Бродячее семейство

Годы, проведенные в море, отточили инстинкты Ирис. Она чувствовала изменения окружающего мира, словно приливы и отливы. Это умение Посейдон Фамилия вбил ей в голову. В конце концов, бороться с приливами можно лишь ограниченное время. Поэтому, когда инстинкты говорили ей, она прислушивалась. И она чувствовала этот звон, стоя у дверей особняка «Огня очага». На секунду раньше остальных она ощутила присутствие Оттарла. Его подавляющая аура парализовала ее, но она все равно действовала. Белл был движим. Во-первых, желанием быть рядом с тем, кем он больше всего восхищался. Во-вторых, желанием защитить своих друзей и Семью от беды. Эти цели вознесли Белла на невероятные высоты с такой скоростью и яростью, с которыми мало кто мог сравниться. И Айрис была такой же. Она испытывала то же желание. Ту же потребность стать ещё сильнее. Но для неё это было желанием пройти дистанцию. Исследовать дальше и сражаться больше, чем кто-либо другой. Это была мечта Айрис. Её брат хотел стать героем, как в старых сказаниях. Она хотела быть исследователем неизведанных горизонтов. И точно так же, как Белл обрёл Аргонавта, желание Ирис дало ей совершенно новый навык. Энтропия – полная противоположность мощному удару её брата. Способность Белла давала ему силы защищать тех, кто был ему дорог. Ирис могла выдержать любую дистанцию. Она могла продержаться дольше и выдержать больше ударов, чем другие, ценой потери разума. Итак, когда Оттарл появился во дворе и взмахнул своим огромным сияющим мечом, Ирис встала позади Гарета. Она уперлась ногами в его спину. И когда Хильдис Вини заставила мир побелеть, на её пути встало крошечное пятнышко тьмы. Брат: Белл едва успел осознать произошедшее. В одну секунду он услышал предостерегающий крик Гарета. В следующую — мир побелел, и он ощутил взрыв энергии. Но он всё ещё видел чёрное пятно. И оно не исчезало, хотя его зрение было ослеплено. Когда мир снова обрел цвет, и атака завершилась, Мартовский Заяц оказался на спине. Всё болело, но он удивился, что всё ещё был в сознании. Когда Белл поднялся, его первой мыслью было посмотреть на товарищей. К счастью, с его друзьями всё было в порядке. Как и его самого, их отбросило назад, но они не сильно пострадали. Однако об остальных воинах двора этого сказать было нельзя. Войска Локи были отброшены и потеряли сознание. То же самое произошло и со всеми их союзниками. Такемиказучи, Диан Кехт, Гефест и даже бойцы из Гекаты были на грани поражения. Гарет, Цубаки и Шакти бросились навстречу Гестии. А чужеземцы с Дальнего Востока специально набросились на Отохимэ и Урасиму. Итак, Гестия Фамилия, казалось, всё ещё стояла на месте. Но об их доме этого сказать было нельзя. Усадьбу разнесло на части; все верхние этажи исчезли. От первого этажа остались лишь фундамент, фрагменты стен и пара колонн. Из разрушенной бани уже сочилась вода. Она капала и впитывалась в грязь. Двор был разрушен, вся трава вырвана, а фонтан разбросан по всей территории. Но Белл на секунду забыл обо всём этом. Потому что его сестра кашляла кровью. Она стояла на четвереньках позади неподвижного тела Гарета. Он видел, как её тело содрогалось при каждом движении. Её белые волосы, некогда прекрасные и белоснежные, стали тусклыми и седыми. Её яркие рубеллитовые глаза были словно холодные угли в заброшенной кузнице. Но всё же она улыбнулась, увидев его. «Снова спас тебя, братишка, теперь ты мой должник!» Прежде чем Белл успел ответить, Айрис рухнула на землю. Он нырнул вперёд, подхватив её голову, чтобы она не стукнулась о булыжники. На секунду он испугался за её жизнь. Лишь едва заметное вздымание её груди давало ему надежду. «Она защитила нас», — сказал Рю, уже стоявший рядом с Беллом. «Я видел, как она стояла позади Гарета, и её тело окутывало чёрное сияние. Не понимаю, но именно благодаря ей мы не потеряли сознание, как остальные». Белл едва уловил ее слова, все еще прижимая к себе голову сестры. «Мы подумаем о ней позже», — сказал эльф. «Наш враг стоит перед нами, и его не остановить». Раздался хрюкающий звук; это, должно быть, был Уэлф. «Оттохимэ, ты всё ещё слишком ранена, чтобы сражаться», — заметил Рю. «Найди леди Валленштайн и богиню Гестию. Отправь сюда Принцессу Меча, а