Сюрпризы судьбы

      Солнечные лучи осторожно пробивались сквозь полупрозрачные шторы, мягко скользя по поверхности постели и ласково озаряя комнату тёплыми золотистыми тонами. Неохотно проснувшись, Мин открыл глаза и осторожно вытянул руку из-под спящего рядом Чимина. Будучи ещё сонным, он повернулся на бок и несколько секунд с нежностью смотрел на него. Казалось, что на его губах всё ещё хранилась тень ночных стонов и сладкого шёпота.       Глядя на них, Юнги чувствовал тихое урчание своего внутреннего зверя. Но после он взглянул на оставленные с неосознанной жадностью засосы. На фоне молочной кожи их казалось чересчур много, но при этом все они выглядели как священные отпечатки воспоминаний. Однако сильнее всего к себе приковывала взгляд метка, которую альфа давно хотел оставить на любимом. Её сложно было назвать уже брачной, но прошлой ночью она усилила их невидимую связь. Он чувствовал это каждой клеточкой своего тела и ощущал не просто удовлетворение, а что-то большее. Будто невидимая нить стала крепче, сильнее. Не просто инстинкт, а окончательный выбор, который нельзя будет разорвать ни временем, ни страхами.       Именно это ощущение и было тем, что предшествует к заветному обручальному кольцу. Не просто обещания между поцелуями или ночные признания, а искреннее желание остаться рядом до последнего вздоха. Но брюнет собирался сделать всё по традициям, зная, как это будет важно для их родителей. Поэтому, ненадолго откладывая эту сладкую мысль в сторону, он улыбнулся и мягко прикоснулся к щеке Чимина.       От прикосновения Пак зашевелился и сонно захныкал, словно просил повторить прикосновение ещё раз. На что мужчина тепло усмехнулся и продолжил вести кончиками пальцев по бархатной коже. Подставляясь под ласку, омега придвинулся ближе и сквозь сон прижался к груди. В воцарившийся момент не хотелось никуда уходить, но одновременно с этим появилась мысль порадовать младшего аппетитным завтраком в постель.       С ювелирностью Мин выбрался из объятий и укрыл юношу второй половиной одеяла, словно извиняясь этим за своё исчезновение. Взглянув на часы, он поднялся с кровати, надел домашние штаны, а после босиком вышел в коридор. Уже через несколько минут, оказавшись на кухне, альфа включил кофемашину и принялся готовить завтрак. Напевая себе под нос незатейливую мелодию, он начал нарезать фрукты и выкладывать хлеб в тостер. Но поглощённый своим пением мужчина вдруг понял, что мурлыкал почти готовый для песни мотив, отчего поспешил его записать.       «Чёрт, если сейчас не запишу, то забуду!» — мысленно усмехнулся про себя Юнги и отложил нож в сторону.       Прервав своё занятие, он направился в домашнюю студию, оставив за собой приоткрытую дверь. В комнате царил полумрак, а тишину нарушали только короткие щелчки включённой аппаратуры. Подхватив гитару и устроившись в своём кресле, Мин провёл пальцами по струнам, будто пробуя на «вкус» первых несколько нот. Та мягко отозвалась аккордами, и через минуту всё пространство наполнилось тёплой, почти уютной мелодией.

***

      В это время Чимин проснулся, но спросонья не сразу осознал, где находился. Постель казалась непривычно прохладной, хотя недавно в ней ощущалось чьё-то тепло. Лениво потягиваясь, он шарил рукой по простыне, а потом приоткрыл глаза и разочарованно вздохнул. Зевая, омега встал с кровати и надел оставленную футболку старшего, которая была ему до середины бёдер.       Покинув спальню, он спустился вниз, чувствуя запах еды, что витал в воздухе, но никого не обнаружил на кухне. Собираясь уже позвать альфу, Пак вдруг услышал, как со второго этажа донёсся звук игры на гитаре. Прислушиваясь к чарующей мелодии, он вернулся обратно, замечая приоткрытую дверь в конце коридора. Прикинув, что там была домашняя студия Мина, юноша тихонько подошёл ближе и заглянул в комнату.       Стараясь не нарушить творческий процесс мужчины, он слегка замер в дверном проёме. Ведь в тот момент Юнги сидел в кресле, погруженный в музыку, и слегка покачивался ей в такт, наверняка не замечая присутствия «зрителя». Младший хотел было притворно возмутиться, что проснулся один, но его внимание привлекла тёмная футболка с большой надписью «SUGA», которая висела на спинке кресла.       — «Шуга»? — наконец-то произнёс Чимин, подходя ближе. — Это... что твоё сценическое имя?       — Можно и так сказать. Только это мой второй псевдоним, — обернувшись, ответил Юнги и хитро ухмыльнулся уголками губ.       — Второй? — удивился омега, задавая слишком очевидный вопрос. — А какой тогда первый?       Продолжая сохранять ухмылку на губах, больше похожую на улыбку чеширского кота, брюнет произнёс:       — Agust D…       — Подожди-ка... — Пак недоверчиво вскинул брови. — Тот самый Agust D? От которого исходит огненный вайб и сценическое безумие? А в тексте есть фразы про язык, который доведёт кого угодно до самого «Гонконга»?       Мин довольно кивнул, наблюдая за тем, как любимый явно испытывает шок от услышанного. Возможно, если бы он чуть-чуть прислушался, то услышал бы, как у юноши в голове сейчас активно вращались воображаемые шестерёнки. Выглядело довольно забавно, когда он осел на край стола и стал внимательно рассматривать его, словно сравнивая два образа. Но Чимин и правда пытался осознать, что перед ним был не просто любимый мужчина, а тот самый человек из видео и клипов, от которого исходила дикая энергетика.       — Офигеть… Я спал с легендой, а узнаю об этом только сейчас! Невероятно… — «возмущённо» произнёс омега.       Тихо усмехнувшись, брюнет наблюдал за ним всё это время и лукаво спросил:       — Неужели ты сразу не заметил похожие черты между «Агустом» и мной, детка?       — Возможно, но видимо я просто отвлекался на кое-что... более вкусное, — почти прошептал Чимин, медленно поднимаясь со стола.       Он стал обходить вокруг кресла, словно хищник, приближающийся к своей цели. Его движения были плавными, будто продолжали ту же мелодию, что недавно витала в воздухе. Наблюдая за ним с ухмылкой чеширского кота, старший слегка откинулся на спинку кресла. Она стала ещё хищнее, когда Пак подошёл вплотную и, не отводя взгляда, легко устроился на коленях.       Близость и жар его тела в сочетании с запахом корицы моментально заставили пробудиться внутреннего зверя. Делая вид, что ничего не происходит, омега пытался найти удобную для себя позу. Но при этом «случайно» скользил бёдрами чуть ближе к паху Юнги.       — Осторожнее, малыш… — с хрипотцой прошептал Мин, а в его голосе звучала мягкая угроза, почти с намёком на то, что в любой момент игра может закончиться… по-своему. — Не боишься, что можешь оказаться в Гонконге прямо сейчас?       Невинно прикусив нижнюю губу, Чимин будто всерьёз стал обдумывать заманчивое предложение. Он чуть наклонился вперёд, и теперь их лица были на «опасном» расстоянии друг от друга.       — А если я скажу, что как раз хотел бы такой экспресс-рейс в Гонконг? — прошептал юноша, дразня его дыханием.       Юнги усмехнулся и крепко впился пальцами в бёдра, отвечая на жаркое дыхание:       — Ты правда уверен, что готов к моей программе тура?       — Если в ней есть эксклюзивный доступ и полное погружение, то да, — промурлыкал Пак, медленно поднявшись с колен.       Спустя мгновение он снова забрался на альфу, сев к нему лицом, и прижался бёдрами плотнее к его. Теперь, когда пространства почти не осталось, то младший услышал прерывистое дыхание мужчины. Тот тихо зарычал и с хищной ноткой провёл по бёдрам, оставляя за собой жаркий след на нежной коже.       — Не забудь, что у Agust D сцена — не единственное место, где он может устроить шоу…       Чимин в ответ только улыбнулся и прошептал на ухо, едва касаясь его кончиком языка:       — Я обожаю живые выступления…       Довольно усмехнувшись, Мин впился в манящие губы и жарко ворвался языком в рот юноши. Уверенно двигая им, он отбирал дыхание и скользил внутрь ровно настолько, чтобы раззадорить, но не дать насытиться. Одновременно с этим, старший стал вести ладонями по груди и задевать под тонкой тканью чувствительные соски. Проведя по ним подушечками пальцев, альфа одним движением стянул с него свою же футболку.       — Так-то лучше… Ничего не должно мешать мне увидеть красоту твоего тела, малыш! — ухмыльнулся брюнет, любуясь прекрасным видом.       