Ночевка.

      — Руи…             — Руи, ну хватит спать…                   — проснись… ну Руи!..       голос звучал необычайно ласковым и нежным, но настойчивым. это был Цукаса. и ему что-то понадобилось в такую глубокую ночь. видимо, звездочке всё не спится у Руи на ночевке, и поэтому он решил найти себе развлечение.       — м-м-м… — Руи хотел протереть свои сонные глаза, но руки с трудом поддавались движениям.       всё было в темноте и режиссёр ничего не мог разглядеть, он лишь ощущал чье-то присутствие по чужому дыханию. но вдруг со щелчком включилась настольная лампа, что загорелась рассеянным и мягким светом. рядом с Руи лежал Тенма-кун, и на нем была школьная форма с этим пушистым ярким кардиганом. «почему на тебе школьная форма? — спросил спящим мозгом про себя Камиширо, недоумевающе осматривая друга, — ты же переодевался в домашнюю одежду.»       — хи-хи, Руи, ты ведь любишь меня? — золотые глаза пристально держали свой взгляд, рассматривая лицо Камиширо.       — хм-м? — смутился тот, пытаясь не забивать голову вопросом о этой чертовой школьной форме и почему он не может двигать руками, — Цукаса-кун, почему ты это спрашиваешь в такой... э, момент...?       — ну… мне важно это. почему ты не рассказываешь мне? я не позволю, чтобы ты скрывал свои чувства от будущей звезды! — он вмиг изменился в лице и теперь выглядел недовольным. Тенма подполз еще ближе к Руи и навис над ним, взяв за подбородок, словно грозно заглядывая в его душу через глаза.       но что-то тут не так. Руи даже не мог понять конкретно что именно. просто Цукаса не мог прямо с ходу заговорить на такую тему, так и посреди ночи. да и все здесь казалось каким-то.. странным, что ли? руки были обездвижены, и с Цукасой явно что-то не так, он говорит с такой интонацией, будто узнал всё, абсолютно всё, и не только о влечении Руи к нему, блондин будто в курсе всех развратных образов и извращенных фантазий с ним, которые представлял тот у себя наедине. все же, у режиссера бывает слишком уж богатая фантазия и не только тогда, когда он занят с чертежами...       — да, я люблю тебя… — кровь залила ранее бледные щеки, — ты правда давно мне нравишься, и возможно я и вправду начал тебя избегать из-за своих бурных чувств, извини меня, Цукаса-кун. я боялся, что после моих слов между нами случится ссора или что-то ужасное, я не хотел тебя терять, — словно все, что находилось в сонной голове Руи столь такое длительное время, нагло сказал кто-то за него, заставив почувствовать кашу из стыда и неловкости. сердце забилось в легкой панике.       на удивление, блондин выслушал и мягко улыбнулся, как котенок, которого сейчас погладили за ушками. кажется, страхи Руи были все же напрасны. такая положительная реакция собеседника успокоила парня и все тело вновь расслабилось. все произошло моментом, который даже не отпечатывался в голове, а лишь рефлекторно вызвал в ответ Тенма-куну нежную кошачью улыбку на лице.       но внезапно дверь в комнату резко со скрипом открылась, и из прохода донесся голос, что был таким же звонким, таким же, как у Цукасы:       — Руи, а ты меня тоже любишь?       следом за уверенными и громкими шагами, вселяющие страх, показался парень со светлыми волосами и с такими же яркими глазками, в которых словно звездочки горели. хотелось сильно испугаться от незнакомца в доме, что величественно облокотился руками на бортик кровати и теперь недовольно глядит на них, но это был… второй Цукаса. он точно такой же, только в своей сценической форме, что красиво облегала его тело, играясь светотенью от освещения ночника.       — Ц… Цукаса?! — происходящие события нагнетают странное впечатление, но совершенно без панического чувства.       — Руи! ты же его любишь, а меня тоже ведь? — этот Цукаса залез дальше на кровать, на четвереньках ползя по Камиширо, нависая над его телом.       — н… н-да! и тебя тоже люблю! — Руи был растерянным, будто ком в горле не давал ему спокойно говорить.       двое Цукас довольно заулыбались и обменялись взглядами между собой. можно понять, что кое-какая идея их объединяет.       мм… они такие… желанные. такие красивые.       