A Genius, an Angel and a Demon

Карма в стильном костюмчике

Энтони вышел в тот же момент, когда его гениальный мозг осознал, с кем он разговаривает. Он покинул гостиную без колебаний, говоря на максимальной скорости со своим ИИ, который отвечал с нежной снисходительностью. Люцифер лишь посмотрел ему вслед с мягкой улыбкой. Он знал, как опустошен был Энтони, когда умер ДЖАРВИС, и упорно старался удержать скорбящего гения в целости и сохранности. Тот факт, что мужчина снова имеет возможность общаться с ИИ? Это как раз то, в чём Энтони отчаянно нуждался. Однако Люцифер заметил, что Уриэль выглядит обеспокоенной. — О чём задумалась? — спросил он небрежно. Он удивился, когда она в самом деле ответила, а не просто отмахнулась. — Сделала ли я хуже? Люди обычно не взаимодействуют с теми, кто на Небесах или в Аду. Что, если он пострадает? Люцифер лишь покачал головой. — Не пострадает. У Энтони по сути не было возможности даже горевать по ДЖАРВИСу. Он больше чувствует себя частично ответственным за то, что произошло, а двигаться дальше так невозможно. Я думаю, единственное, что может помочь, если ДЖАРВИС сам скажет Энтони, что это не его вина. — Почему он всегда винит себя? — спросила она. — Потому что все его обвиняют. Через некоторое время он начал с этим соглашаться. Ведь если большинство говорит что-то, значит, это правда. Трудно что-то отрицать, когда все говорят тебе, что ты неправ. Уриэль молча уходит. Что ж, как бы ему ни нравилось находиться рядом со своими сестрами, когда они не пытаются его убить, ему уже давно пора было выполнить свое обещание. Пришло время навестить Роджерса.

***

Люцифер не удивился, увидев, что Роджерс всё ещё тщетно борется с наручниками. К несчастью для него, их создал Энтони, поэтому суперсолдат никуда не денется, как бы он ни старался. — Ну вот и всё, — сказал он, прислонившись к дверному косяку и наслаждаясь страхом, запах которого сразу же наполнил воздух, когда Роджерс замер. — Я демон слова, Роджерс. Прошу прощения, что заставил тебя ждать, но я хотел дать остальным шанс высказаться, прежде чем я исполню свое обещание. Когда он неторопливо направился к кровати, испуганные глаза мужчины перед ним заметались по комнате. — Ты просто не мог сопротивляться, да? — спросил он, тихо цокнув. — Несмотря на все предупреждения, ты всё равно решил действовать в соответствии со своим предвзятым мнением. Тебе просто необходимо было атаковать союзника на поле битвы. — Он демон… — Тсс, я говорю. Люцифер щелкнул пальцами, и Роджерс внезапно обнаружил, что не может говорить. Это только усилило его страх. Возможно, он наконец понял, с кем имеет дело. — А теперь давай-ка пройдемся по всем твоим действиям и выясним, в какой момент твоя судьба была определена, а? Он одарил суперсолдата зловещей улыбкой, создал удобное кресло рядом с кроватью и присел. — Итак, тебе никогда не нравился Энтони. То ли потому, что он не похож на Говарда, то ли из-за Щ.И.Т., то ли из-за твоей личной неприязни к людям, которые отказываются слепо с тобой соглашаться. Поэтому ты полностью игнорировал всё, что говорил или предлагал Энтони. Ты отказывался приспосабливаться к настоящему времени и тосковал по утраченному прошлому. Ты окружил себя подхалимами, потакающим твоей фантазии. Герой этого мира, обожаемый миллионами. Люцифер откинулся на спинку кресла и задумчиво постучал по подлокотнику. — Так вот, вышеперечисленное — не преступления. Это глупые решения, эквивалентные тому, чтобы спрятать голову в песок, игнорируя будущее вокруг себя и футуриста, который мог бы тебе помочь. Я бы сказал, что твоё осуждающее отношение ко всему вокруг действительно довольно близко к греху гордыни. Но если оставить в стороне мою привязанность к Энтони, такой выбор не сказать, что делает тебя плохим человеком. Придурком, иногда хулиганом и, конечно же, идиотом. Но у тебя всё ещё был потенциал. Он вздохнул и с жалостью улыбнулся Роджерсу. — А потом ты облажался. Ты узнал, что Щ.И.