затем отведи Гестию в Кносс». Отохимэ кивнула, подхватила тело Уры и ушла. «Вельф, Лили», — продолжил Рю. «Ты окажешь поддержку. Не скрывай ничего». Кузнец снял с плеча свой волшебный меч, пока Лили готовила арбалет. Паллум что-то бормотал себе под нос, но Белл ничего не понимал. Только почувствовав чью-то руку на плече, он повернул голову. Вельф, как всегда непреклонный, опора своей семьи, посмотрел ему прямо в глаза. «Мы защитим её, Белл; мы защитим их всех», — сказал он. «Но нам нужно, чтобы ты снова встал на ноги». Белл вздохнул. Он почувствовал, как воздух глубоко проникает в его тело. Даже если каждый нерв был изрешечён, он чувствовал последний осколок силы где-то глубоко внутри. Он ухватился за него и опустил сестру на землю, стараясь дать ей отдохнуть. После этого он взял Уэлфа под руку. Используя её, он поднялся на ноги. С ножом Гестии в руке он смотрел перед собой. «Все меня слышат?» Это был голос в голове Белла. Он оглянулся и увидел Лили, Бесстрашную. Прам смотрел на Оттара, короля Орарио. «Его левая рука бесполезна, и Лили видит, как он устал», — сказала она. «Леди Рю, мистер Вельф, нам нужно выиграть время. Мастер Белл, вы должны атаковать Аргонавта». Оттар двинулся вперед. «Значит, нам нужно попытаться занять большого парня хотя бы на шесть минут?» — ответил Уэлф. Рю обнажила мечи. Белл решил вздохнуть. Мысли кружились в голове, но он отогнал их. Он думал не о разрушениях, а о подвигах. Весь день его друзья сражались за него и за всех остальных. Он вспомнил слова матери и отца. И он был счастлив. Он нашёл семью героев. По улицам разнесся звон колокола, когда Монстр Рекс Орарио двинулся вперед. Богиня: В Вавилонской башне Фрейя трепетала в экстазе. Её Одр был великолепен! Даже сейчас он продолжал идти вперёд, несмотря на неизбежное поражение! Даже если его душа была изуродована, она исцелит его. Она сделает его снова совершенным! Богиня обманщиков, увидев это, почувствовала, как её губы скривились в отвращении. Весь этот день Фрейя не выказывала ни малейшего чувства вины. Её лицо не выражало ни малейшего колебания, когда она бросала своих детей в мясорубку. Её волновала лишь какая-то идеальная идея, зародившаяся в её голове. И Локи содрогнулся. «Ну же, мой чемпион, посмотрим, сможешь ли ты сразиться с моим монстром!» Боец: В особняке «Огненный очаг» Айс почувствовала приближение атаки. Она произнесла всего одно слово, прежде чем оно достигло её и Богини, которую она защищала. «Буря». И так воздух защитил её. Камни и обломки летели вокруг неё, словно волна, разбивающаяся о берег. Когда всё закончилось, блондинка отстранилась. Богиня дрожала под ней. «Значит, он здесь?» — спросила она. Айс кивнула. «Мне нужно вернуться». Но когда она встала, Гестия схватила ее за запястье. «Локи… оставил мне письмо, — сказала она. — И в этой битве каждый пункт статуса имеет значение». Айс моргнула, не понимая. Гестия вздохнула. «Каждое очко имеет значение, но ты не сможешь его получить, если не сможешь обновить свой статус. Так что… твой статус разблокирован». Это заставило Принцессу Меча замереть. Ветер, порывы которого обрушивались на неё, стих. «Я не собираюсь тебя заставлять», — сказала Гестия. «Я знаю, о чём прошу… это больше, чем я должна. Но, Аис, ты мне нужна». Богиня склонила голову перед смертной. «Пожалуйста, помоги моим детям». Девушка: Больше года назад Айс потерпела неудачу. Она отвернулась от самого дорогого ей человека, и теперь его не стало. Её сердце было странно пустым, и даже она сама называла себя жалкой фарфоровой куклой. Ничто не заполняло пустоту в её душе, а дракон преследовал её сны. Ей снились его огромная чешуя и пылающий ад. Сначала он испепелил её мать. Затем отца. И так далее, это чёрное чудовище ужаса уничтожило всю её новую семью. Близнецов, Лефию, Финна, Гарета и даже её мать, Риверию. Наконец, дракон сжёг её Белла дотла. И из этих кошмаров она пообещала себе, что всё исправит. Чего бы это ни стоило, Айс защитит его. Она будет его героем. Герой: На поле боя дела шли неважно. Белл не отрывал глаз от Аргонавта, но ему становилось всё труднее игнорировать крики боли. А на поле боя всё было ещё хуже. Вельф, Лили и особенно Рюу были уже измотаны. Они потратили большую часть энергии