Dreams.

      Темноволосый мальчик в белых капроновых чулках с милейшим розовым бантиком, смирительном ошейнике, который впивается в бледную, молочную кожу, оставляя за собой следы и огромной футболке, которую он тянет выше, останавливает на талии, медленно разворачивается к Киру спиной и наклоняется, показывая светло-розовый камень анальной пробки. Терпеть это становится невозможно. Кир, словно зачарованный, тянет руки ближе, заставляет встать на колени и прогнуться, заводя чужие руки за спи-       И курсед резко просыпается. Пытаясь понять, что только что было, сплитовый опускает глаза, поднимая одеяло, и смотря на свой каменный стояк. Блять. С каждым днем подобные сны становятся все развратнее, все дольше, все четче расписывают детали и показывают больше нереального, недозволенного, показывают Киру его самые пошлые фетиши и фантазии, заставляя просыпаться в холодном поту и тянуть руки под одеяло. В первый раз — да, было приятно, странно только то, что вместо тяночки был парень. Ладно просто парень, но это был новый одноклассник сплитового — Сережа, симпатичный парень, но не настолько, чтобы думать о нем в таком ключе, объективно — пиздец. Сон был лучше любого видео на черно-оранжевом сайте, но сейчас, спустя две недели, каждый раз просыпаясь в холодном поту, Курседов точно решает, что что-то нужно менять.       Находиться в одном помещении с Сережей стало невыносимо, Кир чувствовал себя грязным, отвратительным животным. Курседов уже не знал, кого ненавидит больше: Акумова или себя.       С темноволосым хотелось общаться, правда. В первый день, немного поговорив и найдя общие интересы, акума показался курседу интересным, притягательным, не таким, как остальные одноклассники — идиоты. Сережа — милый, симпатичный мальчик, ниже Кира на полторы головы, играющий в доту — идеальный друг, кент, товарищ и собутыльник для курседа. Но сейчас, спустя две недели, правда короткий срок их знакомства, сплитовый обходит его другой стороной коридора, кидая пафосный взгляд, всем видом показывая, что подходить не стоит и не стоит спрашивать почему Кир резко блокнул его во всех социальных сетях. Оборвать общение — лучший способ избежать проблем в виде развратных снов, правда? Сплитовый тоже так решил.       Но сегодня, увидев мокрый сон со своим главным фетишем — ебучие чулочки, Киру захотелось выпрыгнуть в окно. Акумов — светлый, чистый, Курседов — мерзкий, отвратительный извращенец. Сережа возненавиделся еще больше.

***

      — Блять, чел, ну почему ты меня избегаешь? Нормально же было все, — темноволосый караулит возле туалета, — Я же буквально ничего не сделал, — ага, конечно. Сплитового уже начинает раздражать эта ситуация, как ему объяснить, что именно он источник проблем Кира?       — Да отъебись от меня, хватит за мной хвостиком ходить, я не хочу с тобой общаться, видеть тебя не хочу, — процеживает сквозь зубы сплитовый, заходя в туалет, — Ты блять скучное, отвратительное, мерзкое уебище. С чего ты, сука, вообще взял, что я с тобой общаться хочу, — это даже был не вопрос, а чистый факт. Хотелось наговорить столько гнили в сторону темноволосому, но еще больше хотелось, чтобы акума вышел из помещения, перевелся в другую школу, переехал в другой город, а лучше свалил на другую планету — лишь бы не видеть и не вспоминать.       — Но-, — речь Акумова прерывает толчок в плечо, от чего тот припечатывается спиной к стене и отвешивают звонкую пощечину и сильный удар куда-то в печень.       — Иди нахуй, посмешище, бегаешь за мной как псина.

***

      Теплые дни октября закончились и вместо них задул холодный ветер, заставляя надеть шарф и пуховик. Хотя только конец октября, но уже большими хлопьями падает снег на землю, накрывая дороги тонким белым слоем, который тает за считанные секунды. Кир обещал Сереже снять тик ток когда пойдет снег. Обещал, что поднимет Акумова на руки, как в сцене токийского гуля, и под музыку понесет его вдаль. Не понесет. Они не общаются больше месяца, больше месяца, с момента разговора, курсед завел новую компанию сомнительных людей. Единственный адекватный человек — рейз, с ним о чем угодно говорить, поймет, поддержит, совет даст. И рассказав о личной неприязни сплитового к однокласснику, Сережу начали травить. Курседу не легчало, сны не пропадали. Внутренний голос все кричал «Пидорас», «Грязный извращенец».       Сны не прекращались даже когда сплитовый после алкогольно-наркотического марафона отрубался на обблеваном полу. Просыпался то он все со стояком в штанах и тяжелой головой. За полтора месяца Кир видел его одноклассника во всех возможных сценариях, нарядах, позах, сплитовому казалось, что сны повторялись, показывая то, что парень уже видел, но реакция не менялась и Курседов все также, как под гипнозом, тянулся к телу напротив. Это проклятие, ужас, из которого не выбраться, кассета, заевшая на повторе.       Но чем дальше был темноволосый, тем хотелось его ближе. Ежедневно унижать, бить и провоцировать на конфликты не хотелось, но ведь это был единственный способ заговорить, быть чуть ближе, чувствовать не похоть, а живые эмоции.       Кир пробует не спать, пьет литрами энергетики, настолько крепкий кофе, что тот в чашке выглядит как нефть, марафонит по несколько дней, лишь бы не спать, лишь бы не опускаться в мокрые сны. Пробует смотреть ролики на черно-оранжевом сайте, различные фильмы, медитировать, даже обращается к гадалке по сети, говоря, что меня сглазили, сниться мой знакомый в эротическом плане, но каждая шарлатанка открыто говорит, что у сплитового недотрах и ему бы девчонку. Кир над этим задумывается, на пьяной тусовке цепляет красотку с буферами в мине-юбке, еле прикрывающей все достоинства и в пустой комнате трахает ее, но перед глазами только Сережа, только черная копна волос, только тонкая, почти девьчачья талия и белые чулки с розовыми бантиками. Не помогло.       Курседов всерьез задумывается о своей ориентации, но какие парни, если снится ему только акума, только акуму он видит в постели и только от акумы в голове хочет избавиться. Кир уже думает, что это намек от судьбы и стоило бы написать Акумову, помириться, но что можно ему написать? «Сереж, привет, тут такое дело, я спать не могу, представляю, как тебя трахаю, вот чо с этим поделать можно, давай помогай»? Так и ложиться спать, снова видя во сне одноклассника и слыша его сладкие стоны, после которых на утро хочется лишиться слуха, либо лишиться возможно спать и видеть. На физре уже вместо спортивок на худых ногах виднеется белый капрон с розовыми бантиками. Кир трет глаза и точно думает, что сходит с ума.