Созвездие Дракона

      Эйра любила утренние молитвы. И любила просыпаться по утрам, когда покои еще не прогрелись, а служанки еще не успели умыть ее бледненькое личико мокрой и холодной тряпкой. Ей нравилось вылезать из-под теплого одеяла, с кровати, которую они в силу маленького возраста, еще делили вместе с ее сестрой двойняшкой. Становясь на колени, напротив окна, читать короткую молитву, которой ее, научила мама. Ветерок проникающий через открытое окно, и колыхающий белые шторы, обдувал горячее после сна лицо, и Эйра улыбалась, радуясь началу нового дня.       Дочери Алисенты Хайтауэр, отличались своей кротостью и тихим характером. Двор, который постоянно лицезрел взбалмошные выходки принцессы Рейниры, стал просто обожать спокойных маленьких принцесс, которые никому не доставляли проблем. В особенности, популярность снискала Эйра, которая была ко всем мила и дружелюбна, и буквально покорила сердца благородных Леди.       Ее сестра, принцесса Хелейна, была более отстраненной, и с трудом, выдерживала общество других детей, предпочитая им всем, игры с ползучими тварями. К ней было трудно найти подход, но ее двойняшка, делала это с удивительной легкостью. Маленькая Принцесса, умела угадывать настроение сестры, с интересом расспрашивала о коллекциях бабочек и жуков, которые принадлежали Хелейне, и что нравилось не тактильной и замкнутой от мира девочке больше всего, всегда спрашивала разрешение, прежде чем обнять, или поцеловать ее, при этом не требуя такого обращения в ответ.       Эйра, всегда и всем старалась угодить. Чтобы отец был доволен, она была прилежной, и никто на нее никогда не жаловался. По желанию матушки, она была набожной, и почитала Семерых, молясь каждое утро, ходя на мессы, вместе с Королевой. Дабы ее септа гордилась ей, она была послушной и милой, никогда не капризничала, и не повышала голос. Эйра знала — она идеальна маленькая Леди. Она знала, что никогда не посрамит чести своего дома.

***

      По утрам, служанки заплетали ее волосы, в очаровательные прически. Эйра, каждое утро хотела новую, которую ей еще не делали. Обычно, она описывала то, что видела на других девочках, и служанки с трудом понимая объяснение шестилетней девочки, неловко переглядывались между собой, стараясь исполнить желание малышки, и про себя радуясь, что вторая принцесса, не столь привередлива.       Если во время заплетания, Эйра, вертелась, стараясь увидеть, что и как делают служанки, и постоянно комментировала, то Хелейна сидела спокойно, сонно потирая свои прелестные глазки, и теребя в руках брошку в виде бронзовки, которую ей год назад подарила Эйра.

***

      На утренней мессе, Эйра всегда искренне молилась, стоя подле матушки.       Погруженная в молитву, она не слышала, как зевает Эйгон, и как неловко озирается по сторонам Эймонд, который, в силу малого возраста, не совсем понимал, в чем смысл этого мероприятия.       В своих молитвах, Эйра, часто просила за годовалого братика, и племянника. Девочка, очень гордилась тем, что стала тетей, и совсем не понимала, от чего, ее милая матушка столь недовольна, рождением крохотного Джекейриса, которого так любила Рейнира. Эйра была еще слишком мала, чтобы обратить внимание, на темный пушок на голове малыша, и уж тем более, для того, чтобы знать слово «бастард». Ей нравился племянник, и нравилась немного нервная в ее присутствии, старшая сестра.       Эйра много чего не понимала. К примеру, почему матушка выгоняла ее из покоев, когда приходил Сир Стронг? Почему она была вынуждена оставлять теплые и любимые объятия, в которых ей так нравилось засыпать, из-за какого-то мужчины. Или, почему папа, постоянно называет ее «Эймой»?       Никто не давал ей ответов на эти вопросы. Мама грустила, когда она спрашивала о таком, и Эйра перестала поднимать эту тему, в глубине души надеясь, что однажды и сама все узнает. Малышка еще не понимала, что есть тайны, разгадку которых лучше не знать.