на других врагов, и их разум почти исчез. «А теперь тройная атака!» — крикнула Лили. Паллум выпустил три стрелы раскалывающегося электричества. Рю взмахнула своим штормовым мечом. Вельф изверг сгусток пламени из кончика своего клинка. Три стихии встретились в центре. Взрыв потряс мир, но Гестия Фамилия не вздохнула с облегчением. Вместо этого они приготовились к ответу. И прежде чем они успели что-либо предпринять, он появился. Боаз появился позади Лили. Её руки дрогнули. «Ты — мозг, — сказал он своим грохочущим голосом. — Ты самый опасный». Тыльной стороной здоровой руки он влетел в последний осколок стен поместья. Но Лили, летя, ухмылялась. В конце концов, сторонники привыкли к нападкам. У ног Оттара лежал мешок с болтами. Боаз нахмурился, и тут же грянули взрывы. Все, что только можно было придумать, пронеслось по поляне. Они сталкивались, наращивая свою разрушительную силу. Но всё же… этого было недостаточно. Дым рассеялся, и Оттарл едва отделался царапиной. Он тяжело вздохнул. «Сильная атака. Будь я слабее, это могло бы быть больно». Лили нахмурилась, не вставая с земли. Всё болело, и как бы она ни старалась, Бесстрашная не могла подняться. Всё болело, все кости трещали и ломались от её усилий. «Вот это просто унизительно!» Вооз оглянулся, его губы раскрылись в ответ. Затем… эльф напал. Клинок Оттара взметнулся вверх, блокируя одну атаку. Но в этот момент второй меч промелькнул рядом с ней. С безжизненно висящей второй рукой и открытым левым боком, Воаз развернулся на одной ноге. Но это было только начало. Принцесса фей воспользовалась преимуществом, бросившись вперёд с градом ударов. Её мечи прокладывали путь вперёд, чёрно-белые следы висели в воздухе, словно остаточные изображения. И в её ярости боаз был вынужден отступить. Оттар, непоколебимая гора, был вынужден отступить. Но эльфийка не остановилась. Её тело начало светиться, и Оттар услышал её шёпот магических слов. Боаз сделал последний шаг назад, а затем собрался с духом. В конце концов, это всё ещё был сильнейший из Орарио. И пока миссия его Богини не будет выполнена, он не проиграет. Когда сияние эльфа усилилось, а её заклинание достигло своего пика, он начал контратаку. Её удары были отбиты. Он просто блокировал её удары, парировал их, а затем и сам начал формировать атаки, и гора с грохотом покатилась вперёд. Вскоре эльфийка отступала. И, восхищаясь непокорностью на её лице, он продолжал упорствовать. И боаз слушал. Как только Рю закончила заклинание, Оттар схватил ее за горло огромным кулаком. «Ты не умрёшь здесь, — прорычал он. — Ибо такова воля Богини. Но ты больше не произнесёшь ни слова». И Рю улыбнулась в ответ. Внутри неё магическая энергия продолжала разгораться и пылать. Она бурлила внутри неё. И когда она больше не могла этого выносить, она продолжала позволять ей разрастаться. Насколько бы Микото ни научилась у Рю, можно было с уверенностью сказать, что она переняла и кое-что своё. И Оттар чувствовал это. Он чувствовал, как нарастает магическая сила. Он сжал ей горло ещё крепче, надеясь задушить её. Но Рю всё ещё упорствовал. Она была вице-капитаном Семьи Гестии, дочерью двух богинь. На её плечах лежала воля Справедливости и Очага. Она была Штормовым Ветром Орарио и его Принцессой Фей. Она не робела перед лицом монстров. Из её гибкого тела вырвалась волна магии. Она сбила короля с ног, а Рю безвольно упал. И всё же, хоть его и отбросило назад, Оттар был далёк от поражения. Даже сейчас он снова встал, и царапины на его теле превратились в тонкие красные линии. И хотя его дыхание было глубоким и тяжёлым, поза оставалась твёрдой. «Ну, тогда, наверное, это только у меня так». Повернув голову, Оттар взглянул на своё последнее препятствие. Кузнец стоял у руин того, что, должно быть, было его личной кузницей. И в руках у него было множество мечей. В их металле были цвета заходящего солнца. И под звон Колокола пела кровь Кроццо. «Хочешь посмотреть, что будет, если я одновременно размахну дюжиной этих плохишей?» Оттар переступил с ноги на ногу, держа меч наготове. Он чувствовал, как рычание зарождается в его горле. «Как и всё остальное, они меня не остановят», — ответил он. «А теперь замахнись, кузнец. Делай всё, что в твоих силах». Вельф