lune et horloge.

— Может он решил прогуляться? – внезапно выдала Гин, чем привлекла внимание с обеих сторон мужчин. — Исключено.. Он специально вышел раньше, дабы приглядеть за Вами. – Акутагава старший сжал ладонь в кулак, когда все присутствующие заметно напряглись. Рюноске бегло забежал в комнату, подобно вихрю, не заботясь о деталях интерьера или же о упавших вещах. Ему важно было отыскать масляной фонарь и зажечь свет, ведь за окном давно покоился непроглядный мрак. Шатен также встал с места, немедленно выбираясь на улицу и оглядываясь по сторонам в поисках людей: ведь свидетели на данный момент, как не странно, на вес золота. Однако перед этим он встретил юную хозяйку квартир – Госпожу Элизу в сорочке, что при чем вовсе не удивительно исходя из времени, в котором происходят последние события. Голубоглазую немедленно ввели в курс дела и не упустили возможности попросить о помощи, дабы та оставалась на месте и в случае чего встретила пропажу. Вскоре на улицу выбежали и представители семейства Акутагав, а за длинноволосой брюнеткой в какой-то момент юрко промелькнула фигура короткостриженной блондинки. — Ацуши! – раздался окрик со стороны парка. Все присутствующие разделились чуть поодаль друг от друга, прочесывая территорию главного парка. Таким образом они построили путь прямиком до самого магазина, на случай, если Накаджима по нелепой случайности на самом деле находился именно там. Вороны в один хлест сорвались с верхушки дерева, провоцируя треск и шелест самих статных растений. Чистые свечи без предохранения понемногу угасали под порывами ветра, когда сероглазый – человек, что стремительным шагом с поразительной внимательностью, торопливо вышагивал вперед, ускоряясь с каждой минутой. Казалось, еще мгновение, и тот сорвется на бег, однако в этой затее его опередила их соседка. На горизонте показалось здание, до трепета в душе знакомое многим из присутствующих. Это было место работы потеряшки ровно так же, как и старшего Акутагавы с недавних пор. — Его здесь нет! – крикнула блондинка и отставшиеся фигуры мигом помчались к ней. В здании не горел свет и более того, дверь вовсе была заперта на ключ. Рюноске лично закрывал магазин, а значит и доступа у Накаджимы на тот момент уже не было. Помимо трёх мелькающих огоньков с высока и издалека загорелись еще больше, и при других обстоятельствах это вполне можно было бы оправдать проснувшимся светлячками. Однако насекомые, сколько бы они не старались, не обучились бы людской речи. — Что такое? Кто-то пропал? – спохватилась добродушная женщина в возрасте, обращаясь к компании. — Чего вы шум такой подняли? Время вообще видели? – выдал строгий мужчина и его голос, казалось, был знаком Рюноске. Именно этого голоса они боялись будучи играющими в парке вместе с Ацуши. Душа вновь ушла в пятки, а глаза моментально спустились на землю. — Мы поможем! Как выглядит этот человек? – послышался детский голосок где-то снизу. Маленькая девочка, на вид десяток лет. Она была одета совсем простенько, явно не выделялась среди ровесников большим количеством заработка родителей. К слову, после реплики девочки ее окружили две фигуры: молодая девушка с кудрявым волосом и нежной улыбкой, темноволосый мужчина с не менее теплым, но обеспокоенным выражением лица. — Это.. Это юноша, восемнадцать лет. Ацуши Накаджима. Серые волосы и фиолетово-янтарные глаза. – с краткостью, но небольшой отстранённостью проговорил брюнет, а после оглядел округу. Все присутствующие были из низшего сословия. Они были одеты просто, у многих одежда подлатанна не первую тройку раз. Однако вопреки представлениям Рюноске, они были невероятно добры и ни чуть не жадны, как ему говорили. Народ с искренним желанием помочь улыбался и созывал знакомых для помощи. — Двухцветные глаза? У братика, должно быть, прекрасные