Т. — это ГИДРА. Твой враг и тот, кого ты винишь за то, что оказался в ловушке не своего времени. Ты чувствовал себя преданным, и это, конечно, понятно. Что непонятно, так это твоя допустимость «сопутствующего ущерба», который ты нанес сбросом данных, не говоря уже о падении геликарриеров на гражданских. Люцифер перестал стучать, и он знал, что его глаза засветились красным, когда его сила взметнулась вокруг него. Он жаждал бесславного конца «героя», но он так любил играть с едой. — Я не из тех, кто говорит о морали человечества и о том, как драгоценна жизнь, — пренебрежительно махнул он рукой. — Я здесь, дабы поговорить о твоих грехах и о пятнах, которые они оставляют на твоей душе. Ты убийца Роджерс, вот и всё. Ты убил сотни агентов, не принадлежащих к ГИДРЕ, которые выполняли активные миссии. Ты выдал их местонахождение и личности, и они умерли. Их семьи погибли от рук врагов. Ты убил людей, на которых свалились геликарриеры. Твои действия в тот день не были продиктованы благородными намерениями кого-то спасти. Ты хотел мести. Ты чувствовал себя оскорбленным тем, что ГИДРА взяла организацию, которую построила твоя драгоценная Маргарет Картер, и развратила её. Тебя предали, поэтому ты сжёг их дотла. Тебе было плевать на тех, кто попал под перекрестный огонь. Ты не заботился ни о ком другом. Ты даже не подумал о них. Ты просто ушёл, преследуя старого друга, которого только что нашёл. Едва ли не единственная связь с прошлым и человеком, которого ГИДРА забрала у тебя раньше. Ты намеревался вернуть его любой ценой. Люцифер наклонился вперед, сцепил руки и уставился на Роджерса, глядя прямо на почерневшую душу, скрытую под легендой Капитана Америки. — Это не ты заплатил цену за свободу своего друга. А все вокруг. Невинные люди, которые погибли из-за твоего туннельного зрения. Полицейские, которые просто делали свою работу, которых ты без колебаний раскидывал. Семьи, которые потеряли кого-то из-за тебя и твоих действий. Твои друзья, которым ты лгал. Ты перешагнул через всех вокруг, чтобы спасти одного человека. Гораздо лучшего человека, чем ты когда-либо был. Человека, который теперь несет вину за то, что ты сделал во имя его спасения. Давайте рассмотрим их всех, ладно? Людей, которые называли тебя другом, и которых ты безжалостно использовал, чтобы получить то, что хотел. Он начал считать на пальцах. — Сэмюэль Томас Уилсон. Ослепленный легендой о тебе, теперь стоит на пепелище жизни, которую он разрушил ради тебя. Позорно уволенный из армии, презираемый своими товарищами-солдатами. Больше никто ему не доверяет, и он тонет в своей вине. Его дух сломлен, и им движет только потребность попытаться искупить жизни, которые он отнял во имя твоего дела. Он никогда не поверит, что искупил свои поступки. Все эти люди всё ещё мертвы, и никакие его действия не исправят этого. Но он попытается. Поднял второй палец. — Клинтон Фрэнсис Бартон. Человек, который преданно поддерживал тебя, который доверял тебе вести себя сразу после того, как его вера в свои способности творить добро была поколеблена контролем Локи. Человек, всё ещё обремененный виной за то, что он сделал под контролем другого существа. Ты сбил его с пути, отдав в руки женщины, которая без колебаний манипулировала его разумом и подчинила своей воле. Ты позвал его и забрал у семьи после того, как он вышел на пенсию, и ты разрушил эту семью. Он почти потерял их, но его жена, должно быть, святая, раз она дала ему второй шанс. Детей убедить сложнее. Как они могут доверять отцу, который однажды бросил их и стал преступником? Он поднял третий палец. — Наталья Альяновна Романова. Женщина без умения различать добро и зло, с разрушенной моралью и человечностью. Но она старалась. О, она так старалась быть хорошим человеком. Она нашла хороших людей и последовала за ними, чтобы попытаться найти способ исправить себя. Но Щ.И.