Сглотнув скопившуюся слюну, он наклонился и с наслаждением провёл языком по одному из сосков, а после накрыл его губами. Уже спустя мгновение мужчина начал чередовать влажные касания языка с лёгким посасыванием, чтобы ещё больше свести с ума младшего. Второй сосок Юнги тоже не оставлял без внимания и стимулировал его пальцами. От такого сочетания Чимин запрокинул голову, простонав почти тихое «Юнги…». На что Мин довольно ухмыльнулся, слегка отвлекаясь от своего занятия.       — Тише, детка, — томно произнёс он, обводя языком кружок вокруг набухшей бусинки. — Мы же только начинаем…       Словно прикинув что-то в своей голове, брюнет облизнулся и стал оставлять цепочку новых отметин на молочной коже. Каждое движение было неторопливым, как будто он создавал произведение искусства на теле любимого. А Чимин… Чимин больше не пытался быть скромным и двигал бёдрами ещё откровеннее. Он выгибался в сильных руках, чувствуя жаркие губы и словно умолял не останавливаться. Его дыхание сбилось, а сам юноша зарылся пальцами в волосы, едва сумев прошептать:       — Юнги… пожалуйста…       — Пожалуйста что? — лукаво улыбаясь, спросил старший. — Чего ты хочешь, малыш?       Омега судорожно облизал пересохшие губы и заглянул в потемневшие глаза мужчины. В них словно отражался огонь желания, в котором было неопасно сгореть даже до тла.       — Хочу, чтобы ты… трахнул меня как Agust D, чёрт возьми… — прошептал Пак, подрагивая каждой клеточкой от предвкушения.       Толкнувшись языком в щёку, Юнги хищно улыбнулся и прошептал, касаясь зацелованных губ:       — Тогда для продолжения нашего полёта тебе придётся занять более комфортное место…       — Но твои колени для меня самые удобные… — едва справляясь с мурашками от низкого голоса, ответил юноша.       Не желая принимать никаких возражений, брюнет шлёпнул по упругим ягодицам. А после, наслаждаясь реакцией, он ловко подхватил Чимина под бёдра и поднялся с кресла, делая шаг в сторону своего рабочего стола. Несмотря на то, что тот был занят пультами с микшерами и несколькими клавиатурами, это не останавливало от задуманного решения. По-хозяйски освободив себе место, омега ожидал «первой посадки», но в следующий момент Мин отпустил его и развернул к себе спиной. Целуя в шею, он заставил лечь грудью на широкую столешницу и накрыл собой, наслаждаясь позой и чуть покусывая загривок.       — Мы будем заниматься сексом здесь? — прошептал Чимин, прикрывая на мгновение глаза.       — Да, малыш… Хочу услышать, как ты теряешь голос прямо на этом столе… — хриплым голосом, ответил мужчина и прижал ладони к упругим бёдрам. — Где рождается музыка... Где ты вдохновляешь меня больше, чем любой аккорд...       Чувствуя возбуждённый член старшего, Пак покрылся мурашками, уткнувшись лбом в согнутую руку. Юнги же приподнялся и, стянув с него боксеры, снова оставил пару шлепков на сочных ягодицах. Получив в ответ сорвавшееся с губ «чёрт…», он ухмыльнулся и, раздевшись полностью, опустился позади любимого на колени. Оставив укус, как автограф, на одной из половинок, Мин раздвинул их и хищно облизнулся, собираясь выполнить своё обещание о Гонконге. Он провёл по сжавшейся дырочке широким мазком, словно пробуя на вкус, и медленно вошёл внутрь наполовину.       Стоило только ощутить язык в себе, как юноша часто задышал и слегка поддался назад, позволяя войти глубже. Старший крепко схватился за бёдра, «зарываясь» сильнее между половинок, и ловко проскользнул на всю длину. Продолжив трахать любимого языком, брюнет добавил пару пальцев и стал совмещать свои движения, прислушиваясь к доносившимся звукам сверху. Омега уже сладко стонал и старался получше приподнять задницу, то и дело ёрзая на столе.       — Ох, Юнги… — хватая губами воздух, прошептал Чимин.       Разумеется, что альфа не ответил и только усилил напор, даря невероятные ощущения, от которых всё остальное переставало существовать. Прикрыв глаза, младший шумно втянул воздух, пока Мин продолжал двигать в нём своим дьявольски гибким языком. Он то убирал пальцы в сторону и трахал дырочку только языком, то возвращал их и раздвигал внутри на манер «ножниц». Ускоряясь с каждым движением, Юнги одновременно начал ласкать член юноши.       