Trente jours

— Целитель Малфой! К нам снова поступил ваш паре... — медсестра Халлевелл прочистила горло. — ...аврор. Драко фыркнул и закатил глаза, не скрывая своего раздражения. Он встал из-за стола, поставил на него так и не начатую кружку кофе, и вновь обратил свой взгляд на коллегу. — Ведите. Пока они шли к нужной палате, Драко поправлял халат, прилизывал волосы, стряхивал с плеч невидимую пыль, ведь он всегда должен выглядеть профессионально и с иголочки. И это совершенно не связано с тем, кто снова стал его пациентом. Когда они дошли, Малфой открыл дверь и, не здороваясь, спросил: — И что на этот раз? — И тебе привет, Малфой. Целитель закрыл за собой дверь и начал глазами осматривать пациента. — Сглаз разворота колена? Проклятие чесотки? Проклятье обмякшего мозга? Хотя вряд ли, в таком случае было бы незаметно. — Ха-ха, Малфой, очень смешно, — Драко нарочито устало вдохнул и подошел к единственной койке в, естественно, вип-палате, специально для дважды выжившего мальчика. Хотя он уже давно не мальчик — годы в академии авроров и на службе не прошли даром, и сейчас перед бывшим слизеринцем лежит мускулистый подтянутый мужчина с щетиной в чертовой обтягивающей ярко-красной форме. Какого черта авроры носят настолько прилегающую к телу и подчеркивающую мышцы форму? Бедных целителей целительниц и ведьмочек-преступниц совращать? А щетина? Он вообще знаком с базовым заклинанием бритья? Она же наверняка колется при поцелуе... Нет, Драко не хочет это проверять. Не хочет! — Малфой? Целитель заморгал, поняв, что пялился, и слегка покраснел, молясь, чтобы Поттер это не заметил. — Позавчера не належался? А три дня на прошлой неделе? А три дня на позапрошлой? — З-заткнись... Это началось уже давно. Где-то два года назад Поттер впервые за время работы в аврорате поступил в Святой Мунго, и Малфоя, как одного из лучших целителей, направили его лечить. Ведь они не могут потерять своего Избранного, ему на лечение нужно лучших из лучших! Драко нравился этот титул, но факт того, что ему нужно снова контактировать с ненавистным Поттером... Тот оклемался от какого-то темного заклятья, брошенного преступником, уже через пару дней, и с тех пор стал все чаще поступать именно в отдел Драко, который уже стал чуть ли не личным целителем этого придурка. Сначала всего раз в месяц, потом пару раз в месяц, и чем больше времени проходило, тем чаще аврор оказывался на койке, будто он специально попадается во время битв и погонь под темные проклятья, чтобы... Откосить от работы? Подкатывать к местным медсестрам? — Не надоело под проклятья попадать, мистер Звезда Аврората? Будто специально, — озвучил свои мысли Малфой. Поттер, в свою очередь, покраснел, что говорило само за себя. — По мне соскучился? — шутя спросил Драко. К его удивлению, бывший гриффиндорец покраснел еще больше. Хотя Драко, должно быть, показалось. Или это от злости. Это явно не то, во что хочет верить его глупое сердце. Это определенно не "да". — Что случилось-то? Рассказывай, шрамоголовый. — Ну, как ты и думал, в меня попало какое-то проклятье. Во время дуэли. — Воу, и с кем же не поладил наш герой? — Драко не понял этого, но от такого обращения в животе Гарри запорхали бабочки. "Наш" ведь почти "мой", да...? — Ни с кем... Это мои коллеги... А я оказался не в то время не в том месте, и... — он закатал рукав и протянул Малфою покрытое розовыми пузырями предплечье. Целитель взял предплечье в свои руки, заставив тепло разбежаться по телам обоих парней, и начал его осматривать. — Проклятье пузырчатой руки? Мда уж, вот уж авроры оригинальные... — саркастично