«Твой вой»

      Лапы немеют от интенсивного бега. Огромная хмурая чужая чаща навек сохранит их отпечатки в своих мхах. Дара сильная и быстрая, но я и есть скорость. В следующий миг настигаю мелькание её шерсти, сочетающейся с огнем, и набрасываюсь сверху. Сбиваю с ног и легко прикусываю за загривок, чтобы получить в ответ довольное рычание. Оно поднимает дрожь в моем теле и, теряя контроль, я сбрасываю волчий облик, пока она делает подо мной то же самое.       Спешный поцелуй в метку. Скольжение языка по плечу вбирает её запах. Шумно дышу, рукой обхватывая её тело и прижимаясь к нему ближе насколько это возможно. Гром сотрясает небо, но это не грозы, а наш неудержимый стон вызванный слиянием. И звезды меркнут, и стыдливо прячется луна, пока нас заполняет блаженство, ни с чем несравнимое удовольствие, которое мы не можем получить нигде, кроме как друг в друге. Поцелуи с моих губ сыпятся на её шею, как зерна в благую почву, пока она режет мой слух своими вздохами. Она забудет о своих богах и доме, когда будет молить меня о большем.       Подхватываю ничего не весящее тело на руки, чтобы подношением донести его до ближайшего дерева. Спрыгнув, она кружится на месте, озаряя мглу ночи своей улыбкой. Не могу отвести от неё взгляд. Зверица пятится, игриво щурится, послушно припадет к стволу спиной и ждет, пока мои тяжелые шаги не настигнут её вновь. Крепко цепляю её губы своими, словно так смогу вынуть её душу и унести с собой в то чистилище, из которого прибыл сюда.       В бреду шепчу её имя, пока веду языком по шее, а затем ниже. Прикусываю кожу на животе, падаю перед ней на колени, хотя встал на них ещё в тот самый миг, как только учуял этот аромат, что она носит на себе. Руки сжимаются на её бедрах, удерживая, когда она закидывает ноги на мои плечи, считав мои порочные намерения. Приковываю её взглядом к дереву. Наблюдаю, как моя ухмылка вызывает трепет в тени её неискушенных глаз. Она жаждет того же, чего и я. И я даю ей это.       Тяжело дыша, припадаю губами к святилищу её тела, чтобы снова его осквернить. Внутри меня раскаляется лава от тех звуков, что рождает её горло под моими ласками. Мне тяжело быть нежным. Нежность не знакома мне как и любовь. Всё это уничтожили во мне в самом детстве и сейчас, я пытаюсь собрать то, что осталось воедино из осколков, захороненных где-то в глубине моей темной души. Делаю это для неё и ради неё.       Останавливаюсь, когда её бедра на плечах отзываются убедительной дрожью. Не позволяю упасть, перехватываю хрупкое тело крепче и поднимаюсь на ноги, волоча её спину по грубой коре. Натыкаюсь на благодарный неуклюжий поцелуй и посылаю в ответ свою довольную улыбку. Стараюсь ловить её губы в этом порыве своими. Ничего не будет закончено, пока я не позволю тому случиться. И пусть это дерево сорвется со своих корней и падёт от моего напора, пока я буду вжимать дочь вождя в его вековой стебель этой ночью.