И снова Экспекто Патронум
5 декабря 2025 г., 18:51
Остаток июня принёс нежеланную жару и ещё больше спама, местами, вскрытого. Со спамом не церемонились: что-то растворяли в едучих зельях, что-то шло на папьемаше для декора подставки под наушники и VR-сет, что-то дядя Вернон увозил и выбрасывал в контейнеры для бумажных отходов. Гарри почти не читал их: читать было практически нечего: угрозы, дразнилки, "Ты за всё ответишь!" и предложения стать приёмным ребёнком отправителя. На Гарри иногда находили мысли "А не слали ли когда-то последнее Дурслям?", но спрашивать не хотелось.
Другим навязчивым вопросом были обскуры. Про них Гарри до этого лета словно бы не слышал, а потому было ещё интереснее. Была ли эта тема неприличной или слишком страшной, ещё не было ясно, но точно, что об обскурах предпочитали не говорить. В скопившейся за года литературе что-то вскользь было только у Батильды Бэкшот и, как ни странно, Локхарта. Локхарт поминал их в сравнительных оборотах, причём обскуры у него были символом чего-то смертоносного и хрупкого одновременно. Бэкшот несколько раз замечала, что число обскуров вырастало со страхом перед магглами и модой на воспитание ежовыми рукавицами. По Бэкшот можно было понять только, что обскуризм - это какая-то психическая болезнь, ведущая к опасным неконтролируемым вспышкам магии у детей и детским смертям. Ещё Бэкшот несколько рас писала в примечаниях и сносках, что обскуризм заслуживает больше внимания и отдельных работ по его истории. Написать автору учебников истории конфиденциально не представлялось возможным из-за перехватывания сов, а, вот, Локхарт был тут, в ГКИ на флешке.
Ещё вопрос - пробелы в памяти, которые стали сильно заметнее сейчас. Конечно, по-хорошему, память со временем меняется, но иногда словно бы вырезанные года и месяцы казались ненормальными. Как и осознание поразительной целостности психики после всего, что было в жизни Гарри. Тем более странно было, что Дадли помнил куда больше...
Первый свой масштабный нырок в Эфир Гарри организовал как раз после беседы с Локхартом про обскуров, из которой выяслил лишь, что Локхарт практически ничего не знает и хочет большего взаимодействия с окружающим миром. Нырок вызвал только больше вопросов, потому что за подтверждением вмешательств в память Гарри, причём многократных, последовало "Зачем?" и "Что именно стирали и редактировали?", ответами на них сейчас были "Засекречено тем-то и теми то" и "Предъявите личное разрешение или направление от того то и тех то", что значило, что добыть эту информацию просто так не выйдет.
***
Гарри с Дадли отправились к окраинам пригорода и маленькой местной речке устроить пикник из мороженого и холодных напитков. Мороженое купили по дороге, как и лимонады с водичкой, и погрузили всё в сумку-холодильник Гарри. Взрослые остались дома: у дяди Вернона были дела, которые он вчера привёз с собой, а тётя Петуния была весь день сонная и вялая от жары. Практически абсолютное большинство соседских клумб сейчас превратились в сено, и лишь редкие сукуленты и кактусы ещё не пали под натиском ультрафиолета и высоких температур. Вся активная и подвижная городская живность попряталась в тень. Загляни под машину - там точно будет кот или чей-нибудь пёс на выгуле, свернувшийся кренделем в ожидании спасительной смены времени суток. Хозяева иссушенных газонов и клумб тоже прятались, только пара смельчаков с собственным бассейном через три улицы от Прайвет Драйв загорали на шизлонгах, потягивая смузи из бокалов, наполовину забитых кубиками льда. В магазинах гудели сплиты, мороженое почти разобрали, от упаковок готового льда уже ничего не оставили. После закупок для пикника Дадли вдруг пробило на философские размышления о том, как он гонял почти всех местных детей в детстве. Со временем они перешли в "Какого черта взрослые сидели сложа лапки, пока я всех кошмарил или пока кошмарили меня?!". И верно, Гарри не помнил, что бы учителя делали что-то приносящее результаты. Боялись? Чего? Что их отделает семилетка? Дадли, меж тем, действительно мог отделать, если хотел, причём и ребят постарше тоже. Дадли пытались дразнить за полноту, но дразнилки обязательно заканчивались дракой, в которой побеждал Дадли. Если на Дадли наезжали взрослые - он обещал нажаловаться родителям. Про свою теперешнюю жизнь в Смеллингс Дадли, говорил, что задир там хватало, причём ещё отчаяннее, чем он. Дадли перешёл на словестные перепалки, утвердившись во мнении, что лупить любого несогласного и неприятного - бредово и не этично. И жалко. Немало его сверстников и, как ни странно, старшеклассников такие перемены не привлекали, и они были готовы пустить в ход фирменные трости при любом удобном случае. Дадли не видел смысла с ними драться ещё и потому что это были, в основном, дети крупных спонсоров и примеры для подражания для любого не знающего местного психологического климата гостя: ухоженные подтянутые любители спорта и соревнований. Говоря о них Дадли с нотками облегчения замечал, что в Смеллингс нет девочек. Гарри был с ним согласен: девочкам с такими лучше не сосущестаовать в одном интернате. Да и мальчикам, пожалуй, тоже. - Я тебе говорю: если мы подерёмся - все шишки мне достанутся. Мол, они лица для отчитывания неподходящие, - Дадли скривился, - Конечно неподходящие: звёзды от Смеллингс в конкурсах по Суррею... А я всегда скандалист, недисциплинированный и толстый! А у вас такие есть? - неожиданно спросил Дадли. - Некоторые со старших курсов, - сказал Гарри, - Мне сейчас кажется, что к заучкам не лезут, потому что они обычно много заклинаний вне программы знают. Ещё к аристократам не пристают, мол, у них и связи, и всё такое прочее. Нам Драко как-то говорил, что Винс с Грегом - его защита от семикурсников. После твоих рассказов, мне кажется, что Драко не зря с ними почти всегда по замку ходит. Уже показались окраинные детские площадки, которые несколько раз даже успели сыграть в фильмах ужасов, а через несколько минут показалась и речушка. Дадли расстелил старую простынь на чистое местечко на сухой траве, Гарри водрузил на него холодильник. На простынь сели, а из холодильника достали всё, что собирались съесть: два крем-брюле, два фисташковых с шоколадом, лимонный фруктовый лёд и рожок с тыквой. Лимонад с арбузом и клубникой тоже достали. Вода игриво бликовала, поток уносил с собой пару палок полуживого каштана, растущего выше по течению. Через берег, на огромном брекете из бетона, камушков и арматуры грелись ящерки. Только знойный