Неувядающий цветок

Она расцветает после одного поцелуя не с ним. С Севеном. Её лицо и тело вновь наливаются жизненной силой. Как в тот день, она грозная и прекрасная, будто цветок лотоса, возвращает себе утраченную юность и силу, бросается в бой со скоростью ястреба, нанося точечные, молнеиносные удары. Боевая сестрица всегда была холоднокровным противником. Краснозубый улыбается. Его тело ничего не чувствует. Только сердце скрипит от тоски, ибо ранено оно всё ещё, разбито и осколки его впиваются в равную душу. Он смотрит на неё, зная, как она опасна. Хуэйлянь может его убить, ведь долг всегда будет превыше всего. — А ты всё также недосягаема, как звёзды на небе, сестрица, — он замахивается и оставляет равную рану на её плече. Белая одежда стремительно пропитывается кровью. — Хм, а звёзды ближе, чем я думал, — он оскалился, растягивая рот в безобразной, клыкастой улыбке. — Стоит лишь немного постараться… Он стремительно оказывается возле неё, но девушка незамедлительно реагирует и его когти успевают лишь оцарапать кожу в области живота. — Ну же, сестрица, куда ты? Неужели не хочется уделить время старому другу? Хуэйлянь брезгливо кривится, держась за раненое плечо. Сколько всего он читает в её глазах: страх, вперемешку с отвращением. — Цуань, тебе… Разве тебе не хочется снова… — она тянет светлую, тонкую ладонь в его сторону. — Не хочется ощутить эту связь? Хуэйлянь невзирая на его трансформацию в монстра всё ещё видит в нём свою наивную любовь вопреки. Когда в клане было нельзя создавать любовный союз, она разрешила себе впустить в своё сердце Цуаня. Она любила, невзирая на запрет. Любила, когда потеряла всё из-за этих чувств вопреки и любит, потому что видит демона насквозь и знает наверняка, что он способен её ранить, но точно не убить.