Пиво с малиновым сиропом

— Так сложно было договориться заранее насчёт автобуса? Вы сказали, что мы поедем на нём все вместе, а теперь что? — Юнги сегодня явно не в настроении. Он ждал этот отдых слишком долго, а теперь, ещё до его начала, появились какие-то приключения, и всему виной «организаторы поездки» в виде его мамы и других взрослых, которые взяли на себя ответственность обо всём договориться, но своими жалкими потугами лишь подтвердили правдивость поговорки: «Хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам». Юнги искренне не понимает, как взрослые люди могут быть настолько ветреными и так халатно относиться к собственному комфорту. Даже не так, черт с собственным, — дети почему сейчас должны стоять с огромными сумками под палящим солнцем и ждать, пока родители что-то там порешают? — Хватит капризничать! Не приехал автобус, и что теперь? Сейчас вызовем такси и доедем даже быстрее, чем планировали, — женщина лет пятидесяти уже не выдержала дотошности парня и с раздражением взглянула на него. Лишь в последнюю секунду сдержалась, чтобы не накричать, и хоть как-то сделала вид, что всё под контролем и что она сейчас всё быстро решит. — Удачи найти что-то подходящее нашему бюджету, — всё-таки не удержался и съязвил. Ну а что? Вы цены на такси видели? А тут куча сумок, ещё и целых семь человек, из которых двое — дети, и пять с половиной взрослых. Почему «с половиной»? Потому что Юнги совсем недавно исполнилось восемнадцать, и фактически он как бы взрослый, но его таковым пока не до конца считают. Сложно, в общем. Суть такова: местные работяги, поднакопив деньжат, решили рвануть за город, к озеру на три дня, и отдохнуть от шума работы, на которой упахиваются от зари до зари. Ну а там уже потянулось — та самая женщина, она же Сыльги, взяла с собой дочь — Мину, ну а та куда же поедет без детей, так что с ними же ещё и двое мальчишек: семилетний Сынмин и двенадцатилетний Джехён. Дальше мать Юнги — Сонми, непосредственно с ним, ну и просто Джуха — мужчина тридцати пяти лет, холостяк, душа компании, верный друг и совершенно несчастный в любви человек. На улице жара, солнце безжалостно обжигает кожу, и пока старшие пытаются как-то вырулить ситуацию — детям не остаётся ничего иного, кроме как зависать в телефонах, сидя на сумках. Не прошло и три года, как наконец-то нашлось наиболее благоприятное для всех решение — надо разделиться и поехать на двух разных машинах. Первыми, конечно, поедут Сыльги и Мина с детьми как те, кто договаривался о ночлеге. Заодно разведают обстановку и немного обустроят общий уголок. А с разрывом где-то в минут десять поедут остальные, и, в конце концов, все встретятся уже на базе. Так и поступили. Дорога выдалась малость изнурительной: в машине душно, тесно, играет музыка, которая ну вот совсем не во вкусе Юнги, да и водитель такси больно разговорчивый попался. Благо, весь словесный удар на себя взял Джуха, но это, чёрт возьми, по-прежнему лишний шум, который раздражает и без того взбешённого парня. Но что поделать, остаётся лишь из последних сил стараться не язвить, отвлекая себя мыслями об обещанном шашлыке, о пляже и вообще отдыхе. Где-то за пять минут до прибытия второй группы на телефон матери Юнги позвонили. Это была Мина. Особо никто и не обратил внимание, подумав, что, наверное, она просто хочет поинтересоваться, когда же те приедут, или, как минимум, сообщить о том, что они уже приехали сами, все в порядке и что уже заселились. Но, как оказалось, не только первый блин бывает комом, а и последующие тоже. После недолгого разговора все, что смогла из себя выдавить Сонми — это короткое: «У нас небольшие проблемы», что вызвало у сына очередную волну недовольства. Но, не успев начать очередное шоу, Юнги вышел из машины — они приехали. На входе на базу отдыха их уже ждали Мина с детьми. — Я так и не поняла, почему он поднял цену? Вы же договорились обо всем заранее, — первой диалог начала Сонми, параллельно вытягивая из багажника такси сумки. — Да, я не знаю, что он сейчас сидит и выдумывает. Он сказал, что будет брать отдельную сумму за детей, еще отдельную плату за вход на пляж и, помимо всего, за коммунальные услуги. Все были, мягко говоря, в шоке, но это состояние держало всех в ступоре недолго, потому что мама Юнги — женщина боевая, и уж она-то свои права знает, был уговор — придерживайся его. Она не тот