Темная Роза

      Впервые я увидел Василису Розье на том балу в Розье-Холле, где зал сверкал огнями множества свечей, а воздух наполнялся ароматом цветов.       Я думал девушка, недавно приехавшая из русской глубинки, будет выглядеть на светском вечере, как загнанный охотниками олененок. Но я ошибался.       Она — хозяйка вечера, достойная дочь благородного дома, привлекала внимание с первого взгляда. Её черные волосы, собранные в стильную, внешне небрежную, прическу, были украшены изысканным венцом из серебряных листьев розы, а черные глаза сверкали, пронизывая толпу аристократов своим пронзительным взором. Её платье, тёмно-изумрудное, окруженное черной дымкой шифона, открывало спину и декольте, словно подчеркивая её женственность и грацию. Украшения, сочетающиеся с венцом в её волосах только, добавляли шарма её облику.       Я занял удобное местечко у стены, и занялся тем, что обычно предпочитал делать на таких балах — сидел в сторонке.       Мистер Розье официально представил дочь публике, а затем открыл бал первым танцем. Девушка выглядела напряженно. Она хмурилась и, видимо, спорила с отцом. Все её жесты давали понять, что она вовсе не рада находиться с ним так близко. Но несмотря на это, Василиса Розье все равно выглядела великолепно.       Я проследил за дальнейшими действиями девушки, мистер Розье подвел её к Малфоям. Затем Драко пригласил её на танец. Интересно. Драко ни с кем не танцевал, кроме Нарциссы. А тут появляется незнакомка, которую Малфой сразу же приглашает. Встретив его взгляд, она тут же залилась румянцем. Драко попытался удержать её, когда Василиса Розье двинулась к выходу из зала. Но она оставалась непреклонной.       Я было подумал встать и направиться за ней, но вовремя осознал, что могу её засмущать, оказавшись с ней наедине. Поэтому, я направился к стайке однокурсников, которые уже подтрунивали над Драко за его такое тесное общение с звездой этого вечера. По его раздражению я понял, что между Малфоем и Розье пробежала кошка. Неужели личное общение с девушкой оказалось не такое уж приятное?       После бала я с нетерпением ждал следующей встречи с Василисой Розье, сожалея о том, что так и не подошел к ней в тот вечер. Было что-то в ней, что привлекало меня, заставляло сердце биться чаще при каждой мысли о ней. Поэтому, когда Драко предложил посетить её день рождения, я был приятно удивлен.       Мисс Розье даже в самом простом платье выглядела элегантно, словно настоящая принцесса. Её изысканный вид привлекал внимание, и я не мог оторвать взгляда от её изящных черт лица. Однако, когда я увидел, как Драко столь открыто и по-хозяйски сжимал её ладонь, это вызвало во мне смешанные эмоции. Как будто они вошли в роль молодоженов, встречающих своих гостей на первом в их семейной жизни банкете. Я не ожидал, что Драко будет так открыто проявлять свои чувства. Это казалось мне сказочным, но в тот же момент я почувствовал укол ревности, мелькнувший где-то в глубине моей души.       — Добрый вечер, меня зовут Василиса Розье, приятно с вами познакомиться! Благодарю, что посетили мою небольшую вечеринку, — она протянула руку нам, высвободившись из стальной хватки Драко. Блейз смутил её, поцеловав ладонь, но Василиса не подала виду. Но я внимательно наблюдал за её реакцией — она на мгновение приподняла брови и раскрыла рот. Затем отвела взгляд в сторону и вернула лицу дружелюбную улыбку.       Мое дыхание участилось, когда пришла моя очередь. Первый раз коснуться её не только взглядом, но и кончиками пальцев…       — Розье, благодарю за приглашение, — я изобразил сдержанность и быстро сжал её руку. Я боялся показаться вульгарным, как Блейз или собственником как Драко, поэтому решил ограничится этим.       Нас пригласили за столики рядом с роскошной оранжереей, и мне повезло сесть вместе с Василисой и Асторией. Когда взрослые в лице мистера Розье и миссис Малфой удалились в самый дальний уголок поляны, Блейз тут же вылил из небольшого пузырька янтарную жидкость, которой казалось больше, чем могла вместить склянка. Я провел палочкой над своим бокалом, наполняя его вишневым соком.       Василиса оказалась не только красивой, но и умной девушкой. Вместе с ней и младшей Гринграсс мы углублялись в разговоры о магических теориях и выдающихся научно-магических деятелях. Было так приятно забыть о времени, благодаря нашей увлекательной беседе.       — …Я с тобой не согласна, Астория. Нотт прав, и путешествия во времени опасная вещь и использовать их для предотвращения катастрофы так же опасно, как и сама катастрофа. Можно избежать одной беды и создать десять новых, более страшных.       — Ладно, ладно, вы победили! — вскинула руки Астория. — Почему ты все еще обращаешься к Тео по фамилии?       — Действительно, чего это я! — Василиса приковала меня взглядом черных, как уголь глаз. — Ты не против, Теодор?       — Конечно, — я проследил как её губы изгибаются, произнося мое имя.       — Тогда и ты зови меня по имени.       — Как скажешь, Василиса.       — А что вы думаете о новом выпуске Придиры? Этот полоумная Лавгуд — моя однокурсница с Когтеврана, написала в журнальчике своего отца статью о Гелиопатах, будто они действительно могут существовать!       Астория активно обсуждала с Василисой новую тему, а я, как дурак пялился на бокал Розье. Видеть, как она соблазнительно закусывает губу, было просто восхитительно. Я не мог оторвать взгляд от этой обворожительной картины, которая разыгрывалась передо мной.       Затем она встала, пошатнувшись от резкой смены положения.       — Я схожу в оранжерею, проверю не расцвела ли Звездная иллюзия, — улыбнувшись произнесла Василиса, до цветения еще было полно времени, и я понял, что она хочет побыть одна. — Заодно и кости разомну.       Мы с Асторией дружно кивнули ей, и как только Розье развернулась, младшая Гринграсс оживленно продолжила:       — Так как ты считаешь, Тео? Гелиопаты действительно существуют?       Когда она ушла в оранжерею, а за ней последовал Драко, я чувствовал себя, как наблюдатель за сценой театрального спектакля. Я не мог не задаться вопросом, что же происходит за кулисами, но в то же время ощущал долю волнения, наблюдая за развитием событий.       — Я думаю, что мир еще не до конца изучен, и у нас очень мало информации, Тори, — я сверлил удаляющуюся спину Драко. — Чтобы твердо заявлять о существовании неизвестной ныне твари.       — Но тогда и остальные бредни, что пишут в Придире наполовину правда, так получается?       — Получается так.       Астория прыгала с темы на тему, найдя собеседника по душе — ведь её сестрица явно думала не об учебе. И к тому времени как мы обсудили казалось весь пятый курс обучения, из оранжереи вылетела раскрасневшаяся и слегка растрёпанная Василиса.       Она быстрым шагом подошла к их столику и не глядя схватила мой бокал, и я почувствовал легкое удивление. Мне даже стало немного смешно, увидев, как она выпивает его содержимое, ведь я никогда не пил блейзовские коктейли.       — Вишневый сок. И это был мой бокал, Василиса.       — Прошу прощения, Теодор, — Розье приземлилась в плетеное кресло, виновато улыбаясь. Ну и как на неё можно злиться за такую мелочь? — Минни. Налей в бокал Теодора вишневый сок. И мне тоже.       — Как там розы? — Астория придвинулась ближе к Василисе.       — Что?       Я сжал подлокотники плетеного кресла и устремил взгляд на свои ботинки, не желая услышать о Драко.       — Звездная иллюзия. Ты же ходила в оранжерею, чтобы посмотреть, не цветут ли они.       — О, да, розы. Еще не цветут, — она сделала еще глоток сока.       — Поэтому ты так долго отсутствовала?       -У меня было несколько… отвлекающих моментов. — И имя им — Драко Малфой. Я поднял глаза на Василису и прищурился. Почему она не говорит о нем? — Так, о чем вы говорили, когда я пришла?..       До полуночи осталось пару минут и мистер Розье, ведя под руку миссис Малфой, предложил всем переместиться в оранжерею. Василиса направилась первой, открывая дверцы перед остальными. Что-то пошло не так — Василиса застыла на месте. Поравнявшись с ней, мы все поняли в чем дело.       Я увидел Василису стоящей рядом с раскуроченным кустом редких роз, мое сердце сжалось от жалости. Очевидно, она испытывала гнев, вызванный Пэнси Паркинсон, и я чувствовал, как она сдерживает свою ярость. Её белеющие руки указывали на то, что её стихийная магия начинала проявляться. В процессе нашей беседы я узнал, что в России учат магии, развивая внутреннюю, стихийную силу волшебников. Эта стихия могла вырываться наружу в периоды стресса, что, вероятно, и произошло сейчас.       — Кхм, — заметив один уцелевший бутон среди разрушенных, я без сомнений поднял его и протянул Васе. — Ураган имени Паркинсон затронул не все цветы.       Её глаза загорелись улыбкой, когда она приняла цветок. В этот момент слова стали излишними, и я просто наслаждался тем, как её лицо преображается от благодарности и удивления.