***

      Больше всего на свете, Эйра, любила завтраки, которые следовали после мессы. Ее братья и сестра с мамой, собирались за одним столом, иногда, хоть это и происходило очень редко, к ним, мог присоединиться и отец. Но больше Эйре нравилось, когда его не было. В присутствии отца, все вели себя скованно, а взгляд матушки был столь скорбным, что Эйре становилось невыносимо.       Ей нравились нелепые шутки Эйгона за завтраком, хоть она их и не понимала, но вид смеющегося брата, заставлял ее и саму хихикать. Ее веселило то, как пятилетний Эймонд, пытается строить из себя молодого Лорда, и отодвигает ей стул, когда она присаживается. А еще, когда он ест, старается держать прямую осанку и лицо кирпичом. Эйра, считала, что ее братик, поступает глупо, лишая себя времени, когда все капризы прощаются, и еще очень пожалеет об этом в будущем. Но она также очень гордилась тем, что он, движем благой целью, и, как и она, хочет стать достойным имени Таргариенов.       Она знала, что малыша беспокоит то, что у него все еще нет дракона. Яйцо, которое ему положили в колыбель, так и не проклюнулось, обратившись в камень. Однако, Эймонд не терял надежды, и каждый вечер сидел у камина, обнимая чешуйчатое яйцо. Его старшая сестра, как могла, поддерживала его, и сидя с ним, тихо шептала, что у него все еще впереди.       Ей было жаль брата, и жаль Хелейну, ведь у самой Эйры, дракончик был. Кроха темно-синего цвета, с фиолетовыми крыльями и голубыми, похожими на ее, глазами, по имени Эльтанин, в честь самой яркой звезды в созвездии Дракона. Эйра, точно не знала, даже то, как выглядит это созвездие, но ей так сказал Эйгон, и она поверила ему.       Ох, только Боги знали, как маленькая Принцесса любила своего крылатого друга. Она могла часами наблюдать за ним, прямо как Хелейна за бабочками и жуками. Правда ее сестра, любила именно изучать насекомых, а Эйра, просто любила быть рядом с Эльтанином. Этот маленький дракончик, был таким ласковым и нежным, словно котенок, и красив, как звездное небо, Эйра, считала, что он самый особенный из всех драконов, что когда-либо жили и будут жить.

***

      После завтрака, Эйра, всегда упрашивала мать поехать в Драконье Логово, куда перевели Эльтанина. Алисента, редко соглашалась, не желая трястись в карете, лишь ради того, чтобы дочь могла увидеть свою «зверушку». Чаще, она соглашалась, если Эйгон напрашивался вместе с ними. Его Солнечный Огонь, подрос настолько, что совсем скоро, Эйгон, уже мог подняться на нем в небо.       Эйра очень ждала этого момента. Ей не терпелось увидеть, как старший брат, взлетит на своем прекрасном драконе ввысь, и золотая чешуя Солнечного Огня, заблестит в лучах звезды, которая освящала всю землю.       Но еще больше, ей не терпелось, и самой взлететь в небо, на своем драконе. В ее сладких снах, она летала вместе с Эйгоном. Их драконы кардинально отличались друг от друга, и этим, казалось, что идеально сочетаются. Бойкий и гордый нрав Солнечного, и нежный и мягкий Эльтанин. Даже цвета их были прямо противоположные. О золотые чешуйки дракона, Эйгона, отражался свет, а ее дракончик, словно поглощал каждый лучик, случайно набредший на его пока еще крохотное тельце. — Привет, мой хороший. — Радостно шептала Эйра, когда виделась с Эльтанином. Она всегда брала его на руки, и дракончик, выпячивая вперед головку, стремился потереться мордочкой о ее вздернутый носик. Эйра, называла это приветствием, и без него, не обходилась ни одна из их встреч.       Затем малыш садился на ее плече, цепляясь коготками столь сильно, что она чувствовала острые кончики, даже через ткань платья, но старалась не морщиться от боли. Алисента, запретила бы разрешать Эльтанину садится ее на плечи, если бы заметила, что дочери больно. — Смотри, вот туда мы полетим, когда ты вырастишь, прямиком за Летнее море. — Сказала она, указывая на Юг. Эйра знала, что никуда не улетит, что всю жизнь проживет во дворце, только неизвестно каком, этом, или Лорда, которого ей выберут в мужья, но ей так нравилось помечтать о странствиях, которые никогда не воплотятся в жизнь.       Маленькая Принцесса, никогда не противилась судьбе, хоть она ее и не устраивала. В этом она была похожа на своих родителей. Как мать, она понимала, что ее долг, выйти замуж за достойного и благородного человека, и родить ему в будущем здоровых сыновей. А как отец, она не желала пытаться изменить что-то, несмотря на то, что ее явно не устраивало уготовленное будущее.       Эльтанин, раскрыл свои фиолетовые крылышки, подставляя их легкому ветерку, и радостно заурчал. Эйра улыбнулась. Ей нравилось, когда вокруг все были довольны. Именно по этой причине, она не будет противиться судьбе. Ведь это сделает матушку и отца счастливыми, укрепит силу ее дома. Она сможет сделать своего мужа счастливым, и своих детей тоже. Она точно сможет. — Эй! Мелочь пузатая, иди-ка сюда! — Крикнул ей Эйгон, и Эйра быстро закивав, побежала к старшему брату. Дракончик на ее плече недовольно зарычал, но из-за того, что она бежала, рык, больше походил на мурчание. — Гляди как вымахал, всего месяц назад его видел, а уже с трудом могу его морду объять. — С гордой улыбкой сказал брат.       Эйгон трепал по шее своего дракона. Крылатый ящер действительно подрос, и Эйра, немного завидовала Эйгону, ведь Солнечный, рос куда быстрее Эльтанина. — Мой красавец. — Сказал Эйгон с улыбкой, дракон тыкался мордой в его ладони, желая, получить побольше ласки от хозяина, который навещал его, не то чтобы часто. — Вот, потрогай, почувствуй какая мощь. — Брат взял ее за руку, прижав ее пухлую ладошку, к носу дракона, и от неожиданности, Эйра сделала судорожный вдох и широко распахнула глаза. Она еле сдержала жалкий и полный страха скулеж, когда Солнечный Огонь, глубоко вздохнул, испустив клубы вонючего дыма. Эльтанин, такой шутки не оценил, и зашипел, распахнув свою пасть, и расправив крылышки. Малыш, хотел сделать как можно лучше, но получилось, как всегда; его крыло ударило Эйру по щеке, и малышка в ужасе отшатнулась от Солнечного и попыталась согнать с себя Эльтанина.       Эйгон зашелся в приступе смеха, он согнулся пополам, держась за живот и утирая выступившие слезы, никогда он еще так жестоко над ней не шутил. «Может он не хотел?» — подумала девочка немного успокоившись, но то, что брат, даже не удосужился спросить как она, показало, что даже если он и не хотел чтобы так вышло, то совсем не переживал за нее, когда ситуация вышла из-под контроля.

