Paper Rings*

      На улицах стоял нетипично жаркий апрель, а королевство Сагар стояло на ушах. Вестимо ли, здесь вовсю готовились к свадьбе младшего брата ныне здравствующего короля Ричарда Первого своего имени, да продлит Господь его дни. Эмма, заметно округлившаяся с зимы — в конце концов, вынашивать наследника престола та еще задачка со звездочкой, тем не менее не могла доверить столь важную миссию никому, кроме себя самой, поэтому уже неделю сводила с ума всех во дворце, и себя в том числе. На робкую попытку царственного супруга заикнуться, не лучше ли доверить подготовку церемонии специально обученным людям, одарила его таким тяжелым взглядом, что вполне могла вдавить в землю по пояс, а то и по шею. — Я прекрасно себя чувствую, дорогой, — она чмокнула побледневшего от испуга мужа в щеку, — за мной постоянно носится целый штат врачей, так что всё под контролем. Ой! — Что? Что случилось, Эм? — и без того бледное лицо Ричарда приобрело зеленоватый оттенок. — Что-то с малышом? Господи, врача! — заорал было он, но молодая женщина с улыбкой покачала головой и взяла его руку, потянув на живот. Король нахмурился, вопросительно посмотрев на улыбающуюся супругу. Он уже собирался снова звать врача, желательно, психиатра, потому что бывшая леди да Гиз, кажется, начала сходить с ума, как почувствовал ощутимый пинок. А потом еще парочку. — Боже, Эмма! — выдохнул Рич восхищенно и опустился на колени, прижимаясь к внушительному животу жены ухом. — Эй, малыш, как ты там? Я тоже очень хочу уже с тобой увидеться, но нам надо еще совсем немного подождать, ладно? Пока рановато, — словно услышав голос отца, ребенок заворочался еще активнее, крошечной пяткой пнув папочку по уху. Впрочем, молодой король от этого ничуть не пострадал, ну, разве что умом немного тронулся от счастья, улыбаясь абсолютно невменяемой улыбкой. В покои постучали. Ричард поднялся на ноги, отряхивая колени, а Эмма позвала: — Кто там? — Ваше величество, — знакомый голос королевского камердинера звучал взволнованно, — к вам с визитом его сиятельство герцог Ланширрский, я провел его в солярий. Кажется, у него что-то случилось.       Король и королева недоуменно переглянулись между собой, и Рич отозвался: — Хорошо, мы сейчас подойдем. — Я передам герцогу, ваше величество, с вашего позволения.       Слуга удалился шаркающей походкой, а Эмма потянулась за легкой шалью — несмотря на палящее солнце, солярий был устроен так, что там всегда было светло и прохладно. Ричард потер подбородок. — Лео же собирался провести ближайшие пару дней с отцом и королевой-матерью в летней резиденции, обсуждая тонкости заключения брачного контракта в их с Джессикой случае и еще собственность, которая достанется им после свадьбы? Что могло пойти не так? Может, снова повздорил с матушкой? Или она начала давить?       Бывшая королева в итоге простила сына, оттаяла и к пасынку с невесткой, и уже почитай месяц как счастливо воссоединилась с мужем в летней королевской резиденции. Все равно молодые король и королева, занятые придворными делами и ожиданием первенца, не собирались выезжать из Хезура, а роскошный дворец на озере в окружении гор пустовал. Известие о помолвке Леонарда и Джессики она приняла спокойно, хотя время от времени намекала, что сын мог бы найти партию и получше. Впрочем, герцог сразу же обозначил позицию — его женой будет графиня и только она, в противном случае он действительно предпочтет сменить ориентацию. Виктория, поняв, что сын полностью вышел из-под ее влияния, и она может просто потерять его, если попытается вмешаться, смирилась и стала больше времени уделять мужу, а словесные баталии между матерью и сыном по поводу личности будущей невестки стали скорее делом привычки, чем баталиями на самом деле.       Двери солярия распахнулись, представив взорам королевской четы принца, мрачно крутившего фарфоровую кружку с чаем. — Леонард, — Ричард шагнул к брату и протянул руку, которую тот крепко пожал. Отношения между братьями, не омраченные более обидами прошлого, налаживались, и они старались проводить вместе больше времени, набираясь друг у друга опыта. — Ричард, миледи, — он поцеловал руку Эммы и легко сжал. — Как мой племянник? — О, просто замечательно! — король снова расплылся в широкой улыбке. — Будет бойцом, так пинается! — Такое ощущение, что вы с Хьюзом просто срослись ДНК настолько, что этот ребенок еще и его, — пошутил герцог, но королева заметила, что шурин далеко не весел. — Что случилось, Лео? Ты же должен был быть с матерью и моим свёкром? — Я и был там до сегодняшнего утра. Пока не позвонила моя невеста и не сообщила, что нам надо отменить свадьбу. — ЧТО?! — выдали синхронно Эмма и Ричард. — Она прямо так и сказала?! — Ну, не прямо так, но смысл был примерно такой. — Как это возможно? Все же было хорошо! — А всё и осталось хорошо, просто им вдруг сдвинули даты вручения дипломов, и выяснилось, что эта корочка для Джессики важнее нашей свадьбы. Вот. — Ну, может, она получила бы все раньше? — спросила Эмма, опускаясь на стул, заботливо выдвинутый мужем. Сам Ричард остался на ногах, зашагав из угла в угол. — Могла бы, но категорически отказалась, — буркнул герцог. — Признайся, Лео, — старший брат вздохнул, — ты успел ей что-то наговорить? — Да, то есть нет, то есть… — шатен нервно взъерошил кудри и раздраженно подергал пряди, наэлектризованные, как и их хозяин. — Всё сложно. — Что ты ей сказал? — мягко, но требовательно спросила Эмма. — Я не знаю, как мы договорились до этого вообще, — молодец человек мрачно хлебнул остывшего чаю, — но слово за слово, и мы поругались, закончив на том, что она сказала, чтобы я к черту отменял эту свадьбу, потому что она не собирается быть женой домашнего тирана и манипулятора, а я сказал, что это только к лучшему, потому что не собираюсь быть мужем той, кому на меня плевать. — Вы два идиота! — молодая королева хлопнула себя ладошкой по лицу. — Вместо того, чтобы решить одну небольшую проблему, вы взяли и раздули ее до невообразимых размеров! Вам обоим надо остыть, Леонард, а потом снова поговорить, только уже не на эмоциях. Я уверена, Джесс совсем так не думает, она очень любит тебя, правда! Ты бы видел, как она светилась, когда рассказывала о том, что ты сделал ей предложение — словно в мире зажглось второе солнце! — Я тоже на самом деле не хочу — и не планирую — ничего отменять, Эм, потому что люблю эту порой до смерти упрямую женщину больше всего на свете, — бледно улыбнулся герцог невестке, и та протянула руку, погладив по голове шурина, как маленького ребенка. — Тогда не пори горячку, — посоветовал Ричард. — Отдохни, побудь сам с собой и остынь. Ты так загоняешься последнее время с галереей и открытием благотворительного центра, что света белого не видишь, поэтому я не удивлен, что ты в итоге сорвался. Я удивлен скорее тому, что этого не случилось раньше. — Я согласна с Ричем, — кивнула королева. — Ты можешь остаться здесь, если хочешь, твои покои всегда готовы тебя принять. — Благодарю, Эмма, — совершенно искренне отозвался герцог и снова поцеловал тонкую руку молодой женщины. — Но я, пожалуй, лучше отправлюсь в свое поместье. Мне и правда надо на какое-то время остаться наедине с самим собой. Джесс я позвоню чуть позже, когда в голове прояснится. — Отличная идея! — похлопал Ричард брата по плечу. — Идем, я провожу тебя! И не вздумай киснуть! Эм, ты с нами? — Нет, — покачала головой та, — я еще немного задержусь, пожалуй, полюбуюсь видом. — Ну, ладно.       