И ад когда-то станет родным домом.

Перед глазами такая плотная непросматриваемая пелена… Всё трясётся и отдаёт колотящей болью по всему телу… Чёрт подери… Передо мной кто-то разговаривает, не могу ни единого слова разобрать. Даже приподнять голову не могу, кости будто скованы крепкими узлами… Дверь хлопнула… На сей раз мне кое-как удалось раскрыть глаза. Смотреть всё равно было больно и невыносимо из-за яркой вспышки света. Не может же обычная лампа быть ярче старого солнца… Картина перед взором постепенно становилась чётче и мысли приходили в норму, когда я поняла, где нахожусь. Всё же, это был не кошмар. Выродки с Красной линии меня притащили допытывать сюда. Усадили на стул и привязали за всё, что только можно было. И ноги и руки, даже в несколько слоёв. Изверги… Здесь никого не было кроме меня, а за дверью ни шороха, если мне ещё и уши не заложило. Значит, и рядом никого. Это хорошо. Надо как-то выбираться, придумать что-то. Вокруг валяются всякие инструменты заострённые и шприцы, но как достать, если я даже зубами не могу дотянуться? Сидеть мне здесь точно не надо, если чего похуже не хочу. Я оглядела ремни на руках. Они были весьма потёртыми от частых использований и старыми. Возможно, что у меня получиться добить их до желанного покоя или хотя бы расслабить. Первые 10 минут я с большим усилием теребила руками в разные стороны, в надежде на скорейшее освобождение. Но вот когда прошло практически полчаса, то крутила уже одной рукой. И это дало свои плоды. Постепенно ремешок стирался и, кажется, даже растягивался немного, вовсе теряя свой цвет. И в конечном итоге у меня получилось распутать его и высвободить хоть одну конечность. Конечно, одной рукой отвязывать всё остальное дело не самое простое, но это и не сидеть на протяжении 30 минут и теребить запястьем. Долгожданные шаги и растягивание мышц. Как это приятно… Что меня аж в сторону повело. Оглянулась назад и всё стало ясно: большая лужа крови лишь дополняла картину ужаса всем этим инструментам для пыток. У меня сил практически нет, а я в самой гуще гнезда этих засранцев. Как я вообще выбираться буду? Хотя… Дверь на удивление была открыта, в коридоре так никого и не было, так что я могла спокойно выйти и направиться в случайно выбранную сторону, по пути постоянно оборачиваясь и всё оглядывая. На одной из дверей была табличка с надписью «склад». Очень хорошо, ведь там пускай и было довольно скудно по вещам, но я смогла взять хотя бы пистолет похожий на Грач, нож, противогаз и пару фильтров с аптечкой. В принципе, сгодится. Обзавестись бы ещё автоматом, а не дамским сверчком и вообще прекрасно. Увы, это не оружейная. Коридоры далее всё также оказывались пустыми, что наводило меня на удивление и непонимание. Ни единой души! Хотя бы одного мне предоставь, судьба, чтобы всю злость выместить. Ну что же ты такая сука паршивая. Пришлось ещё немного походить, когда я всё же наткнулась на висящую карту помещений. Разобраться в ней не стоило большого труда, когда ноги вели меня уже к выходу со станции в туннели. Но стоило мне только подойти к перрону, как я застала отход поезда, полностью усеянного вооружёнными до Зубов красных. Куда они столько солдат ссылают? Опять собачиться с рейховцами или чего страшнее? На платформе осталось стоять двое недоходяг, которые вяло потаптывались на месте и перебрасывались словечками о том и о сём. Один возмущался, что его не взяли в ряды этих бойцов и не отправили на фронтовую, а другой наоборот радовался, что остался в сторонке. Друг друга чуть-ли начинали не перекрикивать, навязывая свою точку зрения, что, кажется, меня даже в сон вновь начало клонить. Тело предательски старалось расслабиться и