Т. подвёл её. И что-то в ней сломалось, когда она узнала, что всё это время это была ГИДРА. Итак, она последовала за тобой. Капитан Америка не может сделать ничего плохого, не так ли? Она последовала за тобой через огонь, смерть и боль. И когда она остановилась, когда она прислушалась к голосам всего мира, а не к тебе, ты проигнорировал её. Ты отказался её слушать, а она не стала слушать тебя и отвернулась от Соглашения и «маленьких людей», которые его хотели. Теперь она потеряна, без привязи и не знает, кому доверять. Её моральный компас подвел её, и её вера в то, что она может измениться, разрушена. Четвёртый палец. — Роберт Брюс Беннер. Ты боялся его, Халка. Ты держал его на расстоянии. Ты вздохнул с облегчением, когда он ушел вслед за Альтроном. Тебя не волновала боль, причиненная ему руками Максимофф, или бремя вины, которое он несёт на себе. Тебе было всё равно, потому что Халк не следовал за тобой слепо. Не говоря уже о том, что Энтони Бэннеру нравился больше, чем ты, и он чаще прислушивался к Энтони. И вот этого ты не мог вынести. Пятый палец. — Тор. Нечего особо говорить. Он безмозглый мачо, которого воспитали на слишком большом количестве похвал и недостаточном количестве осознания последствий. Действия его брата стали первым случаем, когда реальность просочилась в его мир, и он предпринял некоторые попытки исправить своё поведение. Но у него ничего не получилось, и ты повлиял на него лишь таким образом, чтобы он продолжал оставаться идиотом, который всё решает насилием. И, конечно, его вражда с демонами. Она была полезна для тебя, поэтому, естественно, ты её одобрил. Люцифер улыбнулся Роджерсу, который к этому времени был бледен как поганка. — Ванда Максимофф. Он прикрыл рукой появившуюся красную душу. — Ты понятия не имеешь, как сильно Ад хочет её. Там так много идей, как сделать её вечность мучительной пыткой. Но она напала на двух дорогих мне существ. Так что её душа принадлежит мне, пока мне не станет скучно. Он задумчиво изучал душу в своих руках, в то время как Роджерс смотрел на неё с ужасом. — Её крики так восхитительны. Знаешь, она бы никогда не перешла мне дорогу, если бы ты не обратил на неё своё внимание. Если бы ты не был полон решимости использовать её, чтобы проложить путь Барнсу к присоединению к Мстителям. Она грязное существо, но твои действия и решения дали ей доступ к Энтони… ну, я не могу позволить этому сойти ей с рук. В конце концов, ты отправил её прямо ко мне. Ты взрастил её «право на отомщение», и дура попала прямо ко мне в руки. Ты обрек её, когда позволил процветать её обиде на Энтони. Он пожал плечами и щелкнул пальцами, отправляя Максимоффа обратно в сон, полный боли и ужаса. Он ещё не закончил с ней. Она ещё не совсем сломлена. Хотя большую часть времени он не отсвечивал в Аду, есть причина, по которой он сам Дьявол. Почему все жители Ада всё ещё поклонялся ему, едва он посмотрит в их сторону. Есть причина, по которой ангелы всё ещё замирают в его присутствии, и почему его братья и сестры всё ещё напрягаются рядом с ним, несмотря на то, что трещины в их отношениях постепенно срастаются. Он порождение греха и часто наслаждается этим. Похоть — его фаворит. Но злоба и жестокость, садизм тоже ему в какой-то мере присущи. Есть причина, по которой Энтони никогда не спрашивал о Максимофф. — И теперь мы переходим к последнему. Энтони Эдвард Старк. Человек, который сделал всё, чтобы поддержать тебя. Человек, на которого ты плевал и на которого ты наступал при каждом удобном случае. Человек, которому ты лгал, которого ты уничтожал своими словами. Человек, на которого ты напал, потому что поверил террористке, а не товарищу по команде. Человек, которого ты едва не убил из-за его горя. Если бы Пятница не позвонила Кроули и Азирафелю, он бы умер. Люцифер сделал зловещую паузу. — Если бы он умер… ну, я даже не знаю, что бы я сделал с тобой, Роджерс. Хотя это было бы не очень приятно. Я очень собственнический демон. Я не люблю, когда другие трогают то, что принадлежит мне. А Энтони мой. Он мой во всех отношениях. Видишь ли, я очень привязан к этому человечку. А когда дело доходит до привязанности демона? Всё горит. Всё. Его глаза сверкают, когда он встал, расправив крылья позади себя, и навис над жалким человеком, который считал себя богом на Земле. — Есть ли у тебя последние слова? — спросил он, наконец вернув Роджерсу голос. Ему было болезненно любопытно, какую чушь он сейчас сболтнёт. — Ты не можешь этого сделать! — мужчина сразу ушёл в отрицание. — Я христианин! Я