Эндрю, стремительно теряя интерес, - бандитов, что ли мало на просторах штата? - Это не та история, - брезгливо поморщился собеседник, - нам нужны профессионалы. - Я спортсмен, если можно так выразиться, - поведал Эндрю и не без удовольствия отпил холодной воды из высокого стакана, - вы не по адресу, господин Риддли. Я в руках не держал оружия. - Не напомните мне, как погибла ваша мать? - безо всяких эмоций, будто речь шла о погоде, поинтересовался Риддли и чуть не зевнул. - Так, - Эндрю насмешливо склонил голову набок, - что еще скажете? - Скажу, что вы пользуетесь страховкой, полученной после потери родителей. Скажу, что вы убрали с дороги самыми изобретательными способами нескольких членов местной банды, не гнушающихся насилием... О, вы скажете, что это была месть, что им не следовало насиловать вас в туалете бара "Колибри", я понимаю: месть - дело благородное!... - Следил, что ли за мной, ты, мудила?! - взорвался Миньярд, и бледное лицо его позеленев от ярости, оказалось в миллиметре от лица Риддли. Только через пару секунд до того дошло, что к его безупречно повязанному галстуку приставлен нож - не диетически столовый, а серьезная "финка", заточенная, как самурайский меч. - Эндрю...мистер Миньярд...мы неправильно поняли друг друга, - прохрипел он, пытаясь сохранять светский тон. - Че тут непонятного? - брезгливо сощурился Эндрю, - организация ищет таланты? Так? - Ну, если такая терминология вам ближе, то да. В общих чертах. - Че надо делать, и сколько стоит жизнь? - нож исчез так же виртуозно, как и появился, и красавец блондин вновь возник вместо лихого пирата с небрежной платиновой челкой над высоким лбом. Джон Риддли перевел дух, махнул до дна целый бокал какого-то дорогущего вина - год его изготовления Эндрю прослушал, и вздохнув, посмотрел Миньярду прямо в глаза: - Вы идеальны, черт вас возьми. Дисциплины, конечно, никакой, но это иногда даже лучше: ваша мысль работает нестандартно, а знали бы вы, как иногда важно быстро и нестандартно принять решение. Давайте так, - он откинулся на мягкую спинку и медленно произнес, - я дам вам наводку на одного клиента. Цена контракта пять миллионов долларов. Вся сумма будет переведена вам на указанный счет... Справитесь, продолжим работу... - он вопросительно глянул Эндрю в глаза. - А что потом? - Миньярд поднял ресницы, и Риддли понял, что вопрос глобальный. - Вы ведь мечтаете? Как все нормальные люди...мечтаете же? - И? - Делая свою работу, вы сможете осуществить все мечты. Купить хороший дом, машину, жениться когда-нибудь... - Убивая людей? - с горькой насмешкой шепнул Эндрю, - мои мечты проще. Я хочу быть один. - Это тоже идеально, - пристально посмотрел на него Риддли, - вы меня удивляете, но мне это нравится. - Интересно только одно, - проговорил Миньярд, - что произойдет, если контракт не будет выполнен? - Вас сотрут, - просто ответил Риддли, - это справедливо, разве нет? - Да. Это справедливо. Эндрю посмотрел за окно. Город гасил день. Шум центральных улиц становился все мягче, интимней, что ли. Его двадцатилетие терялось в пыли этого города. Смерти исчезали, и память о них высыхала, как пятна вина на скатерти - почти полностью, но с подозрительным липким следом. Да нахер все! Он живет, не зная, что такое жизнь. Кто-то выбрал за него и день рождения, и год, а на праздник не пригласил. Кто-то проходит мимо, любя кого-то, желая, тревожась и боясь, а он? Слово "любовь" - просто звук или буквы на страницах книг; фигуры на фоне ночи, обнимающиеся и делящие тьму на двоих. Он - пыльный воздух этого города, сигаретный дым, прожитая боль, ошибка. Мечтает ли он? Есть ли ответ... Глаза, наполненные золотым светом, посмотрели на него в упор. Риддли даже вздрогнул, утонув в их бездонной красоте и решимости. Тонкие пальцы обняли ножку бокала, и прохладный голос негромко, но твердо произнес: - Я согласен. Заключим контракт?