Вендэль

– Ну, продолжай. – Что продолжать? – Свой рассказ, – уточнил самурай. – Канда, а тебе Комуи разве не дал новую миссию? – влез Аллен. Он чувствовал некое напряжение в воздухе, вызванное этим коротким диалогом, поэтому решил хоть немного его развеять. Особенно после того, как почувствовал, как напряглись мышцы его рыжего друга. – Как дал, так и забрал, Мояши, – раздраженно ответил экзорцист. – Уже и спросить нельзя? – наиграно обиделся Уолкер. – Нельзя, – огрызнулся Юу. – «Это было давно, и уже не суть важно», – немного спустя, как бы невзначай, бросил самурай, наблюдая за реакцией рыжего. После возникшей неловкой паузы, Лави продолжил свою историю, не принимая во внимания слова Канды.

***

- Согласно полученному докладу… - мы прибыли в один из южных округов, откуда и должны отправиться в самую гущу событий. Когда мы въехали в город, его жители с беспокойством в глазах спешно покидали свои дома, даже как-то с опаской смотря в нашу сторону. Сама ситуация вырисовывалась не ахти: несколько солдат, невольно оказавшихся на месте событий, были без оружия, да и не было известно, где именно находилась брешь в стене. Впрочем, еще возникал вопрос – как она появилась? Во всяком случае, у меня. – Госпожа Ханджи! – Что такое, Вендэль? – спросила она, смотря в какие-то документы. – А что со священником? – А что с ним? Его Ривай выгуливает. – А-а, – протянул я, и решил оставить ее в покое, точнее – решил не раздражать своим присутствием (попасть под горячую руку Ханджи себе дороже). Среди солдат присутствовала паника. Если стена Роза действительно была разрушена, то человечество будет на грани вымирания. Впрочем, делать какие-либо поспешные выводы мне не положено. Я подошел к ребятам – Армину, Эрене, Жану и Микасе – и поделился своими впечатлениями от ситуации. Но, как бы я не пытался отвлечь их хоть немного, ребята, пусть и немного и скрыто, но волновались за своих друзей. Немного спустя к нам присоединился пастор, явно шокированным увиденным. Однако, особо важной информации нам не дал: «Я не могу», «У меня нет права», и так далее. – Но, – начал священник, опустив взгляд вниз, – есть человек, у которого есть право рассказать вам историю этих священных стен. – Пытаешься увильнуть от ответственности? – раздраженно бросила Ханджи. – Да, – не скрывая, честно ответил тот. – Я могу сказать лишь ее имя. Правда, пока она сама не осознает свое право открыто говорить все секреты, тем не менее, у нее оно есть. В связи с обстоятельствами, она сейчас скрывается под другим именем. Я слышал, что в этом году она вступила в разведотряд. Ее зовут Криста Лэндз. Священник говорил монотонно, уверенно, осторожно, пытаясь не сказать лишнего. Ребята удивленно переглянулись, не веря услышанному. Да, это было неожиданностью и для меня: никогда бы не подумал, что такая маленькая миленькая блондиночка таит в себе такую огромную власть. После мы оседлали лошадей и отправились к месту, где предположительно могли находиться солдаты, которые первые отправились на поиск бреши в стене.

***

Лави говорил не спеша, без желания, иногда резко перескакивая с одного события на другое. Аллен внимательно старался слушать историка, объясняя его резкую перемену настроения сонливостью, но удавалось ему это с трудом. – Когда мы прибыли на место… башня была разрушена… и я услышал, что Имир – титан… – Как титан? – зацепился за последнее слово экзорцист, борясь со сном. – Вот так, – устало улыбнулся Лави. – Может, потом продолжим? – предложил он. – Вон, уже носом клюешь. – Я не клюю! – возразил Уолкер, не осознав весь смысл своей фразы, пока его рыжий друг не рассмеялся. – Ха-ха, иди спать, Аллен. Обещаю, что завтра я продолжу. – Угу, – устало согласился парень, не желая спорить. Аллен встал, пожелал всем спокойной ночи и направился к выходу. Двое оставшихся экзорцистов молча проводили взглядом парня. – Я тебя внимательно слушаю, – сказал самурай после того, как шаги Уолкера растворились в тишине. – Я обещал Аллену, что продолжу завтра, – напомнил Лави. – Ты знаешь, о чем я, БакаУсаги. – И это завтра… - историк повернулся спиной к самураю, удобно устроившись на диване. – И это завтра, Юу, – медленно, по слогам отозвался тот. – Все завтра. – Тц!