Пистолет, который я приставлю к твоей голове
5 июля 2023 г., 10:32
Примечания:
Приятного прочтения! Заранее прошу меня простить за ошибки, публичная бета всегда к вашим услугам. Очень буду благодарна!
***
— Стреляй, как я тебя учила. Блэйд стоял прямой как стержень, обхватив пальцами холодный металл, руки были направлены наружу, нацеленные на неподвижную мишень перед ним. Его пальцы постепенно бледнели, а кулаки сжимались все сильнее и сильнее. — Расслабься, Блэйди, — рука Кафки приземлилась поверх его собственной. Блэйд вздрогнул от неожиданного прикосновения, едва не выронив пистолет из рук. Она не надела свои обычные кожаные перчатки, подумал он, ощущая тепло сквозь бинты. Руки Кафки были нежными, медленно направляя руки мужчины обратно вверх, в нужное положение. Она держала их на месте, поддерживая его. Слишком близко, Блэйд чувствовал теплое дыхание на своей шее, когда она пыталась настроить его прицел. — Стреляй, — дышала она ему в ухо, заставляя мурашки подниматься по шее. В оцепенении Блэйд нажал на курок. Он увидел, как пуля попала в цель, разбив ее на мелкие кусочки, которые останутся там до тех пор, пока Сэм не вернется и не уберет их. — Молодец, — улыбнулась ему Кафка. — Вполне неплохо для первого раза. Блэйд почувствовал прилив гордости от удовлетворенного блеска в глазах охотницы. Он протянул к ней руку, пистолет в руке, рукоятка направлена в ее сторону. Кафка наклонила голову в насмешливом замешательстве — он увидел, как в ее глазах блеснул лисий блеск, и понял, что она хотела, чтобы он сказал это первым. Это был ее способ заставить его больше раскрыться, даже если женщина знала, что это раздражает его больше всего. — Это твое, — сказал Блэйд, намеренно игнорируя то, как уголки губ Кафки наклонились еще больше. Его ответ был встречен молчанием. Охотник вздохнул, смирившись со своей участью. — Твой пистолет я возвращаю тебе, — специально добавил он. Кафка взяла его, довольная тем, что Блэйд произнес целое предложение за день. — Мы продолжим работать над твоими навыками обращения с оружием в будущем, Блэйди, — сказала она. Блэйд наморщился. У него был меч, зачем ему оружие? Женщина улыбнулась ему, лукаво и жеманно — все, что Кафка желала видеть. — Всегда полезно иметь еще один козырь, не так ли? — С этими словами она развернулась и ушла, не дожидаясь ответа. Ах, подумал Блэйд, может, она просто хотела, чтобы он был занят.***
Кафка и Серебряный Волк готовились отправиться на следующий сценарий Элио. Кафка выглядела безучастной, наблюдая за тем, как Серебряный Волк превращает вместилище Стеллерона в маленькую сферу материи. Блэйд был свидетелем того, как Кафка растила этих детей, как учила их сражаться и всему, что нужно знать, чтобы выжить в этом мире. Она заботилась о них, и он знал это. Мужчина помнил, как смягчались глаза охотницы, когда сосуд следовал за ней по пятам, как потерявшийся щенок; как она старалась быть нежной, когда они впервые использовали настоящее оружие на тренировках. — Мы уходим, Блэйди, — голос Кафки пробудил его от мыслей. — Элио и база будут на твоем попечении, — сказала она ровным голосом. Она шла к своей двери грациозно, мягко и размеренно, что было полностью ее собственным шагом. Никто не смог бы заметить, что с ней что-то не так. — Будь осторожна, — сказал Блэйд, как раз когда Кафка вошла в дверь. К его удивлению, женщина развернулась и направилась прямо к нему. Она остановилась перед ним, откинув голову вверх, чтобы посмотреть ему в лицо. Блэйд уставился на нее, глаза слегка расширились от ее реакции. Мужчина увидел, что ее руки потянулись к бокам, пальцы сжали знакомую металлическую рукоятку — пистолет, который она давала ему всякий раз, когда он тренировался. — На хранение, — сказала она, ее взгляд был мягким. — И на случай, если ты по мне соскучишься, — Кафка подмигнула ему, а затем снова повернулась, ее шаги были немного быстрее, чем раньше, чтобы догнать Серебряного Волка. Он крепко сжал пистолет. Они уйдут ненадолго. Металлическая рукоятка в его руках была холодной. А вот сердце — нет.***