верю в Бога! Я хороший человек! Люцифер цокнул и наклонился так, что их лица оказались в нескольких дюймах друг от друга, заставив мужчину снова замолчать. — Не глупи, маленький человек. Моя мама любит не в соответствии с твоей религии. Она не любит тех, кто высокомерно ставит себя выше добра и справедливости. Она любит скромных, любит добрых. Она любит тех, у кого в душе есть любовь. Все — её дети, но она принимает только тех, кто искренне раскаивается в своих грехах. Ты никогда не раскаивался Роджерс. Ты всё ещё веришь, что был прав. Ты всё еще веришь, что твоя душа чиста. Моя мама всё ещё любит тебя. Её любовь и прощение безграничны. Но она может простить только те грехи, которые ты признаешь. Твоё умышленное невежество и бредовая вера обрекли тебя на проклятие. Моя мать не спасёт тебя. Не тогда, когда ты причинил вред стольким её детям. Поэтому, хотя она и смотрит на всё это с грустью, она не будет вмешиваться. Он положил руку на грудь суперсолдата, чувствуя, как бешено бьется его сердце, когда тот понял, насколько беспомощен на самом деле. Его сила не может спасти его, и никто другой не захочет это сделать. — Стивен Грант Роджерс, нам предстоит чертовски весело провести время». Люцифер улыбнулся напуганному смертному, прежде чем пронзить его грудь когтистой рукой. Сквозь плоть, кости и мышцы. Он вырвал испорченную душу, и у Роджерса было всего мгновение, чтобы в ужасе смотреть на нее, прежде чем свет погас в его глазах и его тело умерло. Неутешительный конец для человека, который поверил в легенду о себе Люцифер некоторое время изучал душу, сморщив нос. — Терпеть не могу вонь самодовольства, — пробормотал он, прежде чем отправить мерзкое существо к ведьме. Он отправит эту парочку в ад. Вероятно. Через несколько десятилетий. Он мелочный ублюдок, и это ему нравится. Повернувшись, чтобы уйти, он замолчал, услышав слова Пятницы. — С сожалением сообщаю вам, мистер Морнингстар, что произошла системная ошибка, и все камеры в этом крыле вышли из строя. Кажется, в результате сбоя все записи за последние двадцать четыре часа были стерты. Люцифер усмехнулся и щелкнул пальцами, избавляясь от крови на руке. — Какая жалость, — задумчиво сказал он. — Как же не вовремя. Ведь произошло убийство. — Поистине ужасная неудача, — согласилась Пятница. Дети Энтони просто прелесть. Он покинул медицинское крыло, тихо напевая про себя песенку, пока искал Энтони. Конечно, все поймут, что это он, когда найдут труп. Хотя он сомневается, что кто-то будет слишком уж переживать из-за этого. Вероятность того, что кто-то осмелился предположить очевидное ещё ниже. Большинство находящихся здесь существ слишком умны, чтобы перейти ему дорогу. Это редко заканчивается хорошо. Роджерс прекрасный пример. — Это «ABBA»? Из раздумий его вырвал озадаченный голос Энтони. — Действительно. Классика музыки, Энтони. — Ну да, но почему, Ангельские Глазки? — Хм, я просто думаю, что это уместно. Энтони закатил глаза, но улыбнуля. — Как скажешь. Пятница сказала, что ты меня ищешь. — Да, я подумал, что мы давно не смотрели кино. Так что тебе следует похлопать своими ресничками в сторону моих сестер, чтобы мы могли показать им и Мэйз чудеса Диснея. Энтони лишь широко улыбнулся. — Ты достань попкорн, а я — наших жертв! Люцифер с нежностью смотрел, как он убегает. Это действительно его удел в жизни, не так ли? Желать то, что он не может получить, не заплатив цену. Свободная воля, но ценой своей семьи. Мир и покой ценой того, что в его отсутствие Ад превратится в подобие Рай. Человек, которого он обожает, но только на протяжении его мимолетной смертной жизни. Но его удел в жизни наказание, и он всё равно страдал. Он ожидает, что будет продолжать страдать ещё долгое время. В конце концов, он всё ещё накапливает грехи каждым своим решением. И он до сих пор о них не жалеет. И в этом-то и проблема, подумал он. Он продолжил напевать, направляясь к кинозалу. «Посмотри в его ангельские глаза, Один взгляд — и ты покорена. Он разобьет твое сердце, Посмотри в его ангельские глаза, И ты окажешься в раю. Но однажды ты раскусишь его, Не смотри долго в его глаза.»