Леонард еще раз попрощался с невесткой, и как только двери за мужчинами закрылись, из кармана, спрятанного в складках свободного платья, бывшая леди де Гиз извлекла свой телефон. Адам сейчас как раз находился в Штатах, проходил короткую стажировку, так что шефство над Джессикой королева решила поручить именно ему. Настрочив на скорую руку сообщение с введением в ситуацию — позвонить, конечно, было бы проще, но разница во времени была слишком ощутимой — ее величество вернула устройство на место и со спокойной душой направилась продолжать подготовку к свадьбе Леонарда и Джессики.       И вот так с тремя бутылками виски под мышкой и коробкой пиццы вечером на пороге квартиры американки появился Адам Хьюз собственной персоной, переполошив всех соседей, а особенно — соседок, поглядывающих тайно в узкие щелки на высокого мускулистого красавца в кожанке. — Эй, Джесс, прием! Открывай! — орал сагарец на весь коридор. — Хьюз? — девушка распахнула двери квартиры и нахмурилась. Мужчина сразу отметил покрасневшие глаза и опухшее лицо. Рыдала, без сомнений. — Какого лешего ты у меня забыл? — Какой теплый прием! — оскалился телохранитель во все свои тридцать два зуба. — Может, пустишь? Поговорить надо бы. — Если ты по поводу свадьбы, то не о чем тут разговаривать. Ее не будет — и точка. — Ну так предлагаю тогда отметить твою свободу! — ухмылка стала еще шире, но внезапно Хьюз посерьезнел. — Или, может, оплакать? — Ты же не отстанешь, да? — вздохнула девушка и отступила в сторону, приглашая незваного гостя войти. — Другое дело, — здоровяк протиснулся в небольшую прихожую и скинул ботинки. — Показывай, куда идти, мой генерал! — Это тебе не сагарский дворец с сотнями комнат, сам разберешься, — огрызнулась блондинка. — Проходи, я в ванную загляну.       Адам, едва разворачиваясь в небольшой квартирке, протиснулся на кухню. Заглянул в холодильник, так, исключительно ради удовлетворения любопытства — из еды там лежала пара яиц и авокадо явно не первой свежести. На плите тоже пустота, и Хьюз порадовался, что предусмотрительно захватил большую пиццу. — Где же у нее тут стаканы? — пробормотал сагарец себе под нос и полез было на полку над раковиной, но голос из-за спины подсказал: — Стаканы в верхнем ящике слева от тебя. — Ты чего так пугаешь! — подпрыгнул телохранитель и повернулся. Девушка стояла, прислонясь к косяку, и выглядела в тускловатом свете кухонного светильника краше в гроб кладут. Он не был уверен, что алкоголь ее развеселит, но хотя б развяжет язык, а это, в общем-то, и было его целью — узнать взгляд на ситуацию с другой стороны. — Садись-ка, невеста! — Хватит! — Что хватит? — Я не невеста! — Ну так и не жених вроде бы? — Ты вообще слышал, что я сказала? — Слышал. Да брось, Джесс, — Адам достал наконец стаканы, щелкнул крышкой бутылки и налил им обоим по порции, ставя на середину стола пиццу. — Он хоть и хлыщ и не люблю я его, но ты перегибаешь. — Вот еще! — схватила свой стакан Джессика и одни глотком залила внутрь огненную жидкость. Голову сразу повело. Хьюз заметил это и быстро сунул кусок пиццы ей в руки. — На вот, заешь, не стоит так с непривычки сразу-то, залпом. — Угу, — Джессика откусила кусок и начала задумчиво пережевывать. — Итак, — пошел в наступление телохранитель, — что у вас стряслось с Леонардом? — О, ты называешь его по имени? — хмыкнула блондинка. — Это прогресс, прогресс! — Рассказывай давай, не отвлекайся! — А ты чего тут раскомандовался? — девушка отложила корочку и откинулась на стул. — Я не твоя подчиненная, чтоб ты мне тут приказы раздавал. — Зато ты моя боевая подруга, самая лучшая и надежная, и у меня сердце разрывается при виде твоего несчастного личика! — Адам плеснул ей еще виски, и она машинально махнула разом и вторую порцию. Мужчина неодобрительно покачал головой. — Я не знаю, что случилось. Всё просто навалилось как-то вдруг, в одно мгновение, и, кажется, ситуация полностью вышла из-под контроля. Я наговорила ему всякого там не особо приятного, — девушка потерла глаза и толкнула стакан к Хьюзу. — Лей еще! — Подруга, — предупреждающе начал мужчина, но та лишь отмахнулась. — Я просто хочу выключить мозг и не переваривать в сотый раз этот проклятый разговор. Ну и зачем-то же ты принес три бутылки? — Явно не затем, чтобы ты заработала алкогольное отравление, — отшил Адам. — Забудь про это, лишканул. — Ну не-ет, — заныла девушка, — как я могу забы-ыть? — Джесс, — сагарец всё же плеснул в стакан очередную порцию, но не стал отдавать блондинке. — Давай так. Я разрешу тебе напиться в дрова и позабочусь, чтобы ты не натворила ничего такого, о чем будешь жалеть, но сначала ты изложишь мне свою версию вчерашнего звонка. — Ладно, — тряхнув головой, чтобы хоть немного прогнать из головы хмель, девушка потянулась за пиццей. — Ну, в общем, всё шло по плану, я разбиралась с квартирой, с вещами, перебирала, что могу оставить, а что продать, в общем типичные такие дела перед переездом. А потом мне позвонили из универа, мол, что-то там случилось, и по техническим причинам вручение дипломов сдвинулось аккурат на день нашей с Леонардом свадьбы. И я просто запаниковала. Позвонила ему. И он тоже, кажется, запаниковал, и вместо того, чтобы успокоить друг друга, мы только обменялись оскорблениями. Ну и, собственно, сюда же относится и отмена свадьбы. Как-то так. — Понятно. Джессика, а сейчас послушай меня. Ты прекрасно знаешь, что я хлыща терпеть не могу и не стал бы выгораживать ни в коем случае, ага? — Логично. — Он сейчас измотан не меньше, а то и больше твоего и постоянно на нервяке — галерея и все эти его проекты-херекты при ней отнимают много сил, а еще он старается всё успеть уладить до свадьбы, поставить, так сказать, на поток, чтобы после церемонии у вас состоялся и полноценный медовый месяц, и чтобы и дальше иметь возможность уделять тебе столько времени, сколько ты заслуживаешь. Ты, безусловно, умница и боевая подруга, и я бесконечно тебя уважаю, но ты не права, что еще не позвонила ему. — Но он и сам не торопится звонить, — буркнула Джессика, но захотелось зареветь белугой при мысли о том, как Лео старается ради неё. А она не оценила, да еще и заявила, что свадьбу отменит. — Ричард и Эмма почти насильно отправили его младшее высочество на внеплановый выходной в его поместье. Дела в галерее временно взял на себя Карло как помощник по связям с общественностью. Честно признаюсь, он и до моего отъезда месяц назад выглядел так себе, сейчас даже не знаю, хватит ли моего богатого воображения представить этот кошмар. А теперь, — он подвинул ей стакан, — я разрешаю тебе напиться вдребезги и очистить свою прелестную головку от всяких там ненужных мыслей.       Американка схватила новую порцию, опрокинула залпом — и тут ее совсем повело. Последним, что она помнила перед тем, как полностью выключить свое осознанное «Я», была сопереживающая небритая физиономия Адама Хьюза.

