Инкуб

1

       Он не верил своим глазам. То, чему он всецело посвятил жизнь и продал душу, кажется, получилось.       Пятнистая черно-белая крыса, которая мучилась в последней агонии, наевшись яда, измельченного ей в корм, сейчас вполне себе спокойно умывалась, прищуривая довольные черные глазки.       Не верилось. Он своими глазами видел, как бедняжка мучилась, так же, как видел это не одну сотню раз, и готов уже был к обычному исходу – выкинуть трупик и вновь сесть коптеть над формулами, а когда не найдется ни мельчайшей ошибки в отчетах, он, разочарованный и потерявший всякий смысл бренного существования, заперся бы в доме в компании дюжины бутылок крепкого алкоголя. Но крыса сидела перед ним живая.       Он сбился со счету, сколько раз перед сном предвкушал триумф. За эти годы он умудрился продумать собственные действия и речи до мелочей, но сейчас стоял не в силах лишний раз пошевелиться. Сейчас его должны были обуревать самые разные чувства – тревожность, восторг, смятение, ликование, растерянность, –  все, что угодно. Но его не трясло от радости, и колени не подгибались от облегчения. Он был спокоен и холоден. Но это не значило, что он ничего нечего не чувствовал, просто он долго не мог вспомнить, как бы охарактеризовать свое состояние, пока в голове не сформулировалось простое и приятное слово – уверенность.       «Рано радоваться, – отметил он про себя, – это всего лишь крыса. Цель не в этом. Если получилось с ней, не факт, что получится с человеком. Нужно сначала довести дело до конца, а уж потом радоваться придется целую вечность».       Крыса довольно потянулась, вильнув хвостом, и лениво забралась в колесо – она не станет бегать, просто уляжется и начнет чистить лапки, устала бедолажка. Он и сам не смыкал глаз больше суток, поэтому отлично ее понимал – им обоим сейчас необходим отдых.       Рука инстинктивно потянулась вверх, чтобы потереть уставшие глаза. Пустой шприц, выскользнув из пальцев, с глухим пластиковым тарахтением упал на плитку. Хрустнув коленями, он наклонился, чтобы поднять его и застопорился взглядом на вишневой капле, оставшейся внутри.       Он не мог перестать смотреть на каплю, также как не был в силах откинуть и внезапно нагрянувшие тревожные мысли.       – Нет-нет-нет, – причитая, он подскочил и, забыв про шприц и крысу, бросился на выход.       Он терпеть не мог спешку, просто потому что в его деле она могла погубить все так, как делала уже не раз.       «Не спеши», – всякий раз одергивал он себя, но не в этот. Теперь был особый случай, безотлагательный, да и времени оставалось все меньше – чертова секта ищеек уже роет, да и демонические твари явно почувствовали неладное. Его успокаивало одно – он до сих пор не допускал ошибок, у них нет на него наводок, они не знают, насколько он близко, даже не подозревают, но это отнюдь не повод расслабляться.       Лакированные туфли отстукивали набойками по бетонному полу, распространяя жутковатое эхо по высоким толстым стенам.  В комнату, в которую ему нужно было попасть, вели две двери, впрочем, он сам был виноват, намудрив с планировкой. Первый путь был через одну из комнат, второй вел непосредственно в нужную, но пришлось бы свернуть за угол и  еще пройтись по коридору. Короткий вариант сейчас был как раз кстати. Он остановился у двери с простой и строгой надписью «операционная» и, отомкнув ее, шагнул внутрь.       По ногам тянуло холодом. Он стоял на входе, прямо напротив него находилась следующая дверь с поясняющим названием «холодильник». Туда-то ему было и нужно.       Он даже не стал включать свет, хватало того тусклого, который проникал из коридора, хотя он мог бы сориентироваться здесь и в полной темноте.  Операционный стол, капельницы и остальное оборудование очертились зловещими строгими силуэтами. Здесь ничем не пахло, от этого ему всякий раз становилось ни по себе. Даже сейчас, когда он быстрым шагом пересекал стерильную комнату, создавалось впечатление, что он и сам в некотором роде черно-белая крыса с угольными смеющимися глазками.       Тяжелая дверь «холодильника» поддавалась неохотно.  Он всякий раз боялся, что она захлопнется, когда он будет находиться внутри, поэтому, когда заходил, оставлял ее приоткрытой.       Его обдало холодом. Яркий желтоватый свет резал привыкшие к темноте глаза, но он довольно быстро привык, щурясь и мечась взглядам по ряду ларей-холодильников.       Он не хотел открывать ни один из них, потому что знал, что увидит. Ватные ноги плелись, оттягивая момент. Шаг другой и он стоял у среднего холодильника стены по левую сторону от него. Руки  легки на  гладкую белую крышку.       Очевидного не избежать.       Он вздохнул и дернул за ручку.       Только в одном из трех контейнеров лежало пару пакетов с кровью, остальные два отсека были пусты. Теперь, когда его опыт увенчался успехом, запасы были на исходе.       Он еще немного постоял так, неотрывно глядя на оставшиеся багровые пакеты. Добыть  такую кровь – нелегкая задача, не так уж и просто выловить ее обладателей. Теперь, когда он нашел действующую формулу, прав на ошибку оставалось немного. К тому же, человек – не крыса, тут нужна совсем другая дозировка, а может быть понадобится  даже слегка видоизменить состав.       Теперь, когда у него получилось, все только начиналось. Он чувствовал, что сделал первый, самый сложный и важный шаг на пути к поставленной цели. Внутри него полыхал азарт предвкушения. Уже от одной мысли, сколько ночей он просидит, чтобы подготовить все необходимое, довести до идеального состояния для нового, ключевого, эксперимента, чесались руки. Он мог бы начать приготовления уже сейчас, запасов все еще хватало для нескольких ампул сыворотки, но он всегда был тревожником, а потому считал, что лучше перестраховаться и пополнить запасы на случай того, что что-то пойдет не так. Именно поэтому сначала необходимо сделать еще одну вещь.       Он выудил из кармана халата телефон и набрал привычную комбинацию цифр. Как только ему ответили, он не без гордости заявил.       – Нам предстоит хорошая охота.