протянул Драко и усмехнулся. — Розовый. Забавно. — А что забавного в розовом? — Если я правильно помню, цвет пузырей меняется в зависимости от эмоций. Розовый, кажется, влюбленность, — он поднял взгляд на Гарри, и тот потерялся в серых, магическим образом лучившиеся каким-то светом глазах и солнечной улыбке. — Ну и кто счастливица? — Лечи уже! —прикрикнул помидор-который-выжил, отводя взгляд. Малфой достал палочку и начал водить по руке, шепча какие-то заклинания. Пузыри потихоньку начали лопаться, пока не лопнули все. — Вот и всё. — Малфой поднял взгляд и увидел что Поттер как-то завороженно на него смотрит. — Поттер...? — А? Прости, засмотрелся. Ты такой красивый, когда сосредоточенный, — Гарри улыбнулся, заставив все внутренности целителя перевернуться. — Лучше тебе ещё полежать до завтра, — смущённо покраснев проигнорировал комментарий Малфой, — на случай если пузыри вернуться, или если в кровь попало мыло... — Подожди! То есть я выйду только завтра? — Да... — Поттер вскочил, и его рука выскользнула из рук Малфоя. — Нет! Мне нужно быть дома сегодня! — целитель вопросительно посмотрел на внезапно запаниковавшего аврора. — Причина розовых пузырей дома заждалась? — не сумев скрыть непонятную обиду из голоса спросил он, приподнимая светлую бровь. — ...почти, — Поттер направил свой умоляющий взгляд на Малфоя. — Отпусти сегодня, пожалуйста! Я тебя очень прошу. Драко вздохнул, скрестив руки на груди. — Да иди уже. Ты знаешь, куда аппарировать, если что-нибудь все же случится. Гарри улыбнулся, кивнул на прощание и выбежал из палаты. Малфой повернулся к окну, внутренне проклиная безответственность гриффиндурка. Настолько спешил в объятья своей девушки, что даже на Драко свое здоровье наплевал? Придурок. *** На следующий день, возвращаясь с обхода, Драко обнаружил у своего кабинета Поттера. Сегодня на нем не было аврорской формы. На нем была каштановая мантия, и она ему шла не меньше. Подойдя ближе, Драко обнаружил, что он наконец-то избавился от щетины. Руки у него были за спиной, и он старался не пересекаться взглядом с бывшим слизеринцем. — Что-то все же случилось, да? Надо было слушать целителя! Опять рука? — Поттер покачал головой. — А что тогда с руками? — он покраснел и сглотнул, решаясь на что-то. Аврор вытянул руки перед собой, и в них оказалась розовая коробка в форме сердца и...валентинка? — Эм... — Я хотел отправить совой, но решил, что лучше я...отдам тебе лично. — А...какой повод? — Сегодня четырнадцатое февраля. День всех... — Гарри отвел смущенный взгляд, — влюбленных и все такое... — Ох... — Драко не помнил. Для него это обычный день. Не с кем было праздновать... — Открой валентинку. Драко взял открытку-сердечко из руки Поттера и прочитал, что на ней написано, густо покраснев. "Моему любимому целителю от твоего аврора". Внутри открытки: "Будешь моей валентинкой?" — Придурок... — смущенно пробормотал он. Гарри забеспокоился. — Д-да, прости, я не должен был... — Прости? — непонимающе переспросил Малфой, в голове которого все еще шла загрузка. Он перевел взгляд на коробку, — А в коробке что? — Шоколад... Ну, который твой любимый, — засмущался Поттер. — Откуда...? — Паркинсон рассказала, — Драко сделал мысленную пометку спросить у Панси, почему она распространяет личную информацию о нем какому-то гриффиндорцу, и с каких пор они вообще общаются. Между ними возникла неловкая тишина, пока Малфой рассматривал подарки. Он взял в руки коробку шоколада и наконец зашел в свой кабинет. — Эм, Драко, так что... — Я заканчиваю в восемь. Драко мог поклясться, что почти видел, как Гарри завилял хвостом.