человек, кого можно вот так легко обмануть, особенно на деньги, — и без того небогато живет, чтобы иметь лишние траты. Так и бросив сумки у ворот, она с явным намерением разложить по полочкам хозяину базы в лице старого деда, где его место в этой пищевой цепочке, пошла прямиком в его кабинет. Говорили долго, по крайней мере, так казалось Юнги. Он уже сто раз проклял тот момент, когда согласился поехать на этот недоотдых, и готовился в любой момент вернуться домой в свою любимую кроватку и пролежать так до конца лета, но наконец-то вышла мама с не самым довольным выражением лица, но, тем не менее, твердо заявила: — Он не идет на уступки, ссылается на какие-то правила базы и говорит, что якобы обо всем говорил ранее, так что даже не знаю. Так или иначе, это путешествие начинает нам влетать в копеечку, поэтому, чтобы не добавлять нам еще траты, могу предложить снять домик только на один день, а утром просто перебазироваться на пляж и вечером уехать. Делать было нечего, кроме как согласиться и смириться с такой участью. Все уже взяли сумки, намереваясь идти на заселение, и дед уже вышел из своего кабинета, но в ход пошла тяжелая артиллерия. Кто бы мог подумать, что женщина в пятьдесят лет может пробудить в себе соблазнительницу-завоевательницу и начать путем флирта и прочих подлизываний добиваться своего. Наблюдавшие разделились на два лагеря: те, кто испытывал испанский стыд, и те, кто внутренне болел за Сыльги и надеялся на победу в этой «кровавой войне». Как оказалось, в первом лагере был только Юнги, но это не важно, ведь попытка не увенчалась успехом. Поэтому, приняв ситуацию уже с концами, все пошли смотреть, что же там за домик такой, что пришлось заплатить такие деньги. Думаете, оно того стоило? Уже никто так не думал, и хорошо, потому что было бы куда обиднее, если бы кто-то понадеялся, что цена может быть оправдана с такими требованиями. Нельзя сказать, что домик был плохой. Он просто, как оказалось, имел две комнаты, и на одну «группу» сдавалась именно комната, а не весь дом. Хозяин сказал, что вечером приедут несколько человек на заселение в свободную половину дома. Интересно, но об этом потом. Может, комната правда неплохая? Не будут же в какую-то коморку засовывать семь человек. Будут. Комната была абсолютно вся выполнена из дерева, включая мебель, как и дом в целом. Она была действительно маленькой, там было трудно передвигаться даже двум людям, что уж говорить о семи, но причиной тому была загруженность мебелью, ведь, помимо двух двухъярусных кроватей, прикроватных тумбочек, стола и четырех стульев, там еще была оборудована кухня, без плиты, правда, но зато был электрочайник! Это, определенно, победа, учитывая, сколько разной химии понабирали для запаривания. Все, так или иначе, принялись разбирать сумки, занимать свои места. Кто-то готовил курортный завтрак класса люкс за три копейки, кто-то уже стоял на разливе — надо же обмыть это дело. Юнги лишь создавал видимость работы, перекладывая на зарезервированную для него и матери часть кровати разные мелкие принадлежности для пляжа, — полотенца, крем от загара и прочее, — при этом завистливо поглядывая на двух сорванцов, которым с порога сунули круг в руки и отпустили восвояси. Внезапно раздалось несколько хлопков. Кто бы сомневался, что это была Сыльги? — Так, кидайте уже все как есть, потом разберемся. Быстро поедим, выпьем и пойдем на пляж. Дважды повторять не пришлось. Все, точнее, не все, заняли места за столом. Не стоит забывать, что стульев — четыре, а людей — пятеро, но Джуха, как главный джентльмен и местный повар, уступил место, трапезничая стоя, опираясь о угол раковины. К счастью, помимо привезенной химии, можно было полакомиться запеченным мясом и свежими овощами с личного огорода Сыльги. Они были безумно вкусными и сочными. И еще были колбасы, оказывается, тоже домашние, а также другие вкусности, приготовленные мужем этой заводной дамы. Ну, а главным украшением стола была отвёртка*. Пожалуй, это то, ради чего Юнги сюда и ехал, помимо шашлыка. Напиться этим он может на раз-два, но ни о чем жалеть не будет, ведь горько-кислый вкус — это лучшее сочетание, которое очень заводит юношу. Как и сказали, быстро поели, выпили и, наконец-то, на пляж. Юнги переживал, что сейчас их будет ожидать куча мусора, грязь, мутная вода и… упаси Бог, коровы. Извините, у мальчика травма детства.