Сагар, примерно 12 часов спустя после попойки в Нью-Йорке

      Леонард рыскал по сети в поисках ближайших авиабилетов до Нью-Йорка уже четвертый час и психовал, потому что ничего не мог найти. Проспав больше суток кряду, он первым делом спросонья решил позвонить невесте и извиниться за брошенные так неосторожно обидные слова, но безразличный голос в трубке оповестил, что аппарат абонента выключен. Герцог нахмурился, но списал такой поворот на еще слишком раннее утро в Штатах. Однако когда он позвонил ей после душа и почти-утренней пробежки, полтора часа спустя, ничего не изменилось — тот же механический голос проговорил тот же самый текст о выключенном телефоне. Может, она просто его игнорирует? Но под ложечкой засосало, а Леонард привык доверять своей интуиции, всегда безошибочно оценивающей ситуацию. Стараясь раньше времени не поддаваться панике, герцог позвонил Эмме, но та ничего не знала и с Джессикой в последние несколько часов не связывалась. Как, впрочем, и та с ней. Ричард тоже был в неведении. Оставался еще Хьюз, который как раз прямо сейчас завершал в США свое очередное повышение квалификации. Но и его телефон оказался вне зоны действия сети. И тут Леонард начал паниковать. Может, с Джесс что-то случилось, и от него просто все скрывают? Надо срочно лететь в Нью-Йорк, найти ее и убедится, что она в порядке и просто обижается на него! Схватив ноутбук, молодой герцог перешерстил сайты всех авиакомпании, которые летали в Америку, но прямые рейсы оказались полностью раскуплены, а пересадочные были очень долгими и неудобными. Пометавшись еще по поместью, он решил ехать во дворец. Там было гораздо больше шансов узнать, в порядке ли его невеста и не держат ли его за дурака?

