Бойкая милашка

Рядом захрустел снег. И запыхавшиеся "уголовники", вдоволь наоравшись, приблизились к довольному мне, растягивающему губы в усмешке, глядящему на растаявший во мраке крупный силуэт. Вечерело. Птичий галдëж сменился глухим уханьем совы, расположившейся на ветке где-то неподалëку. Яркое солнце почти скрылось за горизонт, оставляя крутые рвы и густые сосны в полутьме. — Не хило мы его так огрели — я вспомнил помятый прыщавый ебальник недоумка, и хрюканья, вперемешку с нытьëм. Вот это было увеселение. — А то, всыпали от души, на! Завтра во-от с таким фуфелом припрëтся, отвечаю! — шепелявый гортанно захохотал, как какая-нибудь гиена, питающаяся падалью. Этот пацан реально слишком сильно смахивает на это животное из семейства млекопитающих. — Ну и дела. — протянул мальчуган, кидая свой величавый взгляд светлых глаз на меня — Наваляли мы ему, конечно, знатно. Но Макс, ты не держишь на нас зла? — вопросительно глянул на меня Пятифанов, поправляя шапку-гандонку. Мне показалось? Или это вопрос с подвохом? Я хитро прищурился, поджал губы, а затем с улыбкой произнëс: — Нет, пацаны, мне как-то фиолетово. Радует только, что эта сволочь показала своë истинное нутро, и само-собой, получила по заслугам. — Хах. Это да. — шатен, будучи удовлетворëнным моим искренним ответом кивнул, потянулся за чем-то в карман спортивок. Передо мной вдруг возникла красная упаковка с сигаретами марки "Collora" с надписью "Deluxe". Ого, моë почтение! Вот значит, что за такие супер-сигареты оставляют после себя запах с оттенком прокопченной древесины и спелого ореха. — Угощайся. Я не стал медлить. Раз предлагают, то кем бы я стал, откажись от столь радушного приëма? В одночасье взял предложенную сигаретку. Открыто говоря, я уже пробовал табак, когда ещë находился в старом-добром детдоме. Тогда один паренëк, старше меня на года так три, спëр их по воле случая у воспитательницы, решив отведать на вкус чëрти-чë, как это делают серьëзные взрослые, тупо забавы ради. В конце концов и мне предложил вкусить запретный плод. Скажу так: приятного в этой дури мало. —Курим одну на двоих, гони жигу. — обратился шатен к другу, подцепив сигарету губой. Брюнет суетливо рыскал по карманам в поисках зажигалки. Он вытащил большую "Тбилиси", чиркнул нам ею пару раз. Главарь смачно затянулся. Я последовал его примеру: поднëс сигу к губам, после выдыхая клуб дыма. Эта марка на удивление, оказалась не такой уж и отстойной. — Меня, кстати, Ромка зовут. — одноклассник протянул мне руку, мы сцепились в крепком рукопожатии. Его ладонь была очень холодной, шершавой, но довольно тонкой и твëрдой. Занимается чем? — А это Бяша. — парень бросил взгляд на бурята — Ты не кипишуй, со Свиньëй мы лично пообщаемся. — Как скажешь. — я отвëл от его опасной физиономии взгляд, вглядываясь в темнеющее небо — Слушайте, я пошëл — рюкзак свой заберу. А то смеркаться начинает. — хулиганьë промолчало, я же побрëл за портфелем. Два силуэта всë это время стояли на месте, будто бы и не собирались улепëтывать домой. Терпеливо дожидались меня. Они перешëптывались между собой, в основном трындел брюнет, а Пятифан, не сказать, что внимательно его слушал, смотря куда-то вдаль. На деревья, закутанные в таëжной белизне. Вскоре, я-таки возвратился к этой парочке, с напускным высокомерием кидая: — Проводить вас? А то мало ли кто по лесу шастает. Маньячина какая-нибудь выскочит — и трында, был человек, и нет человека. Вы ж видели как я жирному чëтко врезал. Так что доберëтесь в безопасности! — моей смелости и остроумию можно было только ужаснуться. Ребзи на меня как-то странно взглянули. Прозвучало неубедительно? С весëлым смешком подал голос первым бурятëнок: — Еман, ты рисковый чел. Ну веди тогда, на! — чувство юмора присутствует, и это прекрасно. Мы втроëм побрели вдоль деревьев. Откуда-то из-за поворота выполз грохочущий трактор. И не то чтобы далеко, стоял высокий силуэт. Какой-то мужик, неприятной наружности. Возможно, гангстер? Я выкинул догадку из головы, роняя бестолковый вопрос, дабы завязать хоть какой-то разговор с моими недодружками: — Бяша, а по какой причине у тебя такое имя? — не очень интересно мне на самом деле, но диалог всë же надо завязать. Я подозрительно уставился на изменившегося в лице Бяшу. Он криво ухмыльнулся, однако, даже будучи полным дебилом можно было легко заметить, как он вздрогнул. — Потому что я волк в овечьей шкуре, на! — "пиздабол", хотел я ему выдать, но меня