скатиться по стенке вниз на грязный пол, а глаза слипаться. Я же сколько времени в отключке была, не отоспалась?! Кое-как удалось прийти в себя, когда те начали расходиться и обиженный на весь мир боец направился в мою сторону, когда другой направлялся в совершенно другую сторону. Мне не составило особого труда воспользоваться правом неожиданности и прикончить первого ножом в глотку и уложить на полу. Выглянула из-за угла: от второго и след пропал. Надеюсь, не встречу в самый ненужный момент. С уже нынешнего покойного я подобрала довольно неплохой калаш, патроны к нему и сорвала сумку для всего добра. Уже оказавшись на платформе, я тихонько выбралась в туннель и начала продвижение по нему. Когда за спиной пропала станция из виду, я забралась в небольшое укромное местечко и присела на корточки, бросая сумку на землю и разбирая, рассматривая её содержимое. По большей части, это были просто всякие припасы, патроны к автомату, пару консервов и небольшой мешок с патронами. Штук 20 навскидку. Но одно меня весьма заинтересовало. Личный дневник трупешника, который распух от, судя по случайно открытой странице, приклеенных записок и документов. Удобно, что паренёк проставлял везде даты и даже заглавия вычерчивал. Почерк у него каллиграфический, красивый… Мне даже жаль его стало немного, пока вычитывала все записи. По сути, он там описывал свою жизнь и больше ничего. Хотя вот последние сведения оказались весьма полезными. Звали его Федькой и он состоял в неком роде группе, что должна была засесть в Кремле и всех отстреливать. Дальше начинается какое-то нытьё, по итогу которого его просто не взяли с собой и… -«Чёртов Морозов даже слова не сказал в мою защиту. Я же хороший боец и он знает это! Почему не заступился, а просто кивнул как послушная проститутка?!»… И этот здесь засветился… По крайней мере, я знаю где искать этого виновника всего и вся на этой земле. Только дай до тебя добраться, ты у меня ещё так попляшешь, что и в кошмарах никогда не снилось бы… Но только я собрала всё нужное обратно и только хотела подняться на ноги, как тут же меня вновь укачало. На этот раз окончательно. Мозг отключился в пару секунд и, скорее всего, на долгие часы… *спустя 6-7 часов* Небольшая площадь встречала пробитыми ограждениями из чего только можно было. Старые автомобили, доски, листы металла… практически во всех них были пулевые отверстия, а вокруг валялись трупы убитых красных самого разного сорта. Тут тебе и боец в лёгкой защите и в тяжёлой, с автоматом или дробовиком… На одном из окон болтался когда-то бывший снайпером парень, а сейчас уже гниющей массой в плотной обёртке. Бойня здесь была очень жаркая, судя по количеству убитых. Неужто на засаду красных наткнулся отряд каких-то невероятных бойцов? Может, опять спартанцы чудеса показывают. Каждый мой шаг отдавался хрустом стекла, мусора и прожжённых гильз под сапогами. В скрипящих воротах валялись ходячие танки, чуть-ли не упавшей лентой домино. Видно, даже толстая чешуя не спасла их от точной очереди. Но странное чувство тревоги всё больше и больше наполняло моё тело, когда все мысли и увиденное здесь складывалось в одно: если они убиты, то где же он?.. Довольно аккуратно простреленные отверстия в стене букетом лишь усложняли моё желание успокоить себя и отогнать все мысли. Даже прибить его уже не хотелось, пускай живой остался бы и сбежал. По лестнице наверх подняться и увидеть ещё несколько таких же стен. Неужто Паша старался отбиться всеми силами, но не удавалось? Плевать на всё. Буду всем верующей дурой и тебе в том числе. Только не окажись здесь, лежащим без дыхания как твои солдаты… Второй этаж встретил меня не менее беспокойнее. Везде валялся