ринулся вперёд, сосредоточив всю свою мощь и сосредоточенность на мечах в своих руках. В отличие от Лили, которая взорвалась всеми мыслимыми стихиями, для Вечно Пылающего был только огонь. В отличие от Рю, чьи атаки взрывались повсюду, он был сосредоточен. В этом и заключалась роль кузнеца. Мечи обрушились, словно молот Богини, и, подобно самому Аду, он обрушился на мир смертных. Оставшаяся трава испарилась в мгновение ока. Руины металлических оград поместья расплавились, превратившись в лужи, а камни превратились в пепел. Вельф чувствовал, как горят его волосы, и его огнестойкая одежда вскоре тоже сгорит. Но кузнец всё же держался. Позже об этом дне будут рассказывать истории. Некий бард напишет песни, которые покорят весь мир. И только тогда люди будут чтить имя Кроццо. Сегодня был первый шаг к искуплению. Это был первый шаг к оставшейся жизни Вельфа. Но когда мечи наконец обратятся в пепел, а пламя погаснет, Оттар всё ещё будет стоять. И вид его чуть не рассмешил Вельфа. Они могли бы сражаться с легендарным Чёрным Бегемотом, учитывая весь урон, который они наносили. И всё же было приятно дать волю такому напору. И, почувствовав, как кулак Оттара врезается ему в грудину, кузнец посмотрел на своего лучшего друга. По его подсчётам, они выиграли ему всего три минуты. Ведьма: В Вавилоне Фрейя облизнула губы в предвкушении. Её Одр был теперь в её руках. И её выдающийся слуга собирался привести его сюда. Конечно, это было близко, но она победила. Воля Фрейи была неумолима, а её мощь – подавляющей. «Что теперь, Локи?» — спросила она. «Больше никаких колкостей, никаких едва завуалированных угроз и жалких попыток поддержать твоих детей?» Локи глубоко и проникновенно вздохнула. Она не смотрела Фрейе в глаза, лишь нахмурившись. Фрейя восприняла это как знак своей победы. Локи же не отрывал взгляда от поля боя. «Я буду скучать по тебе, малыш… а она у тебя всего на год, Ити-Битти!» — кричала она, топая ногами. «А потом я получу обратно свою Айзу!» Фрейя остановилась. Она совсем забыла о Принцессе Меча. В основном потому, что это не имело значения. Она уже пыталась сразиться со своим Оттаром, но была отброшена. Пусть она и была седьмого уровня, она была свежа и нова. Оттар был испытан и надежен. Это было как сырой материал против закаленной стали. И когда части сложились воедино, Фрейя невольно усмехнулась. «Это был твой последний ход! Это был твой главный ход!» — Фрейя продолжала смеяться. «Воистину, ты жалок, Локи. И ты, и Гестия!» Локи снова вздохнул. «Может быть, но здесь каждая мелочь имеет значение». Фрейя закатила глаза. «Даже если сработает, я всё равно выиграю. У меня всё под контролем, Локи». Локи проигнорировал зловещее предупреждение. Речь шла лишь о сражении прямо перед ними. Единственный способ сделать это — шаг за шагом, сражаясь с каждым бойцом. Только так они могли победить. «Давай, Айдзу, ты сможешь это сделать!» Мать: Когда Ото нашла свою Богиню, она увидела лишь божественный свет. Гестия сидела на спине Айс Валленштайн, и её предательское голубое сияние, символизирующее раскрытый потенциал, рассеялось на глазах Отохимэ. Вскоре всё словно и не происходило. Богиня отошла в сторону, и Айс подтянулась. Она поправила одежду и доспехи и схватила оружие. «Отчаяние» безвольно повисло в её руке. Гестия пристально и сурово изучала блондинку. «Э-э, извините», — сказала Ото, кашляя в ладонь. «Богиня Гестия, мне велели перенести вас в безопасное место». Гестия кивнула. «Да, это логично. Отведи меня на крышу к Гефесту и остальным». Она протянула руку и сжала руку Айс. «Ты выйдешь туда и победишь, поняла?» Айс кивнула, её лицо оставалось спокойным и бесстрастным. С клинком в руке она пошла. Ото перехватила Урасиму, перекинув его через плечо. Затем она подхватила Гестию. Держа в руках два тела, Отохимэ ушла. Айс же двинулась вперёд. Влюбленные: Во дворе Белл приготовился увернуться. Оттар тяжело шёл вперёд, явно опасаясь ловушек в последнюю минуту. Но Мартовский Заяц знал, что это продлится недолго. В конце концов, он окажется прямо перед ним. И тогда Беллу придётся отступить. Снова. И он ненавидел это делать. Вот он, авантюрист шестого уровня из Семьи Гестии, первоклассный, известный всему городу, и всё равно