Сагар, королевский дворец в Хезуре, около 15 часов с момента попойки в Нью-Йорке

— Прекрати, Леонард, — в глазах Ричарда уже рябило от зеленого поло брата, метавшегося из угла в угол. — Если бы с ней что-то случилось, тебя бы точно оповестили. — А может она сбежала с Хьюзом? Откуда мне знать! — Перебор, — покачала головой Эмма, что-то высматривающая в ноутбуке, — если Джесс узнает об этом предположении, жениться ты будешь с синяком под глазом. Хватит паниковать, успокойся, все будет хорошо. Может быть, она тоже решила перевести дух и освежить голову? — Почему я даже жениться нормально не могу? — герцог Ланширрский наконец затормозил у окна, выглядывая в королевские сады, и Ричард тихо вздохнул от облегчения, что он остановился. — Потому что не надо было тогда на мой трон покушаться, — фыркнул король. — Карма она такая. — Сука, ага. Только я тебе уже все с лихвой отработал. — Уймись. Адам присмотрит за ней, — отмахнулась королева. — Ты лучше скажи, вы хотите только белые цветы в украшениях в соборе? — ЭММА! — рявкнул Леонард. — Не ори на мою жену — и на свою королеву, между прочим! — хлопнул по столу Ричард. — Что Эмма? — невозмутимо отозвалась молодая женщина. — До свадьбы осталось всего ничего, а мы еще не определились, какие цветы для чего заказывать. Это же моветон! Наши флористы просто на стрессе! И поскольку Джесс недоступна, на правах жениха можешь выбрать за неё. — Господи! — Нет, господь вам с этим не поможет, а я — вполне. Ну так что? — Я даже не знаю, дай подумать, — герцог подошел к невестке и присел рядом. — А какой набор? — Всё, что душе угодно. Это отличные ребята, не подведут. — Тогда… — Лео задумался на мгновение и прикрыл глаза. — Хотелось бы больше зелени, яркой и свежей, а что касается цветов — можно использовать гортензии, Джесс их очень любит. — Угу, отлично, подходит, — кивнула Эмма и тут же щелкнула курсором на пару галочек и хлопнула в ладоши, — с цветами для украшения разобрались. — А букет невесты? — нахмурился герцог. — Это мы с самой невестой давно уже обсудили, все узнаешь в процессе церемонии. Остались бутоньерки для тебя, Карло и Адама. — Зачем Хьюзу бутоньерка? — Тебе же нужно рядом доверенное лицо? — А кто сказал, что я ему доверяю? — усмехнулся Леонард. — Тогда можешь обратиться к дону Ченутто, он точно не откажет, — невозмутимо ответила бывшая леди де Гиз, проверяя список гостей и план рассадки. — Один вариант лучше другого, — закатил глаза шатен. — Если без этого атрибута никак, тогда уж действительно лучше Хьюз. — Вот и договорились! Итак, какие цветы ты бы предпочел увидеть в бутоньерке? — Ну, тюльпаны? Честное слово, Эмма, не знаю! Все, что угодно, только не розы! — Ладно, — согласилась женщина и еще куда-то поставила галочку. — Тогда будет фрезия и что-нибудь еще, по классике. — Позвони еще раз Хьюзу, твое величество? — повернулся в королю принц. Тот тяжело вздохнул. — Только что набирал, недоступен. — Вашу мать…