воздух нарушил идиллию. Гарри мысленно усмехнулся ненормальности их с Дадли компании в глазах типичных жителей грёз об идеальном позапрошлом и прошлом веках. Двое мальчишек, которые какого-то чёрта сидят не на голой земле, увешаны сумками, лижут мороженое, которое тащили в сумке-холодильнике до места, так ещё и не загорели. Дадли где-то лет в восемь прочитал статью про опасность ультрафиолета, за ней ещё одну, про рак, и решил, что загар того не стоит, так что в доме всегда водилось много мощного солнцезащитного крема. Гарри же, как он сам думал, умудрился сохранять полутрупный цвет из-за защитных свойств бытия крестражем. Мальчики из старых книг, по которым так охала миссис Фигг, обязательно бы перепачкались грязью и илом и устроили бы ролёвку с драками за берега или ещё что-нибудь в этом духе. Как говорится, о вкусах не спорят. Всё шло хорошо, спам не летел, шрам не болел, правда, прогноз погоды предвещал сегодня только адскую духоту. Ну... с этим можно было бороться только сплитами, вентиляторам и прочими охлаждающими штуками. Дадли рефлексировал, что Гарри нравилось: с одной стороны, очередное доказательство, что не зря дружить стали; с другой стороны, за рассуждающим вслух Дадли было интересно наблюдать, да и навязчивые мысли об обездушенном теле Седрика не так беспокоили... Гарри запомнил этот чёртов недопоединок отчётливее, чем хотел. Он помнил тугие верёвки, прижимающие его к статуе у могильных плит, прохладу позднего вечера... а ведь погода тогда была замечательная, надо сказать... Волан-де-Морт, вылезающий из котла, голый и переливчатый, как некоторые виды змей, без наружных гениталий, медленно одевающийся в очень длинные термо-леггинсы, чулки, водолазку и сапоги, параллельно чуть подгоняющий их под свои параметры, был самой адекватной частью вечера. Это и Волан-де-Морт, просто пространно болтающий были самым нормальным из всего... Экшн начался с Седрика, который, как и Гарри, хотел свалить. Седрик, видимо, перешёл от отрицания к торгу с абсурдной реальностью. Седрик был даже готов подыгрывать, лишь бы уйти живым. Не ушёл. Ушёл Гарри с его телом. Они выполнили все дуэльные церемонии, они пустили друг в друга несколько заклятий; Волан-де-Морт заклинался словно исключительно для приличия, он двигался словно змея, плавно и стремительно, словно знал куда и что его противник метнёт. А потом он просто выхватил из своего ГКИ, словно фокусник платок из рукава, длинную трубу и чем-то щёлкнул на ней. Раздался душераздирающий свист - труба скрылась в ГКИ, Седрик потерял равновесие и упал. И не встал. "Наверное, нормальный мальчик на моём месте бы заорал "Нет!" или ещё что-нибудь... Хотя, фиг с ним! Воплями прошлое не изменить... Ну почему я стоял, как столб и просто пялился?!" Дальше атмосфера какого-то извращенного спектакля только усилилась. Волан-де-Морт опять болтал - лучше бы он и с Седриком болтал... - представил Гарри свою палочку, Глим, порол что-то про благородство... Сам бой был больше похож на истерическую пляску или салочки. Гарри поглощал большинство пущенных в него заклятий, Волан-де-Морт выбивал какие-то ритмы на чьих-то надгробиях, от чего у Гарри с чего-то то экраны сбоили, то голова кружилась... Потом он решил сам пустить ну хоть что-то - лучи палочек встретились... "Кажется, то явление было эквивалентом действию Приори ин контатем. Или не его." Родители... две серые тени среди остальных таких же серых. Ничего примечательного. Ничего неожиданного. Они даже что-то бормотали, как и все остальные. Гарри не запомнил ни словечка. Они мерты, чтоб их, пятнадцатый год. - Какие же взрослые иногда идиоты, - процедил Дадли, - а ещё говорят, что всё знают... что с совершеннолетием что-то приходит... Ну смогу я легально бухать. Что с этого? - Чувство превосходства, наверное, - протянул Гарри, - или хрен знает, что. Мы, кстати, тоже взрослыми будем когда-то. - Ну... мы не будем так тупить. Надеюсь. И бухать тоже не будем. - А употреблять сам знаешь что? - шутливость в тоне еле-еле вышла. - Под присмотром психиатра, потому что к взрослости у нас точно будет острая форма ПТСР, - сказал Дадли то ли шутя, то ли серьёзно. Мороженое съели, лимонад выпили, пить всё ещё хотелось, но из реки пить не решились: мало ли, кто в ней водится и что в неё сливали. Гарри нашёл в ГКИ почти непочатую бутылку воды, и её вдвоём быстро осушили. Дальше предполагалось только повышение температуры, так что решили выдвинуться домой поближе к к спасительным сплитам. Гарри не собирался сейчас проверять границы надзора, ведь судиться с министерством готов не был. Судя по тому, что было уже ему понятно, процесс бы был, как в "Процессе". Домой дошли без приключений, не считая встречи с магом бомжеватой наружности, полешего к Гарри за автографом. Дома сплит уже вовсю гонял воздух, дядя не отлипал от холодильника, а тётя спала. Хидвига в комнате Гарри сидела в потоке холодного воздуха от включённого на полную вентилятора. Она резко повернулась, когда Гарри вошёл в комнату, и недовольно и требовательно крикнула. - Знаю-знаю, я сволочь, но лучше уж без проволочек с министерством, - сказал Гарри, протягивая сове пригоршню разморозившихся накануне похода к речке мышей. Хидвига приняла их благосклонно, а после задремала. О Хидвиге был осведомлён весь околоток: с одной стороны, не заметить огромную белую и несвойственную для местности птицу было просто невозможно, потому что она время от времени вылетала размяться и покошмарить белок с воробушками; с другой стороны, дядя Вернон, видимо,решил пресечь слухи ещё до их появления. На сову, кажется, никто ещё не жаловался, а пропадали без вести только бездомные щенки, да и то редко. Ещё час Гарри просто валялся на заклеёненной кровати, рассматривая хидвигины когти и меховые лапищи. Ничего не хотелось, разве что вылезти. Гарри и вылез из себя. В бестелесной форме было получше, потому что жара стала безразличной. Он улегся себе на голову, распластав щупальца и концентрируя свой взгляд на Хидвиге, а вернее, переливах вокруг её головы. Наверное, так выглядел обряд, связывающий её с адресной системой магов. Несколько раз среди чётких лазурных дуг вспыхивали какие-то странные малиноватые и белёсые искры. "Что это? Какой-нибудь Импервиус, что ли?.." Гарри взлетел и подплыл поближе, всмотрелся. Теперь, казалось, можно было различить структуры: лазурные были плотными, свитыми из нескольких разных идей и команд пространству и разуму; в то же время, белые и малиновые были чем-то отдельным и простым, всего