***

      Когда Блейз привел Василису в наше купе, где уже сидели мы с Малфоем, я не мог не заметить переглядки между ней и Драко. Однако, удивительно было то, что Василиса начала общаться со мной, игнорируя напряженную обстановку.       И что же мы обсуждали? Устранение темных проклятий. Тема была необычной для светской беседы, но мне было интересно, почему она выбрала именно её. Чувствовалось, что у Василисы есть какой-то секрет, который её гложет, и девушка хочет найти решение. А внутри меня родилось желание помочь ей.       Честно говоря, мне не так важно было, каким образом я могу помочь ей в этом вопросе. Главное для меня было проводить время с ней, под предлогом помощи. Я хотел быть рядом, быть тем, кто поддержит и поймет.       В первые дни обучения в Хогвартсе я решительно провожал Василису на занятия, не обращая внимания на возражения Драко. Я чувствовал, что мое место рядом с ней, и ничто не должно стоять на пути нашего общения.       Я замечал, что она вела себя непринужденно со мной, что только укрепляло мое убеждение в том, что наше общение имеет значение для обоих.       В один из наших разговоров она упомянула о магическом контракте, который связывает её брачными узами с кем-то, чье имя она предпочла сохранить в тайне. Моя реакция была мгновенной — я сразу согласился помочь ей с разрушением этого заклятия. Ведь у меня появился не только шанс завоевать её сердце, но и общий секрет, который объединял нас еще сильнее.

***

      Драко испытывал негодование и бешенство, когда просил меня не общаться с Розье. Я уже понял, Драко точно что-то чувствует к ней. Он, видимо, пытался подавить свои чувства. Однако, я не собирался поддаваться его требованиям так же легко, как он терял возможность проводить время с Василисой. Мне было все равно, что он думает о моем общении с ней, как и о её разговорах с Грейнджер.       Факт того, что Василиса общалась с «грязнокровкой» Грейнджер, вызывал в Драко явное беспокойство, но для меня это не имело значения. Я не придерживался устаревших чистокровных правил, которые пытались насаждать многие в нашем кругу.       Для меня было важнее то, что я чувствовал к Василисе и то, что мы могли проводить вместе время.       Но то, что произошло потом… Драко попал в больничное крыло, и на него было больно взглянуть. Все тело покрыто полосами, которые останутся на нем навсегда. Даже стало интересно, какое заклинание использовал Поттер.       А увидев белесые полоски на её руках, я все понял. Василиса отрицала чувства к Драко, но, не думая, пожертвовала собой ради него! Малфой не достоин такой, как она!       Это я всегда был рядом с ней! Не Малфой!       До этого я думал, что смогу завоевать ее сердце, находясь рядом и поддерживая во всем. А ее сердце уже занял слизеринский принц. А Малфою плевать на нее! Он даже не думает, как выжил после смертельного неизвестного до этого заклятия, и облизывается с Паркинсон на каждом углу!       Невыносимо было видеть, как она убивается по Малфою, который после выписки из лазарета ни разу не обратил на Василису внимания, словно ее тут и не было. В тот же вечер у меня в голове созрел план. Все было просто. Нужно лишь показать ей, что можно любить кого-то другого. Более достойного.       Взламывать кабинет Слизнорта даже не пришлось — наивный профессор не защищал свои высококлассные зелья ни одним добротным заклинанием. Я уже знал, где находится котелок с необходимым мне зельем. Подняв крышку, я почувствовал восхитительный аромат её волос, который я вдыхал, уснув с ней на диване в общей гостиной. Воспоминание одурманивало сильнее, чем этот розовый дым, но я быстро взял себя в руки. Разлив амортенцию по маленьким бутылькам, подготовленных мною заранее, и проверив нет ли в коридоре дежурных преподавателей, я вернулся в спальню.       Предвкушение не позволяло сомкнуть глаз, и уснуть получилось лишь с рассветом, благодаря чему я пропустил завтрак.       За обедом, пока Василиса была увлечена Малфоем, я незаметно подлил в ее кубок содержимое одного из пузырьков. Зелье из розового мгновенно растворилось, выпустив в воздух небольшое облачко розового пара.       — Василиса, ты не хочешь выпить тыквенный сок?       Она приняла кубок и нерешительно сделала глоток. Затем выпив все до последней капли, взглянула на меня, и я все понял.       Эмоции захлестнули меня — смесь триумфа, облегчения и радости. Я чувствовал, как наконец-то приближаюсь к ней, к тому, чего так долго желал. Внутри меня разгорелась надежда, что теперь у меня есть шанс завоевать ее сердце по-настоящему. Я готов был пойти на все, чтобы она поняла, кто действительно достоин ее любви.       Василиса Розье влюблена в меня.