Война саблезубов

      Множество любопытных взглядов было устремлено на меня, пока я сидел в ожидании, любезно предложенной, еды, разглядывая в свою очередь помещение. Стены из крупного камня были украшены разнообразными щитами, мечами и блеклыми знамениями. Больше тут разглядывать было нечего. Обычное место трапезы солдат с двумя длинными деревянными столами и такими же табуретками.       - Наша еда не такая изысканная, но она довольно питательна.       Передо мной поставили тарелку, на которой лежал большой поджаристый кусок свинины и несколько ломтиков белого хлеба. Рядом положили две небольшие груши и поставили кубок со светлым напитком, от которого пахло яблоками.       - Спасибо, но это довольно хороший завтрак.       Севший напротив, Нэд, тот самый мужчина, который узнал во мне принца, коротко рассмеялся заключив:       - Скорее обед. Ешь и рассказывай, зачем тебе понадобилось в город?       Сделав первый укус, я начал свой короткий рассказ о том, зачем мне понадобилось в город. Он слушал, не перебивая к нам, также присоединились те два солдата, сев по правую руку от мужчины. Все остальные, закончив глазеть на меня, занялись своими тарелками с едой, а некоторые просто покинули помещение.       - Я скажу так, – После того как я закончил, Нэд задумчиво молчал, глядя куда-то сквозь меня. – Ты еще слишком юн для всего того, что происходит за пределами дворца, боюсь, твоя психика может не выдержать. Но так же я отдаю должное твоему рвению узнать правду обо всём. Так что, препятствовать не буду, можешь идти.       - А если с ним что-то случиться?       - Это не наша забота. – Не отрывая от меня серьезного взгляда, отчеканив, продолжил. – В городе, ты будешь предоставлен сам себе и защищать себя будешь сам.       - Может, хоть небольшой кинжал ему дадим, чтоб было чем защищаться.       Немного поразмышляв, мужчина кивнул, поднимаясь из-за стола говоря следовать за ним. Покинув трапезную, мы выходим на тот же двор где меня поймали и идём к уже знакомому мне коридору. Сказав обождать снаружи, стражник заходит в одну из дверей начиная греметь разнообразным оружием, может ещё и доспехами. Вскоре он выходит с небольшим невзрачным клинком из тёмного металла, а может он потемнел от времени. Протянув мне рукоятью вперёд, говорит спрятать в одежде, что я послушно и выполняю. После чего проводит к вратам, где мы прощаемся и я покидаю стены замка.       Вот она, свобода, вдохнув её воздух полной грудью, я лишь чувствую тошнотворный запах застоявшейся воды исходящий ото рва, что находиться под мостом. Решая не задерживаться, бодрой поступью спускаюсь по идущему под лёгким наклоном мосту в город.       Ноги, не привыкшие к таким долгим походам и таким неровным дорогам, устали отдавая болью в лодыжках. Город, казавшийся так близко с вершины замка, оказался довольно далёким. Единственное что радовало так это то, что в нос больше не бил тот ужасный запах, его заменил просто воздух, без каких-либо других примесей.       Наконец-то добравшись до города, я столкнулся с ещё одной проблемой в лице очередных стражников. Эти точно не узнают во мне принца, даже пробовать не буду. Прикинуться бродяжкой, который ищет приют и у которого в одежде спрятан клинок, весьма не подозрительно. Подойдя ближе, один из них выставил руку вперёд, прося остановиться.       - Кто таков, откуда будешь? – Строгий голос молодого юноши, заставил меня запаниковать.       - Я, я из Зырца. – Решив воспользоваться имеющейся информацией, я лгал стражникам, нервно скомкивая в кулаке ткань плаща. – Мне больше некуда идти.       - Он, наверное, отбился от той группы.       К диалогу добавился второй стражник. Я не решился подтверждать или опровергать его слова, мало ли это такая проверка.       - Не помню, что бы они говорили о том, что бы от них отбился ребёнок. – Юноша перевел от меня на товарища строгий взгляд.       - В такой ситуации трудно услед       - Я ничейный!       Не давая договорить, с всхлипом выкрикиваю, впиваясь ногтями в кожу ладоней, пытаясь вызвать хоть парочку болезненных слезинок. От этого, стражники замолкают и вперивают в меня не то удивлённые, не то сочувственные взгляды. Надеюсь, это сработает, и они быстрей пропустят меня в город.       - Эй-эй, пацан, успокойся. – Сделав пару неуверенных шагов ко мне, второй стражник попытался меня успокоить. – Мы понимаем твоё положение, и ты наше пойми, мы все тут на нервах после этих новостей. Ты главное не сдавайся, жизнь то продолжается, может всё ещё и наладиться. – Он всё тараторил и тараторил, а я в глубине души ликовал, главное сейчас не выдать это. – Кагу, побудешь один, я отведу его к остальным?       Молодой стражник неодобрительно посмотрел на своего товарища, явно взглядом давая понять, что он не одобряет его предложения. Надо что-то срочно предпринять. Меня тоже не радует тот факт, что кто-то меня будет сопровождать куда-то, но справедливости ради, попасть туда захотелось. Так сказать узнать всю информацию непосредственно из достоверных источников. Сделав вид, что взял себя в руки и немного успокоился, я выдавил:       - Спасибо, но мне бы не хотелось вас утруждать и тем более отрывать от поста. Можете объяснить, я сам доберусь.       Широкими рукавами вытираю, уже успевшие высохнуть, дорожки слёз. Аккуратно поглядывая на лица стражников, пытаясь их прочесть.       - Ты не боишься потеряться в незнакомом городе? – Осторожно задал вопрос, рядом стоящий, стражник. – Это тебе не пять домиков.       - Я справлюсь. Не вечно же мне за кем-то ходить.       Оба стражника посмотрели на меня иначе, с неким, я бы даже сказал, уважением. И объяснив, как добраться до специально отведенного здания для граждан Зырца, пустили в город. Стараясь не выдать преждевременную радость, сдержанно благодарю их и с усиленным сердцебиением ступаю по проложенной каменной дороге.       Шум оживлённого города, который я все это время старательно глушил, захлестнул меня целиком, уводя в сладкое предвкушение. Трех-двух этажные домики, светло-серого цвета с деревянной обделкой, ровными рядами возвышались над центральной дорогой. По которой пожилые мужчины катили телеги с мешками, девушки и женщины в пёстрых юбках группами хихикали и болтали, то на лавочках, то около углов домов. Детей, примерно моего возраста, видно не было, даже самых маленьких.       Я не мог сдержать радостной улыбки, разглядывая такую простую, но яркую и счастливую жизнь простых людей. Продвигаясь всё дальше, я замечаю скопление детей, ах вот где они все, возле какого-то здания. Приблизившись, мне стало тоже любопытно посмотреть, что же их так привлекло. Протискиваться вперёд я не стал, лишь со стороны попытался рассмотреть, что же там такое. Резко, все дети в унисон вздохнули, ахая, делая несколько шагов назад поднимая головы к небу, я еле успел отскочить, что бы меня ни задавило. В воздух поднялась, крутясь вокруг себя деревянная палочка с приделанными к ней спиралью, то ли листы бумаги, то ли ткань. Я с большим удивлением рассматривал это чудо, под звонкий детский смех. Как только эта конструкция плавно скрылась за головами детей, они тут же плотней подбежали к человеку, который запустил это, закидывая вопросами и говоря как это чудесно.       Решая больше не задерживаться, я пошёл дальше, вспоминая маршрут объясненный стражником. «Выйдя на центральную площадь, пройди мимо трёх переулков и зайди в четвёртый и двигайся всё время прямо, пока не упрёшься в развилку. Тогда поверни, налево пройдя ещё немного по правую сторону, увидишь вколоченную в землю табличку с надписью «Латание дыр», тебе не сюда, но будешь уверенным, что движешься в верном направлении. И так идёшь всё дальше, если повезёт, услышишь голоса, иди на них, если же нет, ищи столб обмотанный тряпками, там и будет нужное тебе здание».       Судя по нарастающему шуму, я приближаюсь к центральной площади. Так и есть, моему взору открылась большая площадь, в середине которой стояла каменная арка, поросшая зеленью с мелкими цветами. Вокруг неё шло кольцо воды, откуда люди черпали или же наливали, из специальных металлических сооружений, воду. По полукругу всей площади разместились самодельные, с натянутыми поверху разноцветными, выгоревшими, тканями, строения, где торговцы нахваливали свой товар, стараясь быстрей его продать. Распахнув шире глаза и чуть ли не с раскрытым ртом, я медленно шёл, вперед разглядывая людей, которые в свою очередь: рассматривали товары, звенели монетами, громко ругались, тащили за собой полные корзинки.       - Малец, с дороги!       Со стороны послышался окрик, я тут же повернул голову, заметив крупного мужчину толкавшего перёд себя бочку на двух колёсах. Его недовольный взгляд, чёрных глаз, из-под густых бровей буравил меня. Тут же поняв, что обратился он ни к кому иному, как ко мне, я поспешил уйти с его пути.       Теряясь во всём этом многообразии новых для меня эмоций, чувств и впечатлений, я чуть не теряю из виду нужную мне дорогу. Выбравшись из круговорота людей, сразу же направляюсь к нужному переулку, стараясь не оборачиваться назад, боясь, что меня опять затянет, закрутит и не выпустит оттуда.       Вскоре вымощенная камнем дорога кончается, заменяясь на землю, которая должным образом не успела впитать всю ту воду, которая проливалась несколько дней подряд. Ноги в мгновение ока по щиколотку заляпались грязью, из-за чего я каждый раз морщился, ощущая, как в очередной раз, нога поглощается влажной землей. Немногочисленные люди, бродящие, словно пустые оболочки, не обращали на это никакого внимания. Ну, разумеется, они привыкли к такому, а для меня – замкового жителя, такое в новинку и непривычно.       Перестав обращаться на это внимание, я начал осматриваться, ведь здешняя атмосфера разительно отличается от того, что меня встретило. Узенькая улица, между низких домов в один или два этажа, судя по небольшим окнам. Изредка на домах встречались деревянные пристройки с балконами. В окне одного из домов, я заметил бледно-серое осунувшееся лицо девушки, которая смотрела таким же серым и безжизненным взглядом в небо. Её даже не волновали доносящиеся из глубины дома, приглушенные крики. Передернув плечами, я поспешил дальше по улице.       С дальнейшим углублением в проговоренный мне маршрут, окружение мрачнело, редко проскакивали частично нормальные постройки. С приоткрытых дверей, слышались разговоры и бытовая возня. Мне было тут до одури некомфортно, хотелось поскорей уйти отсюда, вернуться на ту площадь и продолжать наслаждаться той безмятежной и радостной обстановкой. Но правду мне там мало кто расскажет, поэтому запрятав эти чувства, я продолжаю шагать по вязкой дороге.       