одна идя в каждом. Какая именно? Этого пока понятно не было. В остальном доме тоже было сонно: тётя, видимо, и не просыпалась; Дадли задремал в обнимку с охлаждающей подушечкой, дядя вот-вот был готов заснуть в гостиной. Гарри отправился на улицу, потому что ему пришла идя так понаблюдать за околотком: никто или почти никто его не увидит, с телом ничего не станется, тем более, что он специально выбирал где лечь так, чтобы Хидвига на него не какнула... можно будет и в МФП заглянуть. Щита, о котором Дамблдор говорил в своём письме к Дурслям, ни виделось, ни чувствовалось. Соседи, ожидаемо, были не на улице. Только какая-то дама, одетая во всё фиолетовое, прохаживалась вдоль улицы. Надо сказать, что для сегодняшней погоды она была одета уж больно жарко: плащ, брюки, сапоги... что было под плащём и было ли, Гарри выяснять не собирался. Дама сделала ещё проходку перед четвёртым домом по Прайвет Драйв и зашагала в сторону дома миссис Фигг. "Это какая-то подруга миссис Фигг? Это журналистка?" Дама в фиолетовом, похоже, Гарри не заметила. А это можно было прекрасно использовать. Гарри толкнулся щупальцами и припустил, насколько мог, за неизвестной. Через шесть минут преследования Гарри окончательно уверился, что его не видят и не замечают. Дама выглядела весёлой, на подходе к повороту, которым можно было перейти на Уиллой Драйв и до дома миссис Фигг, она замурлыкала себе что-то под нос, оглядывая клумбы. Перед самым домом Гарри колебался секунды три, но решил продолжить слежку. В конце концов, он имеет право знать, что у его дома высматривали. Дама осмотрелась. Хмыкнула. Вдавила кнопку звонка, послышалось приглушённое "дилинь" и грозное "Кого черт принёс?" от миссис Фигг. - Шляпницу и главную фанатку Ведуний! - ответила дама. - Заходи-Заходи, как раз чайник вскипятился, - ответила миссис Фигг. Дверь открылась, Гарри быстро влетел внутрь и завис под потолком. У миссис Фигг гудели все сплиты дома, а по телевизору, судя по звукам из гостиной, шёл то ли концерт, то ли мюзикл. Дверь с шумом закрылась за дамой, миссис Фигг почти злорадно щёлкнула ключом в замке. - Уютное у тебя местечко тут, Арабелла, - заметила дама, - Цветнички, тишь... Почти нет самокатчиков. - Никогда не любила большие города, - сказала миссис Фигг, - вот, и не живу в них. Как там наш подопечный, Гестия? - Дома. Мне передавал Земник, что они ещё сегодня с кузеном на речку ходили мороженое есть. - Что только молодёжь не вытворяет, - усмехнулась миссис Фигг, проводя Гестию в гостиную, - То игры их, то через город тащиться, чтоб мороженого красиво съесть... Дадли, небось, фотографировать себя требовал? - Земник утверждает, что свечку не держал. - Ну и Мерлин с ним. Миссис Фигг направилась уже к кухне, пока её гостья устраивалась на кресле и расстёгивала плащ. Под плащём были серая футболка и охлаждающий воротник. Гестия аккуратно разложила плащ на спинку, на подлокотник положила воротник и удовлетворённо хрустнула пальцами. - А холодненького есть? Кола, там, или безалкогольное пиво? - Есть солёный огуречный сок из заграницы и пакет апельсинового, - миссис Фигг вошла с подносом, чашки с чаем украшали дольки лимона, из чая всплывали ледяные сердечки, - Но сначала, чай. Чай потягивали так аппетитно, что Гарри самому захотелось чашку, правда, пить сейчас было нечем. А взрослые, тем временем, разговорились о садоводстве и бабочках, потом миссис Фигг почти десять минут рассказывала, как ей пытались продать лекарства втрое дороже себестоимости и про пропажи со складов местной аптеки. Гестия заметила, что и в "Диагональ" аллее кто-то воровал лекарства со складов. А потом они смотрели телек, пока Гестия не вспомнила, что ей нужно ещё на работу и, попрощавшись, пулей бросилась, видимо, к месту, где можно было спокойно трансгрессировать. Гарри же бросился домой: с одной стороны, мало ли; с другой стороны, Дадли тоже должен знать, что за ними следят. Дадли словно бы ожидал таких новостей, хотя... после всего, что уже случилось, можно было ожидать чего угодно. Смена Гестии не заставила себя ждать: немолодой мужчина в высокой сизой шляпе облокачивался о забор напротив дома Дурслей и усиленно притворялся, что читает Таймс. Бумажный. Бумажные сейчас читали, в основном, старики и любители винтажа, причём в куда более подходящей обстановке. Тип в шляпе прочитал аж до восьми вечера и трасгрессировал там же, у забора. -- Конечно, за тобой будут шпионить, ты же знаменитость, - ворчала Обливио, полёживая на старой дадлиной модели кабриолета, - Ты победил Неназываемого, когда ещё был младенцем; ты участвовал в Турнире Трёх Волшебников, вокруг тебя постоянно что-то да творится... Кстати, кто она, соседка ваша?-- -- Ты вообще уверен, что она тебя не надурит?! Она память стирала, чтобы её хозяин мог свои книжонки писать!-- Спаркли, кажется, на доли секунды заискрила от негодования. Обливио не двигалась на своём ложе. Дадли недоверчиво смотрел на разговор с волшебными палочками. - Миссис Фигг... старая кошатница, возможно, сквиб, давняя знакомая моей тёти, к ней меня отводили, когда взрослые уходили с Дадли куда-нибудь развлекаться... --Она точно что-то скрывает. Перерой весь её дом, но скрытно, если можешь-- - Слушай... - протянул Дадли, - А у вас говорить с палочками нормально или не очень? - А что? - Я тут перечитывал про раннюю психиатрию... а у вас она как раз похожа по состоянию... Гарри пожал плечами. - Они, скорее, вменят мне, что я в возвращение Волди верю. Ты боишься, что за нами вышлют санитаров из Мунго? - Да, - твёрдо сказал Дадли, - У них суд чисто из чиновников, у них одна тюрьма на все наказуемые лишением свободы... Конечно, я боюсь, что у них есть карательная психиатрия! Она у них, вообще-то, и есть! За окном, словно в знак согласия, громыхнуло. Гроза шла, причём пока без дождя.***