Кафка никогда не просила его вернуть пистолет, и он никогда ничего не говорил об этом. Как будто между ними существовало понимание, которое никогда не нужно было произносить вслух, но оба прекрасно осознавали факт существования этого негласного правила и придерживались его. Блэйд всегда держал пистолет при себе, хотя для него он был скорее мертвым грузом, чем чем-либо еще. Его прицел был неважным, он никогда не улучшался и оставался на том же уровне мастерства, которого достиг после первых трех месяцев обучения. Кафка никогда не выражала недовольства по этому поводу, просто постоянно просила его стрелять, снова и снова, пока не наступала глубокая ночь и она не уставала продолжать. Когда Цзин Юань схватил его на Лофу, его меч отобрали, конфисковав на хранение у Облачных Рыцарей. Однако генерал закрыл глаза на пистолет, который Блэйд прятал при себе. Он насмехался над ним в своей маленькой тюрьме — над попыткой Цзин Юаня дать охотнику возможность сбежать. Блэйд не хотел задумываться о том, что это значит для них, для их давнего прошлого, он хотел лишь знать, что это значит, что он сможет быстрее добраться до Кафки. С помощью пистолета Блэйду удалось вырваться до прибытия Звездного Экспресса. Ему едва удалось завалить рыцарей, поскольку пули пролетели далеко от цели, но он избежал смертельных ранений, не то чтобы Мара-Страж мог умереть. С наступлением темной и тихой ночи он выскользнул из своего укрытия с оружием в руках. Металл нагрелся после того, как он крепко сжимал его весь день. — Блэйди. Он повернулся, прищурив глаза, чтобы лучше видеть в темноте. Охотник сразу же уловил уникальный запах Кафки, когда она приблизилась к нему. — Твой меч у меня, — осведомила она. Она протянула ему меч, его трещины светились мягким золотистым оттенком, освещение смягчало женские черты в темноте. При виде нее Блэйд ослабил хватку оружия. Он ничего не сказал, взяв меч из ее рук, знакомый вес успокаивал его. Это было не то же самое, что оружие, которое она дала. Больше они ни о чем не говорили. Он чувствовал на себе ее взгляд, читающий его выражение лица, надеясь уловить какие-либо признаки перемен. Охотница ничего не сказала, когда заметила пистолет в его руке. — Будь осторожна, — сказал он, после чего его голос затих в темноте. Они оба знали, что она не пострадает, в конце концов, это не было частью сценария, а сценарии Элио еще никогда их не подводили. Но это не мешает ему немного волноваться. Кафка улыбнулась ему, ее губы слегка изогнулись вверх, покуда глаза мерцали в темноте.***
Охотники за Стеллароном всегда знали, чем это для них закончится. Элио не держал это в секрете, ибо никогда не находил в этом необходимости. Блэйд искал смерти очень, очень долго, и знать, как и когда она придет к нему, было милосердием, каплей воды для того, кто слишком долго жаждал. Он только хотел, чтобы это не было концом Кафки. Она связала их вместе, их жизни стали единым целым. Если бы она умерла, нити, державшие его под контролем, натянулись бы, и он ушел бы вместе с ней. Блэйд желал смерти, но не желал, чтобы она умерла. Сейчас, стоя над ней, он разрывается. С одной стороны, он испытывает облегчение от того, что его освобождение наконец-то пришло, что он наконец-то может покаяться за свои грехи, но с другой стороны, он хотел бы оттянуть этот момент, только чтобы иметь возможность провести с ней больше времени. Его кулаки сжимаются от досады, но глаза светятся такой радостью, какой Кафка никогда раньше в нем не видела. — Блэйди, — дышит она. Голос слабый, рука прикрывает рану, из которой течет кровь, не собираясь останавливаться. Он замечает, что она не давит на рану, не пытается остановить кровотечение. — Блэйди, — повторяет Кафка, когда он не подает признаков того, что услышал ее. На этот раз он смотрит ей в глаза и наблюдает, как они светятся весельем. Мужчина все никак не может понять, что же ее так забавляет. Блэйд приседает перед ней, сохраняя зрительный контакт. Трясущимися руками он достает пистолет, тот самый, который она дала ему на базе. Теперь все это кажется вечностью. Его пальцы онемели, когда он крепко сжал пистолет в ладонях. — Стреляй, как я тебя учила.