опередили: — Да что ты заливаешь — Ромка недовольно нахмурился, тяжело вздыхая — Пургу гнать — это он умеет. А звать его так, потому что блеет как овца... — я молчал, продолжая вслушиваться в его нелестную речь, интерес-таки возник. — Всë после того, как из Чëрного гаража живым выбрался. — лицо Бяши моментально помрачнело. Идя рядом, я даже ощущал его дрожь сквозь тонкий капюшон, в который он запрятал свой головной отсек. Отшатнулся, замычав что-то невнятное. —Видишь? С ним так всегда, как об этой херне упомянешь. —В каком смысле? Что за гараж? — захлестнуло ярое любопытство, словно мне прорвало плотину. — Ты серьëзно про эту байку не слухом не духом? — вскинул бровь хулиган. — Ладно, слушай... На чëрной-чëрной улице, в чëрной-чëрной подворотне... стоит чëрный-пречëрный гараж. И он знает о тебе всë. Где ты живëшь. Что любишь. С кем дружишь. — он чуть потупил взгляд вниз, прежде чем сказать: — Слышал о пропавших детях? — я, с головой погрузившись в заданную атмосферу ужастика, аккуратно кивнул. — Здесь не первый год такая хрень творится. Все местные знают, кто здесь замешан, даже взрослые... — Маньячина — твëрдо процедил я сквозь стиснутые зубы, заканчивая мысль. — Это очевидно. — легкомысленно бросил Ромчик. Повисла тишина. Она не была давящей, скорее многозначительной — Макс, скажи, нафига ты то сюда переехал? Открыл рот, выкладывая правду-матку: — Семейное обстоятельство. — Рома одарил меня понимающим взглядом. И я был благодарен за то, что он не стал меня допытывать расспросами об этом. Вскоре наша молчаливая кампания притопала к хате Бяши. Синеглазый и я, пожали уже отошедшему ему руку, прощаясь. А далее побрели к обители шатена. Я было взглянул на Ромку, который картинно шагал, будто робот, не меняя своего темпа. Но взгляд зацепился за совершенно другое — его побелевшую кожу ладони, которой он не так давно пожимал мне руку. Шатен не держал руки в карманах, как это делал Бяша, а небрежно мотал ими, горделиво шагая вперëд. Этот парень, очевидно, испытывает неудобства, видно, как он время от времени растирает их, чувствуя, как его пальцы начинают потихоньку замерзать, покалывать из-за низкой температуры. В связи с этим, появилось безотвязное желание согреть их, напитать собственным теплом. Я упрямо выбросил из головы зарождающуюся мысль. Даже если он мне не врежет, то не факт что согласится. Да и будет это выглядеть нелепо. — У тебя невъебенный ножик — я покосился на торчащее из кармана кожанки остриë, которое не заметит только простофиля. Ну или слепой. Сразу вспомнился идиот-Петров, который застыл перед толпой, словно в истуканы заделался. Также вспомнилась его перекошенная рожа, когда он во время перемены налетел на сисяндры Катерины. Ох, как она тогда вопила! Как вопила на него, грозясь рассказать об этой проделке своей матери! Ромка хмыкнул на мой своеобразный комплимент, невзначай потерев стальную рукоятку ножа, а затем его лицо неожиданно озарила ухмылка: — Хех! А у тебя красноречивая фамилия. Апполонов! — он приукрашено произнëс моë наименование, задрав подбородок. Я чуть улыбнулся. На душе сразу как-то полегчало от осознания, что хоть что-то мне, да перепало. И что это что-то я решил оставить, не выбрасывать, как какой-нибудь ненужный хлам. Мы довольно быстро добрели до Ромкиного дома. Как следует попрощались. И хороший я, доведя этих оболтусов, теперь мог со спокойной душой двинуться в сторону собственного жилища.

***

Я, как обычно, это бывает, быстро сделал домашку. А затем лëг в тëплую постель. Но вот проблема. Совершенно не хотелось ложиться спать. Желал чем-то заняться. Мои руки по привычке потянулись за альбомным листом. Я включил свет, спокойно садясь за стол. Хотелось снять напряжение — остаток прожитого дня. Медленно начал что-то вырисовывать. В памяти возник величественный образ, важно пробирающийся сквозь шипы веток. Он словно опасный зверь, свободно разгуливающий по своим владениям, зная о них всë: каждый сучок, холмик, бурелом. Его холодный, но зато надëжный, словно сталь силуэт. Коротковатые локоны шоколадного окраса. Плохо упрятанные под шапкой уши. Раскрасневшиеся от мороза щëки. Густые брови. Лазурные очи, которые бесстрашно смотрят во тьму. Точëный подбородок. Обветренные пухлые губы, они наверняка... Я грубо отложил карандаш, непонятно куда, и взглянув на результат буквально одеревенел. Застыл, как вкопанный. Блятство! Да я кукухой поехал! В какой именно момент то? В какой миг это произошло?!