Небо где-то над Тихим океаном, 20,5 часов с момента попойки в Нью-Йорке

             Во рту было так мерзко сухо, словно там разверзлась Ахарская пустыня. Язык как будто месил песок, неспособный выполнять хоть какую-нибудь из своих базовых функций. Успокаивающий шум двигателей где-то на фоне призывал снова провалиться в сон. Двигателей? Джессика распахнула глаза и резко села, тут же словив вертолёт и откинувшись обратно в исходное положение. Не желая усиливать бурю, и без того бушующую в голове и желудке, девушка садиться больше не стала, но глаза осторожно открыла. Оглядевшись по сторонам, блондинка поняла, что находится в капсуле бизнес-класса на борту самолета, но информацию, как она сюда попала и куда вообще летит, мозг выдавать отказывался. В капсуле слева кто-то зашуршал. — Эй, подруга, ты проснулась?       Хьюз? Так, они вроде пили вместе, точнее, пила в основном она, в какой-то момент она отключилась, а что было потом — стерлось из памяти. — Пытаюсь воскреснуть из мертвых, Адам. Почему мы в самолете? И куда летим? — Тебе рассказать во всех подробностях или детали можно опустить? — в его голосе явственно слышалось веселье, и девушка напрягалась. Что же она успела натворить? — Ты только не волнуйся, ничего такого, чего я бы не уладил! — теперь уже телохранитель засмеялся в голос. — Кстати, поздравляю, теперь уже дипломированный специалист! — Что? В смысле? Вручения же еще не было! Какой диплом? — Тот, что лежит у меня в рюкзаке. — Как он туда попал? — Ты вытребовала его у ректора университета. — Когда? — Сегодня, в 7 утра, едва ли не вломившись в его квартиру. Не думал, что ты можешь быть так убедительна! — А откуда я узнала, где он живет? — Я помог. — Хьюз! — простонала она. — Ты же пообещал, что не дашь мне сделать ничего, о чем бы я пожалела! — Я и не дал. Ты же не вломилась в его квартиру в итоге. Ты доступным языком объяснила ему ситуацию, и он, как мудрый человек и мужчина, вошел в твое положение и разрешил нам забрать диплом. И даже любезно позвонил на охрану, чтобы нас не задержали. — Твою мать… Что еще мне надо знать? — Ну, до этого ты успела угробить свой телефон при попытке позвонить хлыщу и извиниться, потом угробила мой заодно. Потом хотела взять штурмом аэропорт и угнать самолет… — Адам! — Ладно-ладно, про угон — это я загнул, но штурм — чистая правда. Потом ты вспомнила как раз, что тебе еще не вручили диплом. — Так, эту часть давай пропустим! — Ага, ну, в общем, мы забрали твой диплом, мне удалось выловить два последних билета в бизнес-класс, и вот мы летим в Хезур, жениться. — Мы с тобой жениться не будем, — пыталась переварить информацию Джессика, потирая виски. — Точно? А я бы на твоем месте передумал, пока есть время, — Адам подпустил в голос низких ноток. — Бросай хлыща, подруга, сбежим с тобой из аэропорта куда-нибудь во Францию или Италию, поженимся. У меня, между прочим, дипломатическая неприкосновенность в более чем сотне стран мира, включая Мозамбик и Коста-Рику, так что даже если принц надумает вызвать меня на дуэль, я успею его пристрелить, и мы скроемся в трущобах Могадишо. Соблазнительно, а? — Не передать как. Сейчас умру от зависти к самой себе. — Не, умирать не надо, а то мне Эмма голову открутит, а она — единственная, кого я в принципе боюсь во всем дворце. Сейчас тебе водички попрошу принести и дам аспирин, станет полегче.       Хьюз снова зашуршал и, похоже, действительно пошел за водой. Джессика всё-таки осторожно попыталась сесть, и на этот раз организм согласился не выплевывать желудок, а оставить его себе. Смотреть на себя в зеркало девушка пока не решалась, она и так прорыдала считай всё время с того разговора с Лео, а теперь, после попойки, наверняка совсем отекла. Хороша невеста, ничего не скажешь! Если жених еще не отменил свадьбу, то точно отменит, когда увидит. Дверца ее капсулы открылась, обнаружив за собой привычного, надежного Адама с бутылочкой воды и упаковкой таблеток. Он сочувственно оглядел ее и молча протянул первую помощь. Также молча дождался, пока она примет таблетки, а потом просто погладил по голове, как неразумного ребёнка. — До Хезура еще часа четыре лёта, поспи немного, я разбужу, когда будут кормить, лады?       При слове «кормить» девушку замутило, но она кивнула, понимая, что неплохо было бы съесть хоть немного нормальной еды, чтобы перебить концентрацию алкоголя. Хьюз еще не успел закрыть дверцу, как Джессика снова отрубилась. Телохранитель разбудил ее за пару часов до посадки, чтобы она перекусила, накормил ее чем-то легким и вкусным, помог выйти из самолета, придерживая за талию и позволяя уложить голову себе на плечо, а потом усадил в уютное кресло вип-зала, куда-то убежав. Все еще не отошедшая от приступа алкоголизма блондинка, теперь еще и страдающая от джетлага, не придумала лучшего выхода, чем снова отправиться в мир грёз. Она сквозь сон слышала, как вернулся Хьюз и что-то ей говорил о том, что дозвонился до дворца, и скоро за ними приедут, но только вяло угукнула в ответ и предпочла из состояния полусна не выходить.

