Бойкая милашка

Я лениво пробирался сквозь густые буреломы и немилосердную хвою, таща на себе рюкзак. Заиндивевшие шипы веток меня нисколько не заботили, я на автопилоте шëл вперëд, только вперëд, так как мозг находился в отключке. Ха-а~ Какая мука... Вновь не выспался  — всю ночь напролëт размышлял над новым открытием. Еле как, с неохотой передвигая ногами, ступая по блестящему полотну, которое в темноте, иначе говоря в ситуации выколи глаз, является для меня всего лишь однотипной белой субстанцией, знатно так задумался, смотря себе под ноги. Словно выросший из-за деревьев гараж отвлëк от тягостных думов. Алый фонарь лихорадочно мерцал. Выкрашенное в чëрную краску сооружение надëжно стояло, как вкопаное, будучи облепленным хлопьями снега. Чëрный-пречëрный. Гараж. Гараж о котором вчера так удачно мне поведал Ромка. Гараж из страшилки, при упоминании которого друг шатена начинает безудержно дрожать, сейчас был всего лишь в пяти шагах от меня. Оттуда слегка несло гнилью и железом, вместе они создавали тошнотворную вонь, оттого в горле мгновенно запершило. Я остановился возле ворот — и потупил взгляд пару секунд, прежде чем со скрипом открыть незапертые ворота. Внутри жужжали мухи, запëкшиеся красные подтëки застыли на стенах. Посерëдке стоял прикрытый автомобиль, по крайней мере на него было похоже. В этом коробе пахло неминуемой смертью. Мои руки с силой захлопнули ворота. А я сам постарался убраться оттуда как можно быстрее. В задницу любопытство и всю прочую херь! Здесь дети пропадают, ëлы-палы. Пытливость можно и попридержать, особенно когда у тебя инстинкт самосохранения орëт во всю глотку. Я безучастно продолжил свой путь по протоптонной дорожке без оглядки. И омрачился, когда позади послышались мелкие шажки. Остановился, резко повернув шею. Облегчëнно вздохнул. Я понял, что следом за мной увязалась рыжая животинка. Та же самая, которую вчера подкармливала деваха со скрипкой. — И чего ты прицепилась ко мне? —собачонка тоже остановилась, обильно облизываясь. — У меня нет ничего для тебя. Так что харе преследовать. — псинка жалобно заскулила, надеясь всë-таки выпросить хоть что-то, дабы утолить голод. Я продолжил свой путь, дошагав до трухлявого моста, а после него мне наконец показались яркие огни фонарей. И тогда... — Эй! Ты кто такой?! — я стал мрачнее тучи, когда заметил в темноте неподалëку, рядом с лохматой елью притаившийся силуэт. Он внимательно следил за мной, казалось, намереваясь просверлить взглядом. Фигура подошла ближе, тусклый свет озарил еë золотистые очи в прорезях маски. — А ты глазастый, змеëнышь. — в ласковом тоне неизвестной было ехидство, но и также старательно скрываемое презрение, будто эта клоунша в маске лисицы знала обо мне то, чего ей не положено знать. Она выглядела весьма подозрительно, словно бы сектантка заманивающая людей. — На кой маску напялила? — я проигнорировал еë нелепое высказывание. — Аниматором подрабатываешь? Лиса усмехнулась моей колючести так, словно маска была еë частью  — лицом. — А тебе какое дело? Любопытной Варваре на базаре нос оторвали! Ряженая бесяче рассмеялась самой себе, а я же апатично всмотрелся в еë манеры, незначительные детали одежды, спокойно прийдя к выводу  — мне такие раздражающие личности однозначно не по душе. Масочница отдалëнно чем-то схожа с Полиной, и поэтому не удивительно то, что она мне противна. Девчонка достала из кармана шубы маленький свëрток, развернула его, и вложила кусочек залежавшегося мяса надоедливой дворняге в пасть. Я скривился от омерзения при виде этого, а потом недоверчиво поглядел на чудачку  — она протягивала мне конфету. — Пожалуй откажусь, ненавижу сладкое. — Чокнутая — выплюнул изо рта, подобно яду я напоследок. Не хотелось ни на минуту более задерживаться, стоя рядом с ней, поэтому моя персона равнодушно двинулась на встречу к знаниям. А лисица продолжила крутиться над псинкой, как ни в чëм не бывало. Старшики снова