отступает. Каждый раз, когда он пытался сделать шаг вперёд, кто-то другой его подталкивал. Это был трудный путь, и впервые за долгое время он чувствовал себя по-настоящему одиноким перед лицом величайшего испытания, стоявшего перед ним. Но прежде чем Оттар успел сделать ещё один шаг, он почувствовал перемену в ветре. Мальчик не смог сдержать улыбки. Она была там. Клинок Айз Валленштайн появился словно из ниоткуда, пронзив защиту Оттара. Она вонзила клинок в бедро Оттара, а затем выдернула его. В тумане изнеможения Оттар не успел ответить. Но он стряхнул его. В конце концов, ему было всё равно, сколько бойцов встретится на его пути. Он сделает всё, чтобы исполнить волю своей Богини. Они начали свой финальный поединок. Оба устали: Айс был весь в порезах, а рука Оттара безжизненно висела вдоль тела. И в ближайшие три минуты решится судьба Орарио. Оттар взмахнул клинком длинным взмахом, заставив Айс отпрыгнуть назад. Она порхала по полю боя, изо всех сил пытаясь найти брешь в обороне боаза. К сожалению, ей было мало что делать. Каждый раз, когда она делала выпад, его клинок оказывался на месте. Они так и танцевали, пока клинок Оттара описывал длинные и мощные дуги. В ответ Айс наносил колющие и колющие удары, часто ускользая от его блоков на самом тонком расстоянии. Будь на их месте кто-то другой, они превратились бы в подушечку для иголок. Но пока защита Оттара была по-прежнему неуязвима. Айс чувствовала, что всё больше и больше раздражается. По правде говоря, она устала от игр. Злилась на то, что все просто не понимают. Неужели они не понимают чудовищности происходящего? И пока Оттар стоял там, блокируя её атаки, гнев перерос в ярость. И она не смогла сдержать слова, которые вырвались в следующий момент. «Неужели ты не понимаешь!» — закричала она. Скорость её клинка возросла. «Дракон идёт! Он нас убьёт!» Жестокость её атаки заставила Оттара отступить. «Тебе нужно остановиться! Твоя Богиня должна остановиться! Нам всем нужно остановиться!» Белл моргнул, ошеломленный ее напором. «Если вы все продолжите вести себя как дураки, мы сгорим!» Её выпады достигли цели. Король начал истекать кровью. «Почему она такая дура?!» И вот тогда это и случилось. Вся осторожность Оттара испарилась. Сирота: Он был совсем ребёнком. Его родители были искателями приключений и погибли в Подземелье. Зевс и Гера Фамилия правили городом, но, хотя многие называли бы его золотым веком, Оттар видел лишь отвратительную изнанку. Он видел нищету на улицах и всех сирот, оставшихся дома. Золотой век Орарио ознаменовался упорным стремлением в недра Подземелья; из-за этого смерть висела в воздухе. Сирот было больше, чем приютов, и многие ресурсы, которые можно было бы использовать для помощи, уходили обратно в Подземелье. Оттар ненавидел это. Он презирал людей, одержимых Подземельем, словно это было единственное, что имело значение. Он сидел в переулке, покрытый грязью и сажей. Будущий король знал, что станет сильным. Этого он хотел больше всего на свете. Быть достаточно сильным, чтобы положить конец Подземелью. Чтобы никто больше не терял родителей, как он. Оттар будет сильнейшим. Он доберётся до самого дна Подземелья. И тогда никому больше не придётся быть сильным. Итак, Оттар тренировался как мог. Но со временем становилось всё яснее, что ему нужно присоединиться к Семье. Он должен был стать одним из тех ужасных искателей приключений, которые думали только о себе. Но, конечно же, никто не взял бы к себе больного сироту-боаза. То есть… пока она не нашла его. Богиню, которой было безразлично Подземелье. Королеву, которая знала, чего хочет, и не боялась бросить вызов другим ради этого. И он посвятил ей всего себя. С ней он станет сильнее. Король: "ДОСТАТОЧНО!" Оттар взревел и взмахнул своей огромной, израненной рукой. Он ударил Айс по голове и отправил её в полёт, словно вертушку. Это был мощный взмах, совершённый с невероятной силой. Единственной проблемой было то, что его рука всё ещё была ранена. Последняя атака Храбрца разорвала ему плечо, и в ярости Оттар забыл об этом. Поэтому, когда он взмахнул со всей своей силой и мощью, последние остатки его мышц разорвались. Преодолев предел прочности, они разорвались. Раздался ужасный звук. Словно волк рвал