"Ну конечно! Конечно, в первый же нормальный день всё пойдёт в жопу!" - думал Гарри, глядя на дементора, зависшего прямо перед окном кухни. Дементор был большой и плечистый. Промокший до нитки плащ висел в облипку, подчёркивая худобу. Дементор издавал свои типичные полуастматические звуки, изрядно приглушённые двойной рамой окна. Но ближе не подплывал и не отдалялся. Просто висел. И время от времени пускал свои импульсы, словно чтобы не потерять из виду пространства вокруг. Дементора видели все жители четвёртого дома по Прайвет Драйв. Дементора пробовали сфотографировать. Его фиксиролала только термальная камера, но фиксировала. Насколько можно было судить по имеющейся литературе по магическим существам, дементоров должны были видеть только маги. - Будем надеяться, что он просто ищет какого-нибудь беглого сидельца Азкабана, - пробормотала тётя Петуния. - Мы можем, что-то с ним сделать? - процедил дядя Вернон. - В теории, да... но лучше этого сейчас не делать, - сказал Гарри, - Если я буду колдовать - меня отследят, сломают палочку и исключат. А то и отправят в магическую психушку. А что с вами захотят сделать, я уже и представить не хочу... Лучше подождём. Подождали час, другой... дементор так и висел на месте. Пролистали новости - никаких сообщений об опасных преступниках с горячей линией, если вдруг увидели. Только сообщение о пропаже без вести какого-то Алекса Норвилда, оператора и видеомонтажёра. Последний раз его видели друзья в баре в пригороде. Гарри решил позвонить Гермионе, может, сейчас она свободнее... На радостном "Алло! Гарри, я..." связь прервалась. Второй звонок, через час, не прошёл, мол, телефон абонента выключен или разряжен. "Что с ней такое?.." Гарри прекрасно помнил, что Гермиона рассказывала о своих родителях, так что ситуация, где у Гермионы отбирают телефон они, была невозможной. А кто тогда? Мракоборцы тоже не подходили, потому что Гермиона вряд ли стала бы колдовать в квартире или вообще за пределами магических кварталов. Друзья бы точно не стали так делать... Те? Гарри попробовал настроиться на Эфир, вышло удачно, информация волнами обрушилась на него. Но по Гермионе никаких свежих дел. Только, что она на учёте у блока темпоральных координаций. Зато было полно отчётов о готовности каких-то "мер социальной стимуляции", Гарри не мог точно сказать, что это было, но он хорошо представлял это себе. А потом слова наконец пришли вместе с облегчением: в ближайшие дни ожидается всего лишь серия нашествий. Какой бы не били опасной вещью эти нашествия, их всегда можно было просто переждать где-нибудь. Из-за таких вот явлений большинство современных домов было оснащено несколькими громоотводами, а строительные панели или блоки обрабатывались дополнительными электронепроницаемыми жаронепроводящими составами. Нашествия были опасны только совсем в глуши без доступа к достаточно герметичному подвалу... Дементор никуда не делся и к четырём дня. Дядя вёл все дела удалённо, тётя прикидывала не будет ли заказ курьера опасен для курьера, Дадли решил убить время за игрой, Гарри к нему присоединился. Шесть вечера... поужинали, посмотрели телек, поиграли в "да и нет"... дементор по прежнему висел за окном. На утро он всё ещё никуда не делся. Напротив. С ним теперь висел ещё один. Идею переговорить отвергли все, кроме Дадли, который был ни в чём не уверен. Но останавливать насильно Гарри тоже не стали. Выходить на улицу Гарри не стал: мало ли, дементоры решат проскользнуть в дом и напасть на Дурслей. Разговор не задался ещё с самого начала, дементоры были так сконцентрированы на обстановке, что "прослушали" Гарри. Пришлось повторить. И не один раз. Пока, попытке к пятой, ответ в виде "Ты?" не дали. Отвечали дементоры односложно. Что делают? Ждут. Почему? Приказали. Кто приказал? Начальство. Зачем ждёте? Приказано. Кого или чего ждёте? Вас. Зачем? Арестовать. Зачем да почему дементоры упорно молчали: то ли не знали как выразиться, то ли им не объяснили причину, а то и запретили объяснять. Есть ли дело на него или на Дурслей, дементоры тоже не отвечали. Впрочем, Гарри не был уверен, что кто бы то ни посылал сюда дементоров вообще предполагал вводить их в курс дела. Судьба дементоров была предрешена. Уже к семи вечера они, опустощённые и обездушенные сами, дрейфовали с южным ветром прочь от дома Дурслей. На следующий день Гарри с Дадли опять обнаружили у своего дома дементоров, на этот раз с простреленными и отпиленными головами. Дядя Вернон разобрался с обоими и сейчас пытался сфотографировать уже трупы. Тётя Петуния сидела в гостиной, допивая, вероятно, далеко не первую чашку чая, то и дело озираясь на окно. Причины для страха у неё были логичные: четверо дементоров не выполнили задание и пропали, министерство должно было это заметить и что-то предпринять. Но министерству, похоже было или всё равно, или не до того, потому что никто не заявился с расспросами или просто поискать, не считая профессора Люпина, который, похоже, из всех сил сдерживался, чтобы продолжать нарезать круги по улице и не напрашиваться в гости. Близится июль, погода начинала приходить в норму, назначенное исполнение нашествия приближалось, градус нервозности только рос. В этот день беду предвещало словно бы всё от полного фальшивого позитива "Пророка" в живой изгороди миссис Фигг до чуйки Дадли и сообщений от Парвати, которой уже стало страшно за жизнь Гермионы. Но что бы там ни было, торчать в четырёх стенах почему-то казалось пыткой, а ручушка за пригородом так и манила. Тётя Петуния начала было разговор об опасности выходить на улицу, но махнула рукой, мол, не поймут, и напомнила Дадли взять с собой шокер. Шокеры были сомнительны с точки зрения закона, но негласно на них закрывали глаза: лучше допустить мелкое нарушение, чем убийство или что-то в этом духе. Гарри взял с собой и Спаркли, и Обливио, на всякий случай. Основная часть пути шла гладко, только, несмотря на облачность, настоящие коты всё ещё прятались. Собаки, впрочем, тоже. Знакомый сиам встретился неподалёку от МФП, он вальяжно делал вид, что вылизывается. Рядом с ним свернулся клубочком ярко-рыжий громадный "кот" с очень короткой шерстью. Дошли до площадки, Дадли предложил передохнуть. На горизонте виднелись тучки, причём они стремительно приближались. Повеяло холодом, Дадли поёжлся. Гарри подумалось, что нашествие могли перенести на пораньше. "Впрочем, электрошмели не дементоры" - Сколько нам идти отсюда до дома? - встревожено спросил Дадли. - Не знаю, минут тридцать-сорок шагом, наверное... - А до убежища? - Понятия не имею, могу по картам проверить, - сказал Гарри, - Ты боишься, что это оно. - На небо посмотри, - только и протянул Дадли. Сейчас на небо действительно стоило посмотреть, потому что раньше там ещё было тучи. Вернее была. Далеко. Причём, похоже, эта была новой. Принесло её ветром или ещё чем было неважно, потому что эти металлические переливы, это бурление было нельзя перепутать с простой тучей. - Бежим отсюда! Это оно! Дадли повторять не пришлось, он рванул сразу же, за ним рванул и Гарри. Вперёд до ближайшего безопасного места! Вперёд! А там уже видно будет. По крайней мере, куда-нибудь, где можно будет сидеть без риска получить