глаза. – с восхищением проговорила девочка и ринулась за родителями, что уже отправились в противоположную сторону и из раза в раз выкрикивали имя пропажи. Но в какой-то момент Рюноске вовсе замер, как и Осаму, стоящий неподалёку. В один момент в голове промелькнул их разговор в саду поместья Акутагав, и его, казалось, передёрнуло. Серые глаза столкнулись с коричневыми. — Приют. – кратко отрезал брюнет, а шатен четко кивнул головой. Лишь одна Гин вовсе не понимала происходящее, в недоумении и с нескрываемым испугом глядя то в одну, то в другую сторону. Кареглазый двинулся с места в темпе бега, шлепая обувью по лужам. Черноволосый тут же бросился следом, даже не обратив внимание на бегущую за ними сестру. Лишь Хигучи нервно сжимала основание свечи и оглядывалась по сторонам, охраняя вход в часовую лавку. — Вы точно знаете, где он находится? – с небольшой отдышкой поинтересовался Акутагава и нервно сглотнул. Ноги ныли, а стопы болели из-за бега в неудобной обуви, однако тот не прерывался ни на миг, словно все эти факторы не более, чем пыль под ногами. — Да! Нужно срезать, так быстрее! – Осаму бежал и не щадил кофейные брюки вплоть до того, что отпечатки грязи и влаги с луж доходили прямо до колен. Гин действовала более аккуратно, но не менее быстро. — Что за приют? – проговорила девушка, но никто из парней не решался признаваться. — Мы все объясним, милая Гин, но не сейчас. – с беспокойным голосом проговорил старший из компании и завернул за домом, выбегая через дорогу. А за заросшим забором покоилось громадное здание, что на вид было не то ужасно старым, не то просто запущенным. Некоторые деревянные доски изжили себя и отказывались нормально поддерживать композицию. При дуновении ветра дом скрипел, подобно живому. Лишь окна были заколочены совсем свежей древесиной. — Дверь не закрыта. – подытожил Дазай шепотом, медленно вышагия к самому входу, при том лишний раз опасаясь пошелестеть травой. — Раз.. – приготовился шатен и поглядел на подошедших. Рука легла на ручку двери. — Три. – возразил Рюноске и резко открыл дверь, остерегаясь предполагаемых врагов. Однако помещение встретило их громоздким залом, чем то схожим с монастырём. Из запугиваний здесь служила лишь паутина и толстый слой пыли на всех поверхностях. Один из компании ступил вперед, когда по коридорам разнеслось негромкое эхо стука каблука. Внезапно послышался мужской голос вдали. Парень приставил указательный палец к устам, намекая, что следует быть потише и две черные макушки синхронно кивнули. Трое мигом распространились по всему зданию, выискивая источник посторонних звуков и один из них поверг всех присутствующих в неописуемый ужас. Невероятно громкий и отчаянный крик боли. Словно кричащий драл глотку из последних сил. — Ацуши! – несдержанно бросил брюнет и немедленно двинулся на голос. Тут то и удалось отыскать вход в подвал помещения и парень незамедлительно бросился в ту сторону. Однако картина, вопреки всем представлением, была хуже кошмаров. Невообразимый урод в пожилом возрасте склонился над блондином с хищной улыбкой, раздвигая веки одного из глаз. Тот намеревался выколоть его, когда вошедший потревожил планы. Рюноске сжал руки до поведения костяшек и уже готов был двигаться и драться голыми руками, стоило увидеть как и тело, так и лицо мастера. Тот беспомощно хныкал, захлебываясь в собственной крови. Его тело было украшено в разные оттенки от ран, начиная сине-фиолетовым, заканчивая багрово красным. Акутагава сделал первый шаг и его оттащили назад за плечо. Шатен решительно остановил бывшего ученика, а после торопливо извлек из внутреннего кармана пиджака револьвер. Дуло оружие направили на старика и ранили прямо в плечо, заставляя отпустить волосы Ацуши, как и в целом самого мастера. Старец схватился за руку, сразу смекая, что постепенно его ладонь окрашивается цветом его крови и закричал. — Вы! Как только сюда попали?! Вы защищаете демоническое отродье! Я убью ег-..