мусор, виднелся перевёрнутый стол, что медленно горел и кряхтел под пламенем разбитой лампы. А на стенах висели иконы. Кто-то с явно не доброжелательными побуждениями исцарапал каждому святому на них лица. Послушался хриплый кашель. Подходя ближе, он всё усиливался и различалось даже шарканье ногой по полу и тяжёлое дыхание. Этот человек явно был не в боевом состоянии, а даже еле живом. У меня у самой перекрыло горло, когда я увидела, что этим человеком оказался Паша. Я со всех ног рванулась к нему, падая рядом и хватаясь руками за едва выполняющим свою работу противогаз. -Паша… Паша, очнись, прошу… Я чуть-ли не заикаюсь, запинаюсь в своих словах и сама начинаю трястись от нахлынувших эмоций и переживаний. Через толщу перчаток мне удаётся прощупать пульс. Живой… Он всё же оказался живым… У него столько пулевых ранений, а через стекло противогаза виднелась ещё рана, что обильно кровоточила. Но вот сама маска выглядела целой и невредимой. Неужто её кто-то заменил ему? И вправду… Старый и пробитый валялся неподалёку. -Всех убили, а тебя пощадили… Родной, очнись, умоляю… Его кренит на бок, свалиться на землю, а я держу его в своих руках и пытаюсь привести в чувство. Трясу его за плечи, хватаясь вновь за лицо и вглядываясь в него. Оно было напряжённым. Брови его тряслись, а глаза заметно двигались под сжатыми веками. Ему будто что-то мешало проснуться. Я слышала, что в этих окрестностях есть нечто странное и необъяснимое. Паранормальньщина. -Открой свои глаза, приди в себя… Я не смогу донести тебя одна. Не потяну… Паша… Глаза начинали неприятно колоться и мутнеть. Слёзы наступали друг за другом, пока руки отчаянно трясли Морозова под собой. Негативные мысли начинали долбить по голове своими реалиями, но я отчаянно билась с ними, попутно молясь всему, что осталось на этом мрачном свете, чтобы он наконец-то посмотрел на меня. -Ну давай же! Нервы сдают. Я со всей силой вцепилась в меховой воротник его куртки и прижалась к груди, всхлипывая. Мне не хотелось его терять, даже не смотря на всё прошлое. Мне было хорошо с ним тогда и я не хочу, чтобы всё заканчивалось здесь. Не так и не здесь! Я почувствовала слабое движение под собой, что заставило отстраниться от него. Он сильнее простонал и всё пытался поднять руку к голове. Я вновь увидела эти подлые голубоватые зрачки… Пускай и с большой тяжестью, но веки открывались и они начинали бегать по всему, останавливаясь на мне и удивлённо расширяясь. Паша точно не ожидал меня здесь увидеть… -Оля?… Что ты… Делаешь - только попытался заговорить, как хриплый кашель вновь дал о себе знать. -Тише-тише, не напрягай себя, пожалуйста… Он был сбит с толку. Всё старался прийти в себя и понять. Крутил головой, пока в глазах читалось только одно. Он не верил. -Сколько сейчас часов?.. Мне… Нужно… -Ничего тебе не нужно сейчас. К чёрту это. К чёрта Корбута, к чёрту Москвина и всех остальных… Сейчас нужно выбираться отсюда. -Где всё это?.. Где Артём?.. Эти… Руки… Руки повсюду… Теперь мне стало ясно. Это тот самый рейнджер, с которым он от фрицов сбегал, Артём. Это он его так и всех остальных. Но пощадил… Пощадил его, но из каких целей? Павел сильно встревожился и начал отворачиваться от меня и отбивался от моих рук, когда я пыталась обхватить его, чтобы поднять под ноги. Пришлось брать его за руку и выслушивая дикое шипение от острой боли тащить на себя. Потребовалось много сил, чтобы просто сделать несколько шагов. Он вообще не мог ровно стоять. Но после всего того, через что Паша прошёл, то даже этому надо безмерно радоваться. -Я понимаю, тебе тяжело, но помоги мне… Дойдём до ближайшей станции, к врачам, тебя подлатают. Только держись, прошу. Я не смогу одна…