Давно пройдя табличку с надписью, я старательно вслушиваюсь и всматриваюсь в каждый закуток. Но обмотанного тряпками столба я не вижу. Прятавшийся, периодически, за хмурыми облаками Курс, начал клониться к горизонту, из-за чего окружение начало становиться ещё мрачней, чем было до этого. Лёгкая паника начала тянуть ко мне свои липкие руки, которые я старательно отгонял от себя, надеясь за очередным закутком увидеть тот самый столб. Но за закутком меня встретил полусидящий на земле мужчина в старых поношенных лохмотьях, некогда называвшимися одеждой. На вид он казался мирно спящим, вот только грудь не вздымалась, лицо не то бледно-синее, не то просто бледное и запах, такой лёгкий, еле уловимый, подгонял к горлу ком тошноты.       Не желая больше на это смотреть, резко отворачиваюсь, несколькими широкими шагами продвигаясь вперёд, натыкаюсь на кого-то. Распахнув глаза, вижу перед собой парня, возраста примерно моего, за его спиной замечаю ещё одного, и нервно сглатываю. Отступив на пару шагов назад, не свожу с них взгляда. Они тоже не спешат продвигаться дальше, рассматривая меня, как некую диковинку. Оба парня были одеты в чёрную одежду, что отлично маскировало их в наступающей темноте. Лишь светлые волосы второго парня, не до конца скрытые капюшоном, могли выдать их присутствие. Подумал бы я, если бы не заметил между ними укрытый светлой тканью продолговатый предмет.       - П-почему вы ввс-стали? – Позади них раздался заикающийся вопрос.       - Да так, наткнулись тут на пацана какого-то.       От этих слов, меня обдало холодным потом, ноги будто бы ещё больше поглотились вязкой землёй, не позволяя уйти или убежать. Парни опустили на землю свою ношу, обступая её так, что она скрылась от моего взгляда. Нервно дёрнувшись назад, еле удерживаю равновесие, чтобы не упасть, окончательно себя обезнадёжив.       - Ттут ещё один. – Из-за спин парней медленно выходит юноша. – Н-надо и его зз-забрать.       Юноша разительно отличался от двух парней. Высокий, с ладно сложенным телом, которое подчёркивала относительно белая одежда, а это накинутый на левое плечо плащ, закрепленный кожаным ремешком на другом плече. Из-под него виднелся чёрный приталенный жилет, прикрывающий белую рубашку, рукав которой был запятнан красными и жёлтыми разводами. На бёдрах искоса крепился на ремешках пояс, таким образом, держа тёмно-серые штаны, которые были заправлены в тёмно-коричневые ботинки. Но больше всего выделялись пепельно-белые волосы, на фарфоровом лице, с ясно голубыми большими глазами. Он как яркий луч, в этом мраке переулка.       - Т-ты потерялся? Выг-глядишь не как местный.       Движения юноши были лёгкими, плавными и даже изящными. Я невольно любовался им всем, как самым прекрасным творением искусства. Легко тронув парня по плечу, он кивком головы указал на закуток, где «спал» мужчина. Тот же тяжело вздохнув, направился туда, за ним последовал и второй парень. Сам же остался, продолжая выжидающе смотреть на меня.       - Т-так и будешь молчать?       - А, я. – Не знал, что сказать в первую очередь. Юноша в ожидании упёр, не спрятанную под накидкой, руку. – Да, не местный. Я ищу здание, отведенное для жителей Зырца.       Юноша задумчиво замычал, тщательней всматриваясь в меня, после чего заключая:       - Ты в-вроде не выгглядшь как те люди. – Неужели мой обман может раскрыться, и чем же я не похож на них. – Ни травм, ни ранений, д-даже взгляд нне потерянно-исспуганный. Т-ты точно с захваченного Зырца?       Что значит, нет травм и ранений? Испуган, потерян, да что там такое произошло, кем он захвачен? Так хочется задать все эти вопросы, которые в тот час раскроют мою лож. Нервно сглатываю ком в горле, быстро соображая, что можно сказать-соврать, что бы мне поверили. У меня больше нет ни какой полезной информации, что бы из неё можно было что-то извлечь. Может опять разыграть сценку со слезами?       - Эй, ты отвечать б-будешь? – Юноша протянул ко мне руку, от которой я отшатнулся, мало ли что он собрался со мной сделать, тем более видя, что делают те двое.       Пока меня расспросами отвлекал пепельноволосый, парни, ощупав мужчину, забрав некоторые вещи и сняв, не всю, одежду, складывая её рядом, подхватили податливое тело под руки и ноги перенесли к оставленной на земле поклаже. Стянув тряпку, я машинально закрыл рукой рот, сдерживая вскрик. Под ней лежало тело молодой девушки, вся одежда которой испещрена бурыми пятнами. Половина лица, так же как и лежащая на животе рука, покрыты неровно расползшимися тёмно-бордовыми, даже уже почти чёрными, участками мяса. Больше увидеть не удалось, ведь на неё сверху уложили мужчину, накрывая всё обратно тканью.       От увиденного, я забыл о стоявшем передо мной юноше с его вопросами. Непонимание и ужас того, что с ней сделала эта тройка и что может сделать со мной, заставили моё сердце забиться быстрей, а лёгкие вдыхать воздух чаще. Чувства обострились и каждое их движение, вызывало резкое дёрганье в сторону.       - У нн-него началась пан-ника. – Через оглушительное биение сердца в ушах, до меня донёсся взволнованный голос. – Т-тихо, усп-покойся, главное д-дыши.       - Ты сам начал волноваться. Парень, приди в себя. – Крепкие руки легли мне на плечи, когда только успел подойти, встряхивая. – Посмотри на меня. – С трудом фокусирую на парне взгляд. – Отлично, теперь сделай глубокий вдох. – Смотря в пронзительно бледно-зелёные глаза, вдыхаю. – Теперь медленно, через рот выдохни. Ты там тоже проделай это. – Через плечо, он обратился к разволнованному юноше. – Ну что, лучше? – Несколько раз, проделав эти нехитрые действия, я на удивление успокоился, кивком головы подтвердив это. – Отлично, Роб, ты как? – Отпустив мои плечи, он обернулся к юноше, который тоже успел успокоиться.       - Хорошо, все хорошо.       - Мы отнесём тела, а ты тогда отведи его на базу.       Подняв ношу с телами, они поспешили удалиться. Немного растерянный, я стоял и смотрел в землю, переваривая увиденное и услышанное. Я не так их понял, не так расценил действия-поступки? Но в этих стечениях обстоятельств по-другому бы не получилось, наверное.       - Ну, пошли.       Оказывается мне оставалось совсем ничего пройти, и я бы увидел тот самый обмотанный столб. Ночная темнота уже полностью накрыла город, и найти бы это место стало бы довольно затруднительно. Тем более, я не заметил по дороге каких либо осветительных столбов. С одной стороны я даже рад, что наткнулся на кого-то отсюда.       Пространства здесь было много, так же как и отдельных строений, в окнах которых дребезжал тусклый свет огня. Между двух небольших построек было пространство, где с натянутых верёвок снимают одежду и такие же тряпки, какой была укрыт та девушка, пара девочек.       - Нам сюда.       Я вздрогнул, услышав голос юноши. Открыв небольшую деревянную дверь, жестом приглашая меня пройти первым, он отошёл чуть в сторону. Недоверчиво и подозрительно наблюдая за этим, я помедлил с приглашением. Вдруг они водят меня за нос, чувствую себя параноиком. Вздохнув, пепельноволосый понял, что я ещё недоверчив, поэтому прошёл в помещение первым, чуть пройдя вперёд ожидая меня. Осмотрев тёмные углы улицы, захожу следом, думая, что это всё же лучше, чем, нежели ночь на улице.       В тускло освещенном помещении было тепло и пахло какими-то травами вперемешку с ещё чем-то горько-кислым. По правую руку стояли столы, заставленные деревянными плошками и другой, впервые виданной мной, посудой. Так же над ними висели те самые, пахучие, травы. По левую руку, вдоль стены стояли деревянные стулья и лежаки.       - Робин, – Из-за шторки, что скрывала остальную часть помещения, выскочила растрёпанная, с покрасневшими глазами, девочка, трясущимися руками хватаясь за его накидку. – Ему стало хуже, скорей, сделай что-нибудь.       Не обращая на меня ни какого внимания, она потащила его за отодвинутый, тонкой ручкой, кусок ткани. В секунду, расслабленное лицо юноши стало серьёзным. На ходу отстегнув плащ, он с девочкой скрывается за тканью. Я же, сгрызаемый любопытством, мнусь на одном месте. С той стороны стали слышатся сдавленные стоны и всхлипы. Не выдержав, стараясь не шуметь пробираюсь через тканевую преграду.       В нос тут же бьёт резкий запах гнили, старательно глушимый травами и не так отчетливо чувствовавшийся на той стороне помещения. На лежаках находились люди разных возрастов, от стариков до детей, взгляды у них были отрешёнными и безжизненными, лица осунувшимися и бледными. Я тут же смекнул, что это возможно те самые жители Зырца. Мне тут же захотелось подойти к одному из них и задать парочку мучавших вопросов, но очередной болезненный стон остановил меня, заставив повернуться в ту сторону. О чём я жалею.       У одного из лежаков, с серьёзным выражением лица, согнулся над укрытым до пояса грязно-коричневой тряпкой парнем, что-то делал Робин. Рядом, прикрывая рот ладонями, роняя горькие слёзы, стояла та девочка. Сделав пару неуверенных шагов ближе, открываю себе лучший обзор на происходящее. Стискивая зубами туго скрученный кусок ткани, парень терпел боль рванной кровоточащей раны, на половину бока переходя на грудь. Игнорировать, то, что красные следы и разводы на одежде и тканях всех здесь присутствующих не что иное, как кровь, я уже не мог.       Откинув в сторону окровавленные тряпки, юноша вытер успевшую проступить кровь, стараясь не задеть само ранение. С рядом стоявшего столика, взяв баночку, Робин, стал наносить желтоватую густую мазь вокруг ранения. Парень сильней замычал, стараясь отстраниться от чужих рук. Отставив банку, чистой рукой пепельноволосый постарался вернуть парня в исходное положение. Но это оказалось трудней, чем он ожидал, раненый в некой агонии стал отпихивать его, небрежно махая руками. Девочка, пискнув, порывалась было кинуться на помощь, вот только пронзительно глубокий голос остановил её, чего даже я не ожидал.       - Не лезь. – До этого казавшийся фарфоровой статуэткой юноша, оказался мраморным изваянием. – Д-действия притупляющего боль сснадобья прошли, п-поэтому он может ненароком навредить т-тебе. – Он быстро кинул на неё серьёзный взгляд, в котором на долю секунды появилось изумление, увидев меня, тут же уступая место прежней серьёзности.       В этот короткий промежуток времени, я успел прочесть не озвученный вопрос в его, по-прежнему светлых, глазах. «А ты зачем последовал за мной»? Любопытство, это всё любопытство, ну и может ещё доля интереса. А ведь его немой вопрос можно понять, самолично наблюдая, как относительно недавно, увидев мёртвое тело девушки, меня сковала паника. И теперь, я самозабвенно следую за ним в логово, где таких людей в разы больше.       - Р-раз ты тут, п-помоги.       В твёрдом голосе проскочила мольба. Я видел, как ему с каждой секундой становилось всё трудней сдерживать парня, который выл, стонал всё громче и мучительней, практически лишившись своеобразного кляпа. Люди на соседних лежаках нервно завертелись, стараясь сжаться или хотя бы спрятаться от этих звуков. Честно говоря, мне самому от них было не по себе, хотелось убежать, но чувство ответственности за каждого жителя страны, как принца, хоть и несостоятельного, не позволяло сбежать. Поэтому пересилив себя, подхожу ближе, стараясь всем своим естеством показать Робину, что готов ему помочь.       - Поп-правь кляп и пперехвати его руки. По-постарайся держать их над головой.       С кляпом не возникло больших проблем, а вот с руками, которые метались в воздухе без разборно, пришлось повозиться. Схватив одну притягивая к себе, получил удар по грудной клетке второй. Пепельноволосый с тревогой перевёл на меня взгляд, притягивая за талию съехавшее тело. Болезненно выдохнув выбитый воздух, хватаю руку и, сжимая худые запястья, завожу руки над его головой. Юноша, не теряя времени, начинает повторно наносить густую смесь, игнорируя свежие алые струйки. Парень взвыл пуще прежнего, вырывая руки из моих не настолько сильных рук, но всё ещё умудряющихся удержать его. Запрокинув голову, он выгнул колесом грудь, стараясь опять уйти от рук Робина. Из его покрасневших глаз текли, видно, повторные дорожки слёз. Всё это время я старался не смотреть в сторону раны и действий юноши, но когда руки начали ныть, я скосил взгляд. В близи это выглядело ещё хуже, чем с далека. Я мог разглядеть то, насколько рана была глубока, то, как на краях скрутилась кожа, то, как с каждым вздохом и дёрганьем с новой силой из её недр вытекала очередная струя тёмно-алой жидкости. С очередным рывком рук парня, я не выдержал, разжимая свои одеревенелые ладони, стараясь обратно схватить их.       - В-всё, я закончил. – Я облегчённо выдохнул, стараясь не задерживать взгляда на ране. – Надо приготовить ум-меньшающее боль снадобье, иначе он сс-сойдёт сума от боли. – Утерев руки об укрывающую низ тела, тряпку, юноша подошёл к заплаканной девочке. – Н-не волнуйся, завтра ему станет лучше. Поб-будешь с ним? – Не сумев выдавить из себя хоть слова, она лишь несколько раз кивнула головой, утирая слёзы руками, подходит к краю лежанки, аккуратно садясь на её край. – Пошли.       Уже обратившись ко мне, Робин, плавно просачивается между штор. Я же, ещё раз, оглядев находящихся здесь людей, на сей раз, подмечая, ранее игнорированные мною детали, задерживаю взгляд на всё ещё вертящегося на лежаке парня. В голову кольнуло понимание, что ни кто из присутствующих, не сможет толком объяснить или же попросту не захочет рассказывать, что всё же произошло в Зырце. Поэтому, на стальных ногах, покидаю эту часть помещения.       Юноша уже стоял у столов, осматривая банки да сушеные травы. Скользнувший по мне взгляд, стал прежним, уже не таким серьёзным, каким был несколько минут назад. Не отвлекаясь от своего занятия, он тихо проговорил:       - Т-ты хорошо держался.       - Меня сейчас стошнит.       Накрывшая волна ощущений рвалась наружу. Почти на трясущихся ногах, я чуть ли не бегом, покидаю здание. Явно провожаемый удивлённым взглядом юноши. Чернота улицы была на удивление спасением, чем преградой. На ощупь, по стене я завернул за угол, не сдерживая позыва. Но так как съеденное утром мясо уже успело перевариться, и больше ничего я не ел, с уголков рта по бороде стекает лишь густая слюна. Глаза защипало, ноги не выдержав предают меня, подгибаясь, роняя слабое тело на чавкнувшую землю. Тело затрясло и даже не от холода. Перед глазами зияла рана парня и то, как из нее сочилась кровь. На периферии звуков ещё эхом слышались сдавленные кляпом стоны и мычание, а в носу зудел запах трав и крови.       - Эй, ты чего тут сидишь?       Вздрогнув, я попытался вскочить, но ноги не позволили. Глаза не могли различить даже фигуру стоящего, уже даже не говоря, об определении кто это. Как ни старался, я не смог установить личность подошедшего ко мне человека.       - М-мне стало плохо. – Запнувшись, тихо проговорил, опуская голову, рукавом утирая подбородок.       - Давай, поднимайся, поговорим внутри.       Не успев опомниться и сказать, что ноги не держат, меня под руку дёрнули на себя, укладывая руку на плечо, придерживая за талию, повели обратно в то двойное помещение. Видимо и без слов ясно, что я не могу нормально стоять на своих двоих. Уже внутри, меня усадили на стул и я, наконец, разглядел одного из тех парней, который вернул меня сейчас обратно.       Чёрные волосы с малиновым отливом, аккуратными локонами торчали в разные стороны. Грязно-серый плащ, ободранный снизу, так же как и у Робина скрывал одну часть тела, выставляя напоказ другую. Тёмная, сидящая по размеру рубашка с необычно завязанным на ней поясом, к которому крепилась небольшая сумочка. На пару тонов темнее рубашки, свободные штаны, одно бедро перевязано широким ремнём. Высокие, доходящие до колена, тёмно-коричневые, ботинки со светлыми тремя полосками.       - Део, у нас к-кончились шалфей и г-галаннгал. – Не оборачиваясь и что-то помешивая, сообщает юноша. – Без них я, – Он замер, прекратив даже помешивать. – Не смогу п-помочь Ксенсу.       - Я понял, но я, как и ты, не могу завтра покинуть базу. – Опёршись бедром о стол, через плечо заключил парень. – Отправим Бала.       - Куда это вы меня собрались отправить?       В проёме двери появился упомянутый парень, с явным недовольством на лице и в голосе. Одежда на нём была схожа с одеждой Део, из-за чего они были похожи на братьев, лишь цвет волос их отличал. В этом освещении и без капюшона они были пшеничного цвета, гармонично сочетаясь с карамельными глазами, ровными прядями спадая до плеч. Из их тройки, он единственный у кого плащ не крепился на одном плече. Так же, на нём было куда больше переплетений ремней. На ногах были объёмные ботинки, верх которых был, в несколько раз, подвёрнут.       - Передай, пп-пожалуйста ему. – По левую руку подпирающего стол парня, Робин поставил дымящуюся чашу. – Уссспокаивающий чай.       - А, как же закончившиеся травы?       Стараясь придать голосу уверенности, прячу дрожь, собирая на себе их взгляды. Темноволосый, взяв в руки чашу, подходит ко мне, молча передавая и так же молча возвращаясь на место. Уперев взгляд в светло-зелёную жидкость, в которой плавали перемолотые части растений, я ждал хоть каких-то пояснений.       - В него входят д-довольно распространённые травы: ромашка, мята, т-так что не переживай. – Юноша натянул уставшую улыбку, возвращаясь к работе.       - А, так вы меня за травами решили отправить завтра? – На соседний, стоявший лежак, снимая плащ, сел Бал. – Учтите, один я не пойду.       - Так даже некого отправить.       Слушая их будничный разговор, делаю первый глоток. Горячая и горькая жидкость опаляет рот, и горло из-за чего я раскашлялся. Голоса затихают, тут же возобновляясь.       - Так может этого взять? – Забываясь редким кашлем, перевожу взгляд на соседа. – Тебя зовут то как? Наши имена, небось, уже знаешь.       - Та´ши.       Прочистив горло, последний раз кашлянув, называюсь. Лишь спустя долгое молчание до меня начинает доходить осознание, что по имени они могли догадаться кто я на самом деле. С тревогой, отрываю взгляд от чашки чая, поглядываю на притихших парней. Эмоции лиц даже не изменились, и я не знаю, что даже думать.       - Так что, Та´ши, составишь мне завтра компанию за покупками?       Я задумываюсь, следя за уходящим на вторую половину юношей. Они не поняли что я принц, или специально делают вид не знания, что бы ни смущать меня, или есть ещё какой-то вариант? Делаю глоток. Что мне даст завтрашний поход за покупками, если же моя цель была попасть сюда и расспросить жителей Зырца. Но теперь, видя их состояние, на скопившиеся вопросы, ожидать ответов мне не стоит. Делаю глоток. Только если:       - Я схожу, – Фокусирую, твёрдый, взгляд на светловолосом. – За ответы на вопросы.       Должен же я хоть как-то узнать нужную мне информацию. Если не лично от жителей, так хоть от тех, кто непосредственно с ними, живёт? Нет, тут точно не это определение описывает всю ситуацию. Но я так устал за день, что хочется просто лечь спать, а после чая, тело расслабилось, и мысли отказывались строить цепочки мыслей. И всё же, прилагая усилия, я старался добиться своей изначальной цели.       - Хорошо, задавай.       - Что произошло в Зырце?       Озвучив первый вопрос, в помещении воцаряется тишина, даже стоны на той половине затихают. С каждой пройденной секундой, мне становиться всё неуютней. Повертев в руках чашу, с уже остывшим чаем, прожигаю взглядом, то одного, то другого парня, задерживая взгляд на появившемся из-за штор Робине. В его, мигом потускневших, глазах что-то мелькнуло, но что, я не успел прочесть, ведь он тут же спрятал их, возвращаясь на своё рабочее место, угрюмо опираясь руками о стол.       - Его захватили нандорци. – Прервал эту тяжёлую атмосферу, всё так же подпирающий стол Део, смотря в пол. – Эти лесные выводки. – Последнее слово, он с презрением выплюнул. – Четырнадцать дней назад, ночью, устроили поджог с захватом. Много кто сгорел заживо, умер от удушения дымом. Уцелевшие жители, либо попали в плен, либо же сумели бежать с войсками, которым к слову тоже досталось. – Парень остановился, перевести дыхание, мне же, не хватало, в общем, воздуха, что бы сделать хоть один вздох. – Напрягает ещё то, что это поселение довольно близко от нас находиться и нам остаётся только ждать и готовиться.       Переваривая услышанное, я не понимаю лишь одного:       - Но, зачем? Они хотят развязать с нами войну?       - Ты шутишь?       Парень рыкнув, оттолкнулся от стола, делая шаг в мою сторону, впиваясь горящими яростью глазами. Я сжался от страха, втягивая голову, машинально поднимая руки к лицу, зажмуривая глаза, ожидая, что меня ударят, как это делала Нания, когда я делал или говорил что-то очевидное лишь для неё. Но удара не последовало и я с опаской открываю глаза, смотря в уже удивлённые светлые глаза.       - Ты странный. – Парень возвращается в свою прежнюю позу, на этот раз, складывая руки на груди. – Уже как два года у нас война с Нандорией.       