такие, какие их представлял Руи перед сном или с салфеткой в руке, дрожащей от накала страсти в голове. это два человека, но один разум. откуда-то играла мысль, что они действительно все знают о похотливых желаний Руи, и сейчас они настроены очень решительно.       — Руи, ну что, ты готов? — Цукаса, что был в школьном кардигане, игриво зарылся одной рукой в фиолетовые волосы своими пальчиками, а другой рукой поднес ладонь Камиширо к своим губам для поцелуя.       — к чему готов?...       — мы хотим устроить мокрое шоу с тобой, Руи… — юноша в белом костюме коснулся живота парня, что был в окружении двоих своих возлюбленных.       "стоп...                   почему я... без одежды?"       в голову ударил жар. все это время он лежал почти полностью обнаженный, лишь трусы были на месте. руки, оказывается, были связаны за головой тугой веревкой. сердце забилось быстрее, когда он понял, что именно два ярких, властных, уверенных в себе юноши, которые так и манят всю ту похотливую страсть Руи наружу, собираются с ним сейчас сделать. но, скорее всего, больше адреналина вызывало то, что он даже не знает, что конкретно с ним будут делать...       — Руи, ну ты чего, разве ты не хочешь? — одновременно сказали мальчики, подавляя обиженную гримасу.       он никак не мог им отказать. слишком уж обидно будет отказаться от секса с любимым человеком, тем более, с двумя сразу... и тем более, когда они это сами предлагают.       похоть была сильнее сонного разума Руи. какие только бабочки в животе не испытывал Камиширо при общении с Цукаса-куном. это было и вовсе похоже на какое-то любовное проклятье на небольшое одержимость этим блондином. а может, это и вовсе судьба? не важно. у Руи нет причин отказываться от того, о чем он долгое время мечтал.       парень нервно сглотнул, а потом с похотливой улыбкой произнес:       — я весь твой, Цукаса-кун. э, два Цукаса-куна…       услышав эти слова, блондины засуетились, бросились на хрупкое тело Руи, словно собакам сказали «можно!». Цукаса в кардигане сразу же вцепился в сухие губы режиссера, начав поцелуй, которого он так и жаждал (и не важно кто из них жаждал, они оба хотели). они страстно кусали и слюнявили губы друг другу, пока их руки приятно копошились в волосах. в комнате разлились звуки тяжелого дыхания и тихого чавканья слюной. все наполнялось страстью. мозг плавился от нее. во время этого поцелуя второй Цукаса занялся своей ролью: спустившись к паху партнера, он снял трусы, оголив стоячий член. начинать сразу минет не хотелось, поэтому холодные губы Тенмы начали посасывать внутреннюю сторону ляжки, специально таким образом дразня Камиширо.       — ох, ну ты посмотри, как он извращенно улыбается… — Цукаса отвлекся от страстного поцелуя и похотливо нагнулся к ушку Руи, — неужели ты хочешь, чтобы я тебе отсосал?       — хочу… — прошептал он, расплываясь в шальной улыбке.       — так попроси… ну же, умоляй…       — ахм! Цукаса-кун! я так хочу кончить тебе в ротик! умоляю, отсоси мне… — сказал Руи, от стыда желая закрыть свои алые щеки ладонью.       — хороший мальчик, хороший… — и последовала награда в виде долгого напористого поцелуя в налитые кровью губы.       блондин, что располагался у члена, приступил: он переключил все свое внимание на половой орган и нежно взял в рот головку, что была вся смочена в предэякуляте. это позволяло губам легче скользить по кожице. актер начал посасывать ее, иногда заглатывая чуть глубже, а иногда обводить вокруг языком по нежной коже. своим ртом он добивается не только мокрых звуков от слюны, но и выбивает из Камиширо-сана скулеж полный удовольствия, и этими звуками он без слов просит продолжать.             как же охуенно.             он сейчас целуется с Цукасой, когда другой Цукаса сосет ему.             как же, черт возьми, приятно. но так грязно… так низко…       поцелуй снова прервался, но снизу страстное чавканье продолжалось, что дарило чувство приближающего оргазма. Руи корчился от слишком бурных эмоций, превращая дрожащие выдохи в сдержанное шипение и кряхтение. он скоро будет на грани. во рту Цукаса-куна было так тепло, так мокро. с Цукаса-куном действительно чудесно находиться, и даже в такой обстановке.       — ох, Руи, Руи, оказывается, ты на самом деле извращенец… значит, тебе понравится и это? — мягкие пальцы Цукасы прикоснулись к набухшим соскам Руи, а после начали их мять, нежно сдавливать, прокручивать между пальцев и тянуть в стороны, как пластилин. сразу же последовали не сдерживающиеся стоны, что парень просто не мог уже контролировать.       — нгх… ммм… Цукаса-кун!.. хаа… но я еще… н-хх… не кончаю!.. фу-фу~.. — прерывисто мямлил режиссер, закатывая глаза от удовольствия.       — милый, тебе не за чем сопротивляться… — Тенма-сан хотел довести своего любимого, привлекая грязные словечки.       — Цукаса-… кун~… ахм!.. кх… — продолжал Руи стонать от нежного минета, что делает ему другой Цукаса, — мне больно, ты.. мх..! сильно давишь на мои соски!~ — Руи хотел сейчас схватиться за его руки и остановить эти слегка назойливые движения, что стали неприятными, но веревка сдерживала запястья над головой.       — ох, ты чего, Руи, это лишь начало шоу... — рассердились юноши, отвлекаясь от дел, которыми они занимались.       — тогда попробуем по-другому! всегда же есть второй план! — дополнил из них кто-то, но кто именно — вязкий мозг не мог уже определить. они звучали одинаково.       янтарные глаза Руи начали в недоумении метаться с одного извращенного лица на другое такое же извращенное. они действительно как один разум, ведь один блондин без слов воплощает то, что задумал второй. отвязав наконец веревку от кровати, но при этом не развязав руки режиссера, они хватаются за его тело и переворачивают на живот. а точнее... ставят раком. слегка обездвиженный парень робко опирается на ладони, полностью отдаваясь лидерам. у него просто нет выбора.       — соси. — вот уже перед лицом расстегивается ширинка, а откуда достается член Цукасы.       отсосать у Цукаса-куна... доставить ему незабываемое удовольствие... ну, да...?!       Руи, аппетитно осмотрев половой орган, что стоит в возбужденном состоянии, принялся обильно смачивать его своей слюной, ловко облизывая язычком. он целовал головку и ствол члена, как самая развратная шлюха. как же мило он выглядел для Цукасы в этот момент. на это красное и невинное личико Камиширо так неудобно лезли прядки, которые Тенма заботливо убирал за уши, проговаривая развратные комплименты. "мхх.. да, вот так, Руи... продолжай... ах-м... умничка... как же мне повезло с тобой, ха~..."       а Цукаса, что снял свои брюки от формы для выступлений, также оголив свой пенис, удобно пристроился возле задницы Руи. своей же рукой он отхлестывал по бледным ягодицам парня, заставляя их приятно жечься от боли и заливаться розовым цветом. Камиширо тихо ахал на каждый звонкий шлепок, при этом пытаясь не отвлекаться и заглатывать член. после того, как вся задница была уже красная, Тенма-кун пристроил головку к анальному отверстию и через мгновение протолкнулся внутрь.       — НХА-А!.. А!... кх!-..мгх... — Руи сморщил свое личико от странных ощущений там, где их никогда не было. было сложно определить, приятно или больно... а вообще, тот вошел со смазкой или?..       оказывается, нет. Цукаса на сухую решил долбиться в очко Камиширо. он начал в экстазе набирать темп, но боль, чувство наждачки внутри, что царапает до крови прямую кишку, никак не нарастала. почему?...       — не отвлекайся, малыш... смотри только на меня и наслаждайся... — блондин, которому сосали, взял режиссера за волосы и приподнимал его голову так, чтобы эти янтарные камешки внутри глазного белка сверкали только для него.       тем временем толчки в задний проход становились сильнее и проникали все глубже, уже доходя, видимо, до его простаты. с этого момента разум Руи словно потихоньку закрывался туманом. с каждым тиком, с каждым толчком глаза парня неконтролируемо закрывались, а связь с телом пропадала. эти безумные ощущения в заднице и во рту тоже становились все тусклее, растворяясь в темноте... кажется, он вот-вот уже кончит, но кажется, он... он.. мм...       .      .      .       глаза резко открылись. голова сразу заболела. вместе с оглушающим звоном в уши вдолбилась абсолютная тишина, что царствовала в комнате, где не было никакого Цукасы с его двойником. осматриваясь по сторонам, Руи пытался прийти в себя, успокаиваясь тем, что это был лишь сон, который назло так резко и странно прервался.       "ха... черт... это сон... боже, как не по себе. мне кажется, я вообще не поспал..."