Сагар, королевский дворец в Хезуре, примерно в то же время

             Пока Джессика и Адам разбирались с помехами, препятствующими свадьбе блондинки с герцогом Ланширрским, этот самый герцог места себе не находил. Безвестность была мучительна, но телефоны Хьюза и американки так и оставались вне зоны действия сети, Даниэлю ничего выяснить толком не удалось, и поэтому Лео решил заняться тем, что его всегда успокаивало — рисованием. В его личной маленькой галерее было темно и тихо — и при этом безупречно чисто, словно он по-прежнему жил тут, а не съехал в собственные апартаменты на берегу моря в самом престижном районе столицы. Всё-таки стоило отдать Эмме должное — она была действительно хороша. Леонард, узнавая жену старшего брата лучше, проникался к ней искренним уважением. Если с Ричардом они по-прежнему могли время от времени устраивать конкурс на самое изобретательное оскорбление, то бывшая леди де Гиз стала непререкаемым авторитетом. Хотя, конечно, и влияние Джессики, крепко задружившей с молодой королевой, безусловно сказывалось. Джесс… Что такого могло у неё случиться, что целый день никто из них не может до неё дозвониться? Если она не проявится в ближайшее время, он обыщет каждый уголок этой планеты, только бы убедиться, что девушка в порядке, и ей ничего не угрожает. Герцог до сих пор помнил неуемное желание оторвать эмиру Ахара руки только за то, что он посмел прикоснуться к его тогда еще даже не девушке. И оторвал бы, и плевать ему было бы на дипломатические отношения, если бы этот похотливый самец сделал блондинке больно!       Молодой человек достал чистый холст из встроенного в стену шкафа, краски — искренне понадеялся, что они еще не засохли намертво, карандаши, притащил мольберт и сел напротив, уставившись на полотно. Ему нужно порисовать, иначе он точно тронется умом от беспокойства! Но что? Рука дернулась к карандашу и вывела несколько легких, нежных линий. Потом еще и еще — и вот уже на него смотрело дорогое лицо. Красивые губы сложены в насмешливом изгибе, ямочки на щеках, мягкий овал лица, маленький нос, чуть несимметричные брови — совсем немного, ее личная изюминка. На лбу лег орнамент, который он сам ей нарисовал во время их первой встречи наедине, в этой самой галерее. Его руки задвигались быстро, набрасывая легкими штрихами образ, намертво въевшийся в сердце и душу. Он так погрузился в работу, что даже не услышал поначалу, что его зовет Эмма. Очнулся, только когда она тронула его за плечо. — Миледи? — Леонард вздрогнул и поднялся. — Прости, не слышал, заработался. Есть какие-то новости? — Ага, — кивнула королева и всмотрелась в набросок. — Боже, Лео, это же Джесс? Потрясающе, честно, я впечатлена! — Спасибо, — он чуть поклонился. — Я стал брать уроки у одного из участников моей программы поддержки, у него действительно талант не только к рисованию, но и к преподаванию. Так какие новости? — Ах, да. Минут пять назад Ричарду доложились из дворцовой охраны — Адам в Хезуре, просил прислать в аэропорт машину за ними. Да-да, — улыбнулась тепло Эмма в ответ на расширившиеся от удивления глаза шурина, — Джесс с ним, жива и здорова. Больше ничего не знаю, дождемся их, расскажут подробнее, что случилось. Куда ты? — В гараж, конечно, — на ходу накидывая блейзер отозвался герцог и выскочил в коридор. Молодая королева покачала головой и снова взглянула на холст. Провела пальцами по наброску, повторяя выведенные рукой Леонарда линии, и снова задумалась, как вообще так случилось, что они полюбили друг друга и вот, женятся. Яркая, шумная, прямолинейная Джессика и закрытый, колючий, вечно себе на уме герцог Ланширрский. Судьба действительно иногда разыгрывает интересные партии.       Шатен добрался до королевских гаражей в рекордное время — помогал опыт ориентирования во дворце и знание всех его лазеек и тайных входов. Один из охранников поклонился герцогу, узнав его, предложил стул, но тот только отмахнулся, жадно вслушиваясь в шум на улице. Спустя минут десять секьюрити зашевелился и запустил механизм открывания ворот. Леонард отлип от стены, встав в охотничью стойку. Серебристый седан с гербом Сагара бесшумно заехал внутрь, и с переднего пассажирского сидения вылез Хьюз, явно не доспавший и чем-то озабоченный. Заметив герцога, он хмыкнул в ответ на его настороженный, мрачный взгляд: — Женишок тут как тут. Невеста на заднем сидении, доставай сам, я уже несколько устал ее таскать на себе за последними сутки. — Что ты с ней сделал, Хьюз? — прошипел Леонард, делая шаг навстречу телохранителю и сверля недобрым взглядом. — Не дай бог я узнаю… — Да хватит уже, хлыщ, серьезно. Я привез Джессику сюда в целости и сохранности, уже с треклятым дипломом и готовую к вашей свадьбе. Ну как готовую, — ухмыльнулся он, — проспится и будет готова. Ты это, не давай ей пить особо, она такое вытворяет! И вообще береги и больше не обижай, если она хоть раз еще заплачет по твоей вине — я или Эмма тебе точно голову оторвем. — Она плакала? — герцог спал с лица, тяжело вздохнул и пробормотал под нос. — Ну конечно, плакала, придурок. Я понял, Хьюз, — уже в полный голос. — Спасибо за то, что позаботился о Джессике. Я верну этот долг. — Не, обойдусь! — отмахнулся Хьюз. — Просто не давай ей влипать в приключения, сам ведь знаешь — она бедовая. Надеюсь, донесешь до спальни? Как раз потренируешься перед свадьбой! — телохранитель сам рассмеялся собственной шутке и широко зевнул. — Конечно, — кивнул Лео и скользнул к задней дверце автомобиля, а Хьюз ушел отсыпаться. Джесс спала, свернувшись калачиком на заднем сидении, одна рука свисала на пол. Мужчина понял, что достать ее в таком положении невозможно, и присел рядом на корточки, осторожно погладил по голове. Девушка заворчала и с видимым трудом разлепила опухшие веки. Мутным взглядом окинула пространство вокруг, остановив наконец свое внимание на его младшем высочестве, на лице которого отражались все страдания мира. Американка слабо улыбнулась. — Какой хороший сон! Как будто мы и не ссорились никогда и всё по-прежнему хорошо… — Это