От этого сочетания Чимин перестал быть совсем тихим, видя первые звёздочки под закрытыми веками. Он стонал, чувствуя, как приятно горела кожа, а колени подрагивали. Казалось, что ещё чуть-чуть, и он потеряет связь с реальностью, но именно в этот момент мужчина вышел из него. Услышав в ответ разочарованный стон, брюнет, усмехнувшись, дотянулся до верхнего ящика стола за тюбиком смазки.       — Папочка, я хочу… ещё… — пролепетал омега, виляя попкой в поисках желаемого ощущения.       — Не терпится оказаться в Гонконге, да, детка? — с ухмылкой дразнил Мин, слегка прижимаясь членом между ягодиц.       Одновременно с этим он нанёс на пальцы прохладную смазку и медленно ввёл их во влажную от слюны дырочку. Решив ещё немного сладко помучить юношу, альфа неспешно стал двигать рукой, слегка задевая подушечками комочек внутри него. Выгибаясь в спине, Чимин заскулил, насаживаясь на длинные пальцы, желая получить больше.       — Мне так мало… Хочу… — кусая губы, зашептал Пак, пытаясь собрать мысли в кучку.       — Чего именно хочет мой мальчик? — поинтересовался альфа и наградил аппетитные ягодицы звонким шлепком.       — Хочу… твой член… в себе… Юнги… — сладко застонав, ответил младший.       Довольный ответом мужчина ухмыльнулся, вытащив пальцы. Смазав член по всей длине, он приставил головку ко входу и мягко вошёл в жаркое нутро. В ответ Чимин едва слышно всхлипнул, чувствуя, как горячая плоть приятно заполнила его. Замирая внутри и опираясь руками о стол, Мин стал двигаться, каждый раз прижимаясь бёдрами к пышным ягодицам.       Извиваясь под ним змейкой, омега отвечал на каждое движение сладкими стонами. Он ничего не мог с собой поделать, когда член старшего так идеально входил в него. Юнги же замедлился, начав целовать шею, плечи и слегка покусывать бархатную кожу, утробно рыча над ним. Покрываясь от этого сочетания мурашками, Чимин приподнялся и повернул голову, а в следующий момент ощутил на своих губах горячие поцелуи.       Обхватив ладонью за шею, брюнет нежно посасывал сквозь поцелуи пухлые губы и проникал в рот языком. Он скользил им по ровной линии зубов, ласкался с язычком и сильнее впивался одной рукой в ягодицы. Чувствуя вибрацию от стонов, что подливала масла в огонь, мужчина стал наращивать темп, чтобы приблизить обоих к финишу. Он продолжал двигать бёдрами и опустил руку на член Чимина, чтобы не дать кончить ему раньше времени.       Прижавшись грудью к столу, Пак начал закатывать глаза, ощущая широкую ладонь и плавящий внизу живота огонь. Хватило несколько движений по всей длине для того, чтобы кончить. Облизывая пересохшие губы, он снова застонал, едва не сжимая Мина в себе. Старший же пока не собирался финишировать следом и стал входить до упора, утробно рыча от приятной узости. Но вскоре, увидев перед глазами мерцающие звезды, Юнги последний раз толкнулся бёдрами и бурно кончил, не покидая омегу.       Воздух в студии всё ещё дрожал от их шумного дыхания и от той волны, что накрыла с головой и отбросила обоих за грань реальности. Секунды текли медленно, но никто не торопился нарушать тишину. Ведь она была не пустой, а наполненной чем-то настоящим, послевкусием близости, которая говорила больше, чем любые признания. Отойдя немного от оргазма, брюнет оставил несколько мягких поцелуев вдоль плеча и шеи, где уже проступали новые следы их утренней «авантюры».       — Надеюсь, вы остались в восторге от нашего рейса до Гонконга? — пробормотал хрипловато он, усмехнувшись у самого уха.       — Очень… но вы, кажется, забыли подать завтрак своему пассажиру, — шепнул Чимин в ответ с наигранной обидой, хотя голос всё ещё дрожал от остатков удовольствия.       Он протянул руку назад и лениво провёл пальцами по бедру любимого, облизнув пересохшие губы. В ответ альфа прижался к его спине на секунду, будто не желая отпускать.       — Разве мог Agust D забыть про бонус после окончания полёта? — усмехнулся старший, нехотя покидая юношу. — После душа вам будет предложен сытный завтрак…       Чувствуя лёгкую, но сладкую дрожь во всём теле, омега едва смог приподняться, пока Мин не помог это сделать. Он обнял его и, едва прижимая к себе, поцеловал в шею, а после заботливо отнёс в душ. Только принимать его решено было по отдельности, чтобы случайно не продолжить авантюру с «рейсом до Гонконга».