удар током... Но бег продлился недолго. У эстакады противная зябкость снова дала о себе знать, а вместе с ней грянули хором несколько телепатических импульсов дементоров. Была ли это засада или простое совпадение, дементоры напали. Они словно ждали добычи уже какое-то время. Не успели мальчики опомниться, как их уже сцапали. Гарри прижали к столбу за горло, Дадли смог кое-как вырваться, но поскользнулся и упал. Гарри несколько раз пытался пнуть дементора, но второй быстро перехватил ноги Гарри. Дадли, плотно сжимая челюсти, пытался нащупать рядом сумку с шокером, не сводя ошалелый взгляд с двух наступающих, наплывающих дементоров. "Руки... Экраны!" В этот раз вышло, экраны резко уплотнились и расширились, отбрасывая дементоров, как маленькой ударной волной. Гарри упал на асфальт. Придавленное горло ныло, ныл затылок, ныл шрам. Гарри сунул руку в бананку, разбираться с дементорами поодиночке не было времени. Под руку попалась Обливио, Гарри крепко сжал её, чувствуя, что сейчас она точно заодно, они вместе хотят избавиться от дементоров. - Экспекто патронум! --Пошли вон!-- Из Обливио пулей выскочил патронус. Только почему-то это не был олень с лосиными рогами или кокатрис, или сова, или кто угодно, кого Гарри мог бы представить своим. Это была маленькая световая вертишейка. Птичка со злобным комертонным звоном бросилась на дементоров, которые сразу же растеряли всю свою целеустремлённость и полетели прочь. Патронус истаял. Дадли кое-как встал. - С тобой всё хорошо? - осторожно спросил Гарри. Дадли неуверенно кивнул. В следующую секунду пасмурную тишину разорвал раскат грома. А ещё чуть погодя - треск одновременной трансгрессии. Трансгрессировавших было, похоже, трое, они бежали со стороны старой заброшки с палочками наперевес, их плащи развевались, как флаги. Гарри быстро сунул Обливио, а затем и Спаркли, в ГКИ. Дадли обпёрся о столб эстакады, сумку он уже поднял. Бежать было некуда, а мимолётная идея улететь рассыпалась об очень вероятную невозможность улететь на метле двоим, причём сквозь нашествие. - Не пытайтесь сбежать! Вы арестованы! - гулко крикнул один из, видимо, мракоборцев, наставляя на мальчиков палочку. - По какому обвинению? - спросил Гарри, стараясь сохранить спокойствие в голосе. - По делу нарушения закона о разумном ограничении колдовства несовершеннолетних, - сказал другой мракоборец, - Ты, наглец, с этого момента исключён и больше не имеешь права колдовать! Понял? Повторить? Или ты считаешь, что знаменитостям законы не писаны? - Извините, но я бы хотел уточнить, почему ваша система отслеживания заклинаний несовершеннолетних считает нужным сообщать о нарушении, если колдовал не я? По законам, мне сейчас вообще-то полагается предупреждение. - Ребят, - пробормотал третий, - может, не надо к ним лезть... мы тут вообще-то по другому делу... - Иди ты на фиг, Роберт, - процедил второй, - Пришельцы, аномалии или ещё Мерлин знает что не сравнятся со славой от ареста самого нежелательного лица. - Я всё ещё не получил ответа насчёт работы вашего хвалёного Надзора, - заметил Гарри. - С чего ты решил, что имеешь право спрашивать?! - С того, что нормальный правительственный орган должен ответственно подходить к осуществлению санкций. Разве справедливо их применять к лицу, которое ещё не совершило достаточно нарушений? Или я, по-вашему, должен нести ответственность за действия чужого домового эльфа в доме моих дяди и тёти? - Ври больше, - сказал первый, - ещё скажи, что сейчас сам знаешь кто патронуса пустил. - Почему вы думаете, что я вру? - Да вы все такие! - крикнул второй, - Зажрались, распустились, на старших плевать... И вообще, у нас лицензия на непростительные, вы в курсе? Мы можем вам такое веселье устроить, что мозги сгорят. - Вы в курсе, что моего кузена только что могли поцеловать дементоры? Кстати о дементорах, почему я уже третий раз вижу их в нашем пригороде? Вы тут Сириуса Блэка ловите? Первый сначала недоверчиво и удивлённо поднял брови, а потом вопросительно уставился на коллег. - Ну его, - снова начал Роберт, - и без того завал, а тут ещё отчитывайся об этих... Пошли заниматься тем, за чем нас сюда послали. Или вы действительно хотите арестовать двух детей? - Врущих и опасных детей, - сказал второй. - А если на них действительно напал дементоры? Самооборона может выступать смягчающим фактором, так что... - Да кому какая разница! Нас может повысить сам министр! - рявкнул второй. Снова раздался треск трансгрессии, перед эстакадой материализовались двое: остроносый паренёк и девушка с ярко-розовыми волосами. Оба были в таких же, как у мракоборцев, чёрных плащах. - Никого не арестовывать и не пытать! - звонко и властно крикнула девушка, - Грозный Глаз лично требовал нас за этим проследить. И лично разрешил задать вам перцу, если решите попрактиковать что-нибудь на подростках-магах или магглах. - Передайте Грозному Глазу, что он нас не курирует, - сказал первый, - мы забота Долиша. - Долишу ваша инициативность тоже не понравится, - заметил парень, - Я серьёзно, мы сейчас можем с ним связаться через зеркало и спросить, что он думает о том, что вы забили на практику и отнимаете работу у ребят мисс Хмелкерк. Гарри бросил оценивающий взгляд на небо и окружающие улицы: ни машин, никого, кроме них, электрошмели всё ещё роились над пригородом, откуда-то пахло горелой пластмассой, стоять под эстакадой было всё ещё не очень безопасно. - Мы можем пойти хотя бы до ближайшего помещения с подвалом? - спросил Гарри. - Нет, - практически хором ответили мракоборцы. - Вы арестованы. - Не арестованы, но с вами ещё разбираться надо. - Короче, - сказала девушка, - Я шлю патронуса мисс Хмелкерк, пишу Грозному Глазу и связываюсь с вашим куратором... О! Нам нужно ещё связаться с отделом координироваиня дементоров! - Зачем? Ты им, что, действительно... - протянул первый. - Кадм, если дементоры действительно тут были - мы должны узнать зачем. Патронус, огромный световой не то пёс, не то волк, улетел. Девушка выхватила откуда-то из плаща телефон и быстро запечатала сообщение, отправив его, она достала из какого-то внутреннего кармана сквозное зеркало. - Не надо, - просительно протянул Кадм. Девушка откашлялась и, сжав зеркало, сказала, "Долиш". Изображение Гарри видеть не мог, но звук был громкий. Послышалось шуршание, что-то звякнуло... - Тонкс, тебе подкрепление? - Нет, у нас тут ваши подопечные очень хотят арестовать двух несовершеннолетних, предположительно, нарушивших сами знаете что. Один из них маггл. - А они