***

Когда-то он с матерью и ее знакомым, очень близким знакомым, ну вот очень-очень близким знакомым, отправились на озеро тоже, и, дабы немного поговорить наедине, мелкого Юнги отправили побултыхаться в воде, тем более, что поблизости никого не было. В прямом смысле. Место козырное, что ли, но и участок-то где-то два на два, но опустим детали. Дело в том, что пока мальчишка, в силу неумения плавать, глотал воду и собирал на себя всякий мусор, никто не успел заметить, как кто-то привел пасти коров… и они пошли в воду… прямо к Юнги. Чудом вылез, серьезно. Как они на него не напали — поразительно, но еще больше поражает невозмутимость хозяина коров в этот момент. Парень на самом деле боится многих животных, когда дело касается контакта с ними в живую, потому что кто знает, как они поступят в следующий момент. А ведь так же и с людьми… но это уже другая история, боится и все. Вот с тех пор у него и пошли ассоциации, что подобные «курорты» — места грязные, но в этой ситуации его чудом уговорили поехать.

***

Каков был шок каждого, когда пляж оказался не только чистым, но и ничем не отличался от пляжа у моря: песок, вода настолько чистая, что на дне ты видишь собственные пальцы сквозь толщу воды, шезлонги с зонтами, да еще и новенькие какие-то. Были даже сделаны дорожки, чтобы не ходить по песку. В конце пляжа стоял домик, где можно было арендовать катамаран или каяки для водных прогулок. А везде играла приятная клубная музыка, наполненная атмосферой лета и гавайских пляжей. Для полной картины не хватало только пальмы. А нет, она тоже была — искусственная, у бара, из которого, собственно, и доносилась музыка. Отдых начинает набирать новые обороты, уже приятные для Юнги. Он точно похвастается своим друзьям, где он был и что видел. День проходил приятно: все купались, выпивали, наслаждались солнцем на мягком песке, и даже Юнги проникся атмосферой и веселился. — Пойду схожу за пивом, — Джуха только вышел из воды, в руках поперек талии держа двух сорванцов с уже посиневшими губами, и отправил их сохнуть. При слове «пиво» глаза Юнги загорелись — наконец-то пить пиво, любимый напиток парня, тем более, что теперь имеет право, как никак, совершеннолетний, — поэтому он подпрыгнул с покрывала и весело выкрикнул: «Я с тобой!», спеша следом за мужчиной. В том самом баре, который весь день манил юношу, была большая очередь, это удовольствие пользовалось высоким спросом, значит, стоит ожидать чего-то действительно хорошего. Как договаривались, выбор пал на пиво, но появилось предложение добавить в него сироп. Парни переглянулись, и Юнги уже думал, что он подхватил одну волну со старшим, но не тут-то было. Какой в здравом уме человек согласится портить пиво сиропом? На это он смог выдать только короткое «фу». Взяв стаканы, они вернулись к своей компании, все с удовольствием пили охлаждающий напиток, только Юнги косо посматривал на свой. — Попробуй, это очень вкусно, — мама заметила, что сын не весел, поэтому подняла стакан и протянула его ему. — Ты же знаешь, что я такое не люблю, только пиво испортили. — Ну попробуй, я серьёзно тебе говорю, на этот раз тебе понравится. — Мама, я… — Юнги уже начал раздражаться, он не попугай, чтобы повторять несколько раз, что он такое не любит, но ему не дали договорить. В разговор вмешался юный Сынмин. — Там катамараны! Давайте покатаемся, я видел лебедей недалеко от берега, можно будет поближе посмотреть. Пожалуйста! Не задумываясь, взрослые согласились, такие развлечения им по вкусу тоже. Но на кого оставить вещи? Было решено временно оставить всё в домике, чтобы каждый мог покататься. Первым, конечно же, побежал Сынмин, а за ним Мина, чтобы быстро забронировать несколько катамаранов. Намечается морской бой на озере. Юнги не торопился, поэтому спокойно шел вдоль пляжа и уже доходил до домика, где можно было арендовать катамараны, когда в него со скоростью света врезался какой-то парень, немного выше него, худощавого телосложения, с темными волосами, выкрашенными несколькими светлыми прядями, и… о Боже, такими красивыми глазами. Он точно был синонимом слова «счастье». Одарив парня счастливой улыбкой, он быстро протянул стакан с, прости Господи, пивом с малиновым сиропом и закинул в него вторую трубочку. — Помоги мне, быстрее, пока все катамараны не заняты, — с этими словами он обхватил губами соломинку и принялся допивать напиток, при этом руками показывая, мол, быстрее. Юнги не успел сообразить, в спешке он растерялся, поэтому, взяв вторую трубочку, решил помочь. Он сделал первый глоток, и наконец до него дошло, почему все с упоением выпивали несколько стаканов. Считанные секунды, и стакан опустошен, а парни, смотрящие друг другу в глаза, засмеялись. Еще секунда, и Юнги летит куда-то вперед с этим лучезарным незнакомцем. — Хотя бы скажи, как тебя зовут! — Арсон, — не оборачиваясь, гордо заявил впереди идущий, на что Юнги тут же перестал смеяться, с непониманием смотря на него, и даже затормозил. — Что, блять? — Арсон — это псевдоним, а на каждый день меня зовут Хосок, — его не могла не забавлять реакция собеседника, поэтому он каждый раз представляется вторым именем, наслаждаясь недоумением новых друзей. — Какой-то Арсон… Нельзя было сразу сказать, что Хосок? — Так не интересно, да и мне говорят, что Арсон мне идет больше. Их разговор прервали крики Сыльги, но даже это не смутило Хосока. Он крепче схватил Юнги за руку и потянул его на катамаран, крикнув «он со мной» предположительным спутникам парня. А Юнги… а что с Юнги? Он только рад, его спасли от скуки и раздражителя в лице Сыльги, и он еще и обзавелся новым другом. Наконец-то этот отдых и для него стал таким, каким должен быть. В этой стопке блинов появился хоть один съедобный.