Позабочусь о тебе

- Не спи, замёрзнешь. Влад разлепляет смеженные веки и очень вовремя! Оказывается, он притулился и задремал прямо у динамика, под нестройный хор полупьяных мужиков, горланящих на бесконечном повторе песни "Короля и шута". И если бы не Костина ладонь, упирающаяся в плечо, он бы уже спрыгнул со скалы, то есть тупо шлепнулся лицом в пол. На фоне дикой усталости (перелет, рыбалка, вопросы и ответы, автографсессия и караоке) перспектива лечь хотя бы куда-нибудь кажется невероятно заманчивой. Влад даже немного злится на Костю, какого черта, нормальный пол, даже незаплеванный, он в силу профессии и не на таком спал! - Батенька, да вы раскладной, - присвистывает Плотников на негодующее мямляние Влада. - Давай-ка на выход. И аккуратно, но твердо прихватывает за талию, поднимая на себя. Влад вяло повисает в его объятиях, словно огромный плюшевый медведь, позволяя выволочь себя на улицу. Мужики затягивают "Утренний рассвет", и Влад только глаза глубже закатывает. Так он жутко подзаебался, что ни песен бы этих не слышать, ни белых ночей не видеть. Можно уже просто в номер с плотными шторами и тишиной? А нет, нельзя. И Костя такой энерджайзер, что за двоих отрабатывает. Влад ему, конечно, благодарен, но что-то это слегка подозрительно. - Ты под чем-то? - бубнит он в ухо Плотникову. - Под тобой, Коноплев, - тупо шутит тот, сжимая свою ношу покрепче, а потом добавляет на грани слышимости, - а хотелось бы наоборот. Раскиший мозг Влада не сразу догоняет намёк, а потом как догоняет! Он прячет алеющие щеки в выемке между плечом и шеей Кости. Но его терпкий запах не даёт башке проясниться, нагоняя ещё больше тумана перед глазами и слабости в ногах. - Хочешь, я о тебе позабочусь? - Костя поднимает его за подбородок и гипнотизирует властным холодным взглядом. А только что весь такой милый был и няшный на публику, как быстро переобулся! Влада от его трансформации из общительной души компании в доминирующего самца размазывает в полсекунды. - Позаботься, - простительно шепчет он и сам офигевает, откуда что вылезло. Он что, готов передать контроль над собой вот так? И пусть накрыло настроением побыть принцессой, но фирменное ехидство никуда не делось. Поэтому он добавляет с ухмылкой в пассивно-агрессивной манере: - Папочка. Костю как молнией шарашит, он по-хозяйски пригибает голову Влада, заталкивая в такси (и когда только вызвать успел, ишь какой деловой стал!). Плюхается рядом и укладывает Влада на свои колени. - Можно подремать, папочка? - никак не уймется Коноплев, хихикая от собственной дерзости. - Можно пососать, - насмешливо фыркает Костя, прижимая лицо Влада к выпуклости на ширинке. - Камон, - отшатывается тот, зыркая на таксиста. - Кость... - Уже не папочка? Непослушная детка совсем не такая крутая, а? И легонько щелкает его в лоб. - У тебя двадцать минут на сон, - сжаливается, наконец, он, - Ещё раз взбрыкнешь - накажу. От такой перспективы Влад не то что заснуть, просто даже расслабиться не в состоянии. Влад пропускает мимо сознания, как они заселяются в домик, как Костя договаривается о бане для них, организуя все на редкость четко и методично. А Влад всегда думал, что Плотников - бытовой инвалид. А он вон какой, взрослый, уверенный. И любитель покомандовать Владом: - Раздевайся, - да что ж за тон у него сегодня такой, приказной, но после разговора в такси Влад не готов его ослушаться. Под пристальным взглядом раздеваться неловко, даже сквозь усталость пробивается возбуждение. А Костя слишком спокоен, ну, сейчас это исправим! - Ноги прямо тут раздвигать? - Нет, вон туда ложись, - Костя делает вид, что не заметил маленький бунт, и машет в сторону парилки. И если разомлевший от тепла Влад рассчитывает на размеренный полусонный секс, то веником по жопе получить никак не ожидает! - Кричишь? Правильно, - злорадствует Костя, охаживая его по бокам и спине. - А что кричать надо? - Папочка! - орет Влад, которому не больно, но парко, горячо и слишком всего сразу по перебору. Из тела будто последние силы выбивают. Он с этой полки точно не встанет, хоть краном поднимайте. А Костя тем временем командует: - Повернись. Влад ложится на спину, ожидая новый град ударов по груди, но этого нет. Зато есть горяченный, как кипяток, рот поверх его члена. И в отличие от предыдущей жести, он ласковый и готовый на все для него. У Влада почти что нет сил толкаться в него, но ему помогают, от него сегодня больше ничего не требуется, только быть послушным, отдаваться, стонать на пределе, кончать до потери сознания. Влад не помнит, как его обмывают Костины руки, обтирают пушистым гигантским полотенцем и, обернув всего, как мумию, несут в кровать к долгожданному отдыху. За такой уровень заботы и сервиса ничего не жалко, и Влад бормочет с улыбкой, прежде чем провалиться в сон: - Было кайфово. Теперь от меня не отделаешься, папочка. - Спи давай, принцесса.