***

      Уже спустя полчаса расслабленный Чимин появился на кухне, одетый в футболку любимого мужчины. Он улыбнулся, замечая накрытый стол с аппетитным завтраком, но обратил внимание на стоящего возле окна Юнги, который разговаривал с кем-то по телефону. Альфа стоял к нему спиной и говорил низким, сдержанным голосом:       — Остались лишь формальности со статусом наших с Чимином отношений… Конечно, я всё понимаю, но комиссия ведь может сделать для нас исключение из правил, госпожа Ли?       С замиранием сердца юноша подошёл ближе, боясь пропустить что-то важное из разговора. Он очень старался не нервничать из-за того, что комиссия может отказать им. Ведь, несмотря на пройденные обследования и великолепные жилищные условия, их статус всё ещё оставался в качестве гражданских отношений. Поэтому, прокручивая эту мысль в своей голове, младший без особого настроения сел за стол, решив дождаться окончания разговора. Ему хотелось узнать, что же всё-таки сказала заведующая и какие у них шансы на удочерение.       — Предварительная встреча сегодня в шесть? Хорошо, мы будем готовы. До встречи, — тихо ответил брюнет, завершая звонок.       По опущенным плечам было видно, что он явно остался чем-то расстроенным. Задумчиво сжимая смартфон в руке, Мин обернулся и, заметив омегу, постарался улыбнуться. После разговора с Сунхи мужчина всё ещё пребывал в смятении и не знал, как лучше сделать долгожданное предложение. С одной стороны, хотелось, чтобы всё было по традициям, попросив благословения у родителей любимого. Теперь же, после слов заведующей о возможном отказе в удочерении, стоит задуматься об ускоренном варианте, чтобы Чиюн поскорее была дома.       — Давно тут сидишь? — поинтересовался старший, отложив телефон в сторону и усаживаясь за стол на своё место.       Чимин покачал головой, сцепив пальцы на коленях.       — Только что пришёл, — соврал юноша, стараясь не показывать своих переживаний. — Ты разговаривал с заведующей, да?       Юнги кивнул, потянувшись к чайнику со сливками, но, заметив взволнованное лицо Пака, мягко положил ладонь на его руку.       — Не волнуйся ты так, комиссия приедет во второй половине дня. У нас есть время подготовиться, клювик!       — Комиссия… — повторил почти шёпотом омега, пока неожиданно не встрепенулся. — Погоди, а что насчёт второй кроватки? Её советуют поставить в комнату родителей на первое время после появления ребёнка… Вдруг они подумают, что мы не всё предусмотрели?       — Чимини… — чуть строже, но всё также ласково произнёс альфа. — Всё необходимое у малышки уже есть. Детская готова, ванная — тоже. Нам не нужно покупать полмагазина, чтобы доказать проверяющим нашу любовь и заботу...       Но юноша упрямо хмурил брови, ощущая, как внутри поднимается тревога. Словно за него сейчас говорили проснувшиеся инстинкты, а не здравый смысл.       — Ты не понимаешь, Юнги-я… Они будут смотреть на нас во всём. Даже на мелочи. А если они подумают, что мы недостаточно… готовы к ребёнку? — последнее слово Пак произнёс почти с надрывом, стараясь не показать, как сильно боится услышать отказ.       Мин тихо вздохнул и, придвинувшись, обнял за плечи, оставляя ласковый поцелуй на виске.       — Они увидят, что мы уже как семья, даже если будут возникать сомнения… Но если для твоего спокойствия нужна ещё одна кроватка, то после завтрака мы поедем за ней. Только обещай не накручивать себя раньше времени, клювик!       Чимин на секунду уткнулся носом в плечо альфы, чувствуя, как увлажнились глаза.       — Значит, ты согласен поехать в торговый центр?       — Я согласен на всё, ведь люблю тебя и нашу малышку, — тепло прошептал мужчина, проводя рукой по волосам.       — Мне так хочется поскорее увидеть её, взять на руки и прижать к себе… — прижимаясь к груди, поделился омега.       — Осталось совсем чуть-чуть, — мягко подтвердил Юнги, поглаживая его по спине. — И она уже будет дома, с нами.       На этот раз Чимин улыбнулся искреннее, будто сам себе разрешил на минутку перестать тревожиться. Он выдохнул, а потом послушно потянулся к тарелке, чтобы наконец продолжить завтрак.       — Клювик, я правда очень старался, — с притворной серьёзностью заметил альфа, глядя, как любимый аккуратно пробует первый кусочек.       — Мм… вкусно, — промурлыкал тот, и глаза его заметно засветились. — Прости, что так накручиваю себя. Наверное, я слишком сильно всё принимаю близко к сердцу…       — Это нормально, потому что ты хочешь стать настоящим папой для малышки, — коротко и уверенно сказал Мин. — И именно поэтому ей так повезло.       В ответ юноша немного улыбнулся, продолжив трапезу, и завтрак постепенно наполнился теплом и спокойствием. Уже спустя несколько минут, когда стол был убран, то Пак решил проверить детскую перед поездкой в торговый центр. Он хотел убедиться в том, что альфа купил всё необходимое для их малышки, и осмотрел каждый уголок комнаты: от кроватки до большого гардеробного шкафа. Однако больше всего его внимание привлёк комод, где была предусмотрена пеленальная зона с мягким матрасиком и подушечкой кремовых оттенков.       Заглянув во все ящички, он почти прослезился от увиденного, ведь в каждом из них уже аккуратно лежали сменные памперсы, бутылочки с присыпкой и детским маслом, костюмчики, распашонки с носочками, упаковки салфеток и ватных шариков. Глядя на всё это, Чимин робко провёл рукой по миниатюрному комбинезончику нежно-розового цвета. Он задумался о том, с какой наверняка любовью Юнги всё это раскладывал, и был уверен в том, что ему было неважно, сколько всё это стоит. Хотя поначалу омега и вовсе думал, что мужчина бросит его после истерик в больнице и предложения удочерить чужого ребёнка. Но альфа словно был послан самой вселенной за все те страдания, которые ему причинила злая временами жизнь.