кха!.. – шатен умело подобрался сзади и скрутил преступника, когда брюнет немедленно бросился к Ацуши, дабы освободить от оков. Ключи извлекла и подала Гин, когда брат сидя и старательно развязывал веревку на ногах. Болючие следы от впившейся в нежную кожу веревок резали глаза. Ровно так же, как и следы на чужих запястьях. Но долго наблюдать за этим не пришлось, ведь Накаджима, будучи в некогда шокированном состоянии прямо сейчас очнулся и намедленно упал в объятия одного из спасителей до скрежета ткани сжимая чужой пиджак со спины. — Рюноске.. Рюноске.. – как в бреду выкрикивал Накаджима, вновь захлебываясь в собственных слезах. Тот намертво вцепился в брюнета, обхватывая его торс и ногами. Так, словно боялся, что все произошедшее ничего более, как плод его воображения. — Ацуши! Сейчас все хорошо, слышишь? Ацуши, я рядом. – беспокойно бормотал Рюноске, осторожно вытирая ладонью лико напротив и обнаруживая для себя его новые травмы. Холод пола, на коем они сидели, ни капли не тревожил, как состояние человека рядом — Рюноске.. – тот продолжал хныкать. Руки трясло само собой, при чем с невероятной силой. Тот уже болюче сжимал чужую спину с плечами и впивался ногтями в ткань. — Тихо-тихо, все позади, слышишь? – Рюноске приобнял неимоверно дрожащую фигуру, когда та продолжала бормотать его имя со слезами. — Ацуши. – тот взял его руки в свои, стараясь утешить дрожь. — Посмотри в мои глаза, пожалуйста. – парень убаюкивающе шептал и Накаджима действительно послушал. Красные из-за слез и перенапряжения глаза не переставали оставаться влажными, однако зрачки смотрели в серые омуты напротив. — Вот так.. – Рюноске обхватил щеку жертвы ладонью, осторожно поглаживая холодную, подобно фарфору, кожу. Ацуши щелкал зубами из-за дрожи как и в челюстях, так и теле. Рюноске осенило. Тот отпустил руки блондина, дабы снять с себя пиджак, ведь парень напротив был по торс нагим. За период, когда Акутагава отстранился, юноша вновь в панике ухватился за чужие плечи, крепко-накрепко стискивая их между пальцев и очередная слеза скатилась с щечки. — Я не уйду. Я рядом. – успокаивал старший, а Накаджима не отрывал глаза от очей напротив, немного подрагивая. Тот не отпускал руки, словно не доверяя чужим словам. Тогда Рюноске осторожно прижал повреждённое тельце ближе к собственной груди и осторожно приблизился к лицу потерпевшего. Ацуши судорожно вздохнул то ли от страха, то ли от холода, а вот Акутагава аккуратно коснулся собственными губами уст напротив. Накаджима немного вздрогнул, когда брюнет боязливо сжимал его губы своими, но хватку на плечах ослабил. Холодный и мокрый чмок в губы, с примесью и послевкусием железа с солью. Брюнет действовал сам, но и расчитывал на сопротивление личности напротив. Однако этого не случилось. Ацуши тяжко вздохнул, как только брюнет отстранился и с нескрываемым беспокойством смотрел на него. Накаджима не говорил, но и от объятий не отстранялся. Напротив, вжимался что есть мочи. .... Брюнет тяжёлой походкой вышел из здания, держа в руках эпицентр последних событий. А тем временем на улице столпилось не мало народу, дабы поглядеть на связанного преступника всем населением. — Ему нужен лекарь. – беспокойно выдохнул старший Акутагава, глядя на закрытые глаза блондина. Тот вырубился. Шатен и брюнетка поглядели друг на друга, явно размышляя о чём-то, как блондинка за ними шагнула вперед. — Я.. Я работаю врачом в больнице неподалёку. Его нужно доставить туда. Я помогу. – Хигучи крепко скрепила руки в замочек и посмотрела на сероглазого. — Точно! Госпожа Хигучи, ведите нас! – воодушевилась Гин и посмотрела на брата, трепетно прижимавшего спящую фигуру к собственной груди. Тот кивнул.