действительно нарушили? - По утверждениям одного из них, они защищались от дементоров. На несколько секунд повисло молчание, а потом Долиш разразился таким криком, что звукопередача зеркала передавала всю его тераду с каким-то стеклянным призвуком. - Мерлиновы корнишоны! Ну какого бешеного гиппогрифа им понадобилось посылать дементоров в маггловский пригород?! - У меня те же вопросы, - сказал парень. - Сэр, распоряжения будут? - подскочил Роберт. - Вы трое, занимайтесь своим заданием, а мисс Тонкс и мистер Уизли доставят Поттера или кого там с другим мальчиком к Муфалде. Дадли нервно посмотрел на Гарри. Гарри пожал плечами. - Мисс... - Давай, просто Тонкс: терпеть не могу формальности. - Тонкс, Дадли сотрут память? - понять удался ли вид невинного щеночка не очень получалось, хотя Тонкс казалась вообще лояльной. - Они будут сумасшедшими, если решат так сделать. Не беспокойтесь оба: мисс Хмелкерк личность понимающая, она сама прекрасно знает, через что Надзор работает. И к стиранию памяти родственникам магов относиться с неприязнью. - А как же статут о секретности? - Эдди, один подростк не поставит наш мир под угрозу, - процедил Уизли. Какими бы лояльными не казались подопечные Грюма, в министерство не хотелось нисколечко. Гарри был уже достаточно убеждён и что чиновники его недолюбливают, и что министерский бюрократический механизм работает специфически, и что Дадли там мало кто будет воспринимать как члена общества. Но убегать, как и минут пять назад, было бесполезно и не очень возможно. Тонкс взяла за руку Гарри, Уизли - Дадли - трансгрессия оказалась не лучше порталов. По крайней мере, так же тошнотно. Они очутились не в атриуме или где-нибудь на подступах к администратору, а, похоже, сразу в штабе мракоборцев. Помещение выглядело очень офисно: серые стены, письменные столы, заваленные бумагами... волшебники и волшебницы их заполняли, сортировали, собирали в папки, читали, а кто-то еле сдерживался что бы не начать рвать. Тонкс протащила Гарри с Дадли к столу у самой двери и указала пальцем на стулья. - Ждите пока тут, - сказала она, а затем обратилась к мракоборцам, - Коллеги, убедительная просьба не нападать на наших гостей, их только что чуть не сожрали дементоры и чуть не прибили очень уж энергичные стажёры. Я серьёзно, если к нашему с Кевином возвращению с ними что-то случится - я за себя не ручаюсь. И за вашу психику тем более. Она выбежала в дверь, за ней выскочил Кевин. Гарри перевёл взгляд на ближайших к ним магов за работой, за столом как раз напротив двое иссушенных старостью мага отпечатывали по листу из большой стопки посреди стола, параллельно играя в домино. Оба были определённо не в восторге от работы, который они были заняты. Рядом сонная молодая волшебница с огненно-рыжими пышными кудрями что-то старательно строчила, поминутно макая перо в чернильницу за одним столом с ней гоблин с удивительно блестящими светлыми волосами, зализанными каким-то лаком, перебирал длинные свитки пергамента с таким выражением лица, словно он рылся в навозе или в гниющем трупе без респиратора. Через стол от них из-за бокс-офисной перегородки торчала верхушка чего-то похожего на помесь каучуконосного фикуса и любимой Невиллом мимбулус мимбледонии зловонной, пухлые широкие листья в тёмных "прыщах" были, пожалуй, самыми живыми обитателями этого офиса. - Я не думал, что у вашей типа полиции столько бумажной рутины, - нервно пробормотал Дадли и тут же испуганно сжал челюсти. - Я тоже не думал, - сказал Гарри. - А у нас её обычно и нет, - процедил один из стариков за домино и печатями, - это, как это говорят, ноу хау всвязи с сокращением каких-то клерков. Будто бы у нас своих отчётов нет! - Чтоб они все попались на нарушении маглоохранной мути, - буркнул его сосед. - Мечтайте! Они и магглов-то, наверное, дай Мерлин что бы один раз в жизни вообще видели живьём в естественной среде обитания, - крикнули с другого конца комнаты. Дадли закатил глаза и достал из сумки телефон, похоже, сообщить матери, что с ним случилось. Гарри повернулся в сторону двери, всё ещё открытой, в коридоре то и дело проносились стайки бумажных самолётиков, реже пролетали патронусы или пробегали сотрудники. Пару раз за десять с лишним минут прокатил эльф на тележке с вёдрами и швабрами. На шестнадцатой минуте ожидания один из самолётиков влетел в офис и спикировал на один из столов где-то в середине, через полминуты из-за того самого стола раздались тихие, но многоэтажные ругательства вперемешку с пожеланиями попасть в Азкабан. Тем временем, гоблин покончил со свитками, которые теперь лежали шестью пухлыми связками, перевязанными бичевой. Его соседка цедила что-то оранжево-коричневое из чашки, рядом с ней лежали недоделанные бумажные самолёты. Ждать становилось всё нуднее и нуднее, и Гарри решил поинтересоваться, долго ли обычно это занимает в подобных обстоятельствах. По крайней мере, маги за ближайшими столами выглядели готовыми хотя бы га недовольные мысли вслух. - Извините, сэр, - обратился Гарри к старику, что был ближе, - вы не подскажите долго ли нам ждать? Старик медленно обернулся и безразличным тоном сказал: - Мистер... Поттер, я расследую дела о больших ограблениях и понятия не имею и иметь не хочу что там с такой ерундой, как ваша, делается. И вообще, вы должны кое-кому туфли целовать за то, что вам не сломали палочку на месте. Я на их месте, кстати, сломал бы вам не только палочку, - последнее он сказал куда тише. - Если вы продолжите изливать нам свои садистские фантазии, мистер Блэк, - проскрипел гоблин, - ваша зарплата будет выплачиваться лепреконским золотом. Блэк многозначительно посмотрел на гоблина и ткнул себя указательным пальцем в висок. В это время из коридора послышались металлический лязг, мат и чей-то испуганный вопль. В проём вошёл высокий сурового вида мракоборец с седеющей густой гривой волос, за ним вошёл мрачный, как арктическая ночь, Грюм. Гоблин резко соскочил со своего места с охапкой свитков и тонко и требовательно крикнул: - Мистер Скримджер, увольте этого родовитого болвана! Он обходиться нам слишком дорого и слишком непродуктивен! Он нарушает рабочую этику и берёт взятки! Скимджер бросил убивающий взгляд на Блэка, но тут ему на глаза попались Дадли и Гарри. - Потрудитесь объяснить, господа и дамы, что в штабе делает Гарри Поттер? - он говорил не очень громко, но, похоже, его услышали и в дальних концах комнаты. Гарри собирался было сам объяснить ситуацию, но слова застряли где-то на этапе продумывания: слишком уж Скримджер напоминал своими манерами Снейпа. Гарри не был точно уверен, что Скримджер именно то, что ему представилось, но вероятность, что он действительно из тех возрастных типов, что ни во что не ставят людей младше себя, определённо была. Можно было, конечно, дождаться объяснения кого-то местного, что Гарри и решил сделать. Осторожность, как говорится, не помешает. Даже с неуязвимостью к большинству заклинаний. - Их Тонкс притащила, - сказала рыжая волшебница, - мол, на них напали или их там чуть неадекватно не арестовали. Они с Уизли пошли к мисс Хмелкерк разбираться. - Долиш ещё не вернулся? - Нет, - почти хором ответило большинство. - Руфус, это как раз та хрень, про которую я говорил, - сказал Грюм. - Мне всё равно, - ответил Скримджер, - пока всё равно. Грин! Передайте в Отдел Тайн, что министр хочет включить в расследование их зама по экспериментальной алхимии и парафизиологии. Напишите, чтоб был в течение часа здесь с отчётами по допросам дементора, что высосал Крауча младшего, и притащил свою машину, если её можно транспортировать. - Есть! - раздалось из дальнего правого угла. - А вы, Блэк, сосредоточтесь на работе, или мне действительно придётся вас уволить. Скримджер двинулся про меж столами вглубь офиса, видимо, к своему месту. Грюм остался стоять там где и стоял, вперевшись обоими глазами в перепуганного Дадли. Гарри хотел было сказать, что всё хорошо, но тут же передумал. Это было бы полной чушью: во-первых, неизвестно чего ждать от Грюма; во-вторых, неизвестно чем всё вообще закончится. - Вы что-то от нас хотите? - осторожно спросил Гарри, напряжение уже требовало разрядки. - Только скорейшего окончания вашего дела, а то мне мои стажёры нужны. В это время, из коридора выбежала световая росомаха и, вскочив на стол как раз возле Гарри, проскрипела высоким старушачьим голосом: "Мистер Поттер и мистер Дурсль, пожалуйста проследите за моим патронусом до моего кабинета". Патронус спрыгнул со стола, просеменил до прохода и остановился. - Пошли, - Гарри взял Дадли за руку и быстро направился к дверному проёму. Путь до кабинета мисс Хмелкерк был поразительно короток. Кабинет был на том же этаже и всего в двух или около того минутах ходьбы. Когда мальчики дошли, из двери им на встречу выскочили Тонкс с Кевином и бегом ринулись в штаб мракоборцев. Гарри осторожно поймал медленно закрывающуюся дверь и заглянул в кабинет. В кабинете было светло и пахло карамельками. За большим письменным столом в середине небольшой комнаты сидела маленькая пухлая старушка в серо-зелёном платье и раскладывала какие-то бумаги, её седые волосы были коротко подстрижены. На столе стояли в ряд несколько ламп с зелёными абажурами и чайный набор из розового чайника и квартета кроваво-красных чашек с блюдцами, похоже, из другого сервиза. На самом углу стояла большая стеклянная чаша с конфетами в обёртках. Старушка отложила бумаги, повернулась к двери и радостным голосом сказала: - Проходите, молодые люди, извините, что так долго и сумбурно. Гарри поймал на себе недоверчивый взгляд Дадли. Дадли было сложно не понять. В общем, и самому Гарри не хотелось сейчас тут быть после дементоров и всего прочего. - Если что - у тебя есть щит, - прошептал Гарри. Гарри вошёл первым, Дадли, переминаясь и оглядывая всё и вся - за ним. Как только оба оказались в кабинете, дверь за ними захлопнулась. Дадли вздрогнул, Гарри едва сдержал желание выругаться, причём выражениями Рона. Мисс Хмелкерк встала со своего кресла и извиняющеся развела руками, в этот же миг из воздуха сгустились ещё два кресла рядом с пришедшими. - Присаживайтесь. И пожалуйста, не обижайтесь за дверь: я ненавижу шум из коридора. Мисс Хмелкерк подскочила к одной из целого ряда неприметных тумбочек и достала из верхнего ящика тонкий листок бумаги, пробежала его глазами и швырнула на стол. Потом сбегала на другой конец комнаты к массивному шкафу, который почему-то стоял прикрытый занавесками, и перерыв несколько полок, выудила очень похожий листок. Он тоже отправился на стол. Потом она достала из ящика стола несколько похожих по формату, но пустых листов, положила их перед своим местом и села. Гарри с Дадли садиться не стали. - Ну что ж, вот, ваши замечания, мистер Поттер, - мисс Хмелкерк взяла один из листков, откашлялась и прочитала, - .... тридцать первый год, почти семь вечера, левитационные чары... этот негодяйский обряд ещё приписал вам трансгрессию. Потом, сегодня: тридцатое июня, три с кнатами, патронус и... раз, два, три, четыре, пять трансгрессий, - она закатила глаза, - А вообще трансгрессий на вас накопилось штук пятьдесят суммарно. Гарри пожал плечами. Он не был уверен стоит ли сказать, что всех этих трансгрессий он не совершал. Может, мисс Хмелкерк сейчас скажет, что не считает их или какой-нибудь пошутит... Она, кажется, уловила это, смягчилась и как-то сочувственно сказала: - Не волнуйтесь, такого шума у меня в отчётах навалом каждый день; это следствие халатности всей системы. Её глаза как-то странно блеснули в свете ламп, и Гарри показалось, что в комнате стало прохладнее. И тут же он увидел всё: позу, мимику, лицо на грани зловещей долины в своей симметрии и еле заметные золотистые переливы у головы. "Вот, так совпадение... Хотя... Это вообще что-то меняет?" Она, похоже, и это заметила и довольно улыбнулась. - Не могу ручаться за министра или другие отделы магического правопорядка, но я лично хочу разобраться с тем что было, снять с вас лишнее санкции и оставить предупреждение. Что-нибудь пояснить? - Да, - сказал Гарри, - Во-первых, что с Дадли? Во-вторых, как вы собираетесь разбираться? - С вашим кузеном, скорее всего, шок, возможно травматическое стрессовое расстройство. В общем, что обычно бывает после встречи с дементором. Делать с ним ничего не должны. Что касается вас, я задам вам несколько вопросов и, возможно, мне потребуется ваши воспоминания, если, вдруг, с меня спросят. Ах да-а... Она метнулась к чаше с конфетами, набрала хорошую жменю и протянула Гарри. - Ешьте. Клянусь двумя сотнями шестьсот пятью единицами, что они не отравлены. Дадли боязливо покосился на конфеты и отвернулся. "Интересно, что ему привиделось..." В детские годы, когда они ещё не ладили, Гарри, скорее всего решил, что худшее воспоминание Дадли - это оставление без какой-нибудь хотелки, но сейчас... Да всё что угодно! У Дадли могли быть десятки страхов, постыдных воспоминаний и ночных кошмаров, запрятанных глубоко в его сознании. Ещё сейчас Гарри показалось, что те