***

      Тем временем, оставшись ждать любимого в гостиной, Юнги задумался об одном моменте из разговора с Сунхи. Тогда она серьёзно ответила на его вопрос о возможных исключениях из общих правил для них с Чимином:       «—…Несмотря на пройденные вами все возможные обследования, комиссия может напомнить, что оформить удочерение могут лишь супруги. Для этого у вас будет месяц, чтобы зарегистрировать свой брак. Однако на это время нянечка может привозить к вам малышку для адаптации, но юридически она всё так же будет оставаться под нашей опекой…».       Казалось, что эти слова до сих пор отдавали в груди тяжестью. Поэтому почти сразу возникло одно главное решение – сейчас или никогда. Через пару минут альфа принёс из гостиной ноутбук и, устроившись за кухонным островом, настроился на важный видеозвонок. Пару раз кликнув по знакомой иконке приложения и найдя нужный контакт, он с лёгким волнением стал ждать ответа. А уже спустя несколько долгих гудков на экране появилась мама Чимина.       — Юнги-а, здравствуй! — её улыбка была тёплой, как солнечный свет. — Ты выглядишь… взволнованным. Что-то случилось?       — Здравствуйте, мама, — он слегка поклонился, а после серьёзно добавил. — Нет, ничего не случилось, но у меня есть важная новость, которую я бы хотел обсудить с вами!       Женщина сразу уловила дрожь в его голосе и, приподняв брови, кивнула.       — Подожди минутку, я позову Кёниля...       Она вышла из кадра, и вскоре рядом с ней появился отец Чимина. Его взгляд был строгим, но таким же тёплым, как у Саён.       — Здравствуй, Юнги! Какой вопрос ты хочешь обсудить с нами? — произнёс мужчина, явно заинтригованный неожиданным звонком Мина.       Альфа мягко улыбнулся и показал родителям бархатную коробочку с кольцом.       — Я хочу попросить у вас благословения на наш брак с Чимином! Обещаю быть для него не просто альфой, а крепкой опорой и настоящей семьёй вместе с Чиюн, которая ждёт нас!       После таких слов Саён прикрыла рот рукой, а её глаза заблестели от слёз. На мгновение она словно не знала, что сказать, но потом всё-таки негромко ответила:       — Ох, Юнги... Я боялась, что у нашего мальчика никогда больше не будет шанса на счастье... Ведь ты, наверное, и сам уже знаешь, чем заканчивались все его прошлые отношения, и то, каким чудом он сохранил малыша, которого вы ждали... Но когда мы узнали о вашей трагедии, то очень боялись, что Чимини не захочет жить дальше...       Конечно, мужчина прекрасно понимал, о чём говорила Пак. Ведь он и сам тогда переживал за жизнь омеги, не только когда нашёл его на полу едва в сознании или в тот момент, когда за его жизнь боролись врачи, но и потом тоже. Хорошо помня, что с ним творилось в морге, а после возле детской кроватки в палате, Мин всеми силами старался исцелить его. Не раздумывая, он готов был делать это столько, сколько потребовалось бы, прекрасно понимая, что за короткое время ничего быстро не проходит. Но, «вернувшись» в реальность, Юнги заметил, как Кёниль заметно улыбнулся, а после серьёзно добавил:       — Когда ты спас его, то мы с мамой долго не могли поверить в то, что кто-то может так искренне жертвовать собой ради него. И, наблюдая за тем, как ты относишься к Чимину и хочешь подарить ему семью, то знай, что у тебя есть наше благословение!       — Спасибо вам, — немного поклонившись, ответил Юнги. — Я клянусь, что сделаю всё, чтобы Чимин-и всегда был счастлив!       — Он уже счастлив, — мягко улыбнулась Саён, добавив. — Потому что рядом с ним ты, Юнги-я!       После таких искренних слов, что согревали душу, Мин был уверен, что пора завершить первую главу их отношений и перейти к новой. Решив не прерывать разговор с родителями, он открыл вкладку с экспресс-доставкой цветов и сделал заказ. Ведь ему хотелось, чтобы следующие несколько минут получились торжественными и с ноткой романтики для Чимина, который со стопроцентной вероятностью ничего не подозревает. Задерживаясь в детской, он словно давал альфе время подготовиться к важному событию.       Несколько минут спустя, когда позвонили из доставки, то Юнги поспешил открыть дверь и принять цветы. Для романтической атмосферы он выбрал нежно-розовые розы, несмотря на то, что омега любил белоснежные ромашки. Забрав их, Мин вернулся на кухню и поставил букет в подготовленную вазу с водой. После он с волнением проверил кольцо в коробочке и убрал его в карман брюк, посмотрев на время.       