Trente jours

«Кто придумал проводить квиддич в такую дерьмовую погоду?» Это вопрос, который в равной степени волновал всех слизеринцев и гриффиндорцев, находящихся на поле. Впервые они в чем-то были согласны друг с другом. Был сильнейший ливень, уже затопивший всё поле, а также ветер, из-за которого невозможно было летать. Ничего не было видно из-за капель — ни снитча, ни бладжера, ни других игроков. Ни - че - го. Поэтому было решено закончить матч и перенести его на другой, более благоприятный день. Раньше даже дементоры не могли стать помехой школьному матчу по квиддичу, но после войны все стали намного больше заботиться о своём здоровье и безопасности, а особенно о здоровье и безопасности детей. Зрители убежали от дождя в срочном порядке, игроки спустились с мётел и направились в раздевалки, а преподаватели дождались, когда спустившиеся игроки примут душ и переоденуться, а затем закрыли раздевалку и ушли в замок. И все бы ничего, если бы на небе не остались Драко Малфой и Гарри Поттер, ловцы своих команд. Ловцы во время игры всегда отстранены от своих команд — у них нет времени на основную игру, им нужно найти снитч! К тому же, как уже говорилось, из-за сильнейшего ливня было видно целое ничего. Поэтому они и не заметили, что все игроки и зрители уже давно ушли, а у преподавателей не было времени искать двух совершеннолетних парней, способных самих о себе позаботиться. Первым почувствовал неладное Драко, когда перестал слышать крики болельщиков. Болельщики Слизерина, давно поняв численное меньшинство, научились кричать также громко, а то и громче остальной части Хогвартса, и могли перекричать даже такую сильную дождину. Малфой полетал по кругу в попытках найти Поттера, и к своему счастью, он его нашёл. — Поттер, — окликнул гриффиндорца Драко. Тот вздрогнул и вскрикнул от неожиданности, а затем посмотрел в сторону звука. — Малфой? Чего тебе? — Кажется, все уже свалили. Люди не готовы терпеть такую погоду, и мы теперь одни тут, как полные идиоты — хотя если речь о тебе, то без как — летаем, в поисках улетевшего снитча. — Да? — глупо переспросил Поттер, моргая своими невыносимо зелёными глазами. Свои же серые, как тучи, из которых льёт сейчас, как из ведра, глаза Малфой закатил. — Да, Поттер. — Странно. Раньше при подобной погоде всех все устраивало, — Малфой недовольно цокнул. — Времена меняются, Поттер. Единственное, что вечно — то, что ты непроходимый тупица, — сказал Малфой, а затем начал опускаться на метле на сырую траву. — Эй! — обиженно прикрикнул Гарри и полетел за Малфоем. Через пару мгновений они достигли земли и направились к раздевалке. Которая, естественно, была закрыта. — Мерлиновы яйца! — совсем не по-аристократски воскликнул слизеринец. Гарри прыснул, — чего ржёшь, придурок? Закрыта дверь, всё, — Малфой сел рядом с дверью на сырую землю возле стены, согнув ноги в коленях, — придётся ждать, когда кто-нибудь вспомнит о нашем святом Поттере и откроет. — Или когда кто-нибудь вспомнит о тебе, — пожал плечами Гарри и сел на расстоянии вытянутой руки от Малфоя. Последний хмыкнул. — Кто, Поттер? — Не знаю. Твои друзья, к примеру, — на это заявление Драко лишь усмехнулся. — Какие друзья? Я изгой, Поттер, если ты ещё не заметил. Хотя вряд ли, ты ведь не только тупица, ты ещё и тормоз. — А как же Паркинсон? — проигнорировав колкость, Гарри посмотрел прямо на другого ловца, ожидая ответа. Тот заметно поник, а нахальная ухмылка ушла с его лица. — Мы...мы с ней больше не общаемся, — слова слизеринца были пропитаны грустью. — Ох...извини, — Поттер почувствовал себя неловко. — Тебе не за что извиняться, Поттер. Это не твоя вина. Ты сделал, все что мог — вытащил меня из Азкабана. Спасибо тебе и на этом. Мнение общественности ты контролировать, увы, не можешь. — Вау, — ответил Поттер, на что Драко вопросительно на него посмотрел, — сам Драко Люциус Малфой поблагодарил меня! Вселенная, должно быть, схлопнулась! Помечу этот день красным в календаре! — Заткнись, Поттер, — фыркнул Малфой, вновь ухмыляясь. Между парнями наступила тишина. Слышен был только шелест мокрой травы от ветра и капли дождя. Но тишина не была неловкой — наоборот, она была вполне комфортной. Гарри удивился, что ему так нравится проводить время с Малфоем. Так, будто никогда не было никакой вражды, войны, метки, шрамов и заклятий. Никакого Малфоя. Только Драко, Гарри и... —...