свою добычу. Это было неестественно, но всё же знакомо тем, кто познал ужас Подземелья. Хруст и разрывы продолжались, подкреплённые инерцией атаки Боаза. И Белл услышал это. Он увидел, как мышцы рвутся от перенапряжения. Оттар, король Орарио и военачальник Подземелья, только что потерял руку. Королева: Фрейя вздохнула. Но всё же улыбнулась. Ведь её дети были так удивительно преданы. Локи, кроме неё, смотрел на неё с ужасом и отвращением. Не на Оттара, потерявшего руку. А на радость, которую Фрейя испытала от этого. Воины: Вернувшись во двор руин поместья «Хартфайр», Белл с ужасом наблюдал за происходящим. Айс была не только ранена и лежала на земле, но и видел, как кровь хлестала из оторванной руки Оттара. Это был ужасный момент, но он всё ещё держал в руках силу Аргонавта. Он почти закончил атаку, но на пути короля больше не было препятствий. Айс всё ещё поднималась с земли, а Оттар нацелился на него лазером. Используя здоровую руку, Оттар поднял меч. У Белла был второй. И он подумал о своей семье. Раньше, атакуя Аргонавта, Белл думал о героях легенд или великих воинах Орарио. Но сейчас он мог думать только о людях, которые стояли рядом с ним. О тех, кого он называл своей семьёй. Преданный телохранитель разорвал цепи Богини Красоты во имя любви. Принцесса, плюнувшая в лицо судьбе, прокладывая свой собственный путь. Полуэльф, который погиб, защищая любимых людей, и который оказался достаточно упрям, чтобы пробиться обратно. Эльфийка, которая стояла рядом с ним и защищала своих друзей, которая переросла свою месть. Лиса, которая отвернулась от мира, назвавшего ее грязной и мерзкой, которая нашла красоту, таящуюся внутри. Самурай, которая сохранила свою честь перед лицом жестокости, оставаясь верной тому, что она считала правильным. Стойкий кузнец, чьи убеждения были крепче любого металла, найденного на Земле. Тактик-паллум, которая возникла из ничего и стала кем-то совершенно самостоятельно. Богиня, которая отказалась поступать как ее сверстники, с сердцем размером с океан. Белл вспомнил их всех и поблагодарил за это. Ведь теперь он чувствовал себя поистине счастливым. И когда Оттар оттолкнулся, размахивая своим огромным мечом, звон колокола смолк. Всего в паре метров от него мальчик закричал. "МОЛНИЯ!" Вложив в это заклинание всю свою решимость, мужество, веру и идеалы, он зажег свою душу. Огромный шар ослепительно-белого света с рёвом устремился вперёд. И после этой атаки Белл ничего не увидел. Ничего, кроме шага в сторону. Всё произошло словно в замедленной съёмке. Огромный огненный шар Белла рванулся вперёд, и Оттар развернулся на одной ноге. Развернувшись, король Орарио уклонился от атаки городского Мартовского Зайца. И на секунду бездонная пропасть страха наполнила его. Натиск на Аргонавта на пределе своих возможностей истощил его. У него не осталось сил ни на ответный удар, ни тем более на уклонение. Всё было поставлено на молитву Аргонавта, и на мгновение ему показалось, что она провалилась. Время словно замерло, ибо мальчик подумал, что всё. Это конец жизни, какой он её знал. Его Семья будет разрушена… «Буря». И одним словом, чары развеялись. Маятник качнулся. Оттар рефлекторно развернулся снова, занеся меч в защитную стойку. Белл застыл, забытый и неспособный убрать его. Ибо перед ним стоял ангел, объятый ​​пламенем. Ветер играл её прекрасными золотистыми волосами, заставляя их каскадом развеваться в воздухе. В её золотистых глазах отражалось мраморно-белое пламя. Айс Валленштайн держала Нож Гестии двумя руками, но выронила его, когда Белл бросился в атаку. Она едва сдерживала это пламя. Клубящийся ветер держал белое пламя, кокон с сердцевиной из мифрила. Белл делала нечто подобное, используя приём «Арго Веста». Но это было неуклюже и неэффективно. С добавлением ветра Айс… удар был завершён. Эта атака будет жить в мечтах искателей приключений ещё тысячелетия. Арго Веста: Танцующий Айриэль Свет пламени был единственным способом выследить её; Оттар запрыгал по лужайке. Его единственной надеждой было пережить принцессу-берсерка перед собой. Но Белл знал лучше. Он знал своего кумира, как собственное тело. От морщины на лбу до осанки – Айз Валленштайн не сдавалась. Она была воплощением силы воли. Она