***

      Звук хлесткой пощечины, заставил Эйру вздрогнуть. Она шокировано уставилась на мать, которая тяжело дыша, стояла перед сыном. Ее ладонь замерла в воздухе. Голова Эйгона дернулась, серебряные волосы, скрыли красный след, пятнами расползающийся по щеке. — Как тебе это только в голову пришло?! Как?! А если бы он кинулся на нее?! — Матушка кричала, она больше не била Эйгона, но схватила его за подбородок, да так крепко, что Эйра, видела как побелели ее костяшки. — Эйгон, твой дракон еще молод, он мог поранить Эйру! — Кричала женщина, сын смотрел на нее, но словно не видел, его голубые глаза потемнели, а сам он, имел вид столь отрешенный, что Эйре, даже показалось, будто это и не ее брат вовсе, а тряпичная кукла.       Когда она побежала жаловаться матери, утыкаясь своим покрасневшим от слез личиком в зеленые юбки, и хватаясь за изящную ладонь, с надетыми на тонкие пальцы, кольцами, она никак не ожидала, что матушка ударит его. Эйра редко жаловалась на брата, и никогда не видела такого гнева, в глазах Королевы.       Она смотрела на эту сцену с примесью ужаса и отвращения. «Неужели я тоже буду такой?» — подумала она, нервно сжимая и разжимая ладошки в кулачки. Эйра, еще не знала, что это мгновение, она запомнит на всю жизнь, мгновение, когда брат перевел взгляд с матери на нее, и посмотрел этим пустым, и до дрожи в коленях равнодушным взглядом.

***

      В тот вечер, Эйра никак не могла уснуть. Стоило закрыть глаза, как вспоминался этот холодный взор. Всю дорогу домой, Эйгон молчал и смотрел в окно, и даже когда пришло время прощаться, и Эйра совершила попытку примериться (которую, как она считала делать не должна была), пожелав брату спокойной ночи, тот ничего не ответил, лишь фыркнул, откинув свои волнистые волосы назад. — Хелейна, обними меня, пожалуйста. — Прошептала девочка, надеясь, что ее сестра не спит. Зашуршало одеяло, и матрас прогнулся чуть сильней. Тоненькие руки сестры, обвили ее тело, прижав к себе, а в нос ударил запах мыла.       Хелейна ничего не спрашивала, словно знала все без слов. В руках сестры, Эйра успокоилась и погрузилась в сон, надеясь, что утром проснется, и все будет как раньше.