дождь. Я люблю дождь, — разорвал тишину Поттер, чтоб отвлечься от своих странных мыслей. Малфой заинтересованно посмотрел на него, ожидая разъяснений, — когда я был маленьким, мои тётя и дядя могли выгнать меня из дома прямо в дождь. Я брал из сарая резиновые сапоги и прыгал по лужам. Это одна из немногих хороших вещей, которую я могу вспомнить из детства со своими родственниками... — У тебя были плохие родственники, Поттер? — удивился Драко. — Ага, — кивнул гриффиндорец, — я жил с дядей и тётей, а они просто ненавидят магию и моих родителей. Они давали своему ребёнку бить меня, могли морить голодом, если я сделал что-то не так, подавляли всю мою индивидуальность... — Ого. А я думал, что тебя с раннего детства в задницу целовали, — хмыкнул Малфой. — Если честно, то про тебя я думал точно также, — парировал Поттер. — Справедливо, — пожал плечами Малфой, — что-то разоткровенничался ты, Поттер. Представь заголовок в газете: трудное детство Гарри Поттера! — Ой, заткнись, — покраснел Гарри. Да, чего это он. — Ладно, не кипятись, Потти. Я... — Драко опустил взгляд, — я тоже люблю дождь. Мы с матерью в детстве просто обожали гулять по саду Мэнора в дождливую погоду под зонтиком, — Гарри смотрел на Малфоя, продолжая его слушать. — И я всё ещё люблю дождь. Но когда я внутри, с зонтиком и тепло одет, а не в, — Малфой потрогал квиддичную мантию, — это. Тонкая! А мы ведь и в непогоду играем... В общем, я люблю дождь, но не когда я весь промокший насквозь и замерзший! — Тебе холодно? — тупо спросил Поттер, заставив Малфоя скептически посмотреть на него и закатить глаза. — Я только что это сказал, разве нет? Ты не только слепой, но ещё и глухой, да, Потти? — Нет, просто... — Гарри покраснел, — я знаю, что если ты будешь обниматься с человеком, то почувствуешь его тепло и тебе будет не так холодно... Мы так грелись с Гермионой когда... — Поттер замялся, — были в бегах, в общем, а согревающих чар не хватало. — Ты предлагаешь обнимашки, Поттер? Серьёзно? — Гарри еще больше покраснел. — Да, прости, это глупая идея, забудь! — Поттер отвернулся и смотрел в другую сторону от Драко, не замечая его метаний. На пару минут вновь наступила тишина — теперь уже неловкая, пока Драко не сгреб Гарри в объятьях, — Малфой? — Твой совет не работает, мне все ещё холодно! — буркнул Драко. Гарри засмеялся. — Это я должен обнимать тебя, чтоб согреть! — Ну тогда чего ты сидишь? — все лицо Гарри стало красным. Он посмотрел на Малфоя, чтобы увидеть, серьёзен ли он, а затем все таки обнял. Спустя несколько минут дождь стал потихоньку утихать. Вышло солнышко, но дождь ещё не закончился, поэтому на небе появилась радуга, обратившая на себя внимание сидящих в обнимку парней. — Радуга, — проконстатировал Гарри. Драко угукнул ему в грудь, а затем отстранился и встал, вылезая из обнимашек. Поттер почувствовал укол разочарования. — Значит, скоро дождь закончится. Пойдём, — объяснил Малфой и встал перед дверью. Гарри сделал то же самое. — Может ещё раз попытаемся открыть? — предложил Гарри. Слизеринец пожал плечами. Поттер достал палочку, и направил её на замо́к, — Алохомора! И дверь открылась. Если бы не капли дождя, заглушающие большую часть остальных звуков, в этот момент определенно послышались бы звуки сверчков. — Мы...мы даже не попробовали открыть дверь алохоморой... — Малфой дал себе мысленную оплеуху, — видимо, если проводить слишком много времени с таким гриффиндурком, как ты, то заражаешься тупостью воздушно-капельным путём, — недовольно процедил Малфой, заходя в раздевалку. Гарри обиженно фыркнул и зашёл за ним, закрывая дверь. Малфой ушёл в душ, а Гарри решил пока обойтись очищающими заклинаниями и переодеться. Когда Поттер уже надел поверх рубашки с галстуком свой бордовый свитер, из душа вышел Малфой. В одном полотенце. В одном чертовом полотенце, обмотанным вокруг бёдер полуголого Малфоя. Обернувшись на него, Гарри опешил. А потом залип, осматривая худое бледное тело Малфоя. — Что? — спросил Драко, а затем поднял левое предплечье, — метка, да? — Гарри растерянно перевел взгляд с груди Малфоя на его руку и замотал головой. — Нет, нет, это... — Поттер покраснел. Драко указал левой рукой на свою усыпанную шрамами от сектумсемпры грудь. — Это? — Нет, нет, нет, просто я... — и Гарри покраснел ещё сильнее, затем стремительно отвернулся от Малфоя. Он что, серьёзно пялился на его торс? Драко задумчиво хмыкнул и стал одеваться. Через пару минут уже одетый Малфой подошёл к Поттеру. — Меня ждёшь? — Гарри, который, видимо, был в своих мыслях, вздрогнул. — А…э...мгмх — Очень информативно, Поттер, — кивнул Малфой, — пошли уже. Драко прошел мимо гриффиндорца и уже подошёл к двери, как Поттер его окликнул. — Что, Поттер? — с напускным раздражением спросил Малфой. Герой сглотнул. — Я... — Гарри зажмурился, — тыбхотлсходитвхогсмидсмнойнавыходных, — на одном дыхании выпалил Поттер. — ...что? — Малфой не понял ни слова из того, что сказал этот гриффиндурок. — Говори медленнее и чётче, Поттер. Я ни черта не понял. — Ты... — Гарри покраснел. — Ты бы хотел сходить со мной в Хогсмид в эти выходные? — В Хогсмид? — Поттер кивнул. — Это свидание? — Если ты хочешь, чтобы оно им было, — он смущённо улыбнулся. — Ладно, — через пару секунд пожал плечами Малфой, слегка покрывшись румянцем. Гарри аж весь засветился, что заставило Драко сдержанно улыбнуться. Поттер подошёл к нему. — Значит, встретимся у выхода в Хогсмид, Малфой? — Как скажешь, Поттер, — Драко замялся и покрылся ещё большим румянцем, а затем поцеловал Поттера в щёку, заставив того пораженно ахнуть. — Увидимся, Гарри! — махнул на прощание Малфой, прежде чем уйти в свою сторону. Гарри пораженно положил ладонь на щёку, после чего счастливо улыбнулся, смотря вслед уходящему слизеринцу.