Немое «что» застревает в горле. Руки предательски дрогнули, опускаясь обратно на колени, всё так же крепко сжимая чашу. Какая ещё война на протяжении двух лет? От меня, как от старшего ребёнка, скрывают такую глобальную проблему. Даже не хочу слышать от них такое оправдание как: «Ты ещё ребёнок». Мне через несколько месяцев десять лет, что официально будет считаться отрочеством. Да ещё не полноценный взрослый, но уже и не ребёнок.       - Т-ты говорил, что не местный. – К разговору подключился пепельноволосый, поворачиваясь и ловя мой взгляд. – Откуда ты?       - Я, – Волнуюсь, но не чувствую этого из-за выпитых трав. – С очень далёкого места. – Сжав сильней чашку, отвожу взгляд, боясь, что он раскусит меня. – Можно, это останется пока в тайне? – Нерешительно, надеюсь на такую наглость, тихо спрашиваю.       Тишина, тяжёлый вздох.       - Что ещё ты хочешь узнать? – Уже спокойно спрашивает Део.       Я в шоке, спрашивать уже ничего не хочется. Да и узнал я всё что хотел. Перебирая в голове мысли, пытаюсь их упорядочить, что бы вычленить из этого, что-то толковое.       - Из-за чего она началась?       - Ни кто толком не знает. – Раздался голос с левой от меня стороны. – Но поговаривают, что короли, что-то не поделили.       Не поделили, говорите. Что же это может быть. Думаю, ответ на этот вопрос стоит уже искать в самом дворце, но опять-таки, ждать там помощи не от кого, так ещё и вернуться надо как-то. Задумавшись, не замечаю, как меня начинает клонить в сон. Веки потяжелели, тело расслабилось ещё больше. Чашка, с недопитым чаем, почти выскользнула с рук.       - Ч-чай наконец-то подействовал. – Что значит наконец-то. – Давайте в-вы завтра закончите этот р-разговор.       - Ты прав, да и время уже позднее, спать пора, завтра много дел.       Парень отстранился от стола и, подойдя ко мне забрал из ослабевших рук чашку, относя её Робину. После чего возвращается и протягивает руку. Находясь уже на периферии сна, не задумываясь, протягиваю руку, вкладывая в его тёплую ладонь.       Всё произошло так быстро, что я даже не успел опомниться, как сидел на небольшой, сколоченной из брёвен и досок, кровати. В крохотной комнате, где было, не развернутся, но глядя на то, что у противоположней стены стояла ещё одна такая же кровать, понимаешь, что комнатка рассчитана на двоих. Как только парень, пожелав спокойной ночи, вышел из комнаты, я упал, моментально засыпая.       Широко зевнув, следую за Балом. Утро для меня наступило довольно быстро. Тело болело с непривычки спать на практически голых досках. Живот издавал не то голодные, не то просто звуки несварения.       С почти первыми лучами Курса в комнату ворвался светловолосый. Всеми мыслимыми и не мыслимыми словами и действиями парень поднимает меня и вытаскивает на утренний завтрак. Недовольно мыча, от нехватки отдыха, приходится следовать за ним, обещание есть обещание.       Придя в отдельное здание, явно отведенное под столовую, мне открылась совершенно иная картина, нежели чем вчера. Разнообразие голосов, запахов и людей. Все куда-то торопились, протискиваясь через близко поставленные столы или же через людей. Больше всего тут было детей, которые снуют туда-сюда, таская в руках полные и пустые тарелки. Возраст их варьировал от семи до десяти лет. Так же были те, кому было на вид двенадцать и выше. Как не выискивал, не всматривался, взрослых я тут не заметил, кроме тех, кто лежал за шторкой.       - Бал, сюда.       Звонкий голос девушки привлекает внимание. Привстав со стула, махая в воздухе рукой, она подзывала его к своему столику, стоявшему в уголке. Обернувшись, парень проверил моё наличие, кивком головы показывая следовать за ним. Пройдя к небольшому, потрёпанному столику мы разместились на треногих стульях. Где уже стояли тарелки с едой.       - У нас не так много еды, так что довольствуемся тем, что есть.       С усмешкой произнёс парень, приступая к еде. Я же рассматривал то, что находилось в тарелке, оно так разительно отличалось от того, чем меня кормили стражники. Бледно-жёлтое, водянистое месиво с тёмно-красными, различной формы, бобками. К этому прилагался неровно оторванный кусок серого хлеба. Кабы не показаться привередой, зачерпываю побольше, тут же заталкивая в рот и не жуя проглатываю. Прохладная жидкость прошла по горлу, вызывая дрожь в теле. Подавив желание выплюнуть это, откусываю небольшой кусок, на пробу, от хлеба. Привкус сухой травы, вперемешку с горькими семенами, неприятно раскусывая их.       Отогнав неприятные мысли об утре, поднял взгляд на такое непривычно ясное небо, даже облаков нет, удивительно. Ещё удивляло то, что в такую рань на центральной площади уже вовсю шла торговля. Только ходили здесь неспешной, прогулочной, походкой с высоко поднятой головой разодетые в пышные платья дамы с широкополыми шляпами. Вслед за ними, с трудом поспевали неказистые дети, таща за собой или на себе их покупки.       - Та´ши, не отставай, тут легко потерять голову и потеряться.       Поправляя, сползший с одного плеча плащ, осматриваясь вокруг, предупредил парень. В голове ещё свежи воспоминания об этом месте, и я невольно улыбнулся, сейчас же, мне хочется быстрей отсюда уйти. Всё тут какое-то не такое: атмосфера, люди вокруг, хоть место и самодельные лавочки остались прежними. Стараясь не потерять из виду Бала, ускоряю шаг.       Вскоре мы подходим к небольшой, стоящей особняком, квадратной телеге, в которую были нагружены доверху набитые травами мешки. Над телегой был натянут зелёный лоскут ткани. Торговец трав в данный момент рассчитывал двух мужчин, уверяя, что данные травы обязательно облегчат зубную боль. Распрощавшись с ними, мужчина радостно приветствует уже нас.       - Бааал, приветствую. – Всплеснув руками, радостно заговорил травник. – Как обстоят ваши дела? Много вам там работки подкинула эта ситуация. – Удручённым голосом, меж пальцев крутя травинку, проговорил он. – Смотрю новое лицо, обучаешь?       - Хах, как много вопросов. – Парень всматривался в товар. – Пока буду рассказывать, заверни нам шалфей, галангал, лаванду и женьшень. – Теперь я понимаю, почему он не хотел идти один. – А, и еще череду.       - Видя как много вам нужно, понимаю, что дела не очень.       Мужчина, натянув нерадостную улыбку, вытащил из мешка первую траву с мелкими ярко-жёлтыми цветками. Я лишь, стоя позади Бала, с интересом наблюдал, как торговец ловко перебирает травы. В пол уха слушая ответы.       - Не, у нас всё хорошо. Людей оттуда прибыло не так много. Половине же не удалось сбежать, кто-то вообще не доехал. – Стиснув кулаки, я отвернулся, сделав несколько шагов в сторону. – А этот, – Мои движения не остались не замеченными. – Вчера поздним вечером наткнулись когда, кхм, направлялись к.       - Я понял, можешь не продолжать. – Понимающе перебил мужчина. – Видать не местный, так рассматриваешь всё. Откуда ты? – Ну, вот опять.       - Откуда-то издалека, а откуда, не говорит, страшная тайна.       - Неужели дальше нашей Лавандии, что-то да есть.       - Видать, что и есть.       Бал, сложив руки на груди, перевёл на меня прищуренный взгляд, я же старательно делал вид, что рассматриваю выскочивших из толпы ярко и сумбурно разодетых юношей, про себя думая. Вы мне только дайте время, добраться до подробной карты всего нашего королевства и тогда-то я покажу вам, вернее скажу. Потеряв интерес к обсуждающим меня людям, я переключил своё внимание на эту пёструю и шумную пару.       Они подскакивали к людям, пугая, дёргая за одежду и просто отвлекая от покупок. Одна раздраженная их поведением дама небрежно оттолкнула одного из них в сторону, продолжая свою неторопливую прогулку, даже не зная, что в след ей показали язык и похлопали рукой по своему мягкому месту эти, шутники? Кто они такие, надо будет потом спросить у Бала. Они как неожиданно появились из толпы, так же быстро в ней и растворились, продолжая свои бесчинства. После того как они окончательно скрылись в толпе, я уже без интереса разглядывал медленно снующих туда-сюда людей, как моё внимание привлекла одна миниатюрная фигура в песочно-коричневом плаще. Скользя между людей, он то появлялся, то пропадал из поля зрения, воровато оглядываясь.       - Тут мы закончили. – Передо мной неожиданно вырос Бал, загораживая вид. – Надо ещё зайти кое-куда, ты можешь не идти со мной. – Всучив мне мешочки трав, он поспешил удалиться, кинув напоследок. – Лучше обожди здесь и присмотри за травами, я скоро вернусь.       Хлопая удивлёнными глазами, смотрю на пахучий приобретённый товар. Вздохнув, пытаюсь закрепить его на поясе, благо мешочки небольших размеров и не столь тяжёлые, что бы оборвать хлипкие завязки на них. Лишь один из трёх мешочков был тяжёлым, в нём лежали неровные корни, светлых оттенков жёлтого. Покончив с этим делом, решаю отойти немного в сторону, продолжив уже оттуда своё наблюдение.       Как только я опять начал наблюдать за людьми, заметил тот светлый плащ, возле лавки с фруктами, где больше всего стояло людей. Громко разговаривали, даже ругались, торговец с женщиной пышных форм, а рядом стоящие, такие же дамы, всецело поддерживали одну из своих. С моего расстояние плохо было слышно, о чём они спорили, а так хотелось подойти и послушать, что я медленно стал делать. Даже не знаю, для чего мне это, но так хотелось отвлечься от тяжёлых мыслей, бытовыми проблемами случайных граждан.       Делая вид, что рассматриваю товары, рядом стоящих лавочек, прислушиваюсь и искоса поглядываю. Только вот то, что я замечаю при первом же повороте головы, заставляет меня забыть о споре между дамой и торговцем. Пока все отвлечены спором, явно ребёнок в песочно-коричневом плаще быстрыми движениями рук закидывает себе в небольшую сумку несколько видов фруктов. После чего осмотрев нарастающую толпу возмущающихся людей, ретируется.       Забыв об интересе к спору и о том, что Бал попросил ни куда не отходить, второпях пытаюсь настичь вора. Какая бы ни была у него причина такого поступка, кражу я не одобряю. Заметив меня, он ускоряется, стараясь затеряться в толпе, но не тут то дело было, не скрывая уже своей погони за ним, срываюсь на бег. Люди взволнованно охают, когда один из нас проноситься мимо них, успевая лишь на шаг отскочить в сторону.       На пути вора, выскочили из массы людей пёстрые парни, весело смеясь и напевая песню. Сбавляя темп, он чуть не врезается в них, что позволило мне сократить с ним дистанцию и схватить за руку. Дёргаю, резко разворачивая к себе лицом, вблизи оказавшись наголову ниже меня мальчика. Его пронзительно ярко-зелёные глаза с недовольством и злостью впиваются в меня из-под чуть вздёрнутого капюшона. Галангал – это корень огромного многолетнего растения. Родственник имбиря.