дымили у школы. Да никто им собственно и не препятствовал, видимо, всем на это попросту начихать. Курят и курят, что тут попишешь? Также возле школы отерался мужик с заячьей губой, которого я видел в таëжном лесу. Прошëл мимо него, входя в здание. Поросячье лицо из-под стекла таращилось на меня. Пропал Бабурин. Я нахмурился, сверля взглядом характеристику исчезнувшего, и в мыслях смеясь над невеждами, что кидали в меня взгляды подозрения, крысятнически перебрасываясь фразами: — Это тот, который Бабурина недолюбливал. — Думаешь это он сотворил? — Я слышала, что он какой-то странный. Столпотворение до неприличного громко зашушукалось. Ага, стоят они, проклинают меня. А в мыслях эти лицемерные мрази поди и рады исчезновению жирной морды. — Смотрите, чтобы языки не отсохли — гадко произнëс я им, на что получил ещë более несносные взгляды. Чего у этих дураков с мозгами?! Ладно уж. Раз так, то правильно — бойтесь меня. Сами себе что-то напридумывали там, и теперь ходят, боятся. Ну не глупые ли? Что ж, мне это только на руку. Я освежил в памяти то, о чëм мне упомянул вчера Рома. И пришëл к логичному выводу — в этом месте орудует маньяк. Если дети пропадают на протяжении длительного времени, то становится очевидным — здесь замешано целое поколение, которое продолжает дело начинателя. Присмотревшись к лицам повнимательнее, неожиданно до меня дошло осознание —практически все дети, не сказать что красивые, но приятные на вид. Неужели... — Хм, может быть. — я скривился, а после спешно проследовал по коридору, входя в класс. Однокласснички плохо умели скрывать свои эмоции, поэтому весь страх и неприязнь были написаны на их лицах. Они косо смотрели на меня, переглядывались, будто обвиняя в ужасном. Я же невозмутимо сел за парту, строя из себя закоренелого хладнокровного преступника, которого не волновало чужое мнение. Если есть доказательства, то вперëд и с песней. Сучка-Катя сейчас беспардонно заливала в уши девкам какие-то небылицы, точно хитрая крыса. Вредитель. Всë шептала и шептала, какая упорная. Становилось шумно, и поэтому от такой наглости я уже начинал раздражаться. — Ягодка, клевета — это уголовно наказуемое деяние. Так что мой тебе совет — попридержи язык —  мой ледяной голос вспорхнул птицей, разносясь по всему классу словно гром среди ясного неба. Даже нелепая кличка не смягчила его. Весь класс дружно смолк. Блондинка заметно вздрогнула, замолчала, отдалилась от очередной девочки. Она недоумевая покосилась на меня, неуверенно открыла было рот, но в итоге не смогла чего-либо противопоставить — затравленно отвернулась. Со звонком в класс вошëл Бяша, а за ним и Ромка, он мрачно отодвинул свой стул, сел рядом. Было забавно наблюдать за тем, как он пытается не показывать собственной растерянности. Хоть и вëл он себя достаточно расслабленно, но во взгляде можно было прочесть некие тревожные нотки. Как по мне это даже можно назвать милым. Так волноваться из-за какой-то там Свиньи, которая была для тебя всего лишь безмозглым пушечным мясом... На словах друзья, а на деле незнакомцы ещë те. — Так, заканчиваем бардак. Дети, встаньте. — в класс прибежала Лилия Павловна, проходя к своему месту, за ней вошëл милиционер, которого та быстро представила. Это было вполне ожидаемо. Мне почему-то стало невыносимо похер. Поэтому я, как приличный ученик достал свои школьные принадлежности, то бишь тетрадь с пеналом. Немного задумавшись написал на чистом листе послание, а затем, как бы невзначай придвинул его к незаинтересованному лептой легавого шатену: — "Привет. О Семëне печëшься?" Он неторопливо прошëлся взглядом по предложению, поражаясь моей чуткости. И также потрудился мне ответить — "На кой ляд мне парится из-за какого-то там жирдяя? Больно много чести." — я поджал чуть было не расплывшиеся в усмешке губы. Да-да, ври больше. Я ведь не слепой, и прекрасно вижу как ты до того сильно за это тело беспокоишься, что уже всю нижнюю губу себе искусал. Не думал, что вчерашний грозный Пятифан бывает и таким... подкупающим. Я кивнул ему, что якобы поверил.  