приближалась к своей жертве каждый раз, когда их ноги касались земли. Принцесса Меча была величайшей истребительницей монстров в истории Орарио, и она не собиралась упускать свою добычу. Наконец, спустя всего несколько мгновений, меч встретился с плотью. Изящным боковым взмахом, придавая импульс всему телу, Айс вонзилась в незащищённый бок Оттара. И мир перевернулся. Сильнейший из Орарио отлетел в сторону, закружившись, словно фарфоровая кукла. Приземлившись, он покатился назад. Наконец, он остановился в нескольких сотнях футов от него. Он не издал ни звука. Не было ни стонов боли, ни подергиваний конечностей. Воцарилась тишина и покой. И город затаил дыхание. Айс отлетела, и Белл изо всех сил пытался её поймать. Они с грохотом упали на землю, превратившись в спутанный клубок конечностей. Ни один из них не потерял сознание, но тоже затаил дыхание. Король пал, и весь мир затаил дыхание в ожидании реакции королевы. Чародей: В Вавилонской башне Еретическая Красавица схватила с пола небольшое приспособление. Локи устало смотрел, размышляя, сможет ли она как-нибудь вытолкнуть Фрейю из окна, не упав при этом сама. Но Богиня Милости не заметила этого. Она просто подняла устройство с пола к губам. От него тянулся шнур, выходящий из комнаты. Позже Локи узнал в этом ту же технологию, которую Гильдия использовала для экстренных трансляций. Но сейчас была лишь Богиня с кроваво-красными губами и призрачно-белыми зубами. И пока весь мир затаил дыхание, она произнесла два слова. "Проснуться." По велению Богини, Фрейя Фамилия восстала. Подобно зомби, восстающим из земли, они стояли, повинуясь воле своего Божества. В конце концов, какое ей дело до физических ограничений Нижнего Мира? Она была Фрейей. Её воля была божественна. Её требования были законом. Такие вещи просто существовали. Правила, управлявшие Смертным Царством, к ней не относились. Итак, дети встали. Скрипя и неестественно двигаясь, они поднялись из праха. По улицам промчался кот. Эльфы прыгали с крыш. Паллумы сбивались в кучу и ковыляли вперёд. А кабан поднялся с земли. Моряк: Айс и Белл видели это своими глазами. Они почувствовали, как ужас охватил их души. Такова была воля Богини, и они ничего не могли поделать. Они прибегли ко всем уловкам, использовали всё своё оружие и призвали всех своих друзей. Но это был конец. Оттар, дергаясь и извиваясь, шёл вперёд, закатив глаза; мальчик и девочка держались за руки. Они не смотрели друг на друга. Они просто находили утешение в присутствии друг друга. … «Боже мой, какой жалкой дворняжкой ты стала». Раздался треск, похожий на гром, и король отлетел. Посланник: Гестия видела всё это своими глазами. Отохимэ привела её на крышу, и, стоя рядом с другими богами, она увидела битву, которая определит их дальнейшую жизнь. Триумфы и невзгоды, взлёты и падения, и она почувствовала, как её душа разбилась вдребезги от последнего трюка Фрейи. Но затем её внимание привлек стук сапог по камню. Богиня обернулась, чтобы найти посланника. И когда он приподнял шляпу, все увидели его самоуверенную ухмылку. «Я принёс благую весть, друзья мои!» — провозгласил Гермес, воздев руки к небесам. «Я принёс союзников в этой битве!» Позади него стоял человек с бородой, окрашенной морем. Солнце не поцеловало его кожу, а, напротив, обняло её. От него витал запах рыбы, а улыбка была прекрасна, как жемчужина. «Я приведу с собой человека, которого боги считали Укротителем Бурь!» — Гермес гордо шагнул вперёд, жестикулируя, словно пророк, наделённый божественным зрением. «Я приведу последнего из Великой Семьи Золотого Века Орарио! Я приведу Капитанов Семи Морей! Я приведу главу Семьи Посейдона!» Посейдон улыбнулся Гестии и взъерошил ей волосы. Она обняла его. «Друзья мои, я представляю вам… СИНБАД!» Герои: На улице Белл почувствовал, как его тело расслабилось. Он не знал, кто этот человек, но… он был героем. Оттар попытался подняться, но тот всё ещё был на месте. Своим трёхзубцем и разрушенными булыжными мостовыми Орарио он пригвоздил короля к земле. «И подумать только… мы все возлагаем на тебя надежды». Кукольное тело Оттара, все еще следуя воле Богини, пыталось подняться. «Нет, ничего подобного. Ты не заслуживаешь продолжать борьбу», — сказал мужчина. "Вронти!" Словно