Тем временем Чимин, услышав неожиданный громкий хлопок входной двери, слегка вздрогнул. Неужели он настолько долго уже был в детской, что любимый решил уехать без него? Взглянув на часы, юноша осознал, что находился в детской уже долгое время, и, тихо ругая самого себя, поспешил вниз. Только пробегая мимо кухни, он почти не заметил, что там его ждало несколько сюрпризов.       — Поосторожнее на поворотах, малыш, — тепло усмехнулся Юнги, стоя возле кухонного острова с бутылкой шампанского в руках, пока перед ним был открыт ноутбук с видеозвонком.       — Ох, я думал, что ты уже ушёл... — прошептал омега и, подойдя ближе, заметил на экране ноутбука своих родителей.       Они оба выглядели довольно радостными и тихо перешептывались по ту сторону звонка. Но, увидев сына, Саён загадочно улыбнулась, сжимая в руках платочек. Кёниль же медленно накрыл её руки своими и, переведя взгляд на экран, произнёс:       — Здравствуй, сынок! Мы с мамой очень скучали по вам!       — Привет, вы тут что-то обсуждали без меня, да? — прищурившись, поинтересовался юноша, глядя то на родителей, то на своего альфу.       В ответ Мин лукаво улыбнулся, открывая бутылку игристого с лёгким хлопком пробки, а после аккуратно наполнив пару бокалов, протянул один из них.       — Скоро всё сам узнаешь, родной…       — Что происходит, Юнги-я?.. — почти шёпотом спросил Чимин, чувствуя, как сердце гулко забилось в груди.       — Я решил, что наш последний шаг нельзя делать втайне от твоих родителей, — мягко улыбаясь, ответил брюнет.       Немного вздохнув от волнения, он достал бархатную коробочку из кармана брюк и медленно опустился на одно колено, открывая её. В ней лежало самое красивое кольцо, которое мужчина выбрал ещё пару месяцев назад, но печальные события не позволили сразу исполнить задуманное. Поэтому всё это время оно ждало своего часа в нижнем ящике стола в его студии.       — Я знаю, что должен был сделать это раньше… — голос немного дрогнул, но альфа продолжил: — С того самого момента, когда мы встретились в том лифте, моя жизнь изменилась… Ты подарил мне не просто смысл существования, а сделал меня лучше и сильнее! Пускай мы вместе уже прошли через боль, страхи и испытания, но ты должен знать, что я хочу быть рядом с тобой не только, когда весь мир превращается в хаос! Пока бьётся моё сердце, я хочу видеть, как ты улыбаешься, и исцелять тебя, когда снова будет тяжело. Но больше всего я хочу растить с тобой наших детей, и в глубине души верю, что однажды ты подаришь нам ещё одного малыша или малышку… Для меня будет огромная честь, если ты станешь моим супругом, Пак Чимин!       На мгновение юноша прикрыл ладонями рот, чувствуя, как по щекам медленно потекли слёзы. Разве он может отказать сейчас тому, кто спас его от страшной смерти, помог оправиться после гибели малыша и был рядом каждую минуту, не позволив утонуть в боли? Конечно же, Чимин никогда не сделает этого, особенно когда Мин так искренне любит его. Словно опомнившись, он шумно всхлипнул и, пытаясь справиться с эмоциями, ответил:       — О боже, Юнги… Конечно, я стану твоим супругом, чтобы прожить вместе долгую и счастливую жизнь!       Не переставая улыбаться, мужчина аккуратно надел кольцо на изящный пальчик. Но, собираясь подняться с колена, чтобы подарить нежный поцелуй, он совсем не ожидал, что младший слишком быстро бросится ему на шею. Из-за чего Юнги попросту не успел среагировать, и в итоге оба повалились на пол с тихим грохотом. На их забавное исчезновение из кадра Саён ахнула, но уже через мгновение с усмешкой спросила, наклонившись к камере:       — Дети, у вас там всё хорошо?       — Всё прекрасно, мам, мы целы! Просто я слегка перестарался… — тихо посмеиваясь сквозь слёзы, ответил Чимин.       Упираясь ладонями в грудь, он чуть приподнялся, чтобы старшему было не тяжело. Но брюнет лишь рассмеялся и поцеловал его, крепко прижимая к себе. Совсем не возражая задержаться в такой позе на мгновение, Мин произнёс сквозь поцелуй:       — Самое лучшее «да», которое только можно было услышать!       — Ради тебя я бы повторил его хоть тысячу раз, — промурлыкал в ответ юноша, едва отрываясь от любимых губ.       — И каждый раз после этого ронял бы нас на пол? — с хитрым прищуром спросил Юнги.       — Всё зависело бы от места, где бы ты делал предложение… — хихикнул Пак, нежно прикоснувшись к щеке кончиками пальцев.       В этот момент с экрана раздалось лёгкое покашливание, и пара тихо рассмеялась, вспоминая о родителях, которые всё это время наблюдали за ними. Поднявшись с пола не без помощи любимого, омега заметил, как мама смахивала слёзы радости.       — Ах, родные мои, это было так трогательно! Сынок, милый, мы с папой поздравляем вас от всего сердца!       — Юнги, я хочу поблагодарить тебя за то, что так много сделал ради нашего сына. Это достойные поступки настоящего мужчины, которые заслуживают моих высоких похвал! С особой гордостью я буду рад называть тебя своим зятем, — добавил с улыбкой Кёниль.       Чимин слегка смутился, прижимаясь теперь уже к своему жениху, и, уже не пытаясь скрыть улыбку, прошептал:       — Спасибо вам… Я и сам всё ещё не верю, что это происходит!       — И когда вы планируете свадьбу? — с игривой интонацией спросила Саён. — Ведь мы должны успеть подготовиться, пригласить всех родственников, выбрать платье… — забавно усмехнулась женщина и исправилась: — …то есть я хотела сказать костюм! Только он обязательно должен быть белым, ведь я всегда мечтала увидеть сына в таком...       — Мам, — рассмеялся юноша, краснея до кончиков ушей. — Мы пока не думали об этом…       — Организовать церемонию, конечно, тоже важно, — спокойно поправил его Юнги, крепче обнимая любимого. — Но сейчас для нас есть кое-что поважнее.       — Важнее свадьбы? — удивлённо приподнял брови Пак-старший.       — Верно. Сначала мы хотим закончить процесс удочерения Чиюн, чтобы она наконец-то оказалась рядом с нами и смогла уже чувствовать нашу любовь… А уже после можно подумать и о церемонии!       После таких слов, мама прижала платочек к губам, не скрывая слёз, и прошептала:       — Значит… я скоро стану бабушкой по-настоящему?       — Именно так, — мягко подтвердил Юнги.       — Рад слышать, что вы уверенно расставляете свои приоритеты, — ответил Кёниль с отцовской твёрдостью. — Ведь родительская обязанность должна быть главнее прежде всего. Но мы всегда будем рядом, если понадобится помощь!       Эти слова вызывали у Чимина лёгкую улыбку на губах и трепетное чувство на душе. С теплотой он вспомнил, как родители помогали ему после расставания с Мёнхёком и те несколько месяцев беременности до того самого дня, когда Юнги появился в его жизни. Хотя поначалу мама очень сильно переживала и расспрашивала о нём, почти также, как это делал Тэхён. Но после стольких событий она увидела, что альфа был самой настоящей опорой для их сына.       — Родные мои, как же я хотела бы обнять вас обоих прямо сейчас… — с лёгкой грустью произнесла Пак, поправляя прядь своих волос. — Может, всё-таки приедете в Пусан хотя бы на пару дней? Мы могли бы устроить небольшой пикник и я бы помогла вам с подготовкой к свадьбе…       — Саён, уверяю вас, что вы увидите Чиюн очень-очень скоро. Но сначала нам нужно закончить все бумажные формальности, чтобы у неё был дом, в котором она будет чувствовать себя в безопасности с первых минут, — мягко ответил альфа.       На что женщина смахнула слезинку, но улыбнулась, прижимая платочек к губам.       — Я понимаю… Просто сердце ноет от того, что не могу быть рядом в такой важный момент.       — Мы справимся, мам, — тихо подбодрил её Чимин, бросив взгляд на любимого. — А потом вы увидите, как она растёт, и, честно говоря, мне даже страшно представить, сколько нарядов вы ей купите!       Саён тихонько рассмеялась, а отец, сложив руки на груди, серьёзно произнёс:       — Главное, сынок, чтобы малышка росла в любви и заботе. Всё остальное — лишь приятные дополнения.       — Именно об этом мы и думаем, — кивнул Юнги.       Ещё немного поговорив о разных, но приятных мелочах, родители с теплотой напомнили, что всегда рядом и на связи круглые сутки. Пожелав им приятного дня, омега завершил звонок и глубоко вздохнул, пытаясь унять бушующие эмоции. Прижимаясь к любимому, он позволил себе немного расслабиться, понимая, что папа был абсолютно прав. Главное, чтобы девочка чувствовала себя рядом с ними любимым ребёнком.

***

      Тем же вечером, когда комиссия посетила пару, то Чимин не смог скрыть радости, увидев в руках няни детскую переноску с Чиюн. Он не поверил и в то, что им пошли навстречу и разрешили оставить её дома раньше положенного срока. Разумеется, этот вопрос остался вне бумаг, однако инспектора взяли обещание, что брак будет заключён как можно скорее. Поэтому уже в течение следующей недели Юнги с Чимином официально расписались без пышной церемонии. Но это желание было не из-за равнодушия к самим торжествам, а ради того, чтобы скорее оформить удочерение малышки…