Незаметно пролетела занудная лекция от милиционера Тихонова о том, как важно оставаться осторожными. Во время неë я подметил лишь то, что менты в этом долбучем посëлке работают спустя рукава. Помощи ждать неоткуда — единственная полезная информация от него. Также я подметил затруднительное положение Петрова на последней парте. Дело было в том, что теперь все переметнулись, и решили его удавить взглядами, поскольку я им оказался не по силам. Этот болван сидел проглотив язык, что выглядело жалко. Было понятно  — четырëхглазый скоро превратится в опущенца, если и дальше будет бездействовать. Прозвенел звонок. И служитель порядка постоянно маячивший перед доской наконец исчез за дверью. — Что ты думаешь по этому поводу? — выдал я, вяло ложась на парту, имитируя стандартную непричастную позу Пятифана, которую он использовал буквально пару минут назад. — Чë-чë, понятное дело убийца замешан. Стопроцентно он его уже укокошил, как и всех прочих. — Ромка темно прищурился и изо всех сил потянулся, облокотившись о спинку стула. В один момент к нам приковылял нервный Бяша. Как раз вовремя. — Здорово. Пойдëмте я вам кое-что расскажу, только без лишних свидетелей — я заговорщицки  понизил громкость голоса, украдкой глянул на съëжившихся одногодок, несмотря на улыбку мои очи сейчас были студëными, прям как морозная ночь. Я непринуждëнно встал из-за парты, замечая на себе заинтересованные взгляды. Не только хулиганья, многих в этом классе: Антонио, Полина, и дочка классухи тоже была среди них. Ромка серьëзно уставился на меня, точно видел впервые, неспешно встал из-за парты. Мы втроëм вышли в коридор под неустанные взоры и шепотки сверстников. — Чего, неужто хочешь нам покаиться в том, что это ты жирного завалил? — когда мы остановились возле расписания, то Рома с подковыркой ухмыльнулся, между тем потерая затылок. — Может быть... — я выждал короткую паузу, чтобы внести капельку таинственности — Но тогда вы не боитесь, что окажетесь следующими по списку? — Бред. От моего дома до того пустыря порядком десяти минут пешком. Бабурин уже давно бы добрëл до своей избушки. Не мог ты его так быстро порешить. Потому-то, считай, что мы тебе верим. — парень обдал меня вдумчивым взором синюшных очей. Бяшины узкие глаза праведно расширились, когда он эмоционально произнëс: — Сто пудов замешан маньячело, на! Бля буду, пацаны, он Семëна и зарубил. — Харе дичь нести, пока что ничего неизвестно. — шатен, хмурясь, наклонил голову чуть набок, переминаясь с ноги на ногу. — Помнишь, ты мне про байку вашу местную рассказывал? — я чуть опëрся о подоконник, обращаясь к Ромке, и следя за физиономиями двоих — Так вот, видел я этот ваш гаражело, когда к школе лесом пробирался. Бяша содрогнулся лишь при одном упоминании постройки, мгновенно побледнел, от него послышалось беспорядочное блеянье. Гримаса страха не очень удивила меня, куда больше вызвали эмоции тщетные попытки главаря успокоить своего друга. — Етить колотить! Ну... Братан, спокойно. Спокойно. Ну надо же. А ещë говорят, что хулиганы бесчувственные нелюди, ненавидящие всех вокруг. Да тот кто это сказал походу о людях ничего толком и не знает. — Я в него вошëл. Поэтому отныне уверен, что гараж — это временное пристанище убийцы. — Да? И что ты там увидел? — задал резонный вопрос хулиган, кидая предупреждающий, даже больше пугающий взгляд в сторону вылупившихся на нас учеников. — Угадай. Ромка едва заметно сглотнул, а затем в нерешительности глянул на своего обливающегося потом товарища. Я, почесав переносицу, беззаботно улыбнулся его реакции — Расслабьтесь, не было там трупака или что-то типа того. Всего лишь обмазанные чем-то красным стены, наверняка это было варенье... — Ну а если серьëзно, то лучше нам втроëм с этого момента держаться вместе. А то мало ли чего ещë может приключиться.