видения, те голоса, что навевали дементоры на третьем курсе, были ложью. Ну хотя бы отчасти... Не может быть один жуткий момент из детства быть апофеозом ужаса после всего. После расчвяканной башки Квиррела, после Добби, после травли, после \_|... Страх беспомощности был настоящим. И сейчас он словно снова готов был вернуться из тех времён, когда Дадли ещё гонял Гарри, а дядя с тётей были чем-то сродни надзирателей. - Докажите? - сказал Гарри, стараясь удержать твёрдость в голосе. Мисс Хмелкерк щёлкнула пальцами - ничего не произошло, не считая заклинательного импульса, похожего на Ревелио. - У мистера Дурсля ведь нет аллергии на шоколад или диабета? - спросила она полушутливо-полусерьёзно. - Нет, вроде. Дадли всё ещё отворачивался и, кажется, сдерживал то ли слёзы, то ли желание как-то эмоционально среагировать. Гарри подошёл и ободряюще похлопал кузена по спине. - Обещаю, с тобой ничего не сделают... и, я надеюсь, мы скоро будем дома... Послышался лёгкий стук в дверь, мисс Хмелкерк бросила конфеты на стол, подскочила к двери и выпустила бумажный самолётик. Он тут же спикировал на стол. Прямо в конфеты. Мисс Хмелкерк захлопнула дверь не дожидаясь, пока чары сами её закроют и метнулась к самолётику. Развернула, пробежала взглядом записку и недовольно что-то прошелестела. Выхватила из ящика стола бланк побольше, из кармана платья - ручку и яростно зацарапала что-то по бумаге, закончив, сложила самолётик, хлестнула по нему палочкой и побежала открывать дверь - самолётик вылетел в коридор. - Зам товарища министра требует сводку по сегодняшним нарушениям, мол, я ей чего-то недодаю. И ведь я только на этой неделе в который раз говорила, что Надзор нужно усовершенствовать... я подробно рассказывала про шум и прочее, но им хоть бы что, - мисс Хмелкерк разразилась шелестящим хихиканьем, - Кое-кому все эти помехи даже нравятся: очень, понимаете ли, удобно дела шить. Будьте теперь уверены, что и вам пришьют. Хотя... уже, в тридцать первом, фактически, пришили. Она побарабанила пальцами по столу и протянула Гарри пустой листок бумаги. - Форма что-то вроде "Я, фамилия и имена, добровольно и осознанно согласен на копирование моих таких-то и таких-то воспоминаний для использования их в суде как доказательств... сегодняшняя дата и подпись". На другом напишешь, что выслушал воспитательную беседу, раскаиваешься и всё такое, обещаешь и впредь использовать магию вне школы только для защиты жизни себя и своих близких. И я вас больше не держу. Хорошо? - Хорошо, только, пожалуйста... - Гарри недоговорил: в дверь с силой постучали. Мисс Хмелкерк со словами "Кто ломится?" направилась к двери. За дверью стояли Скримджер и сонного вида старая волшебница в темных очках и очень мешковатой сизой мантии и сизых шалях. - Муфалда, вам ведь известно, что полагается сделать с мистером Поттером? - спросил Скримджер, словно обращался к стабильно недогоняющему стажёру. - Мы сейчас как раз заняты установлением дела, - сказала мисс Хмелкерк, - Всплыло одна старое сообщение, которое следовало бы проверить на достоверность ещё года четыре назад. А вы случайно не за мистером Поттером? Его сама Долорес Амбридж захотела повидать или он вам нужен как свидетель нападения на сына Амоса Диггори? - Я думаю, что мистера Поттера следует сдать в Отдел Тайн на изучение, - сказал Скримджер, - Мистер Поттер может содержать довольно опасные чары. - Так он там был этой весной. Скримджер вздохнул. - Я бы хотел удостовериться, что он действительно безопасен. Мы можем присутствовать при вашем дознании? - Лучше выйдете за дверь. Скримджер кивнул и нехотя пошёл из кабинета. Его спутница пошла за ним. Мисс Хмелкерк вздохнула и подкинули Гарри листки. - Пишите пока, воспоминания из вас и они вытащат... Лира, в принципе, лицо достойное доверия, хотя она и сотрудничала с фанатиками одно время. - А что вы про мистера Скримджера скажите? - Он довольно жёсткий, но поумнее многих своих коллег. Я бы на вашем месте держалась с ним настороже, потому что ваши интересы могут очень не совпадать в плане реализации. Когда согласие было расписано, мисс Хмелкерк впустила Скримджера в кабинет. Скримджер почему-то особенно обрадованным не выглядел, наоборот, он словно заставлял себя всем этим заниматься. Гарри решил, что перед началом, возможно, долгих хождений и процедур стоит расспросить, что от него вообще хотят. И что будет с Дадли. - Мистер Скримджер, я могу поинтересоваться, что именно во мне вас смущает? - сказал Гарри, стараясь придать себе вид наиболее простодушный. Скримджер начертил пальцем в воздухе неровный зигзаг молнии. - Вам не нравится мой шрам? - Мистер Поттер, - начал Скримджер спокойно, но немного устало, - вы проходили на ЗоТИ, что шрамы от заклинаний обычно означают что-либо большее, чем просто... шрамы? - Нет, у нас была, в основном, защита от всякой опасной живности. У вас на ранних курсах были разные проклятья и ритуалы? Во взгляде Скримджера мелькнуло что-то тёплое, может, ностальгия. - У меня, в своё время, был очень деятельный преподаватель, который считал, что программы нам будет мало для жизни. Кстати, программы ваших прошлых годов признаны слишком тяжёлыми почему-то. - Если честно, Крауч младший как раз давал нам довольно сложные задания и темы. Это из-за него? - Не знаю, сейчас моя работа с этим не связана. Что касается шрама - он может значить, что в вас сидят какие-нибудь следящие чары Неназываемого или что-то, что может быть нужно его последователям. - Думаете, он вернулся? - Это не имеет значения: его последователи спокойно и бесконтрольно живут, а среди них обязаны быть убийцы, фанатики и прочие опасные элементы. Вам должно быть понятно, что они представляют угрозу. Вы ведь, если я не ошибаюсь, были на чемпионате по квиддичу прошлым летом и лично видели, что они могут сделать? Гарри кивнул. - Это может повториться снова, пока за ними не следят. Поверьте, они и на вас могут напасть, как напали на семью Лонгботтом. - А вы? А что если я окажусь сами знаете чьим крестражем? Скримджер внешне не отреагировал, но, кажется, занервничал. - Во-первых, это невозможно. А во-вторых, откуда вы об этом узнали? - Вычитал в одной книге, кажется, очень старой, она аж на цепи была. Там писали, что это очень опасные и аморальные чары, которые даже самый конченый тёмный маг не должен использовать. - Довольно верное определение для этой дряни, - пробормотал Скримджер и добавил уже обращаясь к Гарри, - Думаю, остальное вы обсудите с сотрудниками Отдела Тайн: они любят такое.
