Взгляд Ждущего и Вера Ищущего. Книга 2: Иной

— Что это? — Яшка поднял голову, глядя на падающие белые хлопья снега. — Холодные… — Это снег. Хорошо, что мы до первых заморозков всё успели убрать, — пряча последний ящик в хранилище, произнес Нариндер. — Ну что, ты сделал, что я просил? — Нет… Никто так и не согласился провести зиму со мной… — Печально… Даже Мода противится? — Она говорит, что с радостью, но у них и так народу много… — Это печально… — Нариндер задумался, почесывая затылок. — Но без теплого дома ты наверняка помрёшь… О, смотри, птицы прибыли! Клонек, Кудай, Хемах. Рад видеть вас в добром здравии! — Взаимно, — улыбнулся таролог трехглазому коту. — Боюсь, в эту зиму мы вынуждены просить ночлега у вас. Мы принесли с собой пищевые запасы, чтобы отплатить за беспокойство. — Ох, Клонек, нам Яшку-то некуда девать что говорить про вас… — Семейство паучихи Бретхайен предложило нам перезимовать у них при условии, что мы будем поддерживать тепло в доме. И не съедим их детей. — Может, они и Яшу смогут впустить… Ладно, идем, спросим. Нариндер отвёл всех к дому Бреты — местной швеи. — Брета, можно тебя? — Заходите в дом! — послышалось из-за двери. — Что такое? Внутреннее убранство сильно не изменилось, разве что появилась ещё парочка коконов. Тут же сновал и бармен Джаспер, помогавший семье пауков подготовиться к зиме. — Джас, ты здесь будешь зимовать? — Да, Брета разрешила мне остаться с ними. Буду поддерживать тепло здесь, чтоб не погибли во время спячки. — Понятно. Вы ещё четверых сможете с собой взять? — кот обернулся на стоявших в дверях птиц и барашка. — Думаю, найдем местечко, — из одного кокона вылез отец Бреты. — Только вам самим питание искать придется. И детей не трогать! — Не волнуйтесь, мы со своим. И с вами поделимся, если потребуется, — улыбнулся Клонек. После перевёл взгляд на Джаспера: — А ты не боишься зимовать с теми, кто в голодную ночь тебя сожрать может? Джаспер вместо ответа оскалился, показывая острые хищные зубы и раздвоенный змеиный язык. Клонек щёлкнул клювом, но вопросов больше задавать не стал. — Сердечно благодарю за приём! — вмешался в разговор уже Кудай. — Где мы можем расположиться? Пока пауки помогали гостям разместиться, Яшка неуверенно топтался у дверей, не решаясь ни войти, ни выйти. — Яша, — к нему подошел Наридер. — Ты как? — Не уверен… Пауки же спят всю зиму, да? — Тем лучше. Твоя задача будет за собой следить, топить печь. Я буду наведываться, чтоб посмотреть, как вы тут. Да и семья птичья наверняка поможет тебе. — Да, наверное… Я больше за иных переживаю… — За них не беспокойся — я их раскидал уже давно по домам. Ты о себе сейчас позаботься. Найди себе угол для сна и спи там. — Ой, Яша, можешь взять вон тот кокон. Он получился слишком большим, — Брета вдруг указала на лежащий в углу паучий кокон. По сравнению со всеми остальными, он и правда был огромен. Яша осторожно залез внутрь, поворочался и улёгся: — Я точно могу тут спать? — Точно, точно. Располагайся. Если будет холодно — ты его поближе к центру тащи. Он все равно не прикреплен ни к чему.

