Нетипичный иссекай

— "У меня не хватает рабочих рук", "я не могу победить ни одного монстра"... Если это про вас, то я могу предложить вам кое-какой вариант, — произнёс странный человек, который словно возник из воздуха. — И что ты мне можешь предложить? — Вы заинтересованы? — Можно сказать и так. Выкладывай о своём предложении. — Ху-ху-ху, мне нравится ваш настрой! Так уж и быть, скажу вам — говорил незнакмец, помахивая тростью. — Я могу предложить вам рабов. Они никогда не предадут хозяина из-за печати повиновения. — Так, а вот тут можно подробнее?       Человек во фраке и цилиндре кивнул и повёл меня за собой. Спустя пару минут мы вышли к большому шатру, напоминающий цирковой. — Вот мы и пришли, Герой-сама. Не хотите посмотреть на наш лучший экземпляр? — Показывай давай, у меня времени не бесконечно, как и терпения. — Ху-ху-ху, а у вас задатки хорошего клиента! Тогда пройдёмте за мной.       Внутри шатра стоял не очень приятный звериный запах с примесью какой-то не очень съедобной пищи. В клетках метались человекообразные тени, а чутьё говорило о большом количестве боли и страха в этом месте. Наконец-то мы подошли к одной из клеток, где сидело существо, котрое только по строению отдалённо напоминает человека. В остальном же это антропоморфный волк. Проще говоря, так изображают оборотней во время из обращения. — Это ведь не человек, верно? — Он зверочеловек. Их всё же больше относят к людям, нежели к монтрам. Есть ещё конечно полулюди, их вид больше смахивает на человеческий, но в физическом плане зверолюди выигрывают. Так как в Мелромарке культ превосходства людей, то зверолюдей и полулюдей считают потомками монстров, а потому и используют в качестве рабов. О да, — рассказал уже знакомую мне информацию работорговец. — Именно этот раб стоит пятнадцать золотых. Вас устроит такая цена? — Ты специально предлагаешь то, что мне не по карману? — спросила я, пытаясь смотреть в глаза собеседника, которые были скрыты очками. — Я бы не простил себе, если бы не показал лучший вариант. А если вас интересуют самые дешёвые рабы, то нам нужно пройти чуть дальше. О да.       Через несколько минут мы подошли к трём клеткам, в которых, как уверял работорговец, были самые недорогие рабы. В первой клетке сидел пацан лет двадцати с кроличьими ушами и сломанной рукой. Во второй маленькая худощавая девочка с ушами и хвостом енота. А в третьей клетке сидел слепой человек-ящер. — А вот и они. Кролеобразный с наследственным недугом за 25 серебрянных, енотообразная с приступами паники за 30 и зверочеловек-ящер за 40 монет, — пояснил недо Эггман. — Что-то они все с какими-то проблемами... — Ху-ху-ху, что есть, то есть. Но они самые дешёвые. Если хотите, можете посмотреть поближе.       Я подошла к средней клетке. Сидящая там енотообразная смотрела с испугом. Безусловно, ей пришлось прожить очень многое и поэтому в её глазах был страх и печаль. Конечно, остальные рабы были примерно в таком же положении, но... Но кому я вообще вру, просто иду по канону. К тому же, мне правда жаль её, а потому если в моих силах помочь — я помогу. Повернувшись к работорговцу, я снова сделала серьёзный и холодный взгляд, чтобы не портить о себе впечатление. — Я беру ту, что по середине. — Ху-ху-ху, хорошо. Тогда пройдёмте для того, чтобы поставить печать.       Далее мы прошли в зал, где с помощью особых чернил с добавлением моей крови была нанесена рабская печать. В окне Системы, которую я всё же соеденила с местным Статусом вывелось большое количество настраиваемых правил, за нарушение которых раба ждало наказание. Я сделала, так сказать, минимальный набор, потому что на самом деле можно просто договариваться. Я же не изверг какой-то. А насчёт битвы в Последнем Коридоре, то это было по заслугам. 19 УР — серьёзный аргумент в пользу выдачи от меня, как от Судьи, весомых пиздюлей. — Вот и всё, госпожа Герой. Прошу заплатить за покупку.       Я положила в руку работорговца 31 серебрянную монету. — Тут одна лишняя, — задумчиво сказал он. — Это за ритуал. Я же знаю, что ты бы всё равно попросил за него оплату. — Ху-ху-ху, а вы очень проницательны, о да!       На самом деле у меня хорошая память на то, что связано с тем, чем я интересуюсь. Особенно если я это читала. — Ага, да, спасибо. А сейчас я вынуждена откланяться — дела не ждут. — Приходите ещё! — выкрикнул работорговец уже тогда, когда я с енотообразной покидала шатёр.       На улице я остановилась и присела на корточки возле рабыни, чтобы оказаться на одном уровне с ней. — Можешь назвать своё имя?       Девочка сначало смотрела испуганно, но потом всё же ответила: — Кхе. Рафталия. Кхе-кхе...       М-да, с простудой ещё предстоит разобраться. Но сейчас надо бы сходить за снаряжением.