раскат грома, он заговорил. И тут же сверкнула молния. Она ударила в трезубец, и огромный болт вонзился в тело Оттара. И пока тот корчился в судорогах, Синдбад снова заговорил. "Вронти!" Заворожённый мощью, демонстрируемой перед ним, Белл почти не заметил приближающегося размытого пятна. Аллен бросился вперёд, держа копьё наготове. Но прежде чем он успел крикнуть предупреждение, человек-кот был пойман. Двигаясь ещё быстрее, два хиэнтропа повалили его на землю. «Визжащая маленькая кошечка», — написал один. «Напуганная маленькая кошечка», — сказал другой. «Как бежать?» «Со сломанными ногами?» И с громким хрустом двое догменов раздробили ноги Аллена. И они повторяли это снова и снова, хирургически и клинически, пока даже искатель приключений шестого уровня не потерял возможности устоять на ногах. А с другой стороны бульвара, у фонтана, приземлились два эльфийских короля. Они обнажили клинки, готовые броситься на помощь товарищу. Всё ради Богини. «Пожалуйста, не заставляйте меня заходить слишком далеко». Трубы взорвались, и вода затопила их. Из тени вышла женщина в мерцающем зелёно-голубом платье, протягивая руку. «Я вижу, как ты пытаешься вымолвить свои заклинания». Она повернула запястье. «Забавная попытка, если не сказать больше». Вода хлынула в их тела. Через рты, носы, уши и колотые раны она продолжала просачиваться внутрь. Она их топила. «Не волнуйся, ты не умрёшь. Я просто задушу воздух в твоём мозгу, так что, что бы ни приказала твоя Богиня, ты не сможешь ответить. Ты даже не услышишь её». И наконец, паллумы услышали громкий смех. «Маленькие бойцы! Мне нравится! Что думаешь, Каллик?» — спросил человек цвета краба. «Возможно, прекрасные экземпляры; но этот не узнает, пока их не разберешь», — ответил человек цвета водорослей. Рэкхэм Рыжий кивнул, размахивая мечом. «Значит, это препарирование? Ах, это никогда не было моей сильной стороной! Я постараюсь!» Каллик Кракен двинулся вперед, нанося удары молотом. «Нет, этот не считает, что стоит беспокоиться. Их тела уже осквернены». Рэкхэм кивнул. «Справедливо. Извините за это, ребята, но добрый доктор сказал, что вам пора!» Казалось, одним движением грозный пират выхватил арбалет и выстрелил. Всё произошло в одно мгновение. Стрела взорвалась от удара, и воздух наполнился ядовитым газом. «Вижу, что они сражаются не меньше», — прокомментировал Каллик. «К счастью, и этот тоже многочисленный». Раздался шорох, и вскоре тысячи маленьких тварей в твёрдом панцире выскочили из-под земли. Вскоре все брингары оказались погребёнными заживо среди ядовитого газа и горы насекомых. «Это ты просто паралич чувствуешь», — сказал Рыжий. «Мощная смесь моего собственного изобретения, которая сочетается с дружелюбными созданиями моих дорогих друзей!» Он подмигнул. «Даже Левиафан на секунду замер, так что, думаю, ты уже совсем сдох». Кракен поднял палец, и по нему скользнула улитка. «Люди всегда недооценивают мелочи жизни». И пока всё это происходило, гром продолжал петь. Синдбад метал молнии в Оттара, пока нервы воинов не истощились. Он не останавливался, пока от него не остался лишь дрожащий мешок мышц. Отряхнув руки, он повернулся к Беллу. «Ну, ты, должно быть, брат. Давай мы тебе поможем!» Кричащий ребенок: В Вавилоне Фрейя взвизгнула. Она упала на колени, словно бормоча что-то. Вся уверенность, которая была в ней ещё мгновение назад, исчезла. Она превратилась в бессвязное месиво. Слёзы лились по её лицу, а ногти оставляли царапины на её идеальной коже. Она кричала, что это несправедливо. Что ничто никогда не было справедливым по отношению к ней. Она прогибалась до луны и обратно. «Он был моим!» — закричала она. «Я — Фрейя, а он был моим Одром! Никто не откажет мне в моей судьбе!» Ее бред продолжался, и вскоре ее ладони были в крови от ногтей. «Нет, нет, нет, нет! Это несправедливо!» — ответила Фрейя ветру. «Я заслужила это! Я всё сделала правильно!» Её тело содрогалось от рыданий. Она так сильно тянула голову, что её знаменитые серебряные локоны начали выпадать. «Один! Ты ужасное существо! Это твоя вина! Ты сделал это со мной! Ты проклял меня, как ведьма!» Прежде чем она успела продолжить, Локи ударил Фрейю стулом, что, вероятно, стало первым актом милосердия в тот день.