***

Спустя две недели начались сильные морозы. Яша сидел в доме пауков, наблюдая за жизнью местного народа. Больше всего его интересовал Джаспер, что таскал в свой кокон кучу сухой травы и разных подсушенных листьев, уминал, накладывал мха и откуда-то взятой шерсти и пуха, вновь уминал, вновь соломой… — Что ты делаешь? — в конечном итоге такое поведение кроля не осталось незамеченным рогатым. Джаспер оторвался от своего дела и повернулся к барашку: — Готовлюсь к спячке. А что? — Но разве кролики впадают в спячку? — Я не уверен, хочу ли я впасть в спячку или нет, но лучше подготовить местечко заранее, ты так не считаешь? Я и не сказать, что полностью кролик… Я даже не знаю, что я такое… — Тебе помочь? — Я бы бы не против. Можешь принести ещё сена с амбара? Снаружи жуть как холодно, а я без тёплой одежки! Снег Яша уже видел. Но сейчас ему предстала белая простыня, укрывшая землю. Холодный снежный покров удивил бывшего пророка, никогда до этого зимы не видавшего. — А, Яша, выбрался подышать воздухом? — в амбаре барашек встретил Нариндера и ещё нескольких последователей. Все они — животные, впадающие в спячку, прибыли за сеном, чтобы устроиться как следует. — Нет, меня Джаспер попросил принести ему сена. — Странно, что он сам не пришёл… Бери, сколько надо. В этом году урожай хороший, можно даже побольше взять. Яша ухватил охапку сена и поволок его обратно, к домику пауков. — Ого, сколько много! — радостно замахал хвостом Джаспер. — Какие же у тебя здоровые руки! — отобрав у барашка сено, кроль принялся набивать свою лежанку свежим сеном. Барашек же сходил ещё пару раз к амбару и набрал ещё пару охапок сена. На этот раз для себя.

***

Яша сидел у печки, медленно пережевывая солому, глядя на то, как птицы варили чай. Пауки все до единого укутались в коконы и завалились в спячку, равно как и Джаспер мирно сопел на своей мягкой лежанке. Изредка он просыпался, ходил-бродил вокруг, да снова заваливался спать. — Ты очень изменился, — Клонек глядел на барашка, преспокойно жевавшего сухую траву. Яша помотал головой, на время прекратив поглощать еду: — В смысле? Не помню, чтобы мы были знакомы ранее… — Верно. Но я помню тебя по воспоминаниям другого Клонека. Ты был очень… Суровым правителем. — Он и сейчас не менее суровый! Ты бы видел, каких он пинков под зад развешивает этим лентяям! — подал голос Джаспер. Он почесал себя за ухом, но вылазить из своей норки не захотел. — Мы тебя разбудили? — Не, я выспался. Вроде как и хочется упасть в спячку, но и не хочется… Странное состояние… — Это называется «усталость». Когда много работаешь и не отдыхаешь как следует, — Клонек пил чай. — Ме. — К слову, Яша, хочешь, сделаю тебе расклад? — барашек отвлекся от поедания сена и глянул в сторону Клонека, тасующего колоду. — Хочу. Что там? — черненький подсел поближе, глядя на рубашки карт, что раскладывал таролог. Но вскоре его мордашка исказилась от ужаса и удивления, стоило ему глянуть на карту, что перевернул Клонек. — Это… Берсерк? Это карта из моего мира? У Агнца совершенно другие карты! Два скрещенных топора — карта, дающая своему носителю божественную силу в обмен на жизнь. Вошедший в раж уже не может остановиться, пока не свалился с ног от усталости. Карта чудовищная и жуткая. — Сразу узнал, — Клонек поднял на барашка взгляд. — И что скажешь по этому поводу? Яша взял карту в копытца. Остальной расклад его не интересовал. — На ней даже уголочек такой же… С капелькой крови, — тихо произнёс рогатый, рассматривая карту. — Она была последней из той колоды, что раскладывал таролог из моего мира… Как… Откуда она у тебя? — Как сказать, — Клонек потёр шею, нервно щёлкая клювом. — Мои видения связывают меня с другими тарологами из других миров. От каждого я беру что-то своё, — он перевернул ещё одну карту. — Яд. Жертва будет отравлена… Эти жуткие карты я позаимствовал из мира, где барашек погиб, сражаясь с Нариндером, а сам Бог Смерти обезумел от ярости и злости. Мир, где тарологу прошлось защищаться, используя карты. — Это ужасно. В том смысле… Мне жаль, что так получилось… — Нет, я понимаю, почему ты взбесился. — А? Правда? — Да. Карта «Берсерк» говорит о том, что над тобой имеет власть кто-то сильный. И корона, что ты носил, не хотела, чтобы я или мой двойник рассказал тебе об этом прямо. А потому убила его, — Клонек ещё раз коснулся шеи. — Прости… Мне стоило внимательнее прислушиваться к раскладам. — Возможно, мои расклады не для тебя. Да и… — Клонек оценивающе глянул на барашка. — Мне кажется, что оружие тебе подойдёт куда больше, чем проклятья и мои карты. — Это уже мне решать, — барашек снова вернулся к своему занятию — жевал сено. — А мне сделай расклад, — на таролога запрыгнул кроль и повис, глядя на карты. — Ладно, только слезь с меня.