не сон, принцесса, — тихо ответил Леонард, все еще не в силах поверить, что Джесс здесь, с ним, жива и здорова. — Не сон? — нахмурилась блондинка и подскочила. — ЛЕО?! — Он самый, любовь моя, он самый! — молодой герцог рассмеялся, глядя на шокированное лицо невесты. — А где Адам? — Эй, я могу ведь и обидеться! — возмутился притворно шатен. — Перед тобой любимый жених собственной персоной, без пяти минут муж, а тебя волнует местонахождение телохранителя Ричарда? — Я, — начала было девушка и замолчала, вглядываясь в любимое лицо. Отметила про себя ещё более бледную, чем обычно кожу, заострившиеся скулы и синяки под глазами. — Ох, Лео! — всхлипнула она и бросилась герцогу на шею. Не ожидавший столь бурного проявления чувств молодой мужчина не удержал равновесия — сидение на корточках точно этому не способствовало — и уселся пятой точкой прямо на бетонный пол, бережно прижимая потерянную и вновь обретённую невесту к груди. — Ну-ну, тише, принцесса! — он успокаивающе гладил её по спине, краем глаза замечая, как ретируются из гаража служащие. — Не плачь, пожалуйста! Ты разбиваешь мне сердце — а ещё Адам обещал меня убить всего пять минут назад, если я опять доведу тебя до слёз. — А кто тогда на мне женится? — прорыдала Джессика, до хруста в рёбрах стискивая его младшее высочество. — Принцесса, ещё одно маленькое усилие, — просипел Леонард, — и женится на тебе будет точно некому. Если всё-таки передумала выходить за меня, не обязательно от меня избавляться. — Передумала? — герцог почувствовал, как напряглась девушка. Та отстранилась, рукавами толстовки размазывая слёзы по покрасневшим щекам. — Почему я должна была передумать? — Потому что я тиран и манипулятор? — Лео потянулся и большим пальцем стёр влажную дорожку. — Прости меня, Джесс. За всё. За то, что я, быть может, далеко не самый лучший из мужчин, вечно говорю и делаю всё не так, довожу тебя до слёз и треплю тебе нервы. За то, что вместо того, чтобы успокоить тебя, наговорил кучу гадостей. Поверь, я ни о чём в жизни так не жалел, как о нашем последнем разговоре, и я жизнь готов положить, только бы ты меня простила. Ну как, принцесса, есть у меня шансы на прощение? — Дурак! — снова всхлипнула графиня. — Как тебе вообще в голову взбрело такое? Может, ты и не самый лучший, зато ты — мой! И для меня ты идеальный… Я тоже так-то тебе такого нанесла, что стыдно вспомнить. Давай так, — девушка хитро улыбнулась, — я прощу тебя, если и ты простишь меня? — Отличный обмен! — герцог улыбнулся в ответ так широко и радостно, как не улыбался с самого глубокого детства. — Впрочем, боюсь, у нас не было другого варианта, кроме как помириться. — Это ещё почему? — Молодая королева нас бы тут же и закопала обоих, учитывая количество усилий, которые она приложила к организации нашей свадьбы. — Ох, да, — вздрогнула девушка, — я совсем забыла про Эмму… — И почему я не удивлена? — звонкий голос заставил парочку подскочить, словно провинившихся школьников, которых строгая учительница застала за поцелуем в тёмном углу. Супруга Ричарда и лучшая подруга будущей герцогини стояла, прислонившись к стенке и умилительно улыбалась. — Стоит Леонарду попасть в поле твоего зрения, как ты сразу становишься страшно невнимательна к окружающим! — Эмма! — блондинка осторожно обняла подругу. — Как ты? Как малыш? — Хорошо — мы оба, — королева ответила на объятие со всей нежностью. — А сейчас, когда вы помирились, вообще лучше всех! Однако, — отстранилась молодая женщина и бросила многозначительный взгляд на герцога, сияющего ярче начищенного серебра, — я бы попросила тебя, Леонарда, на оставшееся до свадьбы время удалиться из дворца. — Это ещё почему?! — синхронно воскликнули жених и невеста. — Потому, что раз — жениху видеть невесту до свадьбы не положено… — Не положено видеть в подвенечном платье, — фыркнул Лео. — Так что это не аргумент. — Ну тогда как насчёт указа, которым тебе будет запрещено приближаться к дворцу до дня свадьбы? — прищурилась королева. — Серьезно, Леонард, у нас с Джесс есть ещё куча дел, которые надо уладить до церемонии, раз уж она так удачно оказалась в Хезуре заранее! И я так давно её не видела, а ты хочешь нас разлучить, эгоист! — Вообще-то я тоже давно её не видел! — возмутился принц. — Тем более мы только помирились, а ты хочешь, чтобы я добровольно оставил Джесс, потому что ты попросила?       И тут в ход пошло летальное оружие. Эмма сделала большие умоляющие глаза и положила руку на внушительный живот. — Ты же не хочешь расстроить своего племянника, да, Леонард? — Это запрещённый приём, Ваше Величество! — ужаснулся шатен. — Значит, хочешь? — в уголках глаз молодой женщины заблестели слёзы. Джессика, впервые столкнувшаяся с ещё незнакомыми видами манипуляций подруги, вытаращилась на ту, как будто перед ней выскочил её бывший в карнавальных перьях. — Нет, Эмма, — простонал Леонард, понимая, что проиграл, — пожалуйста, ты не можешь так со мной поступить! — Я знала, что ты мне не откажешь! — просияв, бывшая леди де Гиз схватила в охапку не сильно сопротивляющуюся Джессику и потащила её за собой. — Не кисни! Это всего на четыре дня! — Да, конечно, — уныло отозвался герцог. Очнувшаяся американка вцепилась мертвой хваткой в косяк, не давая подруге утащить её без прощания с женихом. — Ты же будешь ждать меня у алтаря? — Конечно, — зелёные глаза Леонарда потеплели. — Отлично! Я буду в белом, не забудь! — подмигнула девушка, прежде чем исчезнуть из виду.       Двери захлопнулись. Герцог взъерошил каштановые кудри и вздохнул. Ладно, четыре дня он как-нибудь переживёт — маячившее впереди долго и счастливо взбодрило его достаточно, чтобы не слишком сильно расстраиваться из-за того, что жена его брата украла его невесту прямо из-под носа.       В первый день мая невыносимая жара чуть спала, и воздух окутывал взволнованных жителей Сагара приятным теплом. С раннего утра народ стягивался поближе к главному костёлу столицы — ещё и года не прошло с момента свадьбы короля Ричарда и леди Эммы де Гиз, как подоспела вторая королевская свадьба — герцога Ланширрского и графини Рашмор.       Леонард никогда не думал, что в день своей свадьбы будет волноваться до трясущихся рук. И тем не менее застегнуть все пуговицы на парадном мундире ему удалось далеко не с первого раза. Ричард и Адам сочувственно переглянулись. — Не, — выдал Хьюз, — в гробу я видал такие нервы! Не женюсь никогда! — Я тоже так думал, — наконец принцу удалось справиться с задачей, и он одёрнул сшитый по фигуре алый кафтан. Старший брат выразительно помахал в воздухе голубой перевязью. Герцога перекосило. — А можно обойтись как-то без этого? И без дурацкой шпаги? — Нет, иначе до алтаря ты не дойдёшь, — невозмутимо отозвался Ричард и кинул младшему брату ленту. — Это почему? — Эмма тебя убьёт, — отозвался Адам, проверяя кобуру, спрятанную под смокингом — королевская свадьба это вам не шутки! Надо быть готовым ко всему. — Почему каждый второй в королевском дворце считает своим долгом угрожать мне? — пробубнил Леонард, закрепляя перевязь. — Не бухти, хлыщ! Ты в своё время наворотил делов, так что самонадеянно было с твоей стороны думать, будто мы забудем обо всём, начни ты встречаться с Джессикой! — Ладно вам, — король взглянул на часы и поднялся. — Пора, если, конечно, ты не хочешь, чтобы Джесс ждала тебя у алтаря, пока ты будешь дефилировать по проходу. — А где Карло? — герцог вспомнил, что ещё не видел своего второго шафера. — Он уже на месте, проверяет готовность. Ну, идём, женишок, — Адам, хлопнув ладонями по бёдрам, подскочил и бодро направился к дверям, призывая братьев последовать его примеру.       Шагнув во внутреннее пространство собора, Леонард замер. Стоило отдать должное Эмме и её вкусу — зал был полон воздуха и света, а нежная зелень и белоснежное море цветов дополняли атмосферу уюта и счастья. Колокола на башне пробили половину двенадцатого. Принц улыбнулся — через полчаса они с Джесс рука к руке встанут перед алтарём, чтобы больше никогда не разлучаться.       Собор начал заполняться членами правящей династии, аристократией и другими приглашёнными. Бывший король Генри и матушка первыми подошли обнять одного из виновников торжества. Джулия, держа за руку приёмного сына, приветливо улыбнулась, занимая своё место во втором ряду — место её мужа в этот день было подле принца. Всё это так напоминало романтический фильм — слишком идеально, до приторности сладко. Старый Леонард ненавидел такое до зубовного скрежета, но этот, новый, влюблённый в совершенно непредсказуемую и взбалмошную американку, взорвавшую прошлым летом весь двор — и его сердце, чувствовал только умиротворение. И, стоило признать, это было чертовски приятное чувство! Герцог так задумался, что вздрогнул, почувствовав лёгкое прикосновение к плечу. Улыбающийся Карло одними губами произнёс заветное «Пора», и Лео занял своё место у алтаря.       На алую дорожку гордо вступила первая девочка-цветочек, со всей сосредоточенностью разбрасывающая лепестки по сторонам. За ней — вторая, третья, потом девочка и мальчик постарше — с подушечкой, на которой покоились обручальные кольца. Все вокруг умилительно вздыхали, глядя на трогательную процессию, но глаза жениха были прикованы ко входу — там неясной тенью замаячила та, которую, кажется, он ждал всю свою жизнь, хоть никогда бы и не признался даже под пытками. Наконец она ступила в залитый светом проход, и Леонард резко вздохнул. Адам и Карло за спиной издали восторженный шум, но принцу было плевать. Всё в мире вдруг стало неважным, кроме неё — медленно, но верно идущей к нему.       Кто бы знал, как у Джессики тряслись коленки с самого утра! Да что там коленки — её всю трясло от волнения, так что Эмма даже заставила её выпить успокаивающий чай. Она плохо помнила процесс сооружения свадебной причёски и облачения в платье — удивительно лёгкое, несмотря на слои ткани. Себастьян под чутким руководством Эммы вновь сотворил настоящее чудо. Всё вокруг казалось нереальным — кланяющиеся по пути к карете служащие, толпы, наводнившие улицы Хезура и радостными криками сопровождавшие свадебную процессию. Блондинка видела окружающий мир сквозь дымку волнения — сотни страхов одолевали её. А вдруг она по дороге запутается в юбках и упадёт? А вдруг платье разойдётся по швам? А вдруг кто-то захочет сорвать церемонию? А вдруг… Но все миллионы этих «а вдруг» испарились, стоило ей ступить под яркий свет и взглянуть вперёд, туда, где ждал самый важный для неё человек. На лице её принца отражалась целый коктейль эмоций — счастье, благоговение, потрясение, бесконечная любовь и страх сделать ей больно, и Джесс была уверена, что у неё на лице написано всё то же самое. Ещё никогда в своей жизни она не шла так уверенно, как сейчас — к единственному, самому лучшему мужчине на земле. Солнечный свет путался в его каштановых кудрях золотыми искрами. Синяки под глазами почти прошли, зелёные глаза лучились весенним теплом, а новый парадный мундир подчёркивал стройную талию, узкие бёдра и широкие плечи, и Джессика подумала, что если бы она ещё не была влюблена в Лео до беспамятства, то точно влюбилась бы в эту самую минуту.       Герцог встретил её в трёх шагах у алтаря и подставил локоть, на который девушка с охотой опёрлась. — Я же говорила, что буду в белом, — шепнула ему Джессика, и Леонард тихо рассмеялся. — А я встретил тебя у алтаря, как и обещал. — Так что, — девушка сжала его локоть, — это наш счастливый конец? — Нет, — покачал головой едва заметно молодой человек и подмигнул ей, — это наше счастливое начало.       И каждый из них был уверен в этом, как никогда — что теперь всё наконец будет так, как должно быть. Правильно. И что их долго и счастливо будет длиться пока смерть не разлучит их, а может, гораздо, гораздо дольше.

You make my heart feel like it's summer

When the rain is pouring down

You make my whole world feel so right when it's wrong

That's how I know you are the one

C тобой в моём сердце лето,

Даже когда идёт дождь,

С тобой